Ты не я

      — Тэхён, нет! — Чонгук выхватывает пистолет после выстрела, прижимая к себе так тесно, что он начинает задыхаться.       Перед глазами всё плывёт, а в ушах звон. Тэ весь сильно дрожит, не слыша бормотания альфы или кого бы то ни было. Картина потерянного и печального взгляда сына прочно засела в голове, отчего вина на себя и злость на Ха лишь усиливаются. Он пытается высвободиться, но его держат крепко. Хочется пойти за сыном, но его не отпускают.       — Пусти, я должен идти к нему! — Не перестаёт корить себя за то, что не сказал малышу всю правду раньше, когда были одни и они возможно смогли бы сбежать от Ха. Ещё когда сын был младше. Сейчас могли быть уже далеко-далеко и жили бы припеваючи, только они вдвоём.       От долгого плача уже горло болит, да и глаза режет, а в теле озноб, заставляющий прижаться к крепкому и тёплому Чонгуку. Дыхание сбитое, как и сердце, которое отдаётся сильными ударами в виски. Хотя бы уже может чётко слышать. Совсем немного приходя в себя, Тэ расслабляется, положив голову на грудь альфы.       Наследник стоит в сторонке с тихим Хосоком, наблюдая за истерикой Тэхёна и попытками Чонгука успокоить его. Не может даже представить, каково ему… им сейчас. Его Клона нет достаточно долго, у самого аж поджилки трясутся. Ещё ни за кого Чимин так сильно не волновался. И придумывает кое-что.       — Ким, одолжи телефон, — даже не просит, а ставит в известность и, не дожидаясь ответа застопорившегося парня, хватает первый попавшийся со стола, сразу набирая отца.       Хорошо, что гудки недолгие. Только утро, значит он дома. Наследник же выходит на улицу, где застаёт разбушевавшийся не на шутку ливень и невольно осматривается по сторонам. Вдруг, Клон вернётся. Но ни черта не видно.       — Кто? — Слышит спокойный голос отца с нотками любопытства. Точно! Ведь звонит с незнакомого номера.       — Это я. Слушай, я потерялся где-то в лесу, координаты пришлю. Срочно пришли поисковую группу, — и быстро завершает звонок, отправляя координаты отцу.       Напоследок удаляет номер и смс с этого телефона, чтобы не могли отследить и заходит обратно, натыкаясь на заинтересованный взгляд Кима.       — Тебя не было полторы минуты, кому звонил? — Первое, что слышит и закатывает глаза.       — Не твоё дело, — ощущая, как одежда неприятно прилипает к телу, ворчит наследник. Полторы минуты пробыл под дождём и уже промок до нитки, что ужасно раздражает.       — Моё, вообще-то, — не отстаёт Ким, однако накидывает на его плечи сухое полотенце, приводя в удивление. — Можешь переодеться там, — и указывает рукой на тёмный угол за грудой коробок и деревянных балок, кидая какую-то одежду в руки.       Ким Сокджин может и такое? Какой день однако. Что за американские качели? Но он отдаёт обратно одежду, так как она не выглядит презентабельной. Захотев узнать, как там Тэхён, быстро уходит к ним.       Приблизившись достаточно, Чимин замечает, что он продолжает вздрагивать и всхлипывать, заставляя заныть сердцу, а Чонгук качает его в стороны, словно ребёнка. Это мило, если честно. Даже бы умилился, если бы не обстоятельства.       