Аномалия с львиными ушками

Только ступив на порог школы, Тсунаеши сразу услышал шепотки. Но на протяжении нескольких уроков все одноклассники вели себя максимально прилежно, в том числе и по отношению к нему. Даже при поддержке в лице Ямамото, Гокудеры, Ханы и Кеко происходящее Тсуну тревожило. Омега специально морально готовился к получению огромной порции словесных помоев и неприличных жестов в свою сторону... Но все было тихо. И даже парта была чиста. На перемене он прислушался к сплетням девочек из класса, и, к его радости, в них не было его имени. Но было другое. Оно объясняло вообще все. Глава Дисциплинарного Комитета вернулся. Хибари Кея, все такой же страшный и грозный. Он уже успел избить кого-то из комитета по садоводству, пока Тсуна был на больничном, и был готов в любое время с удовольствием загрызть любого нарушителя спокойствия. Все вели себя тихо, как мышки, боясь навлечь на себя гнев Главного Демона Намимори. Узнав об этом, Тсунаеши смог немного расслабиться. Для него ГДК не представлял угрозы. Он сидел на крыше в компании друзей и ел приготовленное мамой бенто, когда появился Реборн. Маленький ребенок в костюме каштана будто свалился с неба на крышу, заставив Тсуну испуганно вскрикнуть и подавиться рисом. Преданный Гокудера-кун тут же попытался помочь своему Десятому, и Савада надрывно закашлялся под хлопками его рук по спине. — Черт, Реборн… — Тсуна вытер выступившие слезы и посмотрел на своего репетитора. — Шикарно выглядит, да? — Аркобалено закрутился вокруг своей оси, а потом буквально подкатился ближе к их компании. На крыше были только Тсуна, Такеши и Хаято. Девочки пошли обедать к Реохею, и теперь Тсунаеши спрашивал себя, почему он не пошел вместе с ними. После той драки, оставаясь наедине с альфами, он чувствовал себя буфером между ними. Вот и сейчас, отойдя от Тсуны, Гокудера ненароком показал Такеши фак и произнес одними губами «тормоз». Тсунаеши вздохнул, закрывая коробочку с бенто. После объяснений Реборна он стал немного лучше понимать происходящее. Он уже слышал от Гокудеры, что тот хочет стать его Правой рукой. И, как он теперь понимает, все его действия были направлены на то, чтобы показать его полезность и компетентность как Хранителя, чтобы в итоге быть ближе к Небу. Чувствовал ли себя Тсунаеши тем самым Небом, про которое рассказывал ему Реборн? Совсем нет. По описаниям репетитора, это были какие-то полубоги, не иначе. Люди, способные объединять под своим началом других людей — истинные лидеры, сильнейшие и редчайшие из всех остальных атрибутов. Небеса, укрывающие собой всё живое, дающие защиту и поддержку. После такого описания Тсунаеши чувствовал себя редким животным, занесенным в Международную красную книгу, но никак не обычным парнем со сверхспособностями. Хотя бывают ли они у обычных парней? Львиное ухо недовольно дернулось: ему сполна хватало проблем и с одной особенностью. К сожалению, он и до появления в его жизни Реборна не мог назвать себя обычным парнем. — Мы сделаем убежище для Семьи, — поставил их перед фактом сам репетитор. — Семье оно точно нужно! — загорелся Хаято. — Секретная база? Звучит весело. — Такеши встал с крыши и помог подняться Тсуне. — Мой дом и так уже база для мафиози. Нам точно нужно что-то еще? — Тсунаеши замер на месте, задумчиво рассматривая своего репетитора. Реборн явно что-то не договаривал. — Конечно. Вы много времени проводите в школе. Мы используем приемную комнату. Она совершенно свободна. — Киллер был уже в своем привычном костюме и улыбался в предвкушении. Он рассчитывал на неплохое представление. Горящие энтузиазмом Такеши и Хаято пошли вперед. Тсунаеши медленно плелся сзади с нехорошим предчувствием какой-то подставы.

