Павшая герцогиня

Вместо того чтобы жить долгой, неуклюжей и бесполезной жизнью, возможно, было бы лучше просто умереть немедленно. Да, вот в этот самый миг! Сколько раз до этого она думала, что лучше было бы погибнуть, чем жить грешной и такой мучительной жизнью? Когда святой смочил её губы вином, пока они вдвоём медленно ожидали посланца косы смерти, Валечка испугалась, но также испытала некоторое облегчение от того, что её наконец освободят от этого бренного существования. Она и представить себе не могла, что её отправят обратно в прошлое. «Но… Если бы я умерла здесь, все подумали бы, что я погибла, убегая, верно?» Как жалко. Легко представить, что о ней напишут в истории: она станет герцогиней, повсеместно известной своей трусливостью! Герцогиней, которая погибла от лап мерзких гоблинов после того, как выбрала абсолютно неверный путь простодушного бегства в самый разгар сражения! Если бы она умерла здесь, её репутация стала бы значительно хуже той, что была до регрессии. Её когда-то величественное имя сошло бы за оскорбление в ссорах малолетних жителей королевства. «Я не могу умереть здесь! Подумай об этом, Валя! Как я могу справиться с монстрами?» «Точно! Глаза!» Валя схватила немного влажной земли и бросила её прямо в глаза гоблину, одновременно с этим пнув его изо всех сил. Это оказался довольно сильный удар, в котором был весь её гнев и отказ умирать так глупо и беспомощно. Тело гоблина с глухим стуком отлетело назад. «Ого, я не думала, что это сработает». Она одновременно радостно и взволнованно моргнула. Вновь взглянув на труп гоблина, она заметила копьё, насквозь пронзившее его тело. «Если бы я не упала назад и не пнула гоблина… Я бы тоже могла умереть». Мурашки пробежали по её и без того дрожащей коже. Когда она со страхом смотрела на труп, что-то в темноте привлекло её внимание. «Рыцарь смерти?» В темноте стоял чёрный рыцарь смерти. На нём были чёрные доспехи и чёрный плащ — даже его лошадь была вся чёрная. Это было так, как если бы тень рыцаря ожила. Медленной поступью его лошадь приблизилась к Вале. Броня сигнализировала о приближении рыцаря, гремя в суставах и звеня при каждом движении. Леденящий душу звон железа царапнул Валечку по ушам. «Нет, рыцарь смерти — это просто моё собственное заблуждение. Ничего подобного на самом деле не существует. Уходи!» «Но тогда… как копьё пронзило и убило гоблина? Был ли рыцарь на самом деле настоящим?» Валентина медленно открыла глаза, и рыцарь смерти всё ещё был на своём месте… Казалось, это не было иллюзией. Её лицо побледнело, приобретая ещё более мертвенный оттенок, чем обычно, а сердце начало учащённо биться. Белый туман страха окутал её разум. На мгновение она даже позабыла, что бежит в казармы Риты, чтобы сдаться, чтобы предотвратить трагедию. «Он… Он пришёл судить меня. Ты преследовал меня… Пришёл, чтобы разорвать моё тело на куски и бросить мою душу в ад». Валечка попыталась отползти от приближающегося рыцаря смерти, но в итоге она просто тщетно извивалась на земле, ещё сильнее пачкая до неузнаваемости грязное платье. Она чувствовала себя так, словно её руки и ноги были парализованы. Ей казалось, будто она вот-вот задохнётся, буду не в силах сделать следующий вдох. Валечка оказалась очарована темнотой этого рыцаря и прикована его взглядом, который было едва видно из-под шлема. Хотя это мгновение длилось всего секунду, время, казалось, тянулось медленно. Рыцарь смерти неожиданно заговор. — Герцогиня Арадонская? Низкий пронзительный голос донёсся из щелей рыцарского шлема — неужели это был человек? По иронии судьбы, леденящий душу голос вернул дух Валентины в реальность. «А? Он говорил? Он звал меня?» Только тогда она заметила, что рыцарь перед ней не был безголовым. Этот человек не был рыцарем смерти из легенд. — Это я, — ответила она, пытаясь сохранить в себе хотя бы одну нотку аристократичности. Голос рыцаря звучал несколько насмешливо. Он посмотрел на неё сверху вниз с выраженным отвращением в глазах. «А это вообще кто такой?» — Валентина, наконец, начала задумываться над происходящим вокруг неё. Но рыцарь не позволил ей задавать вопросы. Он внезапно схватил её за воротник и потянул её стройное тело