Наследник без понятия, как быстро среагирует отец, однако, остаётся только надеяться и ждать. Хотя бы отдаст приказ пойти искать его.       И тут он внезапно замечает кряхтящую тушку рядом с парочкой, что приводит в себя.       Ха жив? Тэ же стрелял в него, разве нет? Поэтому, тихо ступая, подходит к нему, всё время оглядываясь на Тэхёна. Не хочется его тревожить. Вроде, не замечают. А наследник, наконец, доходит до тяжело дышащего, еле движущегося альфы и застывает.       Тёмный неаккуратный след от пули виднеется на бетонной земле, а гильза лежит совсем рядом с головой Ха.       Ха жив!       И тут его окатывает огромная волна облегчения, отчего Чимин грузно опадает на пол.       Ведь всё это время думал, как защитить Тэ, если тело вдруг найдут. Как оградить его от ярлыка убийцы на всю жизнь, а тут? Как же хорошо от осознания, хоть Ха и заслуживает принять пулю.       Наследник продолжает сидеть, пока не начинает дрожать. Мокрая одежда и полторы минуты под дождём дают о себе знать неокрепшему организму, начиная стучать зубами, и обнимать себя руками в попытке согреться.       — Вот балда, говорил же, переоденься! — Вдруг ворчит Ким, снова бросая ему одежду. В этот раз он не отказывается, и просит ещё больше полотенец.       Проходит ещё какое-то время. Ким успевает заказать обед всем и перекус, но им даже кусок в горло не лезет. Тэхён лишь молча уставился в одну точку невидящим взглядом. И попытки Чонгука разговорить или покормить —игнорируются.       Больно так, что хочется окунуться в ледяную воду или вырвать глаза, чтобы избавиться от горького взгляда сына. Слёзы непроизвольно текут, у Тэ уже иссякают все силы. Всё думает, где его крошка? Совсем один, в лесу, в незнакомом месте, под дождём. Хотел бы оказаться с ним, но, его не отпускают.       Наследник смотрит на засветившийся экран телефона у одного рядом сидящего охранника и замечает, что прошло почти шесть часов как они здесь.       Как быстро время летит однако, но не успевает он переварить эту информацию, как в помещение влетают несколько мужчин, удивляя их всех. Ким спешит к ним и они о чём-то разговаривают недолго. Видимо, это те самые, которые ушли на поиски Клона. Значит ли, что они его нашли?       Наследник живо поднимается с пола и устремляет взгляд на двери, желая увидеть парня, но его почему-то нет, что заставляет понервничать. А затем видит, как Ким нерешительно окидывает Тэ и Чонгука потерянным взглядом, и что это значит? Ведь раньше этот омега не был таким, что могло произойти?       Чимин в нетерпении подходит к нему и, схватив за плечо, разворачивает к себе, замечая беглый взгляд и смотрит прямо в глаза.       — Что происходит? — Старается говорить тихо, чтобы Тэхён не услышал, а Ким часто моргает, но сильно сжимает его руки, отталкивая от себя.       — Того Чимина… в общем, мои люди прочесали весь лес, но… его так и не нашли. Но мы прочешем всё, когда дождь немного утихнет, — спешно проговаривает Ким.       Его слова выбивают почву из-под ног, заставляя увлажниться глазам. Наследник глубоко дышит, стараясь сохранить трезвую голову. Времени ждать нет, отчего снова хватает очередной телефон и быстро набирает отца.

