***
Когда известие о нападении варваров достигло императора, все предполагали, что это не продлится долго, так как многие кочевые племена, из которых и состояло войско агрессора, были нецивилизованными и даже не знали меди, не говоря уже о железе. Но как же они ошибались. Оказалось, что варвары были прекрасно экипированы, более того, они с первых боев показали себя отличными воинами, с прекрасными навыками боевых искусств и ведения боевых действий в целом. Их командиры оказались превосходными тактиками. Вкупе с эффектом неожиданности как самого факта вторжения, так и хороших навыков противника, первые войска Поднебесной потерпели оглушительный разгром, итогом которого стала потеря большей части защищающихся. Как только об этом стало известно, началась немедленная призывная работа. В ряды армии забирали всех мужчин призывного возраста, а также добровольцев на контрактную службу. Первым, конечно, оказался У Да, ему вести приходили моментально, хорошо иметь мужа-дракона. Ему также повезло и тем, что многие мифические существа, знавшие о его истинном положении, решили примкнуть в ряды его армии, как люди. Они образовали отдельный отряд, командовал которыми лично молодой генерал, а о существовании отряда знали только самые приближенные люди. Отряд занимался в основном разведкой и зачисткой, если это требовалось. Не раз они предотвращали диверсии не только варваров, но и демонов. Пару раз ломали планы противника по устранению У Да, однажды еле успели и убили подосланного убийцу, когда тот уже замахивался для удара, пока генерал спал. Следующим шокирующим фактом, открывшимся сразу же после радостного события, стало предательство истинной любви Цинлуна — Гу Мейли, белой тигрицы. Это стало настоящим ударом в спину для дракона запада, его собратья боялись за него, боялись, что он натворит бед. Многие начали опасаться, что он, движимый чувствами, может предать свое предназначение, были попытки подослать к нему соглядатаев. И только Сюаньлун верил в Бэй Фана, не раз и не два они вместе воевали, и его сила воли поражала своей твердостью, ничто не способно было сломить лазурного дракона. Черный дракон планировал казнить Гу Мейли как можно быстрее, но, к сожалению, она скрылась среди других присоединившихся к демонам существ. Это не было чем-то необычным, такова уж природа всех разумных существ: есть те, кто за добро, и те, кто поддерживает зло. Ну а жажда получить больше жизненных сил и энергии лучший мотиватор. Демоны предлагали полную свободу на занятых территориях. Там творился настоящий ад для людей: демоны делали из них рабов, а существа — едой. И чудом было, если смерть приходила быстро, многие любили помучить свою «еду», поедая костный мозг еще живых, утверждая, что так можно получить более качественную энергию. Цинлун после получения известия ринулся в бой с остервенением, могло показаться, что он хотел найти и убить Гу Мейли, но нет. Все, чего хотел бирюзовый дракон, — узнать, как она могла пойти на это. Они не одну тысячу лет были вместе, и она никогда не выказывала намеков на жажду огромной силы или жестокости, но, судя по всему, просто-напросто скрывала свои желания от пары. Что ж, такое бывает. К сожалению, как бы сказки ни описывали преображение жестоких героев, в реальности такого не бывает.***
