"Наш обожаемый игрок"

      – Прости меня… – с трудом разлепляя слипшиеся от крови губы, молил Альбедо, рухнув Аристии в ноги. – Пожалуйста… я сделаю, как ты хочешь, только прости…       Но Аристии не было его жаль. Наклонившись, она с удовольствием ударила его головой об пол. По окровавленной щеке юноши пробежала слеза, но её одной Аристии было мало для искупления. А впрочем, и океана слёз было бы недостаточно. Самолюбие Аристии смог бы удовлетворить лишь вечный кровавый дождь.       Достав из-за сапога кинжал, она провела лезвием по шее Альбедо. Так, чтобы не убить и не испортить «товарный вид» своей игрушечки. Им предстояло провести ещё много подобных ночей вместе. Безумно много.       На пол упало несколько слёз.       – Ты страдаешь?.. – Аристия улыбнулась. – Правильно. Ты заслужил это.       Альбедо что-то пролепетал, но она не услышала. Хрусть!.. кто бы мог подумать, что ломать чужие пальцы так приятно?..       Девушка вгрызлась в шею «возлюбленного», оставляя шрам, который никогда не исчезнет. Теперь он всегда будет помнить, кому принадлежит…       …Джинн невольно вздрогнула, когда заметила, что у паразита на губах растеклась мерзкая улыбка. Это существо всегда ужасно улыбается, когда спит… что же ему снится?       Гибель Мондштадта?       Джинн была не так уж далека от истины. Гибель Мондштадта Аристии снилась три дня назад. Вообще, у неё редко бывали какие-то сны, не связанные со смертью.       Наконец, когда Альбедо едва не утонул в луже собственной крови, сон кончился, и Аристия проснулась.       До зелёных рощ Сумеру осталось не так уж и далеко. Надо собраться с силами и идти.       …Аристия вовсе не была дурочкой.       Нет, если говорить откровенно, когда-то именно ей она и являлась. Но в том-то и дело, что эти времена давно прошли.       Никто не хотел подвозить её, но она этого теперь и не просила. Практически бесшумно, держась на достаточном расстоянии, она следовала за караванами, сначала по Ли Юэ, а потом и по пустыне. Торговцы были достаточно беспечны для того, чтобы её не замечать. А ведь Аристия воровала прямо у них со стола – как иначе было выжить в пустыне?..       Надеясь раздобыть сведения о запретных знаниях, она подслушивала разговоры людишек. Только вот они не спешили делиться чем-то особенно интересным. Девушки в основном обсуждали книги. Особенно сильно Аристии запомнился один сюжет… про императрицу. В общем, жила некая императрица Аристия и мстила своим врагам, и все её обожали, даже мужчина, которому она вначале не нравилась. Примерно так и рассчитывала жить Котик… точнее, уже Аристия. В Тейвате придавалось большое значение выбору имени. Была какая-то пословица… точно! «Как корабль назовёшь – так оно и поплывёт…» А Котик хотела именно такой жизни для себя. Жизни, в которой она будет править и вершить суд. Жизни, где будут любить её, а не какую-то там Ларису.       Сегодня она опять подслушала торговцев. Через два дня они выйдут из пустыни…       Одна проблема: торговцы идут не в столицу Сумеру, а в какие-то деревни. Ну, ничего.       Всегда найдутся те, кому с ней по пути.       Аристия вновь размечталась о том, как всё будет, когда она отомстит врагам. Промелькнула мысль не убивать Альбедо… он был так красив, когда ползал перед ней на коленях во сне!.. да и целовать его было приятно. Может быть, когда прольётся достаточно слёз и крови, она даже его простит…       Но желаниям Аристии было не суждено сбыться.       …Это была не первая ночь в пустыне, но первая, когда паразит лёг так далеко от лагеря. Прежде оно действовало осторожно… оно чего-то боялось. Но сегодня сделало последнюю ошибку в своей жизни.       Даже если будет кричать, никто не услышит.       