***

      Клон всё бежит, даже не оглядываясь и не обращая внимания на ливень, мокрую одежду, препятствия леса и бушующие мысли. То ли слёзы застилают глаза, то ли дождь, но ему плевать. Как и на то, что периодически спотыкается о ветки и деревья, болезненно падая на мокрую землю.       А когда тяжёлое дыхание уже лишает сил бежать и стук сердца чувствуется на языке, Клон немного сбавляет скорость и внезапно обо что-то спотыкается, кубарем летя вниз. Хорошо, что овраг оказывается не глубоким и вообще повезло, что шею не свернул.       Но радоваться этому не приходится, ведь перед глазами застыли те бумажки и признание его хёна.       «Тебя родил… я» — грохотом отдаётся в голове, заглушая все остальные звуки.       Клон начинает кричать громче, рыдая, отмечая слабость во всём теле и бьёт мокрую землю кулаками изо всех сил. Не может поверить, что вся его жизнь была и есть иллюзия, обман.       Он был искренне уверен, что двойник это его клон, а родители — самые настоящие родные и близкие, но правда оказалась слишком горькой и неприятной. Ведь ему всегда говорили, что это он «оригинал», что именно он единственный сын своих родителей. Оказывается, всё это время был всего лишь клоном богатого наследника, его безликой копией, созданной в лаборатории, выношенной и рождённой Тэхёном. Осознавать, что именно хён обманывал — сильно отдаётся горечью и болью внутри.       Человек, которому бесконечно доверял и уважал, любил и каждый раз ждал встречи, просто предал его. Обманывал столько лет, даже не давая никаких намёков о правде.       Дождь становится только сильнее или ему так кажется, но продолжает истерично бить землю и плакать, ощущая удары сильных капель на всём теле. Хочется раствориться вместе с ними, чтобы не испытывать такую боль.       Не вытерпев, Клон падает всем телом на спину, ощущая липкую грязь везде, ловя капли уже в лицо, и хочет просто исчезнуть, быть смытым этими нескончаемыми потоками воды. Открыть глаза не получается, но ему и не хочется. Лучше задохнётся, раз он лишний в этой жизни.       Тело начинает мелко дрожать от холода и долгого пребывания под дождём. Клон старается игнорировать это, как и стук зубов друг о друга. Ведь он всего лишь клон, не должен всего этого чувствовать. Да и кажется, что под ним что-то ползает, но ему плевать. Пускай хоть загрызут, укусят, разорвут на куски, плевать! Однако заплаканное и беспокойное лицо хёна не хочет уходить, застыв картинкой внутри на веках, заставляя стиснуть стучащие зубы и злиться.       Хочется кричать и крушить всё подряд, но ощущает ужасную слабость и будто тело наливается свинцом. Он не знает, как долго лежит, однако скоро проваливается в темноту, продолжая слушать громкий звук, капель дождя о мокрую землю.       Приходит Клон в себя, лежащий на удобной кровати в тёплом тёмном помещении. Вяло моргая, ощущает сильный озноб и жар, а когда открывает глаза шире становится настолько плохо, что даже тошнит. Глухо откашлявшись, закрывает глаза, желая избавиться от боли во всём теле. Так плохо, словно месяц пил, не просыхая.       — Тише, не двигайся, — не очень чётко слышит хорошо знакомый голос.       Хочет увидеть его и спросить, но в венах, будто раскалённое железо, не может даже дышать нормально, отчего хочет приподняться, но тут же голову прошибает острой болью, заставляя упасть обратно на постель. Клон глубоко дышит, стараясь отогнать боль, и вскоре снова проваливается в пустоту.

***

      Каким-то образом Тэ услышал разговор наследника и Кима, приведшего к новой волне истерики, что даже Чонгук не смог справиться. Пришлось откуда-то появившемуся медику вколоть успокоительное и снотворное, после которых Тэ уснул. Со слов Кима, он всегда держит при себе парочку медиков на всякий случай, а наследник даже благодарен ему. И Чонгук с Хосоком, по их совету, отвозят его домой.       Это заставляет наследника действовать быстрее. Отец лишь сказал, что отправил своих людей, а он только взял номер командующего поисковым отрядом, завершая вызов. Что-то отец тоже не меняется, отчего горько ухмыляется.       Удалось связаться с командиром не сразу. Пришлось уговаривать Кима, чтобы поговорил, якобы является другом Пака и последний видевший его живым.       Волей-неволей наследник соглашается работать с Кимом, но берёт с него слово, чтобы никому не говорил без его разрешения. Хотя и жутко сомневается. Это же Ким Сокджин.       