Тайга — особое место

      Что? Где я? Я не помню, что со мной происходило и как я оказался в этом мрачном месте. Сложно описать, что это за место, но можно попробовать. Здесь было очень темно и дальше пяти метров уже ничего не видно, будто всепоглощающая тьма окутала это место и вот-вот доберется до меня.       Слышны какие-то капающие звуки в конец комнаты. Комнаты? Не знаю, комната ли это. Может это вообще пещера. В любом случае, местечко, в котором я очутился, действительно страшное. Я был в привычной, школьной одежде с облегченным отсутствием книг, рюкзаком на спине, и только почувствовал холод сзади.       Рефлекторно обернувшись, увидел здоровые, металлические двери, что своим видом напоминали гаражные. Они были слегка приоткрыты и из получившейся промежности выходил холодный, морозный ветер, подувший мне в спину, а сейчас охлаждающий мои грудь, шею и лицо.       Я хотел побрести на выход, ведь там меня ждал белый снег и дорога домой, но вихрь внушал мне этого не делать. Он шептал мне на ухо "Останься", "Не выходи" и все в этом духе.       Но зачем? Зачем оставаться в этом темном, до ужаса черном гараже? Нужно просто сделать порядка десяти шагов и ты на выходе. Давай же.       Но нет, я не мог сопротивляться этому, пусть даже и очень сильно пытался. Поэтому я обернулся назад и снова встретился с окружающей гараж темнотой. Раз я не могу каким-то неестественным образом покинуть помещение, придется искать источник света и осмотреться вокруг, чтобы понять, куда я умудрился попасть без своей же воли.       Я нащупал среди вырезанных, непонятных текстов на металлических стенках гаража выключатель, а затем включил свет. Трое свисающих с чьих-то, - вероятно детских, - кишок, глаз осветили все вокруг раздражающе кроваво-красным светом, который навязывал тебе только панику, тревогу, стресс. Стоп, что блять?       Я сразу же сморгнул, попытался отогнать те самые чувства и "видение" исчезло, как в тот раз, с варежкой. Все стало реальным, менее ужасным. Всего лишь три абсолютно одинаковые лампочки, идущих в ряд, слабо осветили помещение. Гараж был почти обыкновенным.       Там, где должны быть царапины в виде текста, просто непонятная галиматья красной краски. Это точно не кровь, это точно не кровь. Это не детская кровь, это просто краска того же цвета, что и кровь.       Я отогнал дурные мысли и понял, что кроме этих надписей сумасшедшего, гараж длиннее, чем должен быть. Да, гаражи бывают разных размеров, но этот казался уж слишком вытянутым. Будто какой-то продолговатый зал.       Я бы даже сказал, аномально длинный. Да и в принципе, он меня напрягал всем своим видом. Нагонял страх, ужас, проползая через малейшие поры моего сознания. Но я всегда был крепок духом, поэтому кое-как, да смог оттолкнуть и сопротивляться этим чувствам, выдвинув на передний план любопытство и желание изучить гараж.       Я подался вперед и стал оглядываться то направо то налево, то... наверх.       Лучше бы я этого не делал. На потолке ползал целый паучий рой и не позволял разглядеть потолок, так что я понятия не имел, какого он цвета.       Мохнатые, черные пауки, то ли тарантулы, то ли птицееды, размером в ладонь, ползали по кругу и от этого казалось, что поверхность потолка деформируется и закручивается во что-то другое.       Я наблюдал за этой картиной около тридцати секунд прежде, чем совладать с шоком и перевести взгляд в другую сторону. Я захотел изучить стены получше, поэтому сделал несколько шагов влево.       Непонятные буквы, написанные красной краской, которая... Все-таки пахла кровью и, скорее всего, как бы мне этого не хотелось, была ею. Может, просто кажется. Слова, написанные друг на друге, не давали досконально разобрать содержимое.       И вот сейчас, стоя чуть ли не впритык к стене, могу увидеть вырезы на ней, которые нащупал вслепую до этого. Но для сего нужно хорошо присмотреться.       Все равно плохо понятно, что же такое выгравировано. Похоже на какие-то руны из фентези, ставшие буквами в большом тексте, который написан на всю поверхность стен. Да уж, у кого-то действительно было много свободного времени, раз он занимался подобным.       Мне кажется, я даже знаю кто мог это делать и кому принадлежит данный гараж. Фантомас, самый главный, который, как сказала Стрикс, зовется Хозяином леса. Как интересно у них все обустроено - мужик в костюме козла заправляет всем таёжным лесом.       Ах да, откуда я это знаю? Прошла неделя и несколько дней с первого дня учебы, поэтому сова по имени Стрикс успела мне рассказать (и даже показать, пусть и единожды) достаточно, чтобы я стал чуточку больше знать и понимать в происходящем вокруг меня кошмаре, чем знал по первому приходу в школу.       Хм, может этот Фантомас-главный околдовал темным ритуалом свой гараж, сделав его чем-то проклятым. Воплотил его во что-то, через что он связывается с какими-то чертями, которые дают ему и его последователям эту невероятную силу взамен на жертвы в виде невинных детей.       Звучит, конечно, очень плохо и бредово, но я ведь сам знать не знаю, как и что происходит у этих Фантомасов. Стрикс пусть и рассказывает мне разное о приключениях лесных, но делает это с недетской осторожностью. Мне еще наверняка предстоит узнать это всё.       Я отошел от стены и пошел вперед. В центре гаража стоял небольшой стол, примерно по пояс. Он был квадратным и из какого-то черного дерева, прямо как ворон на амулете.       От света лампочки, что зависала прямо над ним, стол слегка отсвечивал. На поверхности были следы крови, преобразованные в полноценные кровавые струи ближе к нижней части стола.       Особенно много крови, будто лопнул наполненный жидкостью шарик, было в районе правого нижнего угла, словно кто-то ударил головой об угол мебели. Но если бы это было взаправду, выступ был бы хоть немного, да поврежденный, а этот целый.       Кроме вонючей крови, на столе была противная по внешности маска. Такая же черная, может даже более черная, чем стол. Сделана она была наверняка из папье-маше и чем-то напоминала маску, что носит Стрикс вместе с костюмом.       У этой маски тоже был клюв, но он был длиннее её и прямее. Только сейчас я понял, что это маска Ворона. И о чем бы я не подумал далее, меня прервали. Искаженный старческий голос прошелся эхом по всему гаражу и вышел через приоткрытую металлическую дверь.       — Наконец-то ты вернулся, Ворон. Хватит носить эту маску, лучше верни себе настоящее лицо, ме-ме-ме.       По козлиному посмеялся самый отбитый человек в этом месте. Старец, судя по всему владелец гаража, пытался затуманить мой разум, пытался заставить меня стать одним из них. Хотя, что-то мне говорит, что я всегда был среди них и просто затерялся.       Но это всё как будто нереально. Нет, не хочу и не буду, ни в какой из реальностей. Они убили, наверняка жестоко убили невинных детей, ведь по любому до Вовы терялась и иная детвора. И я не хочу быть одним из них, не хочу быть монстром, чудовищем.       Я отмахнулся и перевернул стол одной рукой, показывая свой справедливый гнев. Мебель была на удивление легкой, хотя была деревянной. С большой долей злобы я ответил деду в маске козла.       — Нет! Засунь себе эту маску глубоко в жопу, ублюдочная мразота!       Казалось, этот ответ не удовлетворил Хозяина леса. Он стал медленно трансформироваться и расти в размерах. Пауки зашуршали с новой скоростью и потолок показался живым.       Лампочки замигали с большой скоростью, предвещая неизбежную смерть. Двухметровое чудище с огромной головой козла, что имело шесть ярко-белых глаз, нависло надо мной и вытащило из тела флейту. Да, костяная рука буквально зашла в демоническое тело и вытащила оттуда инструмент в виде кости. Бедренная кость какого-то человека стала флейтой. С дырочками и вырезанными рунами, похожими на те, что на стенах гаража.       Ярость исчезла и остался только животный, отчаянный страх. Все тело застыло и заледенело внутри, будто засунули в огромную морозилку, где висят туши убитых зверей.       