Ты не я

      — Неплохо живёте, — Тэ приводят в чувства быстро брошенные слова Ким Сокджина, вальяжно восседающего на подоконнике в гостиной. А он не перестаёт задаваться вопросом: что ему здесь нужно?       Невольно Ха проплывает в мыслях. Будто этот омега «завербован» им и пришёл уличить их в обмане. Становится крайне жутко от одного только воспоминания о том, что Ха был здесь днём ранее. Благо Чонгук сжимает его руку, не давая совсем утонуть в беспорядочных мыслях. И Тэ изучает неожиданного гостя, замечая любопытные светлые глаза, исследующие помещение.       Ранее Ким вежливо отказался от напитков. Даже не выбрал ни одну мебель, созданную специально для того, чтобы сидеть, а резво уселся на пустой просторный подоконник, где Чонгук любит сидеть по утрам. Конечно, их это заставило сильно удивиться, но они лишь переглянулись и не стали упрашивать гостя пересесть.       — Ну-у, и где Паки? — Любопытный вопрос застаёт Тэ врасплох, отчего сглатывает вязкую слюну. Ему не нравится ни непринуждённый голос, будто спрашивает о сущей ерунде, ни чрезмерно свободное поведение, будто Сокджин у себя дома находится.       — Что? Какие Паки? — Решает уточнить, а сердце уже начинает беспокойно биться, да и во рту сухость нарастает.       — Тц, хватит ломать комедию, я знаю, что они оба здесь, — громко вздыхает гость, резво спрыгнув с подоконника и подходя к ним.       Тэ начинает волноваться сильнее прежнего, крепче стискивая руку Чонгука. Неужели этот омега говорит про…? Бред же? Откуда Ким Сокджин вообще знает про них?       Что здесь происходит, твою мать?       — Уточните вопрос, мистер Ким, — становится чуточку интереснее о том ли омега спрашивает, о чём он предполагает?       — Хм. Человек по имени Ха, вам знаком? — У Тэ всё внутри начинает закипать об упоминании ненавистного имени. — Судя по вашей реакции, очень даже хорошо знакомы. Что ж, мне пришлось достаточно долго копаться во всех его делишках и выйти на него. Оказывается, Ха даже посмел познакомиться с моими родителями и установить в моём же доме слежку. В моём! — Тон Кима серьёзный и раздосадованный, который отрезвляет Тэ.       Точно! Клон сам прикрепил прослушку к пиджаку альфы Ким на своём дне рождении и Ха упоминал, что они теперь на крючке. Значит, гость с ним не сотрудничает? И это немного унимает беспокойство.       — Я знаю, где Ха сейчас. И такое узнал, что мне стало жутко любопытно посмотреть на результат его опыта. Потому я и здесь, — Ким садится в кресло, сложив ногу на ногу, и сверлит их пронизывающим взглядом. А Тэ в неверии сидит, распахнув рот.       Всё же он был прав. Этот омега пришёл увидеться с Чимином и его клоном. Тэ внезапно ощущает холодок по спине, не имея понятия, как гость узнал об этом и откуда знает о местонахождении Ха?       — Увы, ничем не можем вам помочь. Паков здесь нет, — решительно заявляет Тэ, чувствуя ободряющее поглаживание по спине.       — Знаете, что? — Негромко и фальшиво смеётся Ким, заставляя недоумевать. — Единственный человек, которого я не знаю, это вы, мистер… а как ваше имя? — Обращаясь к Тэ, омега протягивает руку.       — Вам незачем знать или старайтесь сильнее, — расслабляя хватку на руке Чонгука, он испепеляет слишком уверенного Кима.       — Ох, я постараюсь, не сомневайтесь. А врать мне, не советую, — голос гостя внезапно становится холодным и резким, что Тэ даже пугается на секунду, и смотрит так, будто готов сейчас же наброситься на него. — Мистер Чон, поздравляю вас. Вы сумели объединиться и стать конгломератом, — а ставший вдруг слащавый тон и вовсе заставляет удивиться. Этот парень не вызывает никакого доверия. Абсолютно.       — Спасибо, я к этому долго шёл, — спокойно отвечает Чонгук, уважительно пожимая руку и наклоняя голову, а Тэ впервые хочет стукнуть его. Что за внезапное подлизывание?       — Вы же в курсе, что влияние моей семьи гораздо больше, значит, сотрудничество с нами откроет вам немыслимые горизонты, — ярко улыбается Ким, вставая с места, а Чонгук снова кланяется, приводя Тэ в бешенство. — А если мне врать, я могу и разрушить вашу карьеру, к которой вы так долго шли одним лишь щелчком пальца, — ну всё, это уже ни в какие ворота!       — Ты вообще кто такой? — Начинает злиться Тэ, отпуская тёплую руку альфы из захвата. Однако Чонгук быстро кладёт обе руки на его плечи и несильно сжимает, но Тэ откидывает их, чтобы не смел останавливать. — Приходишь ни свет, ни заря к абсолютно чужим людям, ещё и смеешь шантажировать? — Не на шутку раздражён Тэ, вставая и решительно подходя к омеге.       Они почти одного роста, что позволяет подойти вплотную, почти соприкасаясь носами и сверля его тяжёлым взглядом. Тэ хочет силой выгнать его, но замечает, как парень немного тушуется и резко отстраняется, поправляя свежую причёску.       — Убирайся отсюда! — Негромко кричит Тэ, а сам весь дрожит от переполняющих эмоций. Он впервые видит настолько наглого омегу.       — Ну-ну, — Ким засовывает руки в карманы, ухмыляясь пухлыми губами, и даже светлые глаза ярко загораются, что абсолютно точно не нравится Тэ. — Не вижу причин так злиться. Вы мне вообще должны сказать спасибо, что выбил из Ха все причины жить. Да я сам ангел во плоти, который пришёл освободить его эксперимент от гнёта самого Пак Ханыля. А взамен лишь прошу показать результат мне.       Тэ переваривает его слова, не понимая, что Ким имеет в виду и откуда знает обо всём? Становится даже тяжело дышать.       Пак Ханыль, Ха, Чимин, Клон, «эксперимент»? Что это значит?       — Т-ты о чём? — Рваным голосом спрашивает Тэ, действительно, захотев узнать обо всём.       — Вот, — Ким быстро что-то включает на смартфоне и протягивает ему. А Тэ недоверчиво переводит взгляд с него на гаджет и обратно. Однако любопытство оказывается сильнее, он хватает смартфон, всматриваясь в экран. — Это видео, нажми play.       Тэ делает, как и было сказано, и замирает, пропуская большие мурашки по телу. На пыльном полу лежит еле живое тело, лицо которого сильно отекло и всё в синяках и ранах. А сам кое-как дышит, кряхтя, как старый дед и поднимая пыль вокруг. Освещение неяркое, поэтому невозможно разобрать, где находится и кто этот человек.       — Что это? — Поражённо выдыхает Тэ, не сводя взгляд с экрана.       — Это Ха, Пак Ханыль, брат отца Пак Чимина, человек, который создал клона наследника Пак, дошло? — Ответ Кима заставляет выронить смартфон из рук.       — Что? — Он не ослышался? Этот человек на экране — Ха?       — До чего все нежные, — цокает Ким, поднимая смартфон. — Да, это тот самый Ха. Правда, его сейчас не узнать, я всю ночь пытал. Ну так что, где Паки?       Тэ не может поверить. Не может просто так взять и поверить в то, что монстр, который разрушил его жизнь, сам сейчас борется за неё.       Пытал? Ха пытали? Такое разве возможно?       Он не слышит, о чём говорят Чонгук и Ким, лишь уставился в одну точку, переваривая всё.       Как же хочется, чтобы это было правдой! Чтобы Ха страдал так, как заставил страдать его, даже больше.       Это правда?       — Тэхён-а? — Поцелуй Чонгука выводит его из раздумий, и он тут же хватается за крепкие плечи. На глазах застывают слёзы, но различает силуэт Кима, который спешно куда-то идёт.       — Хён? — Тихо зовёт Клон, застывая на проходе в гостиную, увидев очень знакомое лицо.       Ким Сокджин? Что этот омега здесь делает? Время только шесть утра! Сильно удивляется Клон.       А Тэхён резко вскакивает с дивана, направляя взгляд на сына.       Только не это!       — Нет!       — Оу… Ох! — Внезапно вздыхает Ким, стремительно подойдя к Клону, отчего становится неловко. — А ты кто? Клон или… — Сокджин хватает его за щёку и немного тянет, заставляя прийти в себя. — Или же прототип?       — Нет! Отойди от него! — Подлетает разгневанный Тэ, заставляя Клона проморгаться, а Кима отстраниться. Он совсем ничего не понимает и что за странный вопрос?       Видите ли, Клона разбудили громкие голоса, а так хорошо спалось. Однако сильно удивился, увидев рядом своего же двойника, который спал, как мёртвый. Даже во сне они выглядят один в один, факт которого заставил снова и снова удивляться. Но потом воспоминания со дня накануне пронеслись в голове, быстро приводя в себя, и различил недовольный голос своего хёна, который и заставил спуститься к ним.       А теперь, ещё не до конца проснувшегося его полапал Ким Сокджин!       Что за утро? Но поведение хёна побуждает беспокоиться.       Тэ же прижимает сына к себе, захотев вообще спрятать его подальше от этого любопытного Кима, который только и делает, что откровенно пялится на него.       — Убирайся отсюда, — шипит Тэ, прикрывая Клона собой.       — Я, конечно, знаю тебя, Чимин, но… после таких новостей, не могу смотреть на тебя по-другому, — будто специально пропуская слова Тэ мимо ушей, забавляется Ким. — Даже я сам не могу со стопроцентной уверенностью сказать, кто ты на самом деле!       — Что? — Резкий подъём и разговоры до глубокой ночи с двойником сказываются на нём. Что-то всё не доходят слова внезапного гостя. Один вопрос мучает Клона: что здесь делает Ким Сокджин? — А что вы здесь делаете? — Всё же решается спросить, утопая в объятиях хёна.       — Не говори с ним, малыш, иди дальше спать, слышишь? — Тэ поднимает голову сына за подбородок и смотрит в сонные глаза, на секунду умиляясь небольшому отёку и дутым губкам, но возвращает свой трезвый ум, заставляющий отгородить его. — Поднимайся в комнату, — Клон лишь хлопает ресницами, не понимая, о чём это говорит хён.       — Слушайте! — Азартно начинает Ким, встав совсем рядом и раздражая сверх меры. — Если я отвезу вас к Ха, покажете мне обоих?       — Вали отсюда! Они тебе не звери в зоопарке, ясно? Вон! — Не сдерживается Тэ, приводя этим в себя сына.       — Хён, что с тобой? — Совсем ничего не понимая, но уже проснувшись совсем, спрашивает Клон.       — Ничего, просто уходи в спальню, ладно? — Просит Тэ, нежно целуя в лоб. — Иди.       — Ладно, — нехотя соглашается сын, странно смотря на него. Что это с ним вдруг?       И медленно разворачивается, чтобы уйти, как его тут же догоняет бодрый Ким, заставляя обернуться. А Тэ не успевает остановить гостя.       — Вау! А где другой Чимин? — И тут, Клон застывает, хватая ртом воздух.       Что здесь происходит? Откуда это Ким Сокджин знает о них?       Тэ же хватает сына и снова старается спрятать его.       — Живо убирайся…       — Хён, что здесь происходит? — прерывает Клон и уставился на обоих, захотев узнать.       — Ничего…       — Где ещё один Чимин? — Прилетает в ответ, что заставляет ещё больше недоумевать       — Что? О чём это он, хён? — Клон переводит взгляд на Тэ, который испепеляет развесёлого Кима. Так не хочется привлекать ещё и сына, но придётся, видимо. Всё же, по его душу пришли.       Проходит достаточно времени, чтобы Тэхён немного успокоился и свыкся с мыслью, что их тайну теперь знает абсолютно чужой человек. Не кто иной, как Ким Сокджин, который и не думает прекращать пялиться на сына.       Тэ нехотя рассказывает Клону о цели визита раннего гостя, вызывая отвращение и удивление. Это кем надо быть, чтобы совать свой нос не в своё дело? Клон сильно тревожится насчёт этого — словно они экспонат в музее. Поражается Киму, который и не скрывает своего радостного предвкушения. Гадость. А ведь он был лучшего мнения о нём.       