"Наш обожаемый игрок"

      «Ну, думаю, сегодня ночью можно будет прогуляться по Фонтейну,» – подумала Лариса, выглянув из окна.       Во внутреннем дворике никого не было. Отец послала большую часть Детей на какое-то задание… на какое конкретно, Лариса не знала, но была очень рада, что ей не нужно пока что участвовать ни в каких авантюрах.       «Чем меньше я выхожу на улицу, тем меньше вероятность встретить очередного игрового персонажа,» – считала она.       Их рядом с ней и так предостаточно.       …За пару дней Лариса поняла, что её надежда скрыться от всего мира в Фонтейне была самодовольно наивна. Она думала, что дело было в словах, которые она говорила персонажам, во внимании, которое уделяла им…       Нет, вообще-то и то, и другое присутствовало и в отношениях с фонтейнцами…       Лариса вздохнула.       Она быстро поняла, какова реальность, и сейчас об этом ужасно жалела. Жить в мире, в котором она была свободна от чужих чувств, было гораздо приятнее.       Вдруг дверь распахнулась. Ларисе не понадобилось оборачиваться для того, чтобы понять, кто к ней вошёл. Она узнала этого человека по походке.       Лини.       Интересно, он хоть иногда покидает Дом Очага? Почему-то Ларисе казалось, что он куда более занятой человек… лучший фокусник Фонтейна всё-таки…       – Привет, Лера! – радостно поздоровался фокусник. – Смотри, что у меня для тебя есть!..       Из ниоткуда достал Лини радужную розу.       «Это что-то новенькое,» – оценила Лара. Обычно Лини приносил конфеты и шоколадки, а сегодня вдруг подарил цветок… интересно.       Но ведь это никакой не намёк, правда? Лини... он же говорил, что просто хочет стать другом Ларисы. Не переменились же его намерения?.. «Ага, конечно, – хмыкнула про себя Лара. Глаза Лини говорили обо всём за него. – Если они пока и не изменились, то это только потому, что он не понимает пока, как я на него влияю...»       И как всё дошло до того, что они с Лини за какие-то жалкие полтора месяца дошли до того же, до чего дошла Лариса с другими персонажами за несколько лет?..       Около месяца назад…       «Я в Доме Очага уже две недели, и мне всё никак не удаётся выйти отсюда, – думала Лариса. – И дело не в том, что меня не выпускают, а в том, что я просто… не готова выйти!..»       Почему-то Ларе казалось, что всё будет очень просто, но это оказалось не так.       Лариса, хотя и понимала, что со стихами в Фонтейне всё может оказаться не так уж и просто, всё же надеялась на то, что всё кончится хорошо для неё, она сможет быстренько припомнить стихи и продать их. Но это оказалось не так.       Когда она показала Лини стихи и попросила его оценить их, он посмотрел на неё, как на полную дуру. Но он был мальчик воспитанный и истинных своих мыслей не озвучил. Только сказал:       – Лера, я понимаю, что ты не хочешь, чтобы у тебя украли твои стихи – но раз уж ты даёшь их почитать мне, может, перестанешь шифроваться?..       И Лариса покраснела от ног до кончиков ушей… и как она могла так сглупить? Когда она занималась с Мико, они же поняли, что Лара не владеет письменностью Тейвата. И когда она пыталась передать через Шэнь Хэ послание Итеру, знала, что он ничего не сможет прочесть. И теперь…       Если бы не тактичность Лини, Лара бы точно сгорела со стыда. Или хотя бы навсегда покинула место своего позора…       «Бедняжка, – про себя посочувствовал ей поначалу Лини. – Так боится потерять стихи…»       А потом он понял, что не всё с Лерой так просто. То ли она была так сконцентрирована на древних языках, что совсем позабыла тейватский, то ли и вовсе не забивала им голову.       Что поделать… Отец велела позаботиться об этой девушке. Да и Лини и сам был не против помочь ей. Пришлось обучить её тейватскому алфавиту.       Вообще, Лини думал, что на этом всё кончится, но текст, который записала девушка…       – Как ты вообще пишешь? – ужаснулся фокусник, взглянув на текст Ларисы. – Это… по каким правилам написано?       – Каким таким правилам? – растерялась Лариса.       – Правилам языка!..       …Так Лара и узнала, что была права насчёт тейватского. Да, силлабо-тоническая система сложения этому языку не подходит.       Тейватский язык имел, во – первых, фиксированный порядок слов, во – вторых, фиксированное ударение. Правда, не на последний слог… не совсем. Когда слово было мужского рода, ударение падало на последний слог. Когда же оно было женского рода, ударение падало на предпоследний слог. Среднего рода, как поняла Лара, вообще в языке не было. Как и падежей на её счастье...       «А я где-то читала, что во французском до какого-то периода развития языка с ударением всё так и было,» – смутно припомнила Лариса текст из интернета.       Самым удивительным было то, что, как только Лини объяснил ей правила тейватского языка, вскоре она и сама их обнаружила. Действительно, ударения ставятся отнюдь не как в русском языке. Действительно, нельзя нарушить порядок слов так, чтобы при этом, во – первых, не исказился смысл сказанного, во – вторых, собеседник вообще тебя понял. Действительно, ударение не имеет в тейватском такого значения, как в русском. Действительно, нет падежей... зато есть артикли, с которыми Лариса разбирается самостоятельно – проговаривает много-много фраз с ними и на основе полученных примеров понимает, где что ставить. Или не понимает...       «Что ж, стихи мне продвинуть не удастся, – вздохнула Лариса. – Они неправильные для тейватского. Разве что я сама их перепишу… нет, сосредоточусь на Достоевском…»       Хорошо хоть не успела переписать много. Похоже, адаптировать роман будет значительно труднее, чем ожидалось.       Труднее и дольше. А значит, у неё не будет карманных денег на прогулки и финансовой подушки безопасности. И почему она не догадалась что-нибудь одолжить из дома Чжун Ли?.. это бы даже не было воровством – так, компенсацией за все пережитые по его воле мучения...       Если нет денег... нет, выйти можно. Только вот Лини сказал, что в Фонтейне очень жёсткая судебная система и очень много всяких странных законов. Если Лариса выйдет ночью на улицу и случайно что-то нарушит – что она будет делать? Чем заплатит штраф?..       Мрак.       …Ларисе казалось, что они с Лини провели не так уж и много времени. Она, по крайней мере, сделала всё для того, чтобы как можно меньше отвлекать фокусника от работы, и не просила у него помощи никогда, даже когда чего-то не понимала (а она часто чего-то не понимала, особенно когда дело касалось артиклей). Не принимала помощь даже когда её предлагали, разве что в самом крайнем случае…       С Лини не должно было ничего произойти даже если он подчинялся её силе. Лариса так думала. Или скорее надеялась на это...       До недавнего момента так считал и Лини.       Откровенно говоря, он вообще был уверен в том, что, если будет учить кого-то чему-то, то вообще не будет воспринимать этого человека как потенциального партнёра или даже друга – только как вечного ученика.       Это оказалось не так.       Лини не понимал сам, чем эта Лера его так зацепила. Но… ему было очень жаль, когда она перестала нуждаться в его помощи. Особенно когда он понял, что она его обманула. Она мало что поняла из его объяснений и очень нуждалась в помощи.       Почему тогда она его оттолкнула? Ей не понравилось, как он учил?..       Он пока не хотел отношений с ней. Но очень хотел быть её другом. А если Лини хотел с кем-то подружиться… ему отказать было очень трудно.       Вот почему сейчас он дарил Ларисе радужную розу.