С одной стороны, хорошо, что Тэхёна здесь нет, он может действовать открыто и громко рассуждать с Кимом и его охраной о Клоне. Даже жадно покушал, требуя добавки. Но, с другой, скучает по Тэ и хочется знать, что с ним всё в порядке. Хоть и держит связь с Хосоком, который докладывает ему всё.       — Так это ты настоящий, а не лабораторный, — внезапный любопытный голос Кима заставляет съёжиться.       — Чего? — Как-то «лабораторный» сильно задевает его, отчего переводит на него непонимающий и грозный взгляд. — Что ты сказал?       — Ну… в смысле… — внезапно тушуется Ким. — Да брось! Это же капец интересно! Я тоже захотел себе клона. Это же здорово! Можно столько всего провернуть… — такой азартный вид омеги очень разочаровывает.       — Заткнись! Это по-твоему игра, что ли? — Наследник не разделяет его весёлого настроения. Тут творится такое, а этот… ладно, это же Ким Сокджин, поэтому усмиряет накатывающий гнев, забив на него, и снова читает записи доктора О.       Удивительно, как рос собственный клон. Во многом даже превосходил его в развитии. А тот факт, что тот младше почти на десять месяцев приводит в удивление. Почти год разницы между ними!       Вдруг звонкий рингтон заполняет помещение, отчего омеги дёргаются и мигом оказываются возле телефона. Ким быстро проводит пальцем по экрану и тут же слышится басистый уверенный голос командира:       — Мы нашли его и передали родителям. Можете не волноваться.       — С-спасибо, — слыша после гудки, отвечает Ким, а наследник облегчённо падает на стул, закрывая лицо руками.       Как же он рад слышать это, пуская пару тёплых слезинок, которые быстро стираются ладонью.       Остаётся дело за малым — сообщить Тэхёну радостную новость, но почему-то колеблется. Если скажет, то тот сразу же поедет к Пакам, как только проснётся, а так как Ха уже не проблема, то и вовсе попросится жить у них. Но… что если Клон не захочет его видеть? И Тэ спровоцирует очередной побег или истерику, или что похуже?       Нервно походив туда-сюда, наследник не знает, что делать. Как поступить?       Вот чёрт!       Почему так сложно?       — Спасибо, Ким. Я, пожалуй, пойду, — надеясь найти ответ за пределами этого складского помещения, проговаривает он.       — Куда?       — Домой, куда ещё? — И снимает с себя тёплую одежду.       — Если ты не понял, то лаб… того Чимина тоже отвезли домой. Не думаешь, что это может вызвать парочку вопросов, буквально, у всех.       И тут наследник застывает. Ведь не это имел в виду. Он не дурак, чтобы ехать туда на виду у всех. Его беспокоит совершенно другое: он назвал домом дом Чонов?       — Эм, к себе, в квартиру, — в итоге мямлит наследник, поражаясь самому себе. Точно! К нему приходит одна идея.       — Ты же к Чонам? — Ехидно проговаривает Ким, сверля его светлыми глазами.       — Нет, а тебе-то такое дело? — Огрызается наследник, отдав одежду.       — Тц, вот и вся благодарность! Пойду, хоть выпытаю у… погоди-ка! А кто из вас встречается с Мин Юнги? — Этот вопрос застаёт врасплох, отчего Чимин замолкает в шоке. — Погоди-погоди… а нет. Мысль улетучилась. Я сам узнаю, что там да как. Вот это работёнка! Просто вынос мозга!       Энтузиазм из Кима так и прёт, а наследник стоит в шоке, сверля его широкую удаляющуюся спину.       Мин Юнги? Встречается? Что?       Получается… А его клон просто так времени не терял! Ещё и успел обзавестись альфой?       Стоп! Это тот самый Мин Юнги, который «Мистер призрак»? Что происходит?       Голова кругом, отчего не замечает, как люди Кима подчищают всё помещение, даже клочка бумаги не оставляя за собой.       — Стой! — Кричит наследник, придя в себя. — А что будете делать с этим? — Кивает на сгорбленную, еле дышащую тушу.       — Отвезу к себе и продам на органы, — Ким равнодушно пожимает плечами, словно говорит о сущей ерунде, заставляя ещё больше удивиться. Этот омега вообще знает о границах? — Шучу, дурачок! — И смеётся так заливисто, вызывая недоумение.       — Придурок, — цедит наследник сквозь стиснутые зубы.       — Да ладно, смешно же. А что, хочешь забрать себе? Валяй! Мне он не нужен, решать тебе. Это же вам этот недоальфа испортил жизнь.       Класс! Просто супер! Ещё и думать, куда деть Ха?       Однако не собирается быть к нему милосердным, придумав кое-что.       Ким одалживает машину, а наследник с Ха едут к нему, в одну квартиру в центре. Хоть и не хочется впускать туда этого альфу, но что поделать?