Однако, узнав и увидев доказательства о Ха в смартфоне Кима, приходит в тихий ужас и ожидаемое облегчение.       Неужели это Ха корчится и пыхтит от боли? Неужели ему тоже больно? Неужели это означает конец его тирании?       — Хён? — В неверии переводит он глаза на Тэ, который только понимающе кивает, сжимая его руку. — Это правда?       — Похоже на то, малыш, — косо взглянув на гостя, который широко улыбается, отвечает Тэ. — Но я не знаю наверняка.       — Это… это же… — Клон глубоко дышит, не отрывая взгляда с экрана. Неужели теперь они будут жить без опасений?       — Я же говорю вам. Я отвезу вас к нему и вы сами убедитесь! — Восклицает Ким, спешно подойдя к ним, отчего они вздрагивают и отшатываются.       — Что ты сказал? — Недоумевает Клон.       Киму приходится много раз повторять это, чтобы до них дошло, наконец.       Увидеть своими глазами, как Ха корчится от боли, сейчас? Да это же…!       — Да, мы согласны! — Быстро отвечает Клон.       — Нет, малыш, а если это всё постановка? — Шепчет Тэ ему на ушко. Не доверяет он этому омеге, да и в груди неприятно давит.       Откуда взялся такой всезнающий и всемогущий Ким? Почему это так интересно ему? Что за всем этим стоит? Жизнь с Ха научила его никому не доверять.       Клон же весь в предвкушении увидеть альфу мучающимся, поскорее хочет убедиться наяву, чтобы выдохнуть и уже жить свою жизнь с хёном, Чонами и Юнги! Свободно! Без Ха! Разве, есть что-то лучше? Он не разделяет опасения Тэхёна. Если это постановка, то лично даст кулаком по физиономии Кима, а если это правда, то… то это, даже поблагодарит этого омегу?       — Хён, пожалуйста, соглашайся. Это же один шанс на миллион!       — Для этого требуется согласие ещё и того Чимина, — шепчет Тэ, сдаваясь такому напору, совсем не захотев ехать.       — Предоставь это мне, — улыбается Клон, целуя хёна слишком сильно, крепко сжимая в объятиях, будто уже получил согласие и убегает к двойнику.       — Не смей никому разболтаться о Чиминах, иначе я стану твоим кошмаром. Мне плевать на собственную жизнь и мне плевать на то, кем ты являешься, понял? — Сквозь стиснутые зубы проговаривает Тэ Киму, захотев вернуться ко вчерашнему славному дню.       — А мне вот интересно, с чего ты так печёшься о них? Ты чья-то няня? — Дуя губы, интересуется омега. — Это был настоящий наследник? — И чего ему неймется? Тэ лишь закатывает глаза и уходит в свою комнату.       Тем временем, Клон будит наследника, который совсем не хочет просыпаться. Даже давит на жалость, что он почти больной, но на его двойника это не работает. Потратив несколько минут на объяснения, Клон поражается наследнику, которому идея тоже приходится по душе и они даже успевают обняться. Им хочется посмотреть на Ха собственными глазами и убедиться в этом, наконец.       Воспоминания вчерашнего дня приятно согревают обоих, отчего улыбаются друг другу. Непривычно, конечно, но не странно уже видеть копию себя напротив.       Начинающийся дождь им тоже не помеха. Быстро приняв совместный душ и собравшись, они спускаются вниз, натыкаясь на уже готовых Тэ, Чонгука и Хосока, который мило болтает с Кимом. А увидев их вместе, Сокджин подлетает к ним, становясь прямо напротив, загородив им дорогу.       — Вау! Вау! Вау! — Вскрикивает гость, разводя руки в стороны, а парни переглядываются между собой. Им очень не нравится всё это внимание. — Ух ты! В жизни бы не подумал, что увижу клона! А кто из вас, кто?       Наследник очень хорошо помнит этого Кима-везде-и-всюду-Сокджина. Учились в одной школе когда-то. И сильно удивляется, увидев его. А эти восторженные крики заставляют глубоко вздохнуть. Тут он ловит умоляющий взгляд Тэ, отчего становится не по себе. Сам не желает делать больно Клону, поэтому:       — Догадайся сам, Ким, — ворчит в ответ, минуя этого дылду. — И что ты здесь делаешь?       — О, значит с тобой мы виделись недавно! — Направляя всё своё внимание Клону, визжит гость. — Ну это слишком тяжело. Даже папа родненький вас не узнает, что говорить обо мне? — И внезапно дуется, ошарашив всех.       — Ты обещал! Вези нас к Ха, — встревает Клон, наблюдая за хёном, который стоит, глядя в пустоту.       — Ой, точно! Ну что, едем? Что за день? Голову можно сломать! — Буквально пищит Ким, выходя на улицу, пока все провожают его взглядом.       Что за человек такой?       Клон тормошит хёна, которому до сих пор не нравится эта затея, однако, не станет перечить сыну. Все переглядываются друг с другом и уходят вслед за Кимом.       Сокджин вызывается отвезти одинаковых парней, а Тэ не собирается оставлять их с ним, отчего тоже присоединяется. Судя по всему, Ким и не против. Только Чоны на своей машине едут за ними.       В салоне машины слишком шумно. Громкая музыка вместе с любопытными вопросами омеги заставляют загудеть их головам. Но никто и слова в ответ не говорит, предпочитая наблюдать город за окном.       Дождь такой же сильный, как тогда, когда они с двойником поменялись местами, отчего Клон тянет улыбку. Всё вспоминает себя, как сильно волновался и родителей, когда увидел их впервые. А теперь они с двойником даже два раза душ приняли и спали вместе. Уму непостижимо, как поменялась его жизнь. И невольно задаётся вопросом, каким была бы его жизнь без Ха?       Не было бы хёна? Двойника? Всего этого? И что-то заставляет его нахмуриться. Получается, благодаря Ха у него есть эти люди?       Однако его мысленную бурю усмиряет тёплая рука хёна, которая несильно сжимает, заставляя поднять взгляд и встретиться с родными глазами. Клон видит в них беспокойство. Он понимает его. Нелегко поверить, что Ха повержен. Столько лет они этого ждали, а теперь… в общем, сложно поверить. Поэтому сжимает его руку в ответ, улыбаясь легонько, наблюдая ответную улыбку, прибавляющую смелость.       Готов, как никогда посмотреть Ха в глаза.       Наследник тоже весь в думах. Как-то не думал, что всё произойдёт так быстро. Он рад, конечно, рад, но. Что будет потом? Если его клон так и не узнает всю правду, то сам он будет так и жить у Чонов? Может, наследник сам этого хочет, совсем чуточку, но, с одной стороны, уже зарёкся быть наследником Пак, с другой же, хочется ещё побыть с Тэхёном.       Дождь только сильнее тарабанит по машине, превращая всё кругом в серое месиво. Даже смотреть за окно становится невозможно, поэтому все невольно слушают качающую музыку, слегка отпуская некоторое напряжение.       А когда приезжают в пункт назначения, кажется, что их привезли разбирать на части. Всё здесь располагает думать о фильмах ужасов, где будут сдирать кожу с главных героев.       Внутри помещения, напоминающего какой-то склад, их встречают множество незнакомых мужчин, повышая градус страха до максимального, отчего Тэ сразу хватает Чиминов за руки. Наследнику очень приятен такой жест. Он не боится здешней атмосферы и этих людей, но стискивает руку омеги в ответ.       — Мальчики, у нас гости. Где наш мертвяк? — Бодро и громко звучит голос Кима, заставляющий их вздрогнуть. Но они идут вперёд, минуя здоровенных альф.       Тёмное помещение наполняется падающими каплями дождя, капающих с мрачного неба. В зловещей тишине слышны лишь кряхтение старого человека и приглушенные стоны. Совсем близко от них раздаётся слабый, истеричный неразличимый шёпот из самого недра комнаты, отчего они дёргаются.       — Он там, не буду мешать, — говорит Ким, кивая куда-то в угол, а свет в помещении становится ярче, являя им грязное и мелко подрагивающее тело. — А, и ещё, здесь все бумаги насчёт Пак Ханыля, — и указывает на рядом стоящий стол с кучей бумаг, заставляя их любопытству разгореться. Но они возвращают глаза на возможного Ха.       Это тело совсем не похоже на уверенного и статного Ха, которого они запомнили. Словно даже стал меньше ростом и весь сморщился.       Они так и продолжают стоять, не разрывая рук, и не могут оторвать взгляд.       «Как так получилось?» — Думает Тэ, не без усилий посмотрев на мужчину с покосившейся фигурой и синяками на лице, совершенно изможденного и сломленного.       Только недавно этот мужчина сиял здоровьем, и внушающим страх взглядом. Даже казалось, будто никогда не постареет и не умрёт. А что теперь? Ха забыл, что он тоже смертный, как и все остальные.       Неужели это тот самый альфа, который лишил их нормальной жизни много лет назад? А детство, юность Тэ и Клона прошли под его жёстким контролем, лишённые тепла, любви и заботы.       Что-то не верится, даже собственным глазам, поэтому они решаются пройтись по бумагам, чтобы удостовериться, так как лицо ужасно пострадало и нельзя с уверенностью сказать, что это Ха.       Тут есть и паспорта и водительское удостоверение, так знакомые им, также много личных вещей Ха, как бумажник и банковские карточки, а Тэ и Клон немного сомневаются, что это принадлежит ему.       — Хён? — Совсем тихо говорит Клон прямо в ухо. — Я не уверен, — его тихие и неуверенные слова вызывают в нём неприятный осадок, и он решается.       Тэ отпускает руки парней. Глубоко подышав, делает уверенный шаг к тихо стонущему телу. По мере приближения растёт и волнение: как он узнает, Ха это или нет?       Тэ садится на корточки, приблизившись достаточно, чтобы уловить запах железа и сырости, отчего брезгливо отшатывается немного. И приглядевшись, отчётливо видит лицо своего отца. Это не может быть ложью. Это, действительно, Ха.       Его глаза остаются такими же чужими, но очень хорошо знакомыми. Эти же густые брови, большие уши и мощный подбородок ни с чем не спутать. Даже когда он такой избитый и слабый. Глаза Ха однако полны слёз, а в мыслях Тэ не осталось ни одного хорошего воспоминания.       Он несколько раз представлял себя, как одержит верх над ним, хотелось рассмеяться ему прямо в лицо, однако сейчас лишь становится жалко этого черствого человека.       — Хых, ты ещё смеешь… жалеть меня, — хрипло и гортанно выходит из Ха, заставляя Тэ удивиться и несколько приблизиться. — Вы все… поплатитесь.       Он лишь удивляется, что даже в таком состоянии альфа может говорить. Ещё и угрожает?       Тэ грустно хмыкает, что-то никогда не меняется. Посмотрев ему в глаза, которые ужасно отекли и покраснели, и в которых всё та же холодность, встаёт, не желая больше тратить на него время.       Чимины изучают документы, не слыша их разговор. И тут Клон читает выписку с родильного отделения, где говорится, что Ким Тэхён родил клона наследника Чимина, и замирает.       Хён родил? Кого?       Немного придя в себя, он продолжает читать, натыкаясь на весьма интересные факты.       Так, Клон узнаёт про все дела Ха: когда и как был создан эмбрион, внедрён в Тэ, который вынашивал почти десять месяцев, про кесарево, про его восстановление и выписку домой. А на другом блокноте описаны все наблюдения малыша клона. Как тот рос и развивался, как учился говорить, ходить и писать. Но Клон помнит лишь то, что всему этому его учили Тэ и Ха, всё это пережил он, а не…       — Хён? — Становится трудно дышать, кажется горло будто сжимают.       А Тэ замечает до боли знакомые блокноты доктора О в его руках и мигом подлетает к сыну, отбирая их.       Только не это! Только не так он должен был узнать правду!       — Малыш, я всё объясню, — Тэ начинает дрожать, смотря в упор на сына.       — Хён, я не понимаю, — уже пуская слёзы, просит Клон. — Ведь это… это про меня там…       Тэ усиленно мотает головой, подходя к сыну, и не может выдавить из себя хоть слово. Чувствует, что не выдержит реакции Клона. Паника нарастает, а сердце вот-вот остановится от горьких слёз напротив.       Клон не может поверить в увиденное и почему хён молчит? Получается, его двойник — настоящий сын, а он лишь…       — Говори! — Кричит он, заставляя плакать Тэ, что становится невыносимо. — Скажи, что это неправда, хён. Умоляю.       А Тэ плачет, обнимая сына, но тут же его отталкивают, да так сильно, что чуть ли не падает. Он с сожалением смотрит на своего малыша. И только кивает.       — Тебя родил… я, — наконец, признаётся он, наблюдая, как сын хватает ртом воздух, продолжая лить слёзы и становится ужасно стыдно перед ним. — Прости меня… Пожалуйста, малыш, прости меня.       И случается то, чего он так боялся.       Клон больше ничего не слышит, уставившись на плачущего хёна. Это он — Клон?Его всю жизнь обманывали?       Внезапно становится так горько и душно, что не хватает воздуха и он выбегает из помещения, отдалённо слыша знакомый крик за спиной. А оказавшись под ливнем, осознаёт, что его жизнь теперь бессмысленна, продолжая бежать, куда глаза глядят.       — Чимин! — Кричит Тэ, пытаясь догнать, но не может, теряет его из виду, как только сын сворачивает в лес.       Через несколько минут безрезультатного поиска своего малыша, Тэ сдаётся, падает на мокрую землю и громко зовёт его, чувствуя огромную дыру в сердце.       — Тэхён!

***

      Наследник хоть и знает правду, но реакция Клона выводит его из себя. Тоже пускает слезу, наблюдая за ними. Становится так плохо, будто у него отнимают все причины для счастья. И ему правда безумно жаль, что именно так его Клон узнал всю правду.       — Вот это поворот, — слышит голос Кима. — Как же я обожаю свою работу! Надо поблагодарить Мин Юнги, этого чёртового засранца! — А наследник окидывает его презрительным взглядом, не понимая этого ликования. Рад чужому горю? Придурок! Но предпочитает не зацикливаться на нём.       Тэ и Клона нет уже приличное время, отчего наследник начинает волноваться, но Ким говорит, что уже отправил своих людей на их поиски.       Чтобы унять беспокойство он продолжает рыться в документах, но ему вроде всё знакомо. Но тут натыкается на запись, где написано первое произнесённое слово своего Клона: «Хён», а его-то было: «Папа», как у большинства детей. И тут до него доходит, ведь у них никогда не было родителей, у них были только они сами. И из-за этого щемит в сердце, заставляя пожалеть их, продолжая читать про развитие мальчика.       Но тут влетают люди в помещение, отчего сразу обращает на них внимание. Он замечает мокрого и всхлипывающего Тэ на руках Чонгука, окруженных двумя охранниками. Забеспокоившись, наследник подходит ближе, замечая плачевное состояние Тэхёна, который не перестаёт реветь. И это ему очень не нравится. Также не обнаруживает своего Клона среди них, заставляя его заволноваться.       Тэ сквозь пелену слёз смотрит на сморщенное тело, лежащее на земле, и внезапный всплеск гнева и обиды охватывает его, а сердце наливается яростью и жаждой отмщения.       Он решительно подходит к Ха и начинает пинать его со всей оставшейся силы.       — Это ты виноват! Ты виноват во всём! — Никто его не останавливает, даже наследник пускает пару слёз, не смея подходить.       Ярость всё ещё бушует в Тэ, и тут замечает пистолет в кобуре у рядом стоящего мужчины и рывком хватает оружие, сияя взглядом полным решимости. Отдавшись своей устремлённости и мстительности, Тэ нажимает на спусковой крючок. Звук выстрела разрывает тишину и посылает веер удивлённых птиц в полёт.