Не двинешься, даже вдох нормальный не сделаешь, при виде такого чудища. Казалось, любое неверное движение отправит меня туда же, куда попал наверняка умерший Вова.       Но мне удалось чудом перевести прикованный взгляд на низ и я увидел не менее ужасную картину, заставляющую меня блевать прямо под ноги. Максимально сильно изуродованный трупик маленького мальчика, который только что был упомянут мною.       Я опознал Вову лишь по почти целому лицу юноши, где было несколько глубоких, режущих ран, будто от когтей зверя, - и выклеванный левый глаз, лопнувший и давший неплохой фонтанчик засохшей крови на щеке.       Остальная часть лица была целой, но окровавленной из-за пробитого черепа чуть ниже макушки. Мозгов видно не было, лишь его остатки...       Я сблевал достаточно, чтобы рвота смешалась с оставшимися органами в раздробленных ребрах мальчика и большим количеством потерянной крови. Но недолго я успел смотреть на это ужасное нечто, как получил мощный удар в грудную клетку, а следом удар по спине. А хотя нет, это я просто влетел в одну из стен. Просто нечеловеческая мощь.       Несколько ребер уже были сломаны, это я понял по хрусту. Адреналин наверняка приглушил мою боль, но он не сможет меня защитить от мощного удара здоровенным копытом, который летит прямо в голову. За мгновение до столкновения я оказался сзади и увидел со стороны, как моя голова размозжилась по всей стене гаража вместе с мозгами.       — Вот что будет, если ты от-кар-жишься, дукар! — Прокаркал какой-то мужчина в большом, черном балахоне с остроконечным капюшоном и в маске ворона. Только маска была другой, - белой, с похожими на упомянутые ранее рунами. Руны были черными и маленькими, находились на клюве и по бокам возле краёв маски.       По голосу, такому же искаженному как у других фантомасов, можно было дать около тридцати лет. Было забавно, что вместо дурак он сказал дукар и прокаркал это по-вороньи, соответствуя своему образу Ворона. Хотя в этом кошмаре мне было далеко не до забавы, поэтому я смотрел на незнакомца.       Мужчина казался каким-то родным, будто была родственная связь с ним. Но что он делает и почему я оказался за спиной у Хозяина леса, который уже принялся что-то делать с моим телом, вернувшись в образ старца без всяких намеков на что-то темное?       Я хотел задать вопрос, как вдруг очутился в другом месте. Это сон, понятное дело. Насколько важный для меня? Бывают ли сны важными? Не думаю. Место выглядело мрачно. Но не так мрачно, как в том гараже.       Алый закат освещал все красным светом, что пробивался через оголенные, острые ветки невероятно черных, скорее всего именно из-за света, деревьев. Я невольно зажмурился от того, что луч попал в глаза, но потом сделал шаг в сторону и оказался в тени одного из деревьев. Я сделал оборот и осмотрел место, на которое обернулся.       Меня окружали много разных деревьев и черная луна. В центре поляны, если так можно назвать обожжённый участок земли, лежала куча разрушенных или испорченных масок воронов. Будто какой-то мастер выполнял личину на очень дорогой заказ и выкидывал всякий раз, когда та получалась плохой, несовершенной, неидеальной, - не той, которая нужна заказчику.       Я подошел поближе и насчитал около сорока штук, дальше просто сбился со счета.       Пять из них были максимально приближены к идеалу. Так я почувствовал своим внутренним голосом, своей интуицией, сами по себе они были покрасивее других. И три из пяти были белого окраса. Что более интересно, куда делся тот странный мужик в своем оккультистком одеянии и как я здесь очутился.       Да, сон, но так или иначе, есть причина попадания в это мрачное место, что становится не таким уж диковатым с каждой секундой проведенной здесь.       Сейчас оно казалось классным, порой красивым из-за красочного, неизменного заката. И черная луна, зависшая в воздухе, тоже была прикольной, пусть выглядела дыркой в ярко-красной ткани чистого, безоблачного неба.       И словно из ниоткуда, появился упомянутый мужчина в белой маске и черном балахоне. Только теперь, маска была без рун, а те словно живые перебежали на какой-то древний, деревянный посох и размножились. Я будто реально в какую-то книгу по современному фентези попал, ну и ну!       Посох был около полутора метра длиной и сделан он был из неизвестного дерева, но скорее всего из ели или другой хвойной древесины, ведь похожий запах был. С одной стороны посох заострялся (вниз), а с противоположной был круглый конец, размером в корабельное ядро. Через этот шар проходили перпендикулярно друг другу два обруча, на которых висели разные побрякушки.       На обручах висели разные миниатюрные звери из другого, более светлого дерева. На каждом из зверей было две руны. Одна была общая, другая отличимая и принадлежала самому животному, по всей видимости. Первая была очень сложной, я бы заколебался её рисовать или, тем более, вырезать на каких-то вещах.       И зверят было немало. Чем-то напомнило мне мой амулет, но там было всего семь зверят, а здесь их... Ворон, сова, кабан, белка, бобер, мышь, лиса, волк, медведь, выдра, заяц, коза, горностай, олень, рысь, бобер, дятел и росомаха - аж восемнадцать зверей!       Ворон висел под крестом пересечения двух обручей, остальные висели чуть подальше. Ближе всех к ворону были волк, заяц, рысь и сова.       Пока я разглядывал этот магический атрибут, мужчина величественно стоял и смотрел на меня. Я перестал штудировать посох и переместил свой любопытствующе-изучающий взгляд на мужчину. Он молчал и стоял на месте, глядя в ответ.       Мы простояли порядка несколько минут в полной тишине, прежде чем я наконец спросил его.       — Кто вы? И где мы находимся?       — Я... Ворон. А это... Тайга.       Сразу вспомнились бабушкин рассказ про Тайгу.       Тайга особое место, дитятко. Она к тебе присматривается, принюхивается. Словно хочет понять, что ты за зверь такой. Понравишься - в беде не бросит. А будешь проказничать - схватит за бочок и утащит за собой под землю.       Возможно, именно поэтому я всегда слушался бабушку и помогал ей со всем, с чем мог помочь маленький ребенок. Не хотелось быть зарытым под землю заживо и страдать от нехватки кислорода, наряду с ужасным давлением грязной земли со всех сторон.       Я осмотрелся вокруг еще раз и понял, что это действительно был таёжный лес, просто осеннего или зимнего периода, раз листья опали. И все же были неподалеку и хвойные деревья, которые выделялись своей пышностью среди оголевших, менее крупных растений. Я вернулся к разговору:       — Почему именно ворон? Что это всё значит?       — Потому что вороны очень могущественные птицы. Так многогранны и так необычны по своей природе. Да и сейчас ты разговариваешь с воплощением всех Воронов, собранным воедино.       У меня отпала челюсть, отправившись погулять по тайге, а оба широко раскрытых глаза собирались пойти вслед за челюстью. Чего блять? Что этот мужик несет, не понятно вовсе.       Я попытался оклематься и разобраться в этой теме. Хорошо сформулировал вопрос и озвучил его оккультисту:       — Что именно вы подразумеваете под Воронами?       — А тебе возьми и всё расскажи. Как станешь одним из нас, так всё и узнаешь. А сейчас... Время расплаты за ошибку...       После этого он очень громко закаркал и стукнул посохом о землю. Послышался характерный звук приглушенного стука вперемешку со звуком, похожим на тот, когда очень быстро махаешь палкой.       Так же, как появилось это воплощение Вран, из ниоткуда появилась и полетела прямо на меня огромная стая воронов. Птицы были агрессивными и готовились разорвать меня на маленькие кусочки. Каркающие создания летели за мной, пока я рефлекторно побежал через кучу масок к более кучной части леса, чтобы помешать им летать.       Но это не помогло, ведь вороны могли пролетать сквозь все черные объекты. Несколько из них влетело в тени дерева и вылетели уже возле меня, стремясь разорвать мою плоть своими острыми когтями и сбить мой темп бега.

