"Наш обожаемый игрок"

      — …Да славится имя её во имя святых семи ветров.       Закончив молитву, Барбара подняла глаза на рисунок, украшавший стену её комнаты. Вернее, не рисунок… икона.       В лучших традициях иконописи Мондштадта был изображён силуэт девушки. Её лица было не различить, зато были чётко изображены её яркие светящиеся глаза, волосы и одежда. Правда, даже несмотря на схематичность, изображение нельзя было назвать достоверным: Барбара не могла передать облик богини. Потому что никогда её не видела.       Богиня…       …Впервые это произошло около двух лет назад. Барбара собирала в лесу лекарственные травы. В один миг она опустилась на колени, дабы помолиться Барбатосу, но ветра донесли до неё чей-то шёпот…       — Отчего все люди несчастны?..       Барбара замерла и огляделась, однако не смогла никого найти взглядом. Померещилось?..       — Это может показаться странным, но, кажется, я никогда не встречала счастливых людей. Богатые, бедные, здоровые, больные… и все несчастны. Отчего?.. отчего мы не способны радоваться каждому дню? Что отняло у нас эту способность?.. быть может, дело в тяжёлых временах… но, признаемся честно, времена никогда не бывают лёгкими. Наверное, вся суть несчастья заключена в человеческой сущности: достигнув одного, человек стремится к другому. А достигнув другого, стремится к третьему… выходит, что счастье невозможно?..       Голос оборвался. Как будто очнувшись от сна, Барбара вскочила и крикнула:       — Кто ты?.. где ты?..       Но ей никто не ответил…       Спустя мгновенье девушка осознала, что даже не может определить сторону, из которой ветер принёс монолог, не то, что отыскать оратора… но как такое возможно? С ней говорил… сам Барбатос?..       …Нет, глупая мысль. Это был женский голос. Но кто это тогда был?..       Поразившись своей мысли, Барбара помотала головой: нет, никто из правящих Архонтов не способен на такую речь, кроме, быть может, бога песен. Это не они. Наверное, рядом проходила… поэтесса. Да, поэтесса. Бродячая. А Барбара невольно услышала отрывок её нового произведения…       Да, Барбара. Поэтесса. С драматическим монологом. Кому ты врёшь?..       …Только вот почему у поэтессы всё так грустно?.. люди у неё и несчастны, и алчны… хотелось бы поговорить с ней. Барбара бы точно смогла доказать ей, что всё не так, что есть на свете счастье, что пастор сама делает всё для того, чтобы все люди в Мондштадте улыбались…       «И почему я так волнуюсь? — не понимала сама себя девушка. — Я не узнаю голос этой девушки, значит, это — не житель Мондштадта… но… я хочу, чтобы все были счастливы! И мне грустно оттого, что кому-то плохо… и, хотя я понимаю, что никогда не встречу её снова, я хочу… хотя бы попытаться…»       С тех пор Барбара каждый день ходила на ту поляну, но поэтесса всё никак не появлялась. А уж не привиделся ли пастору тот голос?..       А почему она вообще так беспокоится о неизвестном человеке?.. ходит, на что-то надеется… ждёт… это похоже на сумасшествие…       Спустя несколько месяцев девушка перестала надеяться на новую «встречу». Однако та, кого Барбара слышала когда-то, сама нашла её.       — Что такое счастье?..       Лес замер.       — На этот вопрос можно ответить по-разному. Я же считаю, что настоящее счастье — это видеть, слышать любимого, близкого человека. Нет ничего, что может сравниться с подобной радостью… как жаль, что она мне неизвестна.       Барбара начала обходить поляну, заглядывая за деревья и кусты. Где же ты, одинокая поэтесса?..       — Меня никто никогда не любил, а я сама дарю свои чувства безжизненным предметам, которые не могут дать мне человеческого тепла, в котором я нуждаюсь. Отчего так происходит?.. быть может, яд сокрыт во мне… быть может, я сама того не осознавая отталкиваю людей?.. мне это неизвестно… но известно одно: я никогда не испытаю настоящего счастья.       Голос затих. Так и не нашедшая никого Барбара остановилась. Её губы дрожали. Теперь она не сомневалась в том, что не сошла с ума… но начинала подозревать, что там, вдалеке, с ума сходит кто-то другой.       