***

      Тем же вечером наследник решает поехать домой, убедиться самому, что с Клоном всё в порядке. Он благополучно минует охрану, заходя через главный вход в дом, и с удивлением замечает, как охранников стало больше. Неужели родители постарались? На них не похоже.       Быстро дойдя до своей комнаты, прислушивается. Вроде, тихо и никого рядом нет. Наследник аккуратно открывает дверь и замечает на своей кровати Клона, отчего безмерно радуется.       Комната оказывается пустой, что тоже ожидаемо, но пахнет чем-то химическим. Тихо проскользнув внутрь и закрыв дверь, он облегчённо выдыхает. Так-то лучше. Несколько простояв, решает подойти ближе к кровати.       Клон оказывается спящим и очень бледным, что не нравится Чимину. Дрожащие немного потрескавшиеся губы и отёкшее лицо говорит лишь об одном. Он трогает лоб, тут же ощущая жар и спешит найти аптечку. Заболел? Беспокойство нарастает и вспоминает, а ведь Клон достаточно долго пробыл под дождём и неизвестно, чем ещё занимался.       Чёрт! Этого только не хватало.       Тут наследник натыкается на аккуратно стоящие на тумбочке препараты с указанием даты и времени приёма. Значит ему уже дали их, и грузно оседает на кресло рядом.       Вот этого он не ожидал, что усложняет его план.       Спустя время, от нечего делать, наследник решается избавиться от камер Ха. Но расположение всех не помнит, удаётся найти только несколько. А когда держит в руках эти злосчастные прослушки с камерами даже не знает, что думать.       Большинство из них старые, передающие только чёрно-белую картину, да и такие модели сейчас не выпускают. И так хочется засунуть их в Ха! Чтобы подавился ими.       Мерзость!       После тщательной проверки и извлечения ещё нескольких прослушек, наследник слышит сдавленный кашель Клона и подлетает к нему. Выглядит очень болезненно, что подтверждают складки между бровями и искривлённые губы.       — Тише, не двигайся, — как можно тише говорит наследник, легонько поглаживая голову. Сердце ноет от такого вида, да и зарекается себе, что больше никогда в жизни не будет болеть. Выглядит, действительно, плохо.       Через несколько часов заходит доктор, а наследник прячется в шкаф, наблюдая и чётко запоминая, какие лекарства дают. Хорошо, что Клон безропотно принимает их, вызывая каплю гордости.       Так проходит два дня. Появляется, наконец, солнце, разгоняя серые тяжёлые облака.       Аллилуйя! Во время дождя даже думается плохо.       Наследник же, будто домовой в собственном доме, продолжает прятаться, когда доктор заходит проведать пациента.       Клону становится лучше, судя по еле заметному румянцу на лице, да и появившемуся аппетиту. А сам наследник иногда выходит из комнаты, изображая больного, кушает, что хочет и принимает душ, стараясь не натыкаться на родителей. Прислуге же говорит оставить его в покое и ни в коем случае не заходить в комнату без разрешения.       Клон постепенно приходит в себя. Не без труда разлепив глаза, понимает, что находится у себя дома, в своей комнате. Уже дышится легче, да и кашля, как такого нет. Всё бы ничего, но всё равно ощущает дикую усталость, даже глаза открывать приходится с трудом.       Ему каждый раз кажется, что хён рядом, кормит его, ухаживает. От этого становится лучше на пару минут, пока картины с того дня настырно не лезут в голову.       Думать до сих пор тяжело, голова раскалывается только от мыслей дня накануне, поэтому лишь глубоко дышит и старается следовать режиму лечения, отгоняя навязчивые воспоминания.       