*************************************************

      Все это происходило очень долго, почти что вечность и я уже не мог бежать. Окружаемые со всех сторон птицы налетели на меня, как на единственный источник еды.       Вблизи они были еще более устрашающи своим видом. Металлические, гигантские когти, не менее большие и очень мощные клювы, а вдобавок и очень большие крылья, затмившие мой взор вокруг.       Меня рвали, метали, перебрасывали, делили, отбирали. Это происходило несколько секунд, тянувшиеся в бесконечность, а затем я наконец-то проснулся.       Приснится же такое... Я посмотрел на время, показывало уже шесть часов. Значит ложится обратно нет смысла, лучше соберусь.       Сегодня четверг. Прошло почти две недели учебы и я уже кое-что да знаю, поэтому можно укреплять свои планы и исполнять их в реальность на следующей неделе.       Роман Пятифанов определенно что-то чувствует по отношению к Полине, поэтому я стараюсь аккуратно вести себя рядом с ней, пока где-то в поле наблюдения находится вышеупомянутый хулиган.       И пока я проверял, все ли у меня на месте, я заметил у себя в рюкзаке очень интересную вещицу. Маска ворона. Как во сне. Она хотела чтобы я её надел, а у меня определенно не было другого выбора.       Наверное лучше напялить её сразу, чем тянуть кота за это самое? Или надеть её нужно именно в том злосчастном гараже? Тогда, что она здесь делает? Как она вообще оказалась в рюкзаке, ведь вчера её еще не было? А проникнуть фантомасам в дом невозможно же, по идее. Хотя кто знает. К черту, потом надену.       Я выложил маску из рюкзака и закрыл в ящике рабочего стола, продолжая размышлять о своих планах. Катя понемногу переходит своими сплетнями и оскорблениям к нашей небольшой, но дружной компании.       Ну, наверное, телефонного разговора продолжительностью в пятнадцать-двадцать минут раз в пару дней не хватает, поэтому она решила просто испортить наши дружеские отношения, сделав меня врагом.       В целом плохая идея, ведь даже без физического насилия, как в случае с Семеном, я могу найти нужную дверь и начать унижение главной сплетницы школы. Пусть я и миролюбив в какой-то степени, но язык всегда был острым на тех, кто обижает моих друзей.       Но она все равно не хочет усугублять положение, поэтому нужно с ней серьезно поговорить, обсудить подобного рода поведение и желательно восстановить нашу дружбу. Может предложить ей прогуляться?       Хм, тогда нужно Полину куда-то деть. Тогда, наверное, можно попытаться её сблизить с Ромой, если она сильно против не будет. Неплохая идея, мне кажется. Если всё пойдет по плану, то я буду в еще лучшей ситуации, чем было до этого. Хотя мне все еще нужно разобраться с маской и другими фантомасами.       Я провел в своих размышлениях еще около часа, а потом пошел одеваться и кушать. Прошло еще около двадцати пяти минут, когда я сидел на кухне, слушая плеер. То одну кассету, то другую. Так прошло еще немного времени и можно было выходить на улицу.       Морозный, утренний ветер обдул мое лицо, но с шарфом мне не было слишком холодно и я пошел через лес в поселок. Ничего не предвещало беды и я брел по запомнившейся тропе, иногда видя сидящих на ветках ворон.       Кто-то из них каркал, кто-то просто наблюдал с немалым интересом. На выходе из леса, одна ворона села на мой рюкзак. Я не особо был против, хотя немного напрягся, вспоминая приснившийся кошмар, где я каким-то чудесным образом умудрился дважды умереть.       Ну, это не так важно, ведь это был простой кошмар, который я до сих пор забыть не могу. Ворона продолжала сидеть на рюкзаке, пока я не подошел поближе к школе. Тогда-то она взмыла в воздух и полетела к своим друзьям, что сидели на дереве возле здания и смотрели за всем с высоты трех-четырех метров.       Я прошел через порог и ухмыльнулся. Никаких курящих старшеклассников более не наблюдалось, благодаря великолепному мне. Почти удалось убедить поставить охрану, но пропало только два ребенка и посему этого недостаточно.       Как оказалось, еще пропала Ксения Талалаева, но она в школу не ходила, только в следующем году должна была пойти. Жаль девочку, исчезла еще в декабре, а найти не нашли. Скорее всего, от неё уже ничего не осталось, кроме одежды разве что. Да и Вову тоже жаль, если то, что я видел во сне, действительно правда...       Даже не могу понять, реальность это или нет. Скорее нет, но все равно какое-то чувство реалии было.       Как будто пропажи двух детей мало, чтобы ввести сторожа... Ладно, тут такая охрана, что лучше уж без неё, нежели с ней. К счастью, школа уже была открыта, до начала первого урока еще час оставался, я уже думал ждать на улице. Повезло.       В коридорах было очень пусто, кроме меня никого, но в раздевалке кто-то шуршал. Я увидел знакомый силуэт. Катя. Отлично, она-то и нужна была мне. Сейчас людей нету, можно нормально поговорить.       Обладательница рыжей косы пыталась закинуть меховой капюшон курточки на все тот же крючок, но, видимо, с первого раза не получалось. Я тихо подобрался сзади, взял этот капюшон и без особых проблем зацепил его за крюк.       Может уже привыкла туда вешать, поэтому на другие не вешает, может он для неё что-то значит, мне особо роли не играет.       Девушка испугалась, пискнула и ойкнула, упираясь в стену. Она недоуменно смотрела на меня, я смотрел так же непонятливо в ответ. Прошло секунд десять, прежде чем я спросил.       — Что? Я решил помочь по доброте душевной, ты против?       Я не дожидался ответа и снял рюкзак с плеч, а затем курточку с шапкой и шарфом. Последние две вещи засунул в рукава куртки и повесил на крючок правее от пуховика Кати. Затем закинул рюкзак на плечи и взглянул на свою одноклассницу.       — Не нужно так красться, Петров!       Начала шипеть на меня староста. Да, теперь она не Катя, а Смирнова. Отлично, это совсем не то, что мне нужно было. То есть плохо, нужно исправлять получившуюся ситуацию.       — Понимаю, напугал, извини. Больше не буду.       Я попытался скорчить сожалеющее выражение лица, вроде как получилось. Она, кажется, смягчилась, но все равно держала какую-то обиду на меня. Или не на меня, а на кого-то другого.       Мы выходили из раздевалки и пошли в сторону лестниц. Не знаю, почему именно туда, ведь урок у нас в кабинете на первом этаже. Ну и пусть, если куда-то хочет. Мне все равно, где разговаривать.       Я аккуратно положил левую руку ей на плечо, она посмотрела на меня. Ох уж этот взгляд, - порой он раздражает, а порой веселит.       — Что ты делаешь? И вообще, зачем приперся сюда так рано?       Недовольно спросила меня староста класса, но руку, слабо поглаживающую её плечо, убирать не стала. Я невольно вспомнил о своем кошмаре, который до сих пор не хотел мрачиться за сознанием, как любой другой сон.       Врать не было смысла, скажу как есть.       — Я пытаюсь тебя успокоить, выглядишь нервной. Нельзя же так, прямо с утра. И проснулся я рано, поэтому и пришел раньше чем обычно. Кошмар, что поделать уж.       Пожав плечами, ответил я. Она изменилась в лице, перестав быть гадюкой-Смирновой. Казалось, теперь главная сплетница школы проявляла сочувствие ко мне, что несказанно радовало и удивляло одновременно.       — И... часто тебе кошмары снятся?       Внезапно спросила она, введя меня в несколько секундный ступор, но мы продолжали идти по коридору второго этажа. Там было так же пусто, как на первом этаже.       — Чуть меньше месяца назад постоянно, сейчас уже пореже. А что это за кабинет?       Мы подошли к единственной двери без таблички, но это, очевидно, был двести шестой кабинет.       В Катиной руке уже звенели ключи и она осмотрелась вокруг, нет ли кого рядом. Я понял это и уперся левым плечом в стену возле двери, чтобы никто не видел, как она открывает класс. Она быстро отперла его и затащила меня туда. А я сильно и не сопротивлялся.       По всей видимости, это неиспользуемый кабинет, или бывший кабинет ИЗО, как я мог догадаться с помощью нескольких лежащих на полках картин в конце комнаты, а ещё по автопортрету Ван Гога 1887 года, местонахождение которой было на учительском столе.       Я удивился что он был не запыленным. Наверное, Катя сюда часто ходит и держит все в чистоте. Похвально, весьма похвально.       — Итак?       — Раньше здесь был кружок художеств. Затем его расформировали, потому что в другой школе появился кружок куда круче, чем этот. С тех пор я время от времени посещаю этот кабинет и вспоминаю о былых деньках...       Задумчиво, наверное даже с ноткой ностальгии, рассказала Катя, смотря на вторую парту ряда возле окна. Мебель стояла параллельно окну, что неестественно для обычных классов, но все же здесь кружок был, значит рисовали пейзажи с окна.       