Барбара не знает, кто это был… но чувствует, что этого человека нет в этом мире. Он где-то там. Вдалеке. И в ближайшем будущем она с ним не увидится. А ведь этому человеку нужна помощь. Как бы Барбара хотела доказать ему, что жизнь не так безнадёжна, как он считает!..       Вернее, она…       Она…       Голос той девушки такой юный. Но почему Барбаре кажется, что на самом деле несчастной деве много лет?.. быть может, потому, что боги… не стареют?..       …Но почему эта богиня решила явить свой голос Барбаре?.. она хочет помощи для себя, или… или желает принести через неё возрождение несчастному миру?..       Как самолюбиво… как легко Барбара возложила на себя миссию спасительницы человечества!..       Устыдившись, пастор попыталась забыть о той, кого слышала когда-то. Но не могла. И в один миг во сне ей пришло озарение.       Когда Барбара проснулась, ей в глаза ударил яркий, святой свет. Не выдержав напряжения, пастор прикрыла глаза, но свет не угасал, а как будто становился даже ярче, чем прежде.       «Это… судьба?..»       Чувствуя, что происходит что-то важное, Барбара поднялась с кровати и огляделась. Белая комната была совершенно пуста. Но не успела девушка подумать о том, как здесь как оказалась, как напротив неё оказалось зеркало. Взглянув на себя, пастор поняла, что одежда на ней изменилась. Белое, украшенное золотым шитьём платье до колен вдруг удлинилось. Ткань стала почти прозрачной. Покраснев от смущения, девушка осознала, что нечаянно выставила напоказ те части тела, которые принято скрывать от общества… но почему она сама кажется себе даже более чистой, чем прежде?..       Неожиданно комната засверкала голубым. Барбара со страхом осознала, что вспышки были вызваны никем иным, как ею самой. Она подняла голову и увидела свой новый облик.       Барбара всегда отличалась от других девушек какой-то странной, необычной красотой, но теперь и та красота меркла по сравнению с той, что представилась ей сейчас. Та Барбара была смертной земной девушкой… а эта была ангелом.       Не веря до конца в происходящее, девушка обхватила своё лицо руками. Отражение повторило её действия… это — действительно Барбара?.. но почему она выглядит так?..       Подумать об этом пастор не успела. За чудесным образом возникшим в пустоте окном пронеслись клином белые птички. Не зная, зачем, Барбара рванула к окну и провалилась сквозь него. Белая комната исчезла.       Вместо неё Барбара оказалась в том самом лесу, в котором впервые услышала тот голос. Но это было не совсем тот лес… впрочем, эта Барбара тоже отличалась от другой себя, так что, наверное, не стоит удивляться?..       Удивительно нежный голос заставил девушку замереть от восхищения:       — Дремлют плакучие ивы,       Низко склонясь над ручьём.       Струйки бегут торопливо,       Шепчут во мраке ночном,       Шепчут, всё шепчут во мраке ночном…       Стараясь не дышать, Барбара сделала несколько шагов навстречу голосу…       Она… воплотилась?..       Барбара не видела лица девушки, что пела, но уже узнавала его. Не могла не узнать, пускай и ни разу не видела.       — Где ты, голубка родная,       Помнишь ли ты обо мне?       Так же ль, как я, изнывая,       Плачешь в ночной тишине?       Она обращается ко мне.       Божество обращается ко мне.       Как я могу отказать в помощи?..       Больше не скрываясь, пастор бросилась к богине, но, когда ей оставалось пройти всего два шага, та, тяжело вздохнув, растворилась. Барбара не успела ничего ей сказать…       …И почему свет реальности больше не кажется ей таким ярким?..       Потому что это ненастоящий свет. Настоящий был там… где была Она.       «Она и взволновала моё сердце, и успокоила… как так?.. — задумчиво помешивала сахар в чае ложечкой Барбара. — Мне обидно оттого, что она меня больше не навещает… в прошлый раз перерыв был не таким большим… но отчего я ощущаю себя такой счастливой, когда думаю о ней?.. я… я хочу увидеть её снова!.. пожалуйста!..»       В тот вечер Барбара совершила немыслимое святотатство. Она ничего не хотела так, как увидеть Её… и ей было всё равно, кому ради этого молиться.