"Сюаньлун - сокровенный дракон"

      Было раннее утро, когда Небеса содрогнулись. Император спросонья в одной пижаме выбежал из своих покоев.       — Что случилось? Это нападение? — мужчина средних лет в пижаме ярко-желтого цвета с красными манжетами и воротничком огромными глазами смотрел в сторону выхода.       — Пока неизвестно, Ваше императорское величество. Возвращайтесь в покои, я узнаю обстановку и доложу.       У дверей императорских покоев стояли трое крепких мужчины в черных костюмах, в ухе у каждого виднелся наушник для переговоров. Говорил охранник, стоящий непосредственно напротив дверей, он являлся начальником смены, и только он имел право говорить с Юйди. Император согласно хмыкнул и развернулся обратно в спальню.       — Я вызову вашего помощника, — начальник смены поклонился спине императора и еще некоторое время стоял в таком положении, когда дверь закрылась, — Пусть господин Лянь отправляется в покои Юйди, император изволил проснуться, — произнес он по внутренней связи, не разгибая спины.       В это время двое молодых мужчин, стоящих на карауле у ворот на Небеса, разинув рот, смотрели на черного ящера, парящего в воздухе метрах в двухстах от них.

***

      Сяо Чжань посчитал, что совершать визит на Небеса после полудня плохой тон, а потому явился к воротам в мир небожителей в час дракона. Согласно указу владыки Небес, он прибыл в обличье черного дракона, без какой-либо маскировки своих сил. Калечить кого-либо желания у него не было, — он рассчитывал-таки на помощь небожителей в предстоящей войне, — потому подлетать ближе, чем находился сейчас, не собирался. Справедливо полагая, что его приближение уже подняло на ноги всех обитателей Нефритового дворца, Сюаньлун полетал около получаса, давая время императору привести себя в надлежащий вид.       Он так же полагал, что Юйди уже узнал о его прибытии и его министры дали совет, как вести себя с Великим драконом. Насколько это было наивно, Сяо Чжань понял, когда спустя отведенное время послал безмолвный зов владыке Небес.       — Владыка Небес так и хочет видеть меня на Небесах? — раздался в голове Юйди приятный бархатный голос.       Император вскочил на ноги, а затем снова тяжело упал в кресло, испуганно оглядывая кабинет. Конечно, Безмолвная речь не была для небожителей удивительным делом, но при взаимодействии всегда понятно, с кем ты общаешься в данный момент. Незнакомцы просто не смогут отправлять вам зов. Сейчас же к Юйди обратился кто-то, кого он совершенно точно не знал. Мало того, этот кто-то обладал сокрушающей силой.       Именно она заставила императора упасть обратно в кресло и сейчас давила на него, и это при Безмолвной речи. Небожитель с ужасом представил, какова же мощь того, кто к нему обращался. От страха он даже подумал, что к нему в сознание пожаловал сам Отец Небесный.       — Отец Сущего? — осторожно пробормотал император, вращая глазами.       — Ваше императорское величество? — канцлер с удивлением смотрел на своего повелителя.       Глава небожителей практически лежал в кресле с таким выражением лица, словно его придавило горой Куньлун. Особенно внушало опасение его лицо, выражающее страх, и широко раскрытые глаза полные ужаса.       — Тебе тяжело вынести даже мою Безмолвную речь, что же с тобой будет, если ты встретишься со мной напрямую? — голос в голове Юйди ухмылялся, даже издевался. Так говорят те, кто заведомо уверен в своем превосходстве.       — Кто ты? — император выдавливал из себя слова мысленно.       — Сам велел мне прибыть к тебе, а теперь не узнаешь?       — Сюаньлун? — Юйди сам не заметил, как произнес имя вслух, его канцлер наклонил голову и приподнял брови.       — Что? Это этот дракон к вам обращается? Да как он посмел? — канцлер вскочил со своего места, готовый тут же броситься на непочтительного дракона.       — Заткнись, Цэнь Ян, — император зло зыркнул на канцлера, и тот поджал губы, проглатывая уже готовые сорваться с них очередные слова, — Где там тот человек из архива, о котором ты говорил?       — Должен был уже прийти, — канцлер не успел закончить, а в дверь уже стучали, он разрешил войти.       В дверь вошел старик, очень худой, высокий, с длинными белоснежными волосами, заплетенными в косу, достигающую его талии. Мужчина был одет в белую дуаньда и был словно сошедший с экранов кинотеатров эдакий мастер боевых искусств или старец-мудрец из дорам.       — О, господин Ма, рады вас видеть, — канцлер встал навстречу старику, поклонился, затем жестом указал на место напротив себя по левую сторону от императора.       — Ваше императорское величество, — Ма Болин поклонился Юйди, а затем обратился к канцлеру, возвращая поклон, — Благодарю, господин Цэнь.       — Хватит пустой болтовни, этот дракон сейчас в моей голове, и мне это очень-очень тяжело дается, — выдавил из себя Юйди, хлопнув ладонью по столу, призывая к молчанию.       — Прошу прощения, император. Как только канцлер передал мне поручение, я принялся искать информацию. К сожалению, как вы помните, очень много свитков было утеряно из-за пожара, что устроили несколько тысяч лет назад демоны-диверсанты. Но я нашел немного данных в летописях, что писали небожители после этого, чтобы хоть что-то сохранить. Там есть упоминания о законе, что издал один из первых владык Небес, так тогда звали императора. В этом законе он повелевал Великому дракону явиться перед его очи и дать отчет, почему он не прибыл с дарами к его возведения в титул. В летописи не упоминается, что именно тогда случилось, но ясно одно — дракон прибыл, а после Небеса долго восстанавливались, а сам император отправился в Море спокойствия…       — Каков наглец! Он посмел напасть на императора?! — канцлер ударил кулаком по столу.       — На самом деле, Вашему императорскому величеству, следовало об этом расспросить Мо Яо. Мне сообщили, что господин Мо бросил все свои пожитки, которых, впрочем, у него было и так немного, и отправился в мир людей, перед этим заглянув на вершину Алтынтага. Там он молил дракона разрешить остаться ему жить на его территории. Господин Мо — старейший из нас, и поговаривают, будто он живет чуть ли не со дня образования Небес.       — Бред, — скривился неверяще Цэнь Ян.       — Бред, не бред, а он явно обладает какой-то информацией, раз так спешно покинул Небеса, — пробубнил Юйди.       — Император плодотворно пообщался со своими помощниками? Что решил император? — раздался мягкий бархатный голос в голове Юйди, вжимая его в кресло, давя прессом силы.       От подобного у императора пошла носом кровь. Небожитель собрал остатки сил и попытался сесть прямо, подняв руку, предупреждая порыв собеседников броситься к нему на помощь.       — Срочно вызовите целителя императору! — крикнул канцлер в сторону дверей.       — Проваливай из моей головы, — вымучал Юйди.       — Ну уж нет. Я пожалел ваших подданных, скрыв свои силы, когда они поднялись на гору, но вместо благодарности я получил лишь высокомерные речи. По доброте душевной мне думалось, что это лишь вина вашего представителя, но нет, владыка Небес сам высокомерен сверх меры. Слышал, у вас была трагедия, уничтожившая свитки и вы потеряли все знания обо мне. Что ж, я всегда был великодушен. Я освежу их вам.       — Ваше императорское величество, — мужчины кинулись к своему повелителю, который, закатив глаза, буквально стек на пол.       В это самое время по воздуху прошла мощная волна силы. Она, казалось, приподняла и опустила дворец, сотрясая все внутри него, а по стенам побежали мелкие трещины. Сами небожители ощутили сильнейшее давление и на себе. Вываливаясь наружу из своих домов, они ошарашенно смотрели вверх, где в небе парил огромный черный ящер.       Небожители из кабинета Нефритового дворца были не в состоянии выйти на улицу, они лежали на полу помещения, прибитые силой ящера. Главный архивариус, Ма Болин, в силу своего возраста, лежал без сознания, из его ушей и носа вытекала алая густая жидкость. Император пришел в себя, и у него было ощущение, что это было сделано специально, чтобы он был в себе и запомнил все то, что должно произойти.       В голове Юйди возник образ того, что его подданные наблюдали сейчас снаружи. Сами же они не подвергались воздействию мощи дракона, этой «чести» удостоились лишь сам император и его приближенные, ответственные за жизни других. Впрочем, кое-какое воздействие таки было, давление, хоть и небольшое, но было, и оно внушало ужас.       — Разрешите представиться, Сюаньлун — повелитель Севера, владыка мира людей, Великий дракон, рожденный волей Отца всего Сущего.       Голос черного дракона раздался в головах небожителей. Он мог бы расширить возможность Безмолвной речи на всех обитателей Небес, но посчитал, что количества жителей столицы будет более чем достаточно, чтобы весть о его визите разнеслась по всему миру небожителей и за его пределами.       — Как правитель мира людей повторяю свой указ: всем небожителям, проживающим в мире людей, явиться на вершину горы Луншань, сейчас известную как Алтынтаг, и изложить причины своего присутствия. Двое суток из назначенных семи прошли. У них осталось пятеро. По истечении срока не явившиеся понесут наказание. Император Небес тоже обязан явиться и объяснить мне, каким образом его подданные нарушают закон Отца Небес безо всякой на то причины.       Речь была услышана только императором и членами его правительства. Это вызвало в сердцах власть имущих возмущение, которое тут же было раздавлено мощью Великого дракона.       — Император понес наказание за свое высокомерие, — эти слова слышал уже только сам Юйди, — Наказание за неявку — смерть.       Последние слова были тихими, словно интимный шепот, вызывающий мурашки. Но волнение это было отнюдь не из приятных. Спина повелителя небожителей покрылась липким холодным потом, волосы на руках и ногах вздыбились. Юйди вздрогнул, когда давление исчезло, словно и не было. Дышать стало свободно, и он жадно глотнул воздух, еще раз, а затем принялся восстанавливать покой посредством дыхательной гимнастики.       Спустя пару минут в себя пришли и остальные, в кабинет вбежала охрана, следом за ней целитель, бросившийся было к императору, но он был остановлен им и направлен жестом к главному архивариусу, который так и не очнулся.