Полагаю, именно за той партой она сидела.       Чтобы точно знать, была ли она одной из учащихся:       —Ты рисовала?       —Да. Я ходила сюда до последнего дня, а как кружка не стало, я перестала рисовать. Но через время опять начала, пусть не так часто. Сейчас тоже, иногда могу порисовать, пока мамы рядом нет. Ей никогда не нравилось, что я занималась этим, но папа... Он её переубедил.       Она заметно погрустнела при этих воспоминаниях и теперь обе мои руки легли на её поникшие плечи. Я медленно и нежно гладил их, пытаясь поднять ей настроение, рассеять её грусть. А параллельно этому я вслух произнес собственные мысли       — Как интересно...       — В смысле?       Она обернулась и посмотрела мне прямо в глаза. Я сохранял спокойное выражение лица и почти моментально придумал отмазку, как и другую причину моего интереса.       — Ну, я тоже рисованием увлекаюсь.       Объяснился я и Катя удивленно посмотрела на меня. М-да. Я бы тоже удивился, если бы узнал, что Смирнова втайне занимается художествами, но сейчас как-то удивления и не было.       Зато забава от такого сходства появилась и не хотела уходить, из-за чего улыбка сама по себе плыла по лицу.       — Правда?       — Правда-правда.       Она, продолжая меня удивлять, прижалась ко мне. Это... немного неловко, но отталкивать её я не намерен. Пусть будет так. Мои руки уже слезли с её плеч и просто свисали, а я смотрел на рыжую макушку подруги.       А подруга ли она мне? Этот вопрос я задаю из разу в раз при каждом разговоре с ней, будь то когда она ядовитая змея, или когда добрая девушка.       Порой сложно понять, кто настоящая, актриса она безупречная. Она наконец прервала затянувшуюся тишину, еще больше меня удивляя.       — Тош... прости меня, пожалуйста...       Даже в чудовищном сне я так не ахуевал, как ахуел сейчас.       Во первых, Тошей меня никто кроме родных не называл. Во вторых, я не ждал извинений и просто хотел улучшить наши отношения, чтобы избежать этих оскорблений. Просто нет слов. А Катя продолжила:       — Я... виновата, знаю. Просто... Я тоже хочу так... Эти дуры меня уже достали, как будто ничего кроме сплетен в жизни нету... А вы так классно проводите время...       Она чуть ли не плакала, поэтому я попытался её успокоить.       — Ну-ну, чего ты, Кать. Успокойся, все хорошо. Может, ты с нами будешь?       — Ага, конечно! Никто кроме тебя нормально на меня не посмотрит, только будут пытаться сделать все, чтобы я вернулась обратно к своим "подружкам"!       — Ну, значит, давай вдвоем погуляем, завтра после уроков. Я тебе как раз хотел предложить.       Я вытер еще не засохшие дорожки слез, которые капали по одной на деревянный пол бордового цвета и оставляли небольшие следы. Она прошептала "Спасибо" и вжалась в меня еще сильнее. Чутка неприятно, но в целом здорово.       Левая рука обняла её в ответ, пока правая стала медленно гладить по спине. Не думал, что обернется ТАКИМ образом, но ладно. Я посмотрел на время и понял, что до урока оставалось еще сорок минут.       Спешить было некуда, можно насладиться этим моментом сполна. Мы простояли так минут десять, прежде чем Катя полностью не успокоилась и не поняла, что мы здесь стоим и обнимаемся как какая-то парочка. Я тоже только сейчас это понял, поэтому оба стояли столбом и краснели сильнее некуда.       — Прос-сти, я...       Начало было Екатерина, но я её перебил, все такой же красный как и она. Смущению, казалось, не было предела и все остальное, к счастью, отошло на второй план.       — Всё нормально. Сегодня гулять не получится, так как после уроков сразу домой нужно, деду помочь с каким-то делом. Так и не объяснил, что за дело... Поэтому завтра, хорошо?       Я понял, что Катя спросит, почему не сегодня, поэтому опередил её и сразу ответил как есть. Она посмотрела на меня и улыбнулась. Не ехидно, насмехаясь, а понимающе, тепло.       Как тогда, когда мы гуляли по улице и общались. Пусть надо мной она особо и не насмехалась, я все равно мог ощутить весь яд в том злобном выражении лица. Что уж говорить про тех, в чью сторону она в такие моменты смотрела.       — Хорошо. А может, ты после того как дедушке поможешь, ко мне пойдешь? Я могу показать тебе, где живу.       Она тоже предусмотрела назревающий у меня вопрос, поэтому я только кивнул в знак согласия.       — Хорошо, надеюсь это по пути, потому что сегодня задерживаться я не собирался.       — Не бойся, это не так далеко отсюда, и много времени не займет.       Ободряюще сказала она, продолжая радостно улыбаться из-за того, что я согласился к ней прийти в гости. Я улыбался в ответ и был рад, что она больше не плакала.       Прямо на душе плохо становилось, когда видишь её такой. Это мне напомнило Олю, которой снилась злобная сова по ночам и та плакала из-за приснившегося кошмара.       К счастью, это длилось всего три дня, а потом бабушка дала Оле чай с особыми травами. До сих пор дергает от того вида, который представился мне темной ночью.       Я еще не был уверен до конца, смогу ли я прийти к Екатерине и потом еще уроки сделать, но сомневаюсь, что меня спросят в ближайшие дни. Все же, как ни крути, я ученик прилежный и получаю одни пятерочки, отчего репутация у меня одна из лучших в школе. Особенно после нескольких унижений Семена, - над ним уже издеваются другие люди, не боясь его.       Конечно же, это невероятно злит толстячка, поэтому он обязательно приготовит мне какую-то подлянку. Ну а я буду внимательно наблюдать за его действиями и стараться предотвратить подобное, параллельно наслаждаясь школьной рутиной со своими новыми друзьями.       Мы сели на подоконник и смотрели за учениками, проходящими по переулку между территорией школы и чьим-то частным домом с высоченным ограждением сплошного, черного цвета. Зато забор резко выделялся и выбивался из колеи белоснежной дороги и таких же белых огромных сугробов.       Школьников в этой стороне было мало, поэтому, когда никто не шел тем путем, мы глядели на заснеженные крыши домов, на пролетающих в небе птиц, на уходящий красно-розовый рассвет.       Было хорошо, но я снова посмотрел на часы и оставалось уже двадцать минут. Я сообщил это своей подруге и мы приняли совместное решение покинуть этот класс. Некоторые ученики уже были на втором этаже, но нам повезло выйти и разделиться незамеченными.       Через десять минут я встретился со своими друзьями и мы разговаривали о неважных вещах, пока нашу увлекательную беседу не прервал особенно громкий звонок, отдающий звоном в ушах. Не повезло же нам стоять неподалеку от звонка, но вроде бы слух не пострадал.       Мы вместе зашли в кабинет, а Катя уже сидела за своей партой и выглядела так, будто вообще не плакала этим утром, будто это всё мне померещилось. Но по взгляду и все еще небольшому смущению было ясно, что это происходило наяву.       Чтобы ни у кого не возникло вопросов, я посмотрел чуть дальше Кати и увидел сидящих там "хулиганов".       Игорь Федотов или, как кличут его все в классе, Бяша накрыл своим телом толстую тетрадь на девяносто шесть листов и что-то чертил синей ручкой на листке бумаги в клетку.       Наверное эскиз к очередной ручной работе, - он же, как мне известно, выжигает по дереву. Хотя я видел, что и выпиливать тоже неплохо выпиливает.       Говорил же, парень работящий. И зачем ему ошиваться среди хулиганов? Был бы нормальным пацаном, а так хрень творит с этим Ромой, который сейчас дремал на парте. Мои мысли пошли не туда и я развернулся, уже сидя за своей партой.       Геометрия прошла более-менее нормально. Меня на этом уроке спросили только один раз, поэтому вновь вызвали к доске, где я решил одну задачу и вернулся за парту, получив заслуженную пятерку.       Дальше пошла новая тема и я внимательно слушал учителя. Только мы должны были перейти от теории к практике, урок был окончен из-за все того же громового звонка. Я глянул на Катю, пока та нацелено смотрела на портфель, куда клала свои школьные потребности. Пожав плечами, я отправился в класс литературы, так как там у нас русский язык, а перемена короткая.       Я стал возле двери в кабинет и стал ждать урока. За русским последовала химия, а за ней физика. В общем, сложный задается денечек. Семен сегодня чаще поглядывал в мою сторону, намереваясь что-то сделать, но, видимо, не хватало у этой свиньей морды смелости подойти ближе, чем на пятнадцать метров.       Это радует, начал хотя-бы понимать, что будет, если скажет что-то не то в мою сторону. Жалеть не стану, выбью весь жир с гноем, потом еще и плюну в добавок. Именно так было в понедельник.

