Лето нашей любви

      Джисон вернулся в Ульсан и еще какое-то время бродил по городу, чтобы успокоиться, прежде чем поехать домой. Он не мог показаться родителям в расклеенном виде: с заплаканными глазами, красным носом и искусанными губами. Не так приезжают с каникул. Не с таким настроением. Было уже довольно-таки поздно, холодно и мокро, но Хан долго собирался с мыслями, прежде чем дойти до остановки и сесть в еще один автобус, который довезет его прямиком до квартиры родителей. В длинном городском транспортном средстве Джисон чувствовал себя уже не так паршиво. Взгляд постоянно цеплялся за кого-нибудь из пассажиров. Вот девочка в наушниках, громко слушает Эйтиз, вот мужчина с дипломатом в руках - похож на преподавателя или врача, вот обдолбаный наркоман, который наверняка пропустил остановку. Но это не важно. По крайней мере, ему. Ему бы выспаться. А Джисону ехать бы дальше вместе с пассажирами и размышлять, размышлять.. Но, увы, нужная остановка оказывается слишком быстро. Хану приходится выйти из теплого автобуса на прохладную улицу.        Запах асфальта и сырой земли после дождя успокаивает. Виды знакомых дворов, старых домов отбрасывают в воспоминания из детства и помогают отвлечься. Безлюдные улицы и тишина расставляют мысли по полкам. Родные стены, будто бы панацея для души, дарят комфорт. Хан в это верит, подходя к подъезду дома родителей, смотрит на горящий свет из окошка и улыбается.        Надев на себя маску спокойствия и даже лёгкого веселья, Джисон вошел в дом. Пахло овощным рагу и мясом, дома было душно и даже тепло от готовки, во всех комнатах горел свет, мама гремела на кухне приборами, отец смотрел футбол по телевизору, бабушка читала молитвослов. Вдохнув родной запах дома, Джисон улыбнулся. Здесь хорошо. Здесь уютно. Здесь близкие люди. Подумав о том, что в это время они с Минхо, скорее всего, тусили бы сейчас вдвоём в кромешной темноте в комнате и травили друг другу байки, пока бабуля и Сэбёк, надев косынки на голову и прикрывая волосы от молний, которые не дай бог проскочат через окно, сидели бы в зале и пережидали грозу, ему стало немного грустно, он тяжело вздохнул. В деревне тоже было уютно. Тоже было хорошо. Там тоже были близкие люди. Но его оттуда выгнали, не специально, конечно, но выгнали. Так было нужно.  И прежде всего Джисону.  -Сони! - подлетев к сыну, мама целует его в щеку и крепко обнимает. - Ты чего не предупредил, что приедешь! На улице такая непогода! Папа бы тебя встретил.  -Да ничего, - отмахнулся парень, - все нормально. Хотел сделать сюрприз. Наложишь покушать? Так проголодался!  -Конечно!        Хан сразу ретируется в свою комнату и плюхается на кровать. Он осматривает рабочий стол, постеры, шкаф. Ничего не изменилось. Все так же, как было и три года назад. Джисон цепляется взглядом за вещи, предметы, вспоминает, что с ними связано, и потихоньку его отпускает. Отпускает ОльгЫ и её романтика. Отпускает чувство вины перед Минхо и его заплаканные глаза. Хотя такое забыть, признаться, сложно. Хан соврал, что проголодался, он уверен, что ему и кусок в горло не полезет, но парень надеется, что беседа с родителями за столом его отвлечет.        Он ошибается. Как только они садятся кушать, родители тут же задают вопросы про то, как тот провел свои каникулы в деревне. Джисон активно рассказывает об ОльгЫ, о людях оттуда, об их складе дня, привычках, манерах, о природе и свежем воздухе. Он действительно счастлив, когда вспоминает наверное самые лучшие каникулы за всю свою жизнь. И родители замечают это по искрящемуся от счастья взгляду, по его улыбке, чуть громче обычного голосу.  -Твой друг Минхо такой молодец, что пригласил тебя к себе! Очень гостеприимно с его стороны, - отвечает счастливая мама. - Не забывай кушать, сынок.        