вверх, как ничего не весящий лист бумаги, и уложил её на круп лошади, словно она была каким-то бездушным багажом. Седло впилось в её мягкий живот, отчего она издала невнятный болезненный стон. Рыцарь развернул коня и пустил его галопом. Он прибавил скорость, как будто уже забыл о своём грязном пассажире. Чёрный конь мчался с невероятной скоростью, ни в малейшей степени не замедляясь из-за прибавления веса ещё одного взрослого человека. Позади себя Валя услышала отчаянный крик Сергея и звуки борьбы. Однако она едва ли могла позаботиться о себе. Лес был неровным и немощёным. Каждый раз, когда мощные копыта лошади ударялись о землю, поднималась пыль, и камешки отскакивали от земли, иногда ударяясь о тело Валентины. В тот момент, когда она снова начала думать о том, что, возможно, было бы лучше просто умереть, лошадь остановилась. У Валентины больше не было сил держаться, и она скатилась на землю. От удара раздался громкий стук. Почувствовав головокружительную боль в копчике, Валя склонила голову к земле и начала давиться воздухом. Она всё ещё чувствовала себя так, будто продолжала барахтаться на бегущей галопом лошади. В уголках её глаз сами собой появились слёзы, а к горлу подступил отвратительный ком. С трудом сдержав рвотные позывы, она услышала басистый смех. «Ты смеёшься? Это смешно?» — Что за глупое существо ты подобрал в лесу? Ты ходил на охоту? Ты собираешься съесть это сегодня вечером? — Эта штука такая тощая, держу пари, она не будет вкусной! — Да, но это женщина, она может сгодиться для кое-чего другого, ха! Болтуны были невероятно грубыми и невоспитанными, как кучка бандитов. «Меня что, бандиты утащили?» Валечка в отчаянии схватилась за свою кружащуюся голову и подняла глаза. На фоне временного лагеря она увидела множество мужчин. Все они были одеты в доспехи и держали в руках оружие. Они выглядели слишком хорошо, чтобы быть обычными наёмниками, но слишком беззаботно, чтобы быть настоящими рыцарями или солдатами. Флаг с вышитым львом яростно развевался над их головами. «Синий лев… символ королевской семьи, а также символ короля. Этот флаг мог развеваться только в присутствии короля или королевского посланника. Лев был синонимом воли короля… хотя вместо короля он теперь символизировал первого принца». В любом случае, личность тех, над кем развивался этот флаг, быстро стала для Валентины совершенно очевидной. Это была армия принца Никандра. «Таким образом, человек, похитивший меня, это… Та самая?..» Было много предположений о неоднозначном происхождении Риты. Большинство считало её ребенком короля-наёмника, а не незаконнорождённым «сыном» дворянина. Позже выяснилось, что она была частью племени из тысячи человек на северо-западной территории, которые зарабатывали на жизнь разведением лошадей. Рита сбежала из своего дома в детстве и служила наёмником, странствуя по богатым монстрами северным землям, прежде чем попасться на глаза первому принцу и стать его слугой. Таким образом, она стала одним из самых заметных талантов в гражданской войне, победив многих знаменитых благородных рыцарей. Однако её характерный грубый нрав и вызывающее поведение оскорбляли аристократию. В результате, после победы, когда принц Никандр наконец взошёл на трон, Рита была первой, кого устранили в новой структуре власти. Оскорбление аристократии? Типичный предлог для убийства собаки после охоты на кролика. Официальное объявление о её казни было распространено среди общественности… но многие предположили, что Рите удалось сбежать непосредственно перед смертью. Возможно, она удалилась в какую-нибудь горную лачугу и стала бандитом, или, возможно, она была обращена в какую-то религию в отдалённом храме. Во всяком случае, во время гражданской войны она была одним из ближайших доверенных лиц первого принца. — …Ты меня знаешь? — дрожащим голосом спросила Валечка. — Я слышала, как другой парень назвал тебя герцогиней, — Рита, очевидно, имела в виду Сергея. В этот момент другие солдаты, которые отправились на охоту со своей руководительницей, вернулись с преданным помощником Валентины на плечах. Казалось, он не пострадал. — О… понятно. Что она могла сделать, услышав это заявление? Валя