******************

Несколько дней назад. Понедельник, 14 января.

      Я пришел на первый урок вовремя и в этот раз кабинет открыт был раньше. Это радует, потому что напрягает меня торчать в прохладном коридоре и постоянно стоять возле батарей в надежде хотя бы слегка согреть дрожащие ноги.В кабинете потеплее будет.       Зайдя туда, я увидел на перевернутом стуле записку, написанную очень плохим, еле разборчивым почерком.

После урокав за школой. Не придеш — пиздюлей в два раза больше вставлю. Очкарик-тупарик

      О боже, как же это мозолило глаза. Ему хоть русский подтянуть, прежде чем звать меня куда-то и зачем-то. А нет, это походу стрелка. Тогда все понятно. Ну что ж, нужно об этом рассказать Кате для полноты получающейся картины, которая вот-вот превратится в шедевр.       После литературы, где меня спросили больше, чем кого-либо из-за отсутствия книги и поставили пять, я подловил Екатерину возле туалета и рассказал о записке от Семена.       "Хорошо, будет тебе толпа, Петров." — все, что ответила Смирнова, но и этого мне было вполне достаточно, чтобы почувствовать себя куда лучше, чем было до. Уроки один за другим сменяли друг друга и наконец-то закончился последний.       Я, с предвкушающей невиданное торжество, улыбкой на лице, пошел в раздевалку и надел курточку с шапкой, ведь шарф забыл дома. Взял рюкзак рукой и пошел на договоренное место.       Вместе со мной пошли такие же веселые Андрей и Саня, а так же недоумевающая Полина. Я попросил Андрея на всякий случай держать её подальше, тот понимающе согласился на помощь и сказал, что все будет пучком.       — Пизда тебе, Антошка. — произнес своим гадким, немного прокуренным голосом Семен и хлопнул кулаком правой руки в ладонь левой, демонстрируя свою "мощь".       Он стоял не один, вместе с ним были Рома и Бяша, а позади них еще несколько парней помладше или из параллели. Но стоило Роме встретится взглядом с недовольной Полиной, как тот подтолкнул Семена правым локтем ближе ко мне.       — Давай-к ты сам, жирный.       — Да, восстанавливай авторитет, на! — поддакнул ему безумно оскалившийся бурят. Ему, походу, нравится мясо. Ну, раз нравится, будем исполнять. Я заприметил свежую кучу собачьего дерьма недалеко от Семена. Пригодится.       — Пацаны, вы че бля?       — А ниче, Свинтус, самому нужно дерьмо жрать, люди такое не едят. — дерзко перебил я недовольного Семена и сделал рывок к своей жертве.       Кроме собравшихся учеников, сидели на проводах вороны и тоже наблюдали за действом, желая праздника крови.       Семен увидел мое движение и решил встретить меня прямым ударом правого кулака в нос, но я наклонился и оказался под вытянутой, гигантской рукой. С разворота мой левый кулак впечатался в бочину толстяку.       Благо там, куда я ударил, жира не так много, как в области живота, который является большим пузом и не чувствует ударов под толстым, зимним пальто. Рыжий отшатнулся в сторону и почувствовал еще один удар от меня, в пухлую щеку с левой стороны, окончательно грохнувшись на свой жирный зад.       Попытался подорваться, но я его прервал пинком ноги в грудь и тот повалился на спину.       Уже не пытаясь подняться, он начал нервничать и краснеть, придумывая, что бы сделать, чтобы оглушить меня на некоторое время. Я не давал ему времени на размышления и наступил ему на колени, от чего он по свински завопил.       "Толпа" уже ликовала от действий моих, но вороны хотели еще. Поэтому я взял за толстый, шерстяной шиворот и приподнял Свинтуса. Ударил под глаз с правой из-за чего тот вновь грохнулся в рыхлый снег. Опять приподнял тяжелую тушу и толкнул в сторону дерьма.       Семен лежал таким образом, что не видел, куда его тащу за плечи. Кое-как не словив на себе отмашистые удары толстого, ходящего гноя, я его вбил в заснеженную землю и нанес несколько ударов по ребрам и груди.       — Ну что, Свинтус, обед готов!       Некоторые не могли понять, что я имел ввиду, пока один не выкрикнул "Он ща говно жрать будет!", а Семен из-за этого не завизжал как резанная свинья, но ничего уже не мог поделать, ведь я уже схватил его за волосы.       Под школьный возглас "Три, два, один!" я вмазал прыщавое, жирное лицо прямо в кучу дерьма и тот пытался что-то сделать, как-то оторваться, но я держал его лицо в говне, упершись коленом в спину.       Прошло несколько секунд и я отпустил его, перевернул на спину и заржал от этого вида. Это... это просто надо было видеть. Все ржали, а он разревелся как последняя девчонка и убежал прочь.       Я уже лежал на снегу и не мог держаться, слезы сами пошли из глаз. Не только я валялся от смеха на осадках, многие другие тоже попадали и ржали, как в последний раз.

