Павшая герцогиня

— Вы собираетесь сдаться? Вы в своём уме, герцогиня? — Рита ошеломлённо улыбнулась. Звук её смеха был резким, пронзающим насквозь душу Валентины. — Вы сдаётесь сейчас? Тогда вам следовало вчера открыть свои ворота с распростёртыми объятиями, если вы хотели сохранить свою жизнь. Нам нелегко приходится сражаться в открытую, и всё потому, что вы растягиваете эту битву. До сих пор, похоже, вы ожидали, что остальные кинутся в ноги, очарованные одной только силой вашего доброго имени… Рита хлопнула Валю по плечу, отчего её хрупкое тело сильно пошатнулось. — К сожалению, я не настолько милосердный человек. Если вы начали войну, вы должны взять на себя ответственность за это, миледи. Рита начала нарочито медленно вытаскивать свой меч из ножен. В воздухе раздался звонкий звук, после чего она поднесла кончик меча к горлу Валечки. — Я сначала уничтожу вас, а потом убийственным огнём пронесусь по вашей земле, — тихим, но самоуверенным голосом начала Рита, — мне неизвестен страх и мирное завершение сражений… те, кто решили бороться со мной, должны быть уничтожены, раздавлены до самого печального конца. Особенно дворяне вроде вас, герцогиня. «Сумасшедшая цепная собака!» Океан страха захлёстывал Валечку с головой. Гнев в глазах рыцаря шёл из самых глубин и был настолько искренним, что ни одно из произнесённых слов не выдавало никаких колебаний. Только сейчас Валя убедилась в том, что её прозвища — мясник и забойщик — не были преувеличением. Она была из тех, кто без колебаний убивал аристократов, получая от этого истинное удовольствие. О да, Рита сейчас наверняка наслаждалась сложившейся ситуацией. Во время скитаний Валя встречала многих людей, которые ненавидели аристократов. Однако разница между этими людьми и Ритой заключалась в том, что простой человек боялся власти дворянина. Однако она же не разделяла этого страха. «Я действительно умру, если так будет продолжаться. Нужно срочно что-то сказать, но не лишь бы что, а… Что-то такое, что заставит её подавить свой гнев!» Однако Рита была более сумасшедшим человеком, чем Валя могла себе представить, к тому же безнадёжно невоспитанным. Независимо от того, были ли они в настоящее время врагами, с противостоящей герцогиней следовало обращаться вежливо, а не как с человеческим багажом. И если вражеский лидер сдался, следует внимательно слушать… Меч Риты начал медленно двигаться, скользя по шее Валентины вниз, к ключицам. — Если я умру, то и ты тоже, — испуганно выпалила Валя, не успев толком подумать. Лишь спустя несколько секунд она поняла, что такие слова скорее разожгут конфликт. Теперь она точно обречена на смерть. — Что? — Выражение лица Риты стало ещё более пугающим. — Вы сказали всё, что хотели, миледи? Какие славные последние слова. — Нет, нет! «Ах, почему сейчас?! Я хотела быть спокойной и убедительной в своих объяснениях!» Валя почувствовала острую необходимость исправить свои слова, поэтому быстро продолжила, прежде чем Рита успеет сказать что-нибудь ещё. — Что ты собираешься делать после того, как убьёшь меня? Сможешь ли ты справиться с гневом первого принца и других дворян? — Что я буду делать? Первый принц похвалит и вознаградит меня за исполнение его воли! — Ты думаешь, что другие аристократы позволят тебе выйти сухой из воды? Моё тело по-прежнему несёт в себе королевскую кровь. Я всё ещё представительница великих лордов! Мои вассалы не останутся мирными. — Вы всё ещё верите, что кто-то на вашей стороне? — Нет… — уже тихо ответила Валя, — вероятно, нет благородной семьи, готовой помочь мне. На моей стороне никого нет, но у тебя тоже много врагов. Если ты убьёшь меня, они будут требовать твоей крови под предлогом моего убийства. — Мне всё равно, что скажут другие дворяне. Я следую приказам принца. Он никогда не наказывал меня за убийство кого-либо, каким бы важным дворянином он ни был. — Да, но на то были свои обстоятельства, отличные от текущих. В начале гражданской войны старший принц был загнан в северную крепость в результате первоначального поражения. Чтобы продемонстрировать свою силу и продолжить движение к победе, принц сурово наказал дворян, которые поддерживали его младшего брата. Жестокость Риты оказалась идеальным проявлением силы, поэтому принц намеренно не обращал внимания на её поведение. — Возьми себя в руки. Гражданская война закончилась, — твёрдо заявила Валя. Рита начала колебаться. Несмотря на свою наивность и некоторую простоту, Валентина не упустила из виду то, что глаза собеседницы чуть дрогнули. Она не могла быть глупой, ведь чтобы быстро подняться от дочери крестьянина до доверенного лица принца нужно обладать не только силой. Первый принц определённо знал, что как только он станет королём, дворяне больше не будут его врагами. Они станут вассалами, которые поклянутся ему в верности. Вчера они, возможно, были аристократами, которые стояли на стороне врага, но сегодня они были бы возможными облагаемыми налогом ресурсами и слугами. Подчинённый короля никогда бы не осмелился нарушить власть короля. То же самое относилось и к дворянам, однако с одной оговоркой. Даже если они не могут сражаться так, как будто на кону их жизнь, они без колебаний возьмутся за руки с врагом, чтобы сохранить свою благородную власть. Они поженятся и обменяются политическими заложниками для этой цели. Такова была непреходящая философия правящего класса. Если бы Рита продолжала действовать так, как ей