в отчаянии закрыла рот. Слова Риты неожиданно взволновали остальных солдат. — В самом деле? Дворянка? Разве дворяне не ослепительно чисты? Что это за подобие человека, ха! Валя только в этот миг осознала, что выглядела невероятно потрёпанной. Вся её надорванная одежда была покрыта землёй, грязью, гоблинской кровью, а волосы превратились в спутанные лохмотья, из которых торчали травинки и листья. Пытаясь, хоть и запоздало, взять себя в руки, она встала на дрожащие ноги и отряхнула своё когда-то изысканное платье. Затем, собрав остатки своих сил и благородства, она выпрямила спину, встряхнула волосами и начала аккуратно приводить в порядок свою одежду. Ничто из этого не было сделано особенно аккуратно, но естественная аристократическая элегантность, источаемая её хрупким телом, была очевидна в её движениях. Годы, проведённые ею в бегах, были суровыми, но она никогда не могла забыть свои дворянские годы. Как только она отбросила свой страх, её нежная и утончённая красота вырвалась наружу, демонстрируя всем своё происхождение, как фамильную реликвию. Её щёки сияли белизной в лунном свете, а в волосы сверкали золотистыми искорками. Как только она восстановила своё изящное самообладание, её нищенский вид перестал иметь решающее значение. Солдаты начали переговариваться восклицаниями друг с другом. — Я ещё раз представлюсь должным образом. Я Валентина Арадонская, хозяйка герцогства Арадон и всех полей, которых касаются лучи южного солнца. — Валечка подняла голову и твёрдо посмотрела на Риту. Она не могла догадаться, какое выражение лица могло скрываться за чёрным как смоль шлемом. Но видела свирепые и леденящие душу глаза, что пылали внутри. «Не показывай, насколько ты подавлена. Я не беглец, не бродяга и не самая главная дура королевства. Прямо здесь и сейчас я одна из великих лордов, я — Валентина Арадонская, герцогиня», — Валечка мысленно повторила эти слова для храбрости. Герцогиня? Владелица этого замка? Солдаты снова были взволнованы. Рита же была единственной, кто оставался невозмутимым. Затем она разразилась лающим смехом. — Вы герцогиня? Я не была уверена, но никак не могла поверить, что эта «благородная леди» бродила ночью по лесу, как какая-то беглянка, убегающая от должников. Враждебность Риты была очевидна. Её тон был откровенно саркастическим, а в глазах читалось нескрываемое презрение. Хотя общественные нормы требовали бы уважения к рангу Валентины, она не скрывала своего презрения. — Сбежать под покровом темноты? Абсолютно нет. — Тогда что же это может быть…. Ах! Лунный свет… пустынная местность… вы с мужчиной вместе? — Рита сделала неуместный жест в сторону Вали и громко рассмеялась. — Вы ублюдки! Что это за неуважение! Как ты смеешь оскорблять герцогиню! Валя бросила на Серёжу полный обиды взгляд. Рита смеялась не потому, что находила ситуацию забавной; она просто хотела задеть гордость герцогини. — Это тоже неправда. Я пришла сюда, чтобы встретиться с тобой, — спокойно возразила Валентина. — Со мной? — Я не ожидала встретить тебя в этом лесу. Но в любом случае, я, кажется, прибыла в нужное место назначения. Рита посмотрела с сомнением. Казалось, она думала, что Валя оправдывается после того, как её поймали в разгар побега. «Всё в порядке… Всё в порядке…» Валечка с трудом, но всё же успокоилась и достала белый флаг, который принесла в тайне. Флаг был искусно расшит струящимися колосками золотой пшеницы, символом герцогства Арадон. Она опустилась на оба колена перед Ритой и подняла флаг над головой. Это напоминало принесение клятвы верности королю. Хотя было бы скандально преклонять колени перед простым слугой… Для Валентины Рита была чем-то большим, чем просто слугой незаконнорождённого принца. На карту было поставлено будущее её самой и её народа. Когда Валентина опустилась на колени, вся болтовня исчезла. В тишине были слышны только звуки кузнечиков. — Я, Валентина Арадонская, герцогиня золотых холмов, преклоняю колени перед голубым львом и доверенным лицом принца и молю о пощаде. На этот раз даже кузнечики замолчали. Каждый поражённый член казармы уставился на герцогиню и наёмника. Вокруг них дул холодный ветер, и лошадь Маргариты тихо фыркнула.