******************

      Я невольно улыбнулся после воспоминания сладостных страданий и огромного унижения жиртреса. Слухи об этом быстро расползлись и двум дружкам приходится только терпеть его, понимая, что он уже никак не сможет восстановить "авторитет".       Бяша особенно был недоволен им, но предложил мне дружбу на следующий день. Я вежливо ему отказал, - не хочу иметь ничего общего с бандитами и хулиганами, пусть Игорь меньше всех на них похож. Он, вроде бы, не обиделся и просто пошел к Роме. Вот и отличненько, а то еще что нибудь сделает и придется выкручиваться.       Нас немного пожалели, поэтому после физики начинается физ-ра. Я, в отличии от других парней из моего класса, шел в раздевалку для переодеваний неспешно, своим темпом. Не так далеко от меня примерно таким же темпом шла Катя. Я сократил расстояние между нами и молча шел по тому же пути, что и она.       Одноклассница ничего не сказала, поэтому мы в какой-то степени тишины дошли до места, где нужно расходится. Я зашел в раздевалку и там уже творился какой-то пиздец. Где-то пятеро парней махались футболками и яркие цвета мелькали передо мной.       Казалось, вот-вот и одна из них влетит в меня, поэтому я нагнулся и пробрался туда, где переодеваться будет безопаснее всего.       Благо через четыре минуты, им надоело и переодевались все спокойно. Я уже успел переоблачиться, поэтому пошел к спортзалу. Почти все девочки уже были там, а парней было только трое, считая и меня. Да уж, любят пацаны балду погонять.       После физ-ры прошел еще один урок и я подошел к идущим по коридору Роме и Бяше. Свинтуса они где-то потеряли, к счастью. Может решил сегодня не задерживаться в школе и прогулять, может уже что-то готовит для меня.       Неважно, главное сейчас с Ромой побеседовать и начать исполнять планы в действие.       — Здорова, пацаны.       — Э? А, эт ты Тоха, здоров, на! — поприветствовал в своей привычной манере Бяша, блистательно улыбнувшись.       — Здоров. — мрачно бросил и кивнул хмурый при виде меня Рома.       — В общем, дело есть. Только с Ромой, ты уж, Бяша, прости.       Они оба нахмурились и испытывающе посмотрели на меня, пытаясь понять мои замыслы. Кажется Бяша понял, что я хотел от Ромы, ведь улыбнулся еще шире, кивнул и пошел.       — Поня-я-я-ятно, ну тогда решайте свои дела, на!       Рома удивился, что Бяша так просто ретировался отсюда и посмотрел своим грозным взглядом на меня.       Если бы не Московские приключения, я бы и подогнулся под этим взором. Но я видел целые толпы таких глаз, направленных на меня и моих друзей, поэтому даже не дернулся.       — Выкладывай уже, че за дело.       Я осмотрелся вокруг. Коридор, на удивление, выглядел пусто.       — Если коротко, то после уроков у меня срочное дело, поэтому Полину провести некому. Я знаю, что ты пытался уже с ней куда-то пойти, но ты делаешь это слишком настырно. Сбавь темп, предложи ей провести до дома и всё. Если откажет, то не напирай на неё.       Рома очень удивился от моих слов, а его челюсть принялась учить уроки без владельца. Да я и сам удивился своим словам, что уж говорить за него.       Тем не менее, я держался ровно и старался дать ему хорошие советы, как вести себя с Полиной и как завоевать её внимание. Черт, никогда не думал что буду заниматься такими вещами.       — Ты... серьезно?       — Я, конечно, люблю веселье устроить, шуточки пошутить, но не сейчас. Я за неё переживаю, она мне как сестра, поэтому не хочу, чтобы она сама шла через половину поселка к себе домой. Да и вижу, что ты хочешь с ней быть, поэтому решил помочь.       — Ахуеть, Тоха... Ты прям Купидон. Ну, я пошел? — Когда-то хмурый Рома сейчас готов был разорваться от накопившегося в теле счастья. Да уж, чего стоит только сделать и кардинально изменить настроение человеку. Становится не так тяжело, как казалось на первый взгляд.       Теперь он смотрел на меня так же, как смотрели на меня другие, когда я впервые унижал Семена. Как на героя какого-то. Репутация достигает пика и у меня появляются дружеские связи с гопотой.       Даже легче, чем я думал. Думал даже свидание придется устроить, как бы не хотелось. А тут так легко.       — Да иди уже, только не просри всё, я же узнаю. — Я прошел мимо него и хлопнул по плечу сзади. Тот пошел в сторону, где исчез Бяша, а я отправился на последний урок. Они тоже туда пошли, но только по звонку.       Сразу после окончания урока, я пулей выбежал из класса и помчался в раздевалку, оставляя вопросы у моих друзей. Я все еще надеюсь, что Рома ничего не испортит, хотя кто его знает, он же хулиган в конце концов.       С другой стороны, несчастный какой-то. В общем, остается надеяться, что я не организовал какой-то Армагеддон и это не ухудшит мои отношения с Полей.       Надевая курточку, я увидел, как сюда же забежала Катя.       — Ты куда так рванул?       Запыхавшись, спросила она и тоже надевала куртку, держа шапку в руке.       — Говорил же, дела срочные у меня.       Ответил я, наматывая любимый шарф вокруг оголенной шеи. Теперь-то мне тепло. Мы спешно вышли из здания, но нас все равно успели заметить несколько одноклассников. Мне как-то по барабану, поэтому шел себе в сторону дороги, которая вела к деревянному мосту, а дальше по лесу.       Катя держала расстояние, пока мы не вышли из территории школы. Дальше она приблизилась ко мне и мы шли молча, наслаждаясь спокойной тишиной и зимней погодой.       Так мы шли минут десять, потом пришлось повернуть налево, пройти прямо и опять налево. Еще раз прямо, противоположно стороне, куда мне надо было, но не так далеко.       Я стоял с Катей возле красивого, синего забора, из верхних краев которого виднелся приятного вида двухэтажный домик.       В светлых тонах с симметрической крышей и квадратными окнами одинаковых размеров, вокруг которых были узоры голубых цветов с белой обводкой. Да, по сравнению с моим домом этот был воплощением света. Девушка заметила, что я засмотрелся на её дом и спросила меня:       — Нравится?       — Да, выглядит уютненько. Ладно, давай, мне нужно к деду бежать.       Я махнул ей рукой, она сказала пока и скрылась за возвышающимся забором синего цвета. Хороший цвет, хотя бирюзовый мне больше нравится, он такой прикольный.       Я как увидел воду в океане, мне так сразу понравился этот оттенок. Размышляя о красоте разных тонов, я постепенно подбирался к чаще темного, таежного леса, а через него проходил прямиком к своему дому.       За несколько недель я уже привык к нему и могу называть своим домом. Тем более я там был еще до этого, время от времени навещая дедушку и бабушку.

*************************

End POV П.А.Б.