Наследник, весь расслабленный после душа, проходится беспокойным взглядом по Клону и замечает подрагивающие ресницы, но не решает подходить ближе, чтобы не спугнуть. Мало ли.       Наследник жутко соскучился по Тэхёну, который пришёл в себя и закатил истерику, как пишет Хосок, потому что его не пускают к сыну, не ест и не выходит из комнаты до сих пор. И это заставляет Чимина грустить, ощущая некое волнение в груди.       В конце концов, собирается и едет к Чонам.       Наследника не было здесь два дня, а будто целую вечность. Никогда бы не подумал, что соскучится по дому Чонов. Его встречает взволнованный Чонгук, который спешно подходит ближе.       — Ты как? — Беспокойный тон альфы льстит и удивляет одновременно, отчего застывает на месте.       — В порядке, — запоздало отвечает он, неуверенно заходя в гостиную.       — Тебе же тоже нужно восстанавливаться, а тут такое, — эти слова вызывают ещё больше недоумения, и наследник вовсю пялится на него.       Точно! Он сам забыл об этом, да и нет времени на всякие упражнения и приём витаминов.       Не сейчас, по крайней мере.       Чонгук тоже садится в кресло напротив и смотрит на Чимина в ответ. Видно, что он устал: под глазами тёмные мешки, уголки рта опущены и даже цвет лица, будто потускнел. Чимину жалко его, которому приходится иметь с ними дело, а ведь у самого должно быть дел невпроворот.       — Как Тэхён? — Решает нарушить затянувшуюся тишину.       — Плохо. Не спит, не ест, даже не выходит из комнаты… Я слышал его нашли, может… получится привезти сюда, как думаешь? — С надеждой в глазах спрашивает альфа, а наследник даже не знает, что и ответить. — Или… может, ты притворишься им?       Чимин впадает в ступор, роняя челюсть.       Что?       — Ты с ума сошёл? Из-за лжи всё это и случилось, а ты хочешь ещё солгать? Ну нет!       Чонгук лишь кивает, виновато опуская голову.       Что ещё за бред? Не собирается наследник начинать лгать Тэхёну. Даже, если во благо.       Не выдержав, он идёт в его комнату. Хотя бы покажется и посмотрит на него. Вдруг, случится чудо.       Стараясь унять гнев на Чонгука, дышит глубоко.       Придумает же!       Тэ крепче стискивает подушку, наблюдая за птичками за окном, захотев быть на их месте. Всё тело ноет, живот болит, голова гудит, а в груди, на месте сердца, будто пустота. Так слабо бьётся, что и вовсе кажется перестал качать кровь. Но ему плевать уже какой день? Неделя? Лишь смотрит на чистое небо сквозь стёкла пустым взглядом, сил больше ни на что нет.       — Тэхён? — Вдруг слышит тихий родной голос, моментально приводящий в себя. Резко оборачивается, натыкаясь на… сына?       Тэ не помнит, как оказывается напротив и заключает его в сильные объятия, не переставая целовать личико. Слёзы снова застилают глаза, мешая рассмотреть парня. И не верит, что перед ним его сын. Такой… и тут Тэ застывает, когда стирает влагу с глаз. На лице парня заживающие синяки и мелкие ссадины приводят к пониманию... что это не... И сознание проясняется.       Это не его сын!       Тэ хмурится и отталкивает парня, пятясь назад. Снова волна слабости накатывает, заставляя сесть на кровать и начать всхлипывать.       — Где мой сын? — Голос такой хриплый и будто чужой, отчего наследник съёживается. Хоть ему и грустно, что его оттолкнули, но надо что-то делать. Не хочет больше видеть его таким.       Тэ выглядит совсем разбитым, будто ещё одно неосторожное слово и может развалиться совсем. Лицо до того осунулось, что потеряло тот самый шарм, которым привлекал его. И приобрело такой грязно-серый цвет, который скорее отпугивает, будто стал совсем чужой и дикий.       