Джисон на это лишь кивает, и беседа на какое-то время прерывается.  -Минхо - это твой сосед по комнате, не так ли? - уточняет папа. -Да, мы вообще-то даже из одной школы.. правда Минхо в параллельном учился. Потом, оказалось, что мы поступили в один университет, и даже попали в одну комнату.. - добавляет зачем-то Джисон.        Отец улыбается и тихо смеется себе под нос.  -Вот оно как получается. Это судьба, сынок!  Это как у нас с твоим дядей Сок Джином. В садике в одном были в разных группах, не общались от слова «совсем», потом в школу одну пошли, тут вообще воевать начали за твою маму, - мама посмеялась и толкнула мужа в плечо, - а потом поступили в один университет, стали напарниками по лабораторным, и вот, и всё. До сих пор дружим.        Джисон улыбнулся. Хотел бы и он дружить с Минхо и дальше, вот только непонятно, захочет ли этого Ли.. -Так Минхо, значит, тоже из Ульсана, - сказала бабушка. - Приводи его в гости тоже. Я ему покажу, как готовит бабушка Хан, - с гордым видом пожилая женщина подняла подбородок вверх и посмотрела на внука. Джисон посмеялся. Наверное, разговоры о бабушке Аньён заставили её приревновать.  -Ну когда-нибудь приведу, может. Сейчас Минхо в ОльгЫ. Я не знаю, когда он приедет в Ульсан..       Джисон водил ложкой по тарелке, избегая взгляда родителей. Напоминание о Минхо и такие радушные отзывы о нем сжали и так больное сердце.  -А ты уже отдохнул что ли? Чего уехал, если Минхо еще там? - спросила слишком проницательная бабушка, и Джисону пришлось выкручиваться.  -Я с Чонином обещал встретиться, да и вообще дома побыть немного хотел. Скоро опять на учёбу.. -Молодец, сынок, отдыхай! - мама погладила Джисона по плечу и он, сдерживая подступающие слезы, доел -таки тарелку овощного рагу. 

****

      Впереди у Джисона было три недели на то, чтобы обдумать случившееся в ОльгЫ и принять какое-нибудь решение, разобраться в своих чувствах, понять, как действовать дальше. Сон на родной кровати помог, Хан спал спокойно,проспал даже до двух часов дня, но после, когда наконец-таки встал, на него навалилась тоска. И снова чувство вины. А еще он ощущал огромную такую дыру в своем теле, вот только ни едой, ни фильмами, ни прогулками с друзьями с района она не заполнялась.        Джисон долго отгонял серьезный разговор сам с собой, пока наконец-таки не понял, что нужно. Нужно принять решение раз и навсегда. Определиться, что он чувствует к Минхо, и как он будет действовать дальше. Всю неделю Хан скролил ленту инстаграмма, выжидая хоть что-нибудь от Минхо. И парень добавил - таки фотографию своих трех котов, а после и видео с ними, а после и селку с Суни. Значит, вернулся домой. В Ульсан. И он где-то здесь, поблизости, но так далеко..       От фотографий своего друга и его котов защемило сердце. Минхо был таким мягким и пушистым в окружении своих питомцев. Он был настоящим и безоружным. Он был таким же, каким был с Ханом в тот злосчастный вечер…       «Хочешь, я тоже? Рукой? Или хочешь, ртом?» Эта фраза разрушила все. Всю нирвану, всю сладость момента, ведь в этот самый миг Хан осознал, что он сделал все интуитивно, на эмоциях, не подумав о дальнейшей ответственности за свои действия. Как отвратительно он бы себя чувствовал, если бы Минхо ему подрочил в ответ или, не дай Бог, отсосал! Он не Тэхун, он ни за что не позволит себе причинить боль Минхо. Пока не поймёт, что же творится в его голове.       Хан четко знал, что хотел поцеловать Минхо, хотел к нему прикоснуться. И он понимал, что действия его вызваны далеко не жалостью. Он правда считал Ли самым прекрасным человеком на всем этом белом свете, Джисон хотел, чтобы тот получил удовольствие, Хан чувствовал себя счастливым, ловя своим ртом стоны друга рядом с собой. Черт, да не каждая девчонка его так возбуждала и удовлетворяла! Хо действительно был особенным. Но.. это же было по-дружески? Или это был скрытый би-интерес? Или Хан влюблялся в Минхо? ..       