      Как оказалось, пожилому мужчине, который являлся дедушкой главного героя, нужна была помощь в поисках уникальных трав, которые растут только зимой, под снегом.       Антон даже понятия не имел о подобных растениях, но помочь дедушке все равно вызвался, как минимум из-за личных предубеждений и правил. Таким образом, эти двое бродили по лесу в поисках нужных цветов. Минуты сменяли друг друга и в конце концов прошло два с половиной часа.       Антон пусть и выносливый парень, но на холоде столько бродить через снежные сугробы даже ему надоест. Поэтому дед сказал, что он пойдет еще дальше, а парень пойдет домой по тому же пути в быстром порядке.       Белобрысый кивнул и стремительным шагом побрел в обратную сторону, внимательно наблюдая за окружением.       И вот, приманка сработала и те, кого называет Антон Фантомасами, встретились с ним же, пока дед заходил в центр леса и начинал ритуал по уменьшению голода и движения этих тварей. Валерий прекрасно осведомлен о связи своего внука со зверями, и о зверях тоже прекрасно знает.       Конечно не все, а малую долю, но этого было достаточно, чтобы когда-то запечатать их в их же месте обитания с помощью определенного обряда, который заставил его стареть быстрее.       Хотя, действо было разрушено и старение стало прежним. Разрушен он был из-за одного больного человека, которого звали Алексеем. Больше не зовут, так как скончался тот, через несколько дней после разрушения ритуала.       Если бы не обереги на дому, Валерия бы тоже не стало. Но Алексей умер своей смертью, да и все знали, что тот всегда был психически нездоровым, так что всем было все равно, в принципе.       Этот ритуал, в отличии от предыдущего, требовал меньшего. Всего лишь жизни животных, которые вот-вот родились. Трое, ранее спящих в большом кармане зимнего пальто, котят, яростно замяукали, но их писк прервал старинный голос Валерия.       Он, сконцентрировавшись на нужной задаче, твердым голосом напевал древний текст из книги и делал определенные движения. Вытащил из пазухи две баночки с разными жидкостями, а также ритуальный нож. Мокнул лезвие ножа в одну баночку, а содержимое второй вылил на котят, которые опять замявкали.       Тем не менее, это не помешало мужчине продолжить что-то напевать и закончить обряд, пролив немного старческой крови на животики маленьких, миленьких созданий.       Все котята были с белой шерстью, но теперь в центре было красное пятно от крови человеческой. Так как они продолжали издавать громкие звуки, раскрывая маленькие рты, Валерию не составило труда капнуть и своей крови и туда.       Те сглотнули теплую жидкость и продолжили мяукать, а в ответ дедушка продолжил читать ритуал на старом, ранее сложном, но теперь вполне понятном языке.       Продолжалось это порядком трех минут, а вскоре, словно магнитолу поставили на паузу, резко перестал петь и дед. Он замахнулся ритуальным ножом и пробил голову каждому животному.       Два морщинистых пальца взяли немного животной крови и провели на том месте, где есть небольшой разрез. Дух, принимающий жертвенные ритуалы и помогающий темным магам с их просьбами, откликнулся на зов Валерия и руны, начертанные безымянным пальцем левой руки, засветились алым светом, а затем в дикий пляс упали.       Кружились, менялись, переливались, что только не увидишь под трупами котят, которым было только семь дней сроду.       Затем вспыхнул свет и от котят ничего не осталось, а раны на руке след простыл. Дед еще что-то пробубнил и покинул место преступления, идя по другой дороге, в сторону поселка.       Там Валерий попадет на кладбище, пройдя мимо дома Харитона и малясь побеседовав с ним. На могильнике Валерий будет заниматься своими делами, а сейчас нужно вернуться к Антону.       Альбинос шел по вытоптанной ранее им же самим дороге, как вдруг его встретил ворон. Тот самый ворон, которого он видел во время поисков Вовы.       Он каркнул парню "Надень!", а потом улетел куда то. "Надеть? Что надеть? Аааа, маску наверное... Но она дома же...." подумал сбитый с толку Антон, даже не задумываясь о том что это сказала ворона, а не человек.       Казалось, он уже привык к этому и не собирается отвыкать. Почти сразу после этого, появилась Стрикс с еще одним фантомасом под рукой. Более крупный, менее активный. Глаза за маской медведя не видать, как со Стрикс в первое время.       — Привет, Стрикс. Привет... Мишка?       — Медвежутка. — низким, таким же искаженным голосом поправил его парень в костюме медведя.       Классно сделанная маска из того же материала, что и маска Стрикс, а также меховая куртка. Вероятно, из меха медведей как раз, - мех пушистый такой, коротковатый и немного темный. По голосу, пусть не полностью человеческому, можно дать парню около шестнадцати-двадцати лет, но он может быть еще старше.       "Вот это уже плохо, если там все фантомасы ритуальщики, кроме Стрикс, старше меня, то будет сложнее справляться. Хотя у меня даже плана как такового нету, что уж говорить."       — Привет и тебе-е-е, Воронишка.       — Уху, знакомься, Воронишка, это Медвежутка. — Сказала Стрикс и показала "пернатой" рукой на своего товарища.       Внезапно, они стали обращаться к Антону по другому имени и это не смог не заметить парень, но говорить он что-либо не стал. "Видимо, они уже решили, что я надену маску и стану, как бы, одним из них."       После короткого знакомства, эти трое пошли по тропе, разговаривая о разном. Медвежутка жаловался на боль в правой руке, которую он повредил, падая с незамеченного обрыва прямо в ледяную реку, что смягчила его падение.       Стрикс, то есть Совушка (Медведю не нравилось, как Воронишка обращается к его подруге) рассказывала про свои ночные полеты и раннее, сегодняшнее пробуждение. Ведь обычно она спит до самого вечера, а тут на тебе, в обед проснулась.       Антон, ставший Воронишкой, внимательно изучал своих друзей: их повадки, стиль общения, особенные черты внешности и прочее. В основном он полностью удостоверился, что если бы медведь стал человеком, то выглядел бы примерно так же, как выглядит сейчас Медвежутка, ставший просто Вежутом.       Он был не против и даже заулыбался (каким образом, пока что не понятно), показывая Воронишке ряд хищных, характерных медведю зубов.       Судя по разговору, который длился до самого порога в дом, у парня нет другого выхода, кроме как надеть эту маску.       Поэтому парень решил спросить на чистоту у своих новых друзей. Медвежутка стоял возле крыльца, побаиваясь стать на деревянный пол, а Совушка стояла возле двери, которая была открыта ключом Антона.       — Не знаю, кто именно подбросил мне маску ворона, но спрошу другое. Мне прямо сейчас её надевать, или нужно куда-то идти?       Это, казалось, ввело в большой ступор обоих зверей. Они моргали глазами (О да, у Медвежутки появились пара карих глаз, это успех!) и странную, можно даже сказать, неловкую тишину, прерывало отдаленное карканье ворон и завывающий морозный ветер, который заставлял шуршать мелкий мех и перья вышеупомянутых "зверей".       После щелчка пальцами, они наконец-то вернулись в реальность и Медведь ответил. Его ранее показушная, ленивая речь, выветрилась вместе с потоком холодного воздуха, пробежавшего мимо нас легким порывом.       — Не ожидал этого вопроса. Тебе решать, но в итоге ты все равно придешь к нам и пройдешь испытание на качество настоящего зверя.       После этого он исчез и остались только два следа косых лап медведя, которые владелец дома стер легким движением ноги.       Антон посмотрел на Стрикс, она посмотрела в ответ и промолчала, не зная, что сказать своему другу. Смотрела все еще удивленно, да, необычайно прямолинейно спросил её новый друг.       Махнув совиным, белоснежным крылом, морозный воздух покрыл светлую кожу лица белобрысого, а Стрикс хихикнула от недовольной рожи Антона и исчезла так же, как и Вежут.       Антон побрел к себе в комнату, перед этим убрав следы зверей и сняв курточку. Открыл ключом выдвижной ящик в рабочем столе и увидел лежащую, черную маску ворона. Ничего не происходило, парень просто смотрел через единственные свои очки на маску, а маска "смотрела" на него.       Пока дед в лесу продолжает поиски трав, есть момент надеть её и узнать, что будет. Кисть левой руки медленно зависла над личиной и так же медленно стала опускаться, уходя вглубь ящика.       Кончики пальцев коснулись черного, как сама бездна, предмета и парня пронзила резкая, но слабая головная боль, а вместе с ним шепот тысячи вороно-подобных мужских и женских голосов.       Преобладали взрослые мужские, но были проблески детских и женских голосов.       Парень отпрянул от маски и резко сел на кровать, схватившись руками за голову. "Хватит, заткнитесь.... ХВАТИТ" Голоса оборвались и наступила оглушительная тишина, прерываемая учащенным дыханием мальчишки.       