Наследник не знает, что ответить. Если скажет, что Клона до сих пор не нашли, будет хуже. А если скажет, что он заболел, станет ещё хуже? Сам еле сдерживается, чтобы не выпалить всю правду.       Почему так сложно? Ему ещё никогда не приходилось принимать такое сложное решение.       — Где мой сын? — Однако такой отчаянный голос пробуждает его жалость, поэтому решается.       — Тэхён, он нашёлся, — и следит, как тот перестаёт всхлипывать, но, часто моргая, встаёт со своего места. — Он в безопасности.       — Что? Как он? Где…       — Тэхён, если хочешь с ним увидеться, приводи себя в порядок! — Стойко проговаривает Чимин, наблюдая, как лицо напротив снова хмурится, отчего выглядит постаревшим лет на десять. — Ты выглядишь очень плохо, ты же не хочешь его напугать? Тебе нужно поесть, помыться и поспать.       До Тэ доходит, что его сын в безопасности и становится так хорошо. Усталость накатывает с новой силой, но она не напряжённая, как раньше, а лёгкая. И краем сознания слышит слова наследника, соглашаясь со всем. Он обязательно постарается.       «Ради сына» — последнее, что проплывает в сознании Тэ, прежде чем он засыпает.       Наследник, удостоверившись, что омега спит крепко, уходит, чувствуя себя странно. Не понимает, как так можно убиваться по человеку, превратив себя в непонятно что. Конечно, вид и поведение Тэхёна очень ему не нравится, поэтому решает остаться здесь сегодня. Удостовериться, что до него дошли слова.       Спустившись на первый этаж, он слышит запах жареного мяса, а живот мгновенно начинает урчать. Ведь за всеми переживаниями, даже покушать забыл. Обычно наследник очень хорошо следил за собой, а что теперь? Может, получив пулю в грудь, совсем растерял навыки заботы о себе?       Зайдя в столовую, натыкается на обоих Чонов, которые тут же обращают на него внимание. Хосок уже что-то жуёт и машет рукой, приглашая сесть рядом. Чонгук же устало улыбается, стоя со сковородкой в руках.       — Как он? — Интересуется тот, пока он садится на своё старое место возле окна.       — Заснул. Надеюсь, придёт в себя. Ты же не против, если я сегодня останусь здесь? — На всякий случай, интересуется Чимин.       — Конечно, оставайся. Тем более, мы уже пригласили твоего доктора, так что сеанс реабилитации тоже пройдёшь. Но только после обеда, — мило улыбается Чонгук, показывая ровный ряд зубов, заставив омегу замереть.       Это, конечно, мило и все дела, но наследник не понимает их заботы. Или может, они что-то затеяли? Вряд ли.       Даже Хосок помалкивает, вгрызаясь в сочную куриную ножку, отчего даже становится завидно.       После плотного вкусного обеда, доктор в самом деле приходит. Даже ругает его за беспечное отношение к себе, так как телу нужна постоянная забота, а он посмел пропустить столько занятий, что Чимину становится совестно, прекрасно понимая доктора.       А после сеанса, действительно, ощущает себя бодрее и живее. Даже дышать становится легко и напряжение во всём теле исчезает.       Вечером просыпается Тэхён, когда наследник сидит в его комнате, которому нечем было занять себя и решил присмотреть за ним.       Тэ же чувствует себя гораздо лучше, но всё равно усталость никуда не пропадает. Даже пугается наследника, снова приняв за своего сына на пару секунд. Хорошо, что вспоминает их ранний диалог и переспрашивает наследника о сыне, получая уверенный положительный ответ. Даже сквозь усталость он ясно осознаёт, что сделает ради сына всё и начнёт с себя.       Наследник-Чимин прав.