Последнее он четко не признавал, потому что .. ну это же Минхо! Его лучший друг. Родной человек, к которому ты испытываешь те же чувства, что и к любому члену семьи. С ним не хотелось того же, что с любой девчонкой, с которой Хан когда-либо начинал встречаться. Первые свидания, лёгкий флирт, постоянные сердечки и поцелуйчики в мессенджерах, поводы друг друга увидеть, мимолетные встречи на остановках, съедающие тебя изнутри бабочки в животе и фантазии, фантазии, фантазии..        С Минхо этого не хотелось. Минхо просто хотелось обнимать, целовать, прикасаться и дружить, как раньше. Без всяких этих сопелек - сердечек. И это точно не влюблённость, правда же? Джисон на это надеялся, потому что к такому он не был готов. Да, у него может и щелкает в голове, когда рядом с Ли появляется потенциальный объект для его будущих отношений, но чтобы хотеть вступать с ним в эти самые отношения? Вряд ли. Джисон сошелся на мнении, что это просто его интерес. У каждого же ведь было такое, когда ты своего лучшего друга или подругу хочешь изучить в интимном плане? Попробовать с ним/ней, просто потому что интересно? Это ведь не значит, что у тебя ориентация не стандартная. Это просто интерес.        Другой вопрос, что испытывал в это время Минхо? И это больше всего беспокоило Хана. Влюбился ли старший в него, или ему просто хотелось попробовать, почувствовать, что это значит, когда его касаются чужие губы, чужие руки? С другой стороны, он все это уже испытал с Вусаном и чувствовал себя после этого просто ужасно, от того что обманул их обоих. Если бы он не хотел повторения, он бы не позволил Джисону к себе прикоснуться, он бы не захотел сделать приятное ему в ответ. И что же тогда получается? Минхо снова запутался, а Джисон им воспользовался? Или Ли и правда влюблен в Хана? Необходимо было выяснить у Минхо, с которым Джисон должен был встретиться в сентябре. Уже в Сеуле.        Хан и ждал, и боялся как огня встречи со своим другом-соседом. Он надеялся хотя бы на то, что Минхо не будет плакать. Его слезы - это самое душераздирающее, что он когда-либо видел. Остаток августа пребывания в родном городе помог немного отвлечься, и на какое-то время Джисон прерывал свои размышления и отогнал страхи по поводу встречи с Минхо, но как только месяц начал подходить к концу, его снова накрыло. Парень приехал за два дня до учёбы, чтобы привыкнуть к атмосфере в общежитии и настроить себя на разговор. Какого было его облегчение, когда зайдя в комнату, он не увидел Минхо. Значит, тот приедет позже, и у Джисона есть время прорепетировать их диалог с возможными вариантами ответов.         Утром, тридцать первого августа Минхо пересек порог их комнаты, когда Джисон еще спал, и, поставив сумку с вещами на пол, присел на кровать, долго сверля взглядом младшего. Хан почувствовал это, но виду не понял, продолжая притворно сопеть. Сквозь слегка приоткрывшуюся щелочку глаз он пытался рассмотреть выражение лица Минхо и понять, что тот сейчас чувствует. Было непонятно.  -Привет, - прокряхтел сонный Джисон, и Ли чуть оживился.  -Давно не спишь?  -Как ты пришел.        Хан, помятый и растрепанный, поднял усталую голову с подушки. Его еще не проморгавшийся взгляд остановился на старшем, и тот тихо посмеялся себе под нос, глядя на Джисона, напоминавшего сонного мишку, проснувшегося после долгой спячки. Хан улыбнулся в ответ. По-доброму, как улыбался Минхо раньше. На душе стало легче, стало теплее. Быть может, все не так страшно?  -Я сейчас приведу себя в порядок и приготовлю нам завтрак. Шакшуку будешь? Мне отец показал на каникулах, как готовить. Пальчики оближешь! - радостно начал Джисон, но Ли сочувственно покачал головой, что огорчило Хана. Минхо поспешил объяснить причину отказа.  -Мы с Хенджином встречаемся скоро. Я обещал ему, что мы перекусим вместе. Нас вызывают в универ, какое-то помещение разобрать надо и выбросить лишний хлам.        Джисон понимающе повел головой, невольно поджав губы. Он посмотрел на Минхо еще раз. Тот был спокоен и вроде бы в хорошем настроении. Не очень хотелось его портить своими серьезными разговорами, но в тоже время сделать вид, что ничего не было, он тоже не мог. Это выглядело бы по-свински, а Джисон не свинья, и он несёт ответственность за свои поступки.  -Мы отложим наш разговор на вечер тогда?        Минхо закусил внутреннюю сторону щеки, дабы тяжело не вздохнуть и не выдать волнения. Он спустился к своей сумке, открыв её и приготовившись разбирать. Ли всегда делал так, когда предстоял тяжелый разговор, и нужно было вести беседу спокойно, не поддаваясь эмоциям, а для этого требовалось чем-то заняться, чтобы не смотреть на собеседника и не пускать в свою душу ураган чувств.  -Почему же, мы можем поговорить и сейчас… -Тогда я хочу, чтобы ты смотрел мне в глаза. А я смотрел в глаза тебе. Так будет честно.        Ли, поджав губы, кивнул, хотя Джисон понял, что эта идея ему не понравилась.  -Я начну первый. Я скажу тебе, что чувствую и что думаю. Без вранья. Без притворства. Затем, надеюсь, ты сделаешь то же самое. -Минхо снова кивнул. Хан собрался с мыслями, проглатывая вязкую ночную слюну. - Первое - я не жалею о том, что я сделал. Я хотел этого, ты хотел этого. Нам понравилось. За наш поцелуй ответственны мы оба, но я в большей степени, потому что я был инициатором. Второе - самый сложный вопрос - испытываю ли я что-нибудь к тебе. - Минхо напрягся, сидя, как струнка, ровно и ожидая приговора младшего. Он не сводил с Джисона взгляда, как тот и просил, хотя сам младший бегал глазами по комнате, теребя вспотевшими ладонями одеяло. - Ты мой друг, и я не хочу этого терять. Но я не могу скрывать того, что ты мне нравишься не так, как должен нравиться друг.        Ли заиграл желваками, а брови свелись максимально близко, из-за чего Джисон стушевался и поспешил объясниться, нервничая все больше и больше. А ведь он собирался быть ведущим в этой беседе!  -Это не значит, что я хочу с тобой встречаться или быть твоим парнем. Но я нахожу тебя привлекательным, и если бы мы повторили наш поцелуй, мне бы не было противно, - выпалил Хан, заливаясь краской, но выдерживая взгляда старшего. - Я хочу остаться друзьями. Все, как было до этого. Вместе кушать, смотреть фильмы, общаться. Без стеснений. Хочу, чтобы мы забыли об этом лете, как о веселой истории из прошлого.       Минхо расстроенно покачал головой, наконец, отводя взгляд в пол. В уголках глаз щипало, но он готовил себя к такому раскладу событий, а потому держался изо всех сил. Джисон, потерявший контакт со старшим, встал с места, испугавшись, что тот снова заплачет.  -Минхо? Скажи что-нибудь.  Старший хрипло посмеялся.  -Сложно быть друзьями, когда ты буквально сказал, что хотел бы меня в том самом плане. Представь, мы лежим на соединенных кроватях, смотрим фильм и случайно касаемся друг друга руками. И как мне быть, зная, что, если ты зайдёшь дальше и я отвечу, то я буду просто использованной вещью, потому что отношений со мной ты не хочешь? Но вот поцеловаться и пообжиматься не против.  -Я не буду тебя касаться! Клянусь! - пообещал Хан, садясь на корточки перед Минхо.  -Тогда мы будем чувствовать неловкость, в любом случае. Ведь будучи просто друзьями, мы касались друг друга, а сейчас резко перестанем.  -Значит,  - подумал Джисон. - Я не буду делать это до того момента, пока ты и я не поймем, что все барьеры спали, и мы не перестанем чувствовать неловкость.        Минхо покачал головой. Какой Хан, однако, простой. И любит обманывать не только других, но и самого себя. Пусть оставшийся месяц он и размышлял над тем, что же произошло и что же делать дальше, ответа он так и не нашел.  -Хо, скажи, что ты чувствуешь. Мне нужно понять, как быть.        Он накрыл своими ладонями сцепленные в замок ладони Минхо и тут же убрал, вспомнив о своем обещании, данном секунду назад. Ли гуляя уставшим взглядом по комнате остановился на сонном лице напротив. Таком красивом, милом, невинном лице, которое видел уже на протяжении трех лет каждое утро, которое так хотелось сейчас поцеловать в щеку, у уголка губ, в подбородок.. -Я обещал тебе, что не буду иметь на тебя никаких планов, когда мы только стали жить вместе. И я сдержу свое обещание.. -Но это не ответ на мой вопрос. Скажи, что ты действительно чувствуешь ко мне, Хо.        Джисон, внутренне сжимаясь, готовился к страшному.  -Ты мне нравишься, Джи. Больше, чем должен. Прости. Я не понял, когда это случилось. В деревне ли летом или намного раньше, но что произошло, того не исправишь.. Я облажался. Я отвергал свои чувства, но твой поцелуй заставил меня понять всё окончательно. Я тоже не жалею о сделанном и тоже несу ответственность, ведь если бы мы не сделали этого, я бы так и страдал в одиночку, а так.. Мы хотя бы выговорились. Я пойму, если ты перестанешь со мной общаться. Так было бы проще, на самом деле.        Минхо хлюпнул носом, закусывая краснеющую губу. В глазах Джисона он читал удивление и растерянность. Неужели парень не подготовил себя к такому исходу? Или до последнего верил, что случай летом - это дружеские приколы. Младший не знал, как себя вести. Успокоить ли, обнять, прижать к себе и сказать, что все будет хорошо или оставить Минхо в покое? Он открыл и закрыл рот, будто рыбка на суше, ища спасительный воздух.  -Я упростил нам задачу, - продолжил старший. - Через месяц я переезжаю к Хенджину. Его сосед по комнате снимет квартиру и сможет забрать вещи только в конце сентября. Так что..       Глаза Джисона расширились от количества поступающей информации. Каждое слово Минхо резало будто ножом по сердцу. Хан почувствовал себя так же, когда его гнали из ОльгЫ, только сейчас его гнали из чужой жизни. Его лучший друг, его любимый, родной Минхо отдалялся, и вернуть обратно все было нельзя. И виноват в этом только Джисон.. Слезы выступили на глазах младшего. Он опустил голову на колени Минхо, обнимая руками его за бедра.  -Пожалуйста, не надо. Давай вернём все, как было. Я не смогу тут без тебя.. -А я не смогу тут с тобой.. - тихо прошептал Ли, погладив Хана по мягким волосам. Он сам едва сдерживал слёзы, но он пообещал себе не быть слабым. Он выплакал свое в деревне, на сеновале в полях, где его никто не увидит.        Джисон долго думал, бесшумно роняя слёзы на колени своего некогда бывшего друга. А что, если попробовать? Что, если дать им шанс? Джисону же понравилось целоваться с Минхо, он испытал настоящий кайф, когда дрочил ему. А если они зайдут дальше? Ему понравится? Парень зажмурился, отгоняя от себя такие грязные мысли, в которых он использовал Минхо. Ли это не нужно. Ему нужен парень, который будет заботиться о нем, который будет уверен в своих чувствах, который готов понести за них ответственность и осчастливить Минхо. Нехотя он оторвался от Ли и встал с колен. Больше ему сказать было нечего. На затекших ногах он пошел в сторону ванны приводить себя в порядок, оставив Минхо одного, ну а тот долго не задержался и умчал на встречу с Хенджином. 