Хватило одного удара.       «Всё закончится вот так?.. – перед глазами Аристии плясали красные пятна. Над ней возвышалась женщина, чей лик она уже никогда не смогла бы разглядеть. – Почему?.. я ведь… всё делала правильно…»       Погружаясь в темноту, новоиспечённая Аристия вспомнила, что, когда она уходила, одна из любительниц любовных романов заметила, что книжный аналог Котика смог отомстить врагам только во второй жизни. А в первой был казнён и умер никем не любимым и не оплакиваемым.       …Что чувствуешь, когда расправляешься со своим врагом?       В правильных книжках для детей да и просто для наивных и мечтательных взрослых любят писать, что месть не приносит мстителю счастья, что после неё в душе не остаётся ничего, кроме пустоты, что мститель жалеет о содеянном…       Ничего подобного.       Джинн убила существо, которое сломало ей жизнь и было готово погубить её королевство. И она была счастлива.       Пока она вернётся, гипноз наверняка развеется. Мондштадцы будут с ужасом вспоминать времена, когда поклонялись существу, которое высасывало из их мира жизнь. И тут, точно свет во мгле, к ним явится Джинн – их спасительница! Да в честь такого они ей памятник поставят. На пост вернут. Впрочем, даже если ей просто скажут «спасибо», будет нормально: целью было спасти Мондштадт и даже весь мир, а не прославится.       Но ведь Дилюку будет легче понять и простить Джинн, если её победу признают, правда?       Подумав о Дилюке, Джинн почувствовала тяжесть на сердце. Как он там, без неё?.. что подумал, когда она так сбежала? Понял ли, или всё-таки нет? Может, махнул рукой и уже не ждёт?..       Джинн задрожала. Она и прежде думала о том, как будет объясняться с супругом, но отгоняла эти мысли. Это ведь спасение мира, он поймёт… а если не воспримет всерьёз: скажет, что никого спасать не надо было, только вовремя дать Джинн таблетки?..       Мириться с Дилюком не пришлось.       – Тварь! Как ты посмела!..       Джинн развернулась и успела отразить атаку. На миг на её лице отразилось удивление:       – Путешественник?..       Ах да… он же был частью свиты паразита. Он тоже под контролем!..       Джинн отразила удар… но это её не спасло.       Даже Рыцарь Одуванчик не может противостоять разъярённому обладателю четырёх элементов.       …Джинн умерла куда более мучительно, чем «Лариса». Её тело насквозь проткнул шип. Выжить после этого было невозможно.       Не обратив внимания на то, что тело Джинн не исчезло, а осталось висеть на шипе, Итер бросился к убитой подруге. Она ведь не пропала… она жива? Её ведь можно спасти?..       Нельзя.       Она не дышит. Её сердце не бьётся. У неё нет пульса. А тело её такое лёгкое, что его сможет поднять и ребёнок.       Как жить, потеряв любимую?..       Итер согнулся над мёртвым телом. Слёз не было. Его боль выражалась иначе…       Он только её нашёл… и должен похоронить?       Поглощённый горем, он не замечал, что всё это время за ним наблюдал кое-кто третий. Тонкая фигурка выступила из ночи. Время пришло.       Кли закрыла руками глазки и заплакала. Да, мама и её подруги уже давно сказали, что сестрёнка Лариса выходит на плохую концовку, но как можно было ожидать, что её убьют? Кли думала, что Лара просто со всеми поссорится… или что-то вроде того…       – Солнышко, не надо плакать, – ласково погладив дочь по голове, сказала Алиса. – Это не сестричка Лариса, а её двойник…       – Но ведь сестрёнка тоже долго не протянет… – шмыгнула носом Кли. – Она же выходит на плохую концовку…       Старая ведьма, сидящая сбоку, покачала головой:       – Расклад изменился. Она, может, выживет. Только вот непонятно, во что благодаря ней превратится наш мир.