Голоса шептали парню стать еще одним вороном, которого очень давно не хватало "таежной семье", но сейчас умолкли под приказом самого главного в голове. "Ладно, я надену её." Парень подорвался и резким движением уже правой руки, надел на лицо маску. Она сама застегнулась так, что носить её стало удобнее.       На маске появилось несколько рун и она поменялась внешне.       Клюв стал чуть-чуть длиннее и было видно из круглых прорезей более узкой маски, которая тем не менее покрывала все лицо юноши. Правда вот в том, что ему не было до этого дела.       Все мышцы тела пронзила многотысячная, колючая боль, а затем неприятное чувство раздувания, будто кто-то воткнул около миллиона микро-насосов и стал запускать в его тело воздух.       Сердце забилось в новом ритме и его было четко слышно где-то в груди. Что до слуха, то он стал намного реже, вместе со зрением. Глядя на окно, парень отчетливо видел спящую в снегу собаку или медленно падающие возле столба снежинки.       От этого заболела голова и Антон поморгал, пытаясь расфокусировать свое зрение в привычное. Получилось через пару секунд и тот сломя голову погнал в туалет.       Мальчишка в маске ворона буквально перелетел через ступеньки, с последней сразу на первую, и не ощутил никакой боли после удачного приземления, продолжая свой путь по инерции.       Влетел в туалет и увидел в зеркале над умывальником свою маску. Выглядела она хорошо, но... Она выглядела точно так же, как на том злосчастном рисунке с тремя воронами.       "Что это значит? Это что, некий дар предвиденья? Еще одна мистическо-фантастическая фигня, с которой предстоит разобраться? Что интересно, тот сон вполне мог быть вещим, если это действительно реально и правда."       А может это было ужасным совпадением.       Антон уже думал возвращаться в комнату и снять личину обратно, как ощутил животный голод, от которого ноги потеряли всякую опору и парень упал прямо в ванную левее от него. Неплохо стукнулся затылком и зашипел от боли, которая прошла через двадцать секунд.       Скорее всего, голод настолько сильный, что боль меркла по сравнению с ним. Найдя в себе некоторые силы, Антон выполз из ванной и увидел в зеркале уже другой облик. Узкая маска с длинным клювом. Привычные зеленые глаза стали омертвевшего травяного цвета и выглядели сумасшедшими от голода, распространившегося по всему желудку.       Голод двигал телом, а Воронишка мысленно просил помощи, чтобы избавиться от этого. Голоса вернулись и явно не помогли от неразберихи, поэтому Антон сказал первое, что ему пришло в больную голову. "Хватит говорить стадом, станьте одним голосом и помогите мне уже наконец...."       На удивление, голоса послушались и теперь тот же старческий голос, что был во сне, повелевал парнем.       "Позволь помочь, дай волю Вороньей сущности, дай...." С вороньим акцентом (Такое бывает?) прошептал голос, ставший под конец более молодым. Парень подсознательно согласился и погрузился в сон.       Будучи эфемерным духом или чем-то вроде того, Антон был связан чем-то с телом, которое ранее принадлежало ему. Возле маски были похожие духи с размытыми лицами, которые было сложно разобрать.       Тот, кто теперь управлял телом, поднялся с деревянного пола и взмахом руки получил ту же одежду с внешним видом, что была на рисунке. Сделав щелчок пальцами, уже нечеловек стал полупрозрачным.       Ворон вышел из туалета, а потом побежал на кухню, превратился в призрачного ворона и пролетел сквозь рисованное морозом окно. Из-за связи с телом, Антон поплыл по воздуху вместе с вороном, который теперь выглядел как обычная птица.       Пару раз каркнув, она полетела на спящую собаку, как орел на найденную и выбранную добычу. Приземляясь на животное, ворон вернул свой антропоморфный облик и впился когтями на ногах в замерзшую тушу.       Не успела псина и заскулить, как когти разорвали её живот, а клюв ворона стал клевать и поглощать пищу с характерным зверям чавканьем. Через пять минут, увлекательная трапеза была закончена, а весь клюв стал бордовым от крови.       Да что там клюв, внешний вид тоже был окрашен собачьей кровью, но голод кое-как поубавился. Антон смотрел на это секунд десять прежде, чем отвернуться и ждать пока эти ужасные, задевающие саму душу своим звуком, чавканья не прекратятся.       Это закончилось, Ворон взял пальцами оставшуюся на псине кровь и провел по лбу маски, что-то начертив. Какая-то непонятная руна. Только через минуту Антон вспомнил, что такая же руна была на подвеске ворона, на посохе приснившегося культиста.       За это время фантомас-ворон что-то прокаркал и руна засветилась слабым светом.       — Недостаточно... Этого недостаточно, чтобы быть Вороном....       Сказал ворон поломанным голосом, который резал слух Антона. Он опять что-то накаркал: непонятные, неразборчивые слова и кровь исчезла вместе с останками псины.       Маска расцепилась и упала на заснеженную дорогу, внешний вид ворона рассыпался в пыль, а Антон вернулся в ту же секунду в свое тело. Сделал глубокий вдох и закашлялся от низкой температуры воздуха. Упал на землю от этого дубака, но поднялся и прихватил маску.       Побежал к себе домой, закидывая наверх прилипший к подошве домашних тапочек, снег. Бежал так, как никогда. Казалось, он стал быстрее, чем был когда-либо.       Морозный ветер опять обдувал лицо, но было все равно, ведь через минуту парень был дома. Заскочил в туалет, посмотрев на себя. Никакой крови, ничего, что могло сказать, что он только что съел собаку.       Антон спокойно выдохнул и вышел из туалета. По крайней мере никто не узнает, что он таким занимался. Но ему все равно ужасно на душе. Маска в его руке стала раздражать и отвращение от самого себя только возросло.       Парень просто хотел перестать её видеть, а личина по велению просто исчезла. Он ничего не понял и пошел за аптечкой, искать успокоительные. Нарыл что-то подходящее и налил стаканчик воды.       Таблетка полетела вместе с водой в желудок, стакан оказался возле раковины. На тело накатила какая-то волна безразличия и стало легче чувствовать себя.       Находясь в этом состоянии, Антон вспомнил о своем обещании и поплелся к телефону. Пальцы машинально набрали нужный номер и послышались гудки. Кто-то взял трубку и послышался девчачий голос:       — Алло?       Будто чужим голосом ответил Воронишка:       — Привет, Кать, это я.       Говорил парень отчужденно, с полным безразличием ко всему происходящему.       — О... Антон, привет. Ты только закончил с делом?       — Да... Вышли затруднения, поэтому я вернулся домой. По пути кое-что случилось, поэтому пришлось принять успокоительное. Прости, приду к тебе только через час, если действие лекарства пройдет. А если нет, то, скорее всего, не смогу.       Безразличие росло и заседало в парне, но глубоко внутри добрячок понимал, что Катя может неправильно понять ситуацию, поэтому нужно как-то осведомить её о своем плачевном состоянии.       Из трубки послышался удивленный вздох и обеспокоенный шквал вопросов:       — Антон, ты цел? На тебя напали? Что случилось?       — Все нормально. — Отрезал Антон и почти бросил трубку.       — Хорошо, если ты будешь чувствовать себя лучше, можешь приходить, но если нет, то обязательно оставайся дома! Я могу и потерпеть, главное, чтобы ты был в полном порядке.       — Спасибо. —Стальным голосом ответил Антон и положил трубку. Затем прислонился спиной к стене и тяжело выдохнул.       Постоял так минуты две или три и пошел к себе в комнату отдыхать.       Каким-то образом он умудрился не просто отдохнуть, а продремать несколько часов в своей кровати. Маска куда-то делась, ну и славно.       Конечно, Антон стал значительно сильнее и все тело стало куда мощнее, почти не поменявшись внешне, но этот голод сводит с ума и доведет до белочки даже самого стойкого характером человека.       Увидев, что на часах уже семь часов вечера, понял, что никак не получится встретится с Катей сегодня. Она и не против, значит и беспокоится не о чем. С этими мыслями наш герой просмотрел уроки на следующий день и был несказанно рад томму, что после адского четверга, наступает легкая пятница с простыми предметами.       Из книжек только алгебру взять, ничего более. Домашка очень легко решалась, мысли ничем лишним не были забиты, мрак безразличия продолжал омывать рассудок парня.       Дед уже вернулся, но увидев спящего Антона, решил его не тревожить. Видно утомился парень.       Поэтому, белобрысый был вынужден ужинать в одиночестве, а потом слушать поистине прекрасное творчество Короля и Шута, пока не стукнуло одиннадцать часов и не было пора ложится спать.       Так проклятый четверг сменился кровавой пятницей.