***

В приемной их встретил он — гроза всея Намимори Хибари Кея. И если Такеши и Тсуне пока что ничего не грозило, то вот курящему Хаято повезло куда меньше. Хибари ненавидел, когда в его школе нарушались правила. Хибари избивал своими стальными тонфами за любое нарушение. А Гокудера пыхнул ему в лицо сигаретным дымом, как только вошел в комнату. Тсунаеши зашел в приемную как раз в тот момент, когда Хаято уже поджигал динамит, чтобы подорвать неожиданного противника. — Что тут происходит? Такеши беспомощно развел руками на вопрос омеги. Гокудера нарушил правила, а Хибари, этот страшный парень, набросился на него. И он не собирался как-то помогать Хаято и влезать в их драку: ему не нужны были лишние проблемы из-за этого… вспыльчивого придурка. — Гокудера-кун, убери динамит, это опасно! Хибари-сан? Простите, кажется, произошло большое недоразумение! Ударив подрывника тонфами еще несколько раз, Хибари соизволил прерваться и обратить свое внимание на неловко мнущегося парня. — А, это ты, Аномалия. Чем обязан? — Как ты посмел назвать Джудайме?! — Хаято зарычал, готовый напасть и растерзать этого высокомерного гада. Тело болело от сильных ударов стальных тонф. За будущие синяки хотелось хорошенько избить. За издевательское прозвище, данное его Боссу, хотелось убить, уничтожить урода. Но Джудайме строго посмотрел на него и с силой оттащил от самодовольного ублюдка. Хаято стушевался под этим несколько разочарованным взглядом и послушно закрыл рот. — Все еще странно, но уже лучше, спасибо. — Омега вежливо поклонился Хибари, обращая на него все свое внимание. Глава Дисциплинарного Комитета фыркнул в ответ, так и не убирая свои тонфы. Такеши склонил голову к плечу, прожигая Хибари взглядом. Ему не нравилось то, что он не понимал сути их связи. Казалось, что Тсуна и Хибари разговаривали о чем-то, понятном лишь им двоим. У него, конечно, были догадки: все же именно благодаря Хибари Тсуну не отчислили за давний инцидент с Незу. Но на то это и были догадки — они не могли ответить на все вопросы. Он скосил взгляд в сторону, с удовлетворением подмечая, как рядом стоящего Гокудеру практически затрясло от негодования. Белые волосы занавесом скрывали опущенное красное лицо. — Так это твое стадо травоядных. — Кея обвел в воздухе фигуры Ямамото и Гокудеры тонфой. — Зачем привел их? — Это недоразумение! Нам сказали, что приемная свободна. Мы не знали о том, что здесь будете вы. — Тсуна сделал маленький вдох, стараясь не прислушиваться к заполнившему всю комнату удушающему запаху альфы. Что-то тяжелое и кислое, будто запах железа, заполняло помещение. — Уже неделю как, — усмехнулся Хибари, делая шаг в его сторону. — Я был на больничном! Они… — Тсунаеши указал на своих друзей, с неохотой выдавливая из себя слова. — Тоже. Ой. Точнее, на соревновании, да. — Хо? — черная бровь поднялась вверх, но вскоре выражение лица альфы стало понимающим, и на нем отразилась великая скука. — Мне не интересно, кто с кем проводит течки, Аномалия. Я просто ненавижу, когда травоядные сбиваются в кучки и пытаются дурить мне голову бессмысленными разговорами. — Скука на красивом лице уступила место кровожадному оскалу, когда альфа с предвкушением рыкнул: — От драки толка гораздо больше. Такеши, вставший между ним и Хибари, еле успел увернуться от быстрого выпада, за что получил заинтересованный взгляд серых глаз. Во второй раз ему повезло уже меньше. Под рукой не было верной биты — ему было просто нечем ответить на удар стальными тонфами. Тсунаеши схватился за голову. Ками-сама, он просто хотел по-мирному решить это недоразумение и уйти. Почему все получилось именно так? Ямамото не собирался так просто сдаваться: не тогда, когда единственное, что разделяло Тсунаеши и агрессивного альфу с оружием — это он сам. Помощь пришла оттуда, откуда он не ждал: под ногами у ГДК взорвалась небольшая шашка динамита. В последний момент Кея заметил неладное, отходя в сторону. — Играете нечестно, травоядные, — с весельем прорычал старшеклассник, продолжая держаться на ногах. Его задело взрывом, но недостаточно сильно. — Черт, — Гокудера, вставший рядом с Такеши и заслонивший собой своего босса, поджигал следующую шашку. — Джудайме, уходите отсюда! Мы разберемся с ним. — Ребята… Даже если бы Тсунаеши и хотел уйти, он бы не смог. Не сейчас, когда его друзья находятся в такой опасной ситуации, но все равно первым делом пытаются защитить его. Это… Вызывало в нем бурный коктейль эмоций: от благодарности до злости на самих же ребят. Внутри постепенно просыпалось то, что раньше заставляло прыгать с моста и с невообразимой скоростью лететь к краю крыши. Возможно, если бы Хибари-сан остановился, оно остановилось бы тоже. Или если бы закрывшие его спинами Хаято и Такеши не были сметены в мгновение парой сильнейших ударов. Или… а что гадать? Оно снова горело ярким пламенем в его лбу и подталкивало на безумные