"Наш обожаемый игрок"

      Когда Лариса пришла к Лини во второй раз, он уже не нашёл сил на улыбку. А Лара не нашла, что ему сказать. Да и что можно было сказать в такой ситуации: «Лини, ты, главное, не волнуйся, ни в какую тюрьму ты не поедешь! Я знаю, прежде ты знал меня под другим именем, но на самом деле я — Лариса, новая главная героиня взамен Путешественника! А даже если я и не смогу поймать настоящего преступника, с помощью своей силы я влюблю в себя Нёвилетта, и он тебя не посадит…»       «А кстати, влюбить в себя могущественного персонажа ради выгоды… — вдруг начала подумывать о чём-то нехорошем Лариса, но остановилась. — Нет, Чжун Ли тоже выглядел таким спокойным, как он, даже спокойнее. От этого будет больше вреда, чем пользы…»       — Похоже, это мои последние часы на свободе, — наконец, грустно прошептал Лини.       — Но ты ведь этого не делал, — осторожно сказала Лариса.       — Не делал, — согласился Лини. — Но против меня выдвинула обвинение сама Архонт, а что произошло на самом деле, я не знаю, поэтому и оспорить обвинение не могу.       — Но почему ты не пытаешься найти преступника?       — Лера, я фокусник, а не сыщик. Я скорее поверю в то, что завтра выучусь летать, чем в то, что смогу найти девушку и доказать свою невиновность.       — Не может такого быть, чтобы выхода совсем не было, — мотнула головой Лара и додумала: «Потому что не может такого быть, что игра поставила перед главным героем невыполнимую задачу. Вернее, другая игра могла бы… но точно не Геншин!..» — Ты не будешь против, если я поищу улики?       — И я, — вдруг сказал невесть откуда появившийся Странник. Когда на него удивлённо посмотрели, он фыркнул: — А вы что, правда верите в то, что справитесь сами?       Лини вздохнул:       — Ну, другого выбора у нас нет. Мы с Линетт не знаем, каким образом девушка могла исчезнуть из ящика. Наверное, придётся раскрыть секрет фокуса… что поделать, это в любом случае был один из аргументов на суде…             Лини думал начать рассказывать (пускай и с болью в сердце), но Лара перебила его:       — А можно я попытаюсь угадать? Просто если в итоге окажется, что я права, я не переживу, если вы об этом не узнаете.       — Ну, попробуй, — хмыкнул Лини.       «Она всё равно не угадает, — с некоторым волнением подумал он. — Мы с Линетт так долго придумывали этот фокус!..»       Какого же было его удивление, когда Лариса практически точно объяснила ему весь ход фокуса!..       — Только одного я понять не могу, — заканчивая, сказала она. — Если это правда не член твоей труппы, а настоящая зрительница, выходит, вы должны были сделать какой-то механизм для того, чтобы ящик перемещался…       Она было хотела сказать, что уж слишком трудно поверить в то, что фокуснику — пускай и самому лучшему — позволили прорыть тайный ход в Эпиклезе, но Лини не стал дожидаться конца её речи. Ему было слишком горько осознавать, что кто-то может с первого раза разгадать его фокус, и он не хотел знать, в чём сомневается Лера — она слишком во многом была права.       — Да, там было два хода. По одному перемещался я, по другому ехал ящик.       «Ящик определённо двигался медленнее, чем бежал Лини, — заметила про себя Лариса. — Он большой, массивный, а человек в нём не был подготовлен к тряске, да и нельзя было её допустить, ведь тогда он бы понял, что он не просто появился в другом конце сцены, а приехал туда, а это бы испортило весь фокус. Да, скорая разгадка всё портит... Кажется, Лини больно оттого, что я догадалась так быстро… может, сказать, что я каким-то образом видела его записи о фокусах, или услышала о фокусе по радио?..»       — Прости, — вдруг сказала Лариса.       —За что? — удивился Лини.       — Мне не стоило так вглядываться в этот фокус. Это отравляет радость, — сказала Лара и додумала: «Тебе, ведь меня эта победа порадовала».       — Если кто-то делает такие пустые фокусы, что их может разгадать любитель, пускай и из первого ряда, извиняться должен фокусник! — перебил её Странник. Ему попытка смягчить углы явно не понравилась.       Лариса не знала, что, хотя она и расстроила Лини и нечаянно разозлила Странника, был кое-кто, кого её догадливость впечатлила.       «Надо же, а она умная, — подумала Линетт, незаметно глядя на Ларису. — Лини бы никогда не рассказал ей своего секрета, а записей о фокусах мы, конечно, не вели. Да даже если бы вели, доступа к нашей комнате у неё нет, а читает она… я не знаю, хорошо ли она читает… я начинаю догадываться, почему её ценит Лини…»       — Лини, ты не против, если мы осмотрим тоннель? — спросила Лариса. — Может, мы что-то заметим, чего не заметили другие?       Конечно, после того, как Лариса разгадала его лучший фокус, Лини не смог отказать.       — Только бы жандармы разрешили, — сказал он.       «А вот это может стать проблемой,» — заметила про себя Лара и вновь подумала о том, что вот Путешественника бы без проблем пустили.       Наверное, всё бы кончилось — ведь, как предсказывал Лини, их со Странником не очень-то хотели пускать на «место преступления» (пускай жандармы и осмотрели его), но Кай, к удивлению Лары, решил проблему. Что-то шепнул на ухо жандарму, и он с улыбкой пустил их.       — Что ты ему сказал? — полюбопытствовала Лара.       — А ты теперь попробуй разгадать этот фокус, — хмыкнул Странник. — Готов поспорить, это будет труднее, чем расправиться с загадкой мальчика в колпачке.       — Ну, я надеюсь, ты не только остёр на язык, но ещё и внимателен. Знаешь, я буду крайне разочарована, если ты совсем ничего не заметишь.       «Похоже, я начинаю находить к нему подход, — подумала Лара, заметив, как дёрнулся Кай. — Был бы человек — точно вспыхнул бы!.. ну, кто ж виноват, что другого вида мотивации для него не существует…»       Тем временем они вошли в тоннель и огляделись. Таблички с именем преступника ожидаемо не обнаружилось.       Вдруг Ларисе захотелось проверить кое-что. Кое-что, что касалось не преступления, а лично Странника.       — Кай, а ты кем хочешь быть — Шерлоком Холмсом или Доктором Ватсоном?       — Ты что, решила выдать мне новую кличку? — хмыкнул Странник.       — Значит, Шерлоком Холмсом?       — Нет, Доктором Ватсоном. Если уж у меня будет имя, то пусть это будет имя главного героя, а не его подпевалы!       Он, правда, тут же пожалел, что захотел стать доктором: этот титул уже принадлежал одному человеку. Но что поделать! Не брать же слов обратно!       Лариса едва удержалась от того, чтобы не прыснуть. С каменным выражением лица спросила:       Позвольте уточнить, дорогой Доктор: вы ищите справа, я — слева?       — Нет. Мы оба по очереди ищем везде. Ты же хочешь спасти своего дружка от клейма уголовника, верно?       Лариса вздохнула.       Только бы загадка исчезновения девушек не оказалась для неё труднее разгадки фокуса Лини…