Сплетая нити

Гон видит сон. Его окружает вязкий дым. Что-то горит далеко внизу. Ленты мягкого воздуха проходят насквозь, он чувствует близкий пожар. Мелкие частицы пепла путаются в волосах, попадают в глаза, нос, уши. Будет больно. Опять. «Я хочу исчезнуть». Яд проникает под рёбра, впитывается в кровь и сердце. Время умирать, да? Гон думает об этом с облегчением и странной досадой. Он не понимает, что с ним произошло, не знает, есть ли возможность победить. Но внутри — вакуумный барьер, не пропускающий ни эмоций, ни мыслей. Всё смазано, брошено, припорошено ядерной зимой. Чистота тоже приносит боль. Невозможность восстановить себя — бесполезные усилия вспомнить. Гон старается не дышать. Здесь он не может ни сопротивляться, ни кричать, бесполезно пытаться сбежать. [Проснись, проснись же!] — Хей. Он с трудом разлепляет веки. В кожу впитывается плотный слой гари и запах. Умирает что-то живое. Умирает и уходит наверх. Фрикс продолжает падать. Издевательски медленно и однообразно. Кто ты? Он пересиливает себя, напрягая зрение, и концентрируется на голосе, который ускользающим эхом повторяется в голове. Сначала перед глазами снова стоит вязкий туман, но он скоро приходит в движение. Путы воздуха превращаются в жёсткие вихры волос. Очертания лица — белые, вычерченные на сером полотне смерти. — Гон, я здесь. [Смотри на меня] Киллуа смеётся. Его улыбка такая родная. Фрикс чувствует солёный привкус на языке, приятные прикосновения к плечам и спине. Здравствуй. — Почему ты здесь? — он хитро щурится. Ведёт пальцами по шее. Бесформенные руки стремятся обнять Гона со всех сторон. Фрикс не отвечает, кусает губы до крови, — что будешь делать? Поцелуй стирает черноту с век. [Жить] Гон поддаётся вперёд, не чувствуя сопротивления, вдыхает запах огня, земли, призрачной смешинки. Становится немного легче. Хочется утонуть в прикосновениях, звуках чужого голоса. Золдик неуловим, его, как всегда, слишком мало. Киллуа. — Так и будешь молчать? Сердцебиение ускоряется резко. Белые пальцы — как вспенившаяся вода. Фрикс подставляет под них лицо. Щекотно и прохладно, жажда режет горло. Нэн проходит насквозь, вторым дыханием оживляет тело. Дым исчезает наверху, оставляя за собой редкие следы побега. Сквозь них проступает свет. Яркий, сильный, жёлто-синий. Кислород. Тысячи маленьких молний разряжают атмосферу, невидимо исчезают, бьют вспышками и температурой. Тело кажется живым. Гон сжимает кулак и концентрируется. Исходящая аура слушается легко, плотно прилегает к коже. Фрикс пытается улыбнуться, но худая ладонь закрывает ему рот. — Всё в порядке, помнишь? Всё будет хорошо. «Только если ты будешь рядом, Киллуа. Не оставляй меня больше». Он тянется навстречу, но руки рассыпаются на свету сухой пылью. Гон просыпается.