вещи. То, что Реборн называл его Небом, снова было с ним. И, кажется, они с Тсунаеши были едины в своем желании удавить причину, по которой его друзья теперь не могли сами встать с пола. И Тсуна нанес удар. Уже почувствовавший вкус победы и потерявший бдительность Хибари не успел заблокировать его и удачно упал спиной на кожаный диван. — Ты — Дурак! Почему ты не можешь нормально выслушать людей, а не бить их? — Тсунаеши, буквально горевший праведным гневом, навис над ним, тряся его за лацканы рубашки, не обращая внимания на вырванные с корнем пуговицы. Несколько контуженный Хибари схватил его за левую руку, крепко сжимая и пытаясь вывернуть запястье или ослабить его хватку, другой рукой уже замахиваясь тонфой для удара. Тсуна смог в последний момент перехватить его руки, сжимая их в железной хватке. Для этого пришлось сменить позицию и залезть на самого ГДК, чтобы тот не вырвался. — Камикорррос. В момент, когда Хибари наконец-то перестал дергаться и грозно рычать на него, дверь в приемную открылась. Медленно и синхронно, как по команде, они повернули головы в сторону вошедшего. Кусакабе пялился на представшую сцену огромными глазами и, кажется, приходил к какому-то своему, очень, очень неправильному выводу. А как еще можно трактовать такую интересную позу у альфы и омеги? Неловко прокашлявшись и промямлив что-то вроде извинений, он поспешил ретироваться, но картина того, как Савада бесстыдно прижимал его запыхавшееся и румяное начальство к дивану, не хотела выходить из головы. В гнетущем молчании парни проводили его взглядом и теперь с новым осознанием смотрели друг на друга. И если Тсунаеши мучительно медленно краснел и бледнел с выражением ужаса на лице... То Хибари, этот черт, наоборот, издевательски ухмылялся! Будто эта ситуация была для него чем-то забавной! — Отпусти меня уже, Аномалия, ну. — Гроза всея Намимори расслабленно растекся по дивану. — Только если вы не будете бить моих друзей. — Хн. Предположим, сегодня не буду. Хибари тактично умолчал о том, что и так не собирался бить уже лежачих. Тсуна разжал пальцы и кубарем скатился со старшеклассника, хватаясь руками за голову. — А. Эм…. — Очень информативно, — насмешливо прокомментировал Кея. — Не переживай, Кусакабе будет молчать о произошедшем. — Но ничего же не было, ничего не было — пробормотал Тсуна, закрывая лицо руками. Ему так сильно хотелось отмотать время назад, чтобы не идти в эту дурацкую приемную со своими друзьями. Друзьями, которые все еще лежали в отключке. Он присел перед Хаято, но побоялся тормошить его. Верхние пуговицы рубашки у альфы и так всегда были расстегнуты. Так что Тсуна переложил его в более удобное положение и открыл ему рот для лучшего доступа кислорода. У него затряслись руки, когда он попытался открыть окно для проветривания. Он только и мог думать о том, как хорошо, что Гокудера, как и Такеши, вообще дышал. — Твой уровень вырос с прошлого раза. — Это ВСЁ из-за Реборна. — Кого? — Мой репетитор из Италии. Выглядит как маленький мальчик. Это из-за него мы пришли сюда. В глазах Хибари появилось понимание. Он хмыкнул, думая о чем-то своем, пока Тсунаеши пытался привести в порядок своих друзей. — Ты испортил мою рубашку. Ты исправишь это. — Кея повертел в пальцах оторванную пуговицу, тут же находя на полу еще одну такую. — Ладно, — не стал отпираться Тсуна. Он прекрасно понимал, что в драке с ним Хибари был не совсем серьезен. Скорее всего, из-за вторичного пола, но это был тот случай, когда Тсуне было плевать на причины. Не бьет так же сильно, как парней-альф — уже хорошо. — Почему Аномалия? — Тсунаеши нашел в сумке Хаято бутылку воды и теперь пытался понять, сможет ли она помочь ему вернуть сознание друзьям. Из всего того, что рассказывал ему Реборн на курсах медпомощи и молодого бойца, выходило, что нет. — Что-то не устраивает? Я всегда могу вернуться к прошлому варианту, Мутант. Омега скривился и примирительным тоном согласился: — Все отлично. Аномалия звучит намного лучше и не так грубо. Спасибо. Свое мнение о том, что лучше бы все вокруг называли его нормально, по-человечески, по его имени, он благоразумно придержал при себе. Кажется, об этом не стоило говорить парню, который всех вокруг называл травоядными. Когда ребята начали приходить в себя, Тсуна чуть не расплакался от счастья. Он помог им подняться, чтобы тут же пойти с ними в медпункт. Напоследок Хаято хотел что-то крикнуть в сторону Хибари, но Тсуна раздраженно шикнул на него, заставив альфу пристыженно опустить уши, и поспешил вывести подальше от приемной ГДК. Им хватило на сегодня приключений. Реборн, наблюдавший за всем от начала и до конца, сделал пометки в маленьком блокнотике и, спрятав его в карман пиджака, запрыгнул на подоконник, привлекая внимание Хибари Кеи. Ему хотелось узнать, что связывало его ученика и Главу Дисциплинарного Комитета. Кажется, Хибари тоже был не против небольшой сделки.