заблагорассудится, независимо от статуса врага или союзника, все дворяне объединились бы, чтобы устранить её. Превосходство её силы имело значение только во время войны — дворяне не позволили бы ни одному простолюдину осмелиться бросить вызов естественной иерархии. Было очевидно, что дворяне ждали, скрипя зубами и выискивая возможность отплатить за своё унижение. В такой ситуации первый принц, должно быть, глубоко задумался бы о том, как лучше поступить. Бессмысленно устранять человека с талантами Риты, к тому же, принц был в неописуемом долгу перед ней. Однако Рита была слишком агрессивна и безжалостна… Если бы её можно было контролировать, то она, вне всяких сомнений, стала бы лучшей охотничьей собакой. — Принц послал тебя сюда не просто так. Он хотел посмотреть, сможешь ли ты действовать тактично и контролировать свою жажду крови и страданий, — продолжила Валя, стараясь вести себя как можно более дипломатично. — …Принц испытывает меня? — Это верно. Иначе зачем бы вас сюда послали? Как ты знаешь, все наши элитные солдаты были взяты в плен; нам не хватает ресурсов, чтобы сражаться должным образом. Даже пехотинцев, завербованных южными дворянами на стороне первого принца, было бы достаточно, чтобы позаботиться о нас. Тебе не кажется, что твоё нахождение здесь чересчур? Рита молчала в замешательстве. — Проще говоря, это тест, чтобы определить, являешься ли ты охотничьей собакой, которая может отличить, кто подходит для укуса, или ты бешеный пёс, которого нужно без промедления усыпить. Поэтому я повторю ещё раз: если ты убьёшь меня, ты умрёшь. «Все ли звучало правдоподобно?» Хотя Валя говорила уверенно, как будто это были её собственные выдающиеся слова, идеи принадлежали не только ей. Эти выводы являлись результатом совместных усилий и кусочков мудрости, почерпнутых из её нищенских скитаний и учений святого. В любом случае, Валя сказала всё, что хотела сказать. Реакция Риты?.. Типичная для наёмника. Она стала очень сердитой и ещё более саркастичной. — Стал бы кто-то, кто так хорошо знает намерения принца, собирать простых фермеров, чтобы защитить свой замок? В разгар сезона сбора урожая? — Это… наша внутренняя проблема, — неопределённо ответила Валентина. — Ха, внутренние обстоятельства. Это успокаивает вашу совесть, миледи? Неужели вы думали, что я просто скажу: «А? Я понимаю», только из-за того, что вы говорили так долго? Я проделала весь этот огромный путь сюда, поэтому не могу вернуться с пустыми руками. — Я не просто долго говорила! Я уже дважды объясняла, почему твоя жизнь будет потеряна! Разве ты не чувствуешь себя неуверенно в своём положении с принцем? Вы проделали весь этот путь на юг, вдали от его свиты. Ты здесь чувствуешь себя неуютно по какой-то неизвестной причине, тревожно охотишься и волочишь ноги! — Я? Нервничаю? — Если ты мне не веришь, то перережь мне горло прямо здесь и сейчас. В наступающем новом году ты будешь висеть на стене, как сувенир. — Ты!.. — Рита снова подняла кончик меча, упирая его прямо в горло Вали. — Может, хотя бы твоя кровь окажется истинно голубой, а не такой же, как у всех дворян — обыкновенной. Несмотря на то, что она дрожала, Валя всё ещё продолжала смотреть в глаза Рита через небольшую щель в её шлеме. Она тоже не отводила взгляд, тщательно вглядываясь. В голубых глазах герцогини был ужас, страх, тревога, но в них не было обмана. Не было никаких сомнений, что это были невинные глаза искреннего человека. Более того, каждое её слово проникало в сердце Риты. Они точно возбуждали тревогу и чувство дисгармонии, которые она и так смутно ощущала. Она разозлилась ещё больше отчасти потому, что не было никакой возможности опровергнуть то, что сказала Валя. — Чёрт возьми! — Рита с силой бросила свой меч на землю. Услышав лязгающий звук, Валя сдулась, как пустой мешок. «Ах, я жива». Рита раздосадовано пнула землю изо всех сил, громко выругалась и сбросила шлем. Валечка восхищённо посмотрела на неё — у неё была гораздо более красивая внешность, чем она могла себе представить. Она никак не ожидала увидеть такое красивое лицо под этим чёрным шлемом. Её грубоватая, точёная линия скул и подбородка особенно подчёркивала её яростную красоту. Чёрные волосы, мокрые от пота, были в беспорядке. Рита совсем не была аккуратной, но она не выглядела грязно, напротив, этот «взъерошенный» эффект создавал дикую соблазнительную ауру. Поняв, что смотрит на неё слишком долго, Валя опустила взгляд — всё это время она крепко сжимала белый флаг. Не говоря ни слова, Рита выхватила ткань из её пальцев. Затем, высоко подняв белый флаг, она громко объявила о победе. Солдаты в казармах громко зааплодировали. Солнце начало подниматься, как факел, торжественно горящий в честь важного события. Валечка, всё ещё стоя на коленях, смотрела на белый флаг, развевающийся на фоне рассветного неба. Зёрна золотой пшеницы, вышитые на флаге, сверкали, словно звёзды. После этого очень простого процесса капитуляции события развивались подобно стремительно несущимся потокам. Армия Риты ловко упаковала свои палатки и снесла временные владения. Солдаты, вернувшиеся с боя, аккуратно выстроились в шеренгу. В одно мгновение вся уборка была закончена, и армия двинулась к замку герцогини. Рита вела армию с фронта. Её заместитель, который шел рядом с ней, с тревогой спросил: — Это действительно нормально, что мы просто так идём в замок? — По словам моего шпиона, это не ловушка. — Если ты так говоришь…