— Значит, Чжань-гэ убил Гу Мейли, — пробубнил У Да, откидываясь на спинку стула, отбрасывая свиток с новостями на стол. Он закрыл устало глаза. Усталость и сонливость немедленно взяли верх, и он задремал, но мгновенно очнулся и уселся прямо. Чжулун молча наблюдал за молодым человеком, словно чего-то ждал. — Больше никаких писем не было? — поинтересовался генерал человеческой армии, делая вид, что рассматривает карту. — Ему сейчас не до писем, — буркнул красный дракон, У Да вскинул на него злой взгляд, — Да, тих ты, — примирительно произнес Чжулун, — Ему сейчас плохо, не хотел тебя беспокоить… — Плохо? Почему плохо? — заволновался молодой человек. — Ты думаешь, так просто убить кого-то? Хотя вам людям и другим существам, возможно, не так трудно, как нам, драконам, — устало произнес дракон, он растянулся на подушках и закрыл глаза, — А уж ему тяжелее всего, он самый чистый из всех, но обязан быть палачом. Знаешь, он плачет после каждой казни, — разоткровенничался Гун Цзюнь, — Прячется в своем логове, сжимается в комочек и плачет… — Чжань-гэ, — тихо выдохнул сочувственно У Да, и это не осталось незамеченным драконом. — Ладно-ладно, калачиком он не сворачивается, — ухмыльнулся Чжулун, — Сидит себе в позе лотоса над своим источником и льет слезы очищения… — Слезы очищения? Это как? — не понял У Да. — Как слышится, так и есть, — раздраженно бросил красный дракон, — не знаю, рассказывал ли тебе Сяо Чжань, но убийство для драконов — табу, не только людей, но любого живого существа. Мы созданы защищать… — А как же война? — удивился молодой человек. — Тц, мы не убиваем, калечим… — Ха-ха-ха, — засмеялся У Да, — Да, иногда ранения хуже смерти, тоже мне, добродетели ходячие… точнее летающие. — Дурак, — буркнул дракон, — Мы воюем с демонами, богами и существами, все их ранения рано или поздно заживут, у особо сильных даже конечности отрастают. Так что это и правда милосердие, но порой обидное и опасное, не скрою. Возвращаясь к теме слез. Если дракон совершит убийство, даже по неосторожности, его ждет наказание — раскаяние. Настоящее, искреннее раскаяние, если такое получается, то дракон плачет и слезы эти способны очистить его душу от греха убийства — это и есть слезы очищения. Искренние, от души, вызванные болью от факта лишения жизни другого, такие слезы способны очистить любой грех. К слову сказать, я на своем веку встретил только одного дракона, способного лить слезы очищения, и думаю, ты понял, о ком я. — Почему так? — удивился У Да, — Я думал, все драконы добры от природы. — От природы да, но мы подвластны порокам людей, ибо живем рядом с ними, — развел руками Чжулун, — А он единственный, созданный самим Небесным Отцом, совершенный, можно сказать… и очень хитрый, когда дело касается тебя… — Что ты хочешь этим сказать? — заволновался У Да. — Он старается обходить острые углы, где-то вывернуть в нужную сторону, где-то промолчать, — усмехнулся красный дракон. — Он врет? — удивился У Да. — Ни в коем случае, — дракон помахал рукой в знак отрицания, — Врать нельзя… — Нельзя? Это что, какие-то правила? — Типа того… Нельзя лгать, нельзя мешать… — Чему мешать? — Если человек сделал свой выбор и принял решение, мы не можем мешать и противиться — мы обязаны уважать выбор человека и платить, если это требуется. — Платить? Как платить, золотом? — разговор принимал все более интригующий поворот, ничего подобного он не знал и даже не предполагал. Молодому человеку становилось в некоторой степени обидно, он столького не знал о своем избраннике. — Желаниями, конечно, — усмехнулся дракон. — В смысле желаниями? — недоумевал молодой человек. — Самыми что ни на есть настоящими желаниями, — хитро прищурившись, произнес дракон, он повернулся на бок и смотрел в сторону молодого человека, — Интересно? — удовлетворенно хмыкнул Чжулун, увидев, как загорелись глаза У Да, — Есть три способа получить возможность загадать желание дракону, — дракон приготовился загибать пальцы, загнув большой сказал, — Первый — вызвать хорошее настроение у дракона, и он сам предложит выполнить любое твое желание, второе, — дракон загнул указательный палец, — Выполнить просьбу или желание дракона, ты можешь как знать об этом и попросить намеренно, или же дракон сам тебе об этом объявит, так как врать нам нельзя, мы обязаны по идее сообщить о возможности этого желания. Ну и, наконец, третье, — дракон загнул средний