***

      Второй визит Великого дракона на Небеса обошелся без жертв и особого разрушения. Господин Ма, заведующий архивом, очнулся спустя несколько часов и довольно быстро восстановился. Случившееся заставило императора и его двор пересмотреть отношение к Сюаньлуну. К Мо Яо в мир людей был срочно направлен гонец с пожеланием, чтобы тот изложил все знания о драконе. И Мо Яо с вящим, садистским удовольствием рассказывал посредством Безмолвной речи императору и канцлеру, как встречал Сяо Чжаня, при каких обстоятельствах. А так же в красках описал казнь дракона-ренегата.       В положенный срок все небожители явились на гору Алтынтаг, большая их часть вернулась обратно на Небеса. В мире людей остались лишь те, что проходили небесное испытание, и Мо Яо, получивший разрешение самым первым в качестве беженца. Явился так же и Юйди. Всю беседу он с удивлением всматривался в мужчину, сидящего на возвышении перед габаном, удивляясь, насколько тот не похож на обладающего столь огромной силой.       Сяо Чжань же отбросил свое великодушие и встречал прибывших небожителей, равно как и демонов, сняв свои ограничения, распространяя мощь на всех и вся вокруг горы. Когда императору подали стул, чтобы он сел на время переговоров, дракон одним взмахом ресниц раздавил его в щепки, заставив повелителя Небес стоять все время. Показывая тем самым его положение в мире Сюаньлуна и перед Великим драконом. Юйди не был дураком и принял все без сопротивления, впрочем, о том, что произойдет нечто подобное, он предполагал сразу по завершении освежения памяти драконом.       Император Небес подтвердил свое участие в войне с демонами, если она все-таки начнется, как уверил Сюаньлуна, что его подданные более не будут появляться в мире людей, кроме как по законным причинам.