палец, — Пострадать за дракона, получить за него ранение или же умереть вместо него. — И какие же желания может исполнить дракон, — фыркнул У Да. — Практически любое, ну а твой супруг и вправду любое, даже самое абсурдное и, казалось бы, невыполнимое, и думаю, даже противоречащее природе. — Неужели он обладает такой силой? — испугался молодой человек. — Ну он и правда обладает огромной силой, но возможность исполнять желания дарована нам Отцом Небес, а Сюаньлун, сам знаешь, его любимое детище, после людей, конечно, — ухмыльнулся Чжулун, а потом зевнул и потянулся, — Утомился я, пойду спать. Чжулун поднялся с подушек, еще раз потянулся и вышел из шатра, пожелав спокойной ночи молодому человеку. У Да остался сидеть за столом, он долго перебирал разговор с красным драконом. Его все еще обижало, что супруг многое скрывает от него, они открывали драконов с другой стороны, молодой человек привык их рассматривать как людей, наделяя их теми же пороками и добродетелями. В реальности, оказывается, все обстоит иначе. Например, он всегда считал Гун Цзюня хвастуном, что любит приврать, сейчас, в свете новых знаний, У Да придется принять, что все сказанное им является чистой правдой. Также он всегда считал, что красный дракон поддерживал его в решениях, что не нравились Сяо Чжаню, только лишь из-за желания подразнить его. А выходит, он действовал сугубо в рамках драконьих норм, хотя желание поддеть наставника все же имело место быть, думалось У Да. Молодой генерал решил обернуть в свою пользу знания и попытаться выведать у красного дракона все «темные» истории из жизни своего супруга. Хитро усмехаясь, он отправился в личный шатер, чтобы наконец-то поспать.***
Два дня молодой генерал У Да пребывал в отвратительном настроении, казалось бы, армия одерживала одну победу за другой, но молодой командующий был сам не свой. Большую часть времени он старался держаться подальше, в бой рвался самым первым и бил врагов нещадно, с неким остервенением. Его личные служащие рассказывали, что молодого хозяина мучили кошмары последнюю неделю, а вот две ночи подряд он и вовсе просыпается в холодном поту с криками ужаса. По его словам, он не помнил ничего из своих снов, только ужас, охватывающий его. Вечерами он подолгу сидел в своем кабинете и вскакивал каждый раз, когда кто-то входил в его шатер, будто ожидая чего-то или кого-то. Воины шутили, мол, он скучает по своей молодой жене. Ведь кто не слышал о свадьбе генерала, и года не прошло с того события, а молодым пришлось расстаться через месяц после воссоединения. И только приближенные и те, кто жил в столице, знали, кто на самом деле был «супругой» генерала. В первые дни над этим мезальянсом шутили все кому не лень, пока император не признал брак и не одарил новоиспеченного мужа новой должностью, заткнув рот злопыхателям. Впрочем, многие помнили мужа генерала по совместным учениям или боям, невероятно талантливый воин, сильный духом и телом и чрезвычайно умный тактик. Подобная пара была славным подспорьем в нынешней войне. Но, к огорчению, супруги вынуждены были разлучиться на неопределенный срок. Где точно находился супруг У Да, никто не ведал, но, судя по слухам, он находился в самой гуще на западе. Вероятно, опасение за жизнь мужа и было причиной ночных кошмаров и отвратительного настроения командующего Центральной армией.***
У Да понял все по лицу Чжулуна, стоило тому только войти в шатер. Вскочивший перед этим молодой человек тяжело рухнул на стул и закрыл лицо руками. Не зря ему снились эти ужасы, он не помнил содержания, только последние мгновения: мертвецки-бледное лицо Сяо Чжаня, покрытое кровью, и расползающееся алое пятно на животе. — Он попал в плен, — тихо произнес Чжулун, — Они его обманули, сказали, что захватили тебя и обменяют на него, времени на подтверждение данных не было, они все предусмотрели…