****

      Пока Ли выплакивал всю душу своему близкому другу - Хенджину, рассказывая о прошедшем лете, Джисон грустил в одиночестве, заедая горе разбитого сердца фастфудом и энергетиками. Одногруппники собирались провести последний день лета вместе и покурить кальян в ресторане под открытым небом с высоты двадцатого этажа, но Хан был не в состоянии принять такое заманчивое предложение. Было не то настроение. А точнее, оно просто отсутствовало. Вооружившись ноутбуком со скаченным триллером - детективом и едой, Хан погрузился в выдуманный, придуманный кем-то мир, забывая про свой собственный.  Он был там до того момента, пока в комнату не вернулся Минхо и не начал разбирать свою так и не разобранную с утра сумку. Джисон сделал потише, отвлекаясь уже больше не на сериал, а на соседа по комнате. Было и правда неловко.  -Как там Хёнджин? - спросил младший, которого раздражала гнетущая тишина. Он хотел поговорить хотя бы о чем-то, вернуть частичку их прошлых вечеров.  -Не очень вообще-то. Они с Феликсом расстались. Он восстанавливается.. -Как так? - воскликнул Джисон, которому казалось, что расставание этих двоих - какая-то ошибка. Что должен случиться конец света, чтобы эти две палочки твикс разделились и больше не были вместе. -Феликс улетает в Австралию после учёбы. Отец открывает ему там танцевальную студию. -И что, Ликс так запросто готов оставить Хенджина здесь? Неужели студия важнее?  -Нет. Там все сложно. Он предложил Хвану поехать с ним, но тот не согласился. В Ульсане у него родители, которых он не может бросить, а у Феликса в Австралии семейный бизнес, который он тоже не может бросить, потому как является единственным приемником уже пожилого отца. Он не хочет во всем этом крутиться, но отец делает ему одолжение - компромисс - позволяет заняться тем, что ему нравится наравне с тем, что ему придется делать. Родители Ликса отпустили его в Корею с трудом, потому что не хотели, чтобы он занимался танцами и вокалом, но он, упрямый, все равно поехал за своей любовью, пообещав старшим, что после учёбы обязательно вернётся. Хёнджин с Феликсом познакомились в интернете, и Хван знал, на что идет, встречаясь с Ёнбоком, который прилетел к нему из Австралии. Они надеялись, что родители Ликса отпустят ситуацию и будут обучать младшую сестру Ли всем тонкостям семейного бизнеса, но та дамочка загульная. На нее возлагать надежды опрометчивее, чем ждать Феликса обратно в Корею.  -Но они же любят друг друга.. -Порой обстоятельства сильнее любви.. -А что Хёнджин сказал насчет нас? - Минхо вопросительно поднял брови, разворачиваясь к Хану. - Ну вы же по-любому обсудили и нашу ситуацию.  -Сказал, что ты латентный мудак.  -Мило.  -Очень. После этого разговор был окончен. 

****

      Джисон думал, что будет невообразимо больно, что он будет скучать по Минхо, и та дыра, которая образовалась в его душе, никак не зарастет, но какого было его удивление, когда он обнаружил, что все не так уж и плохо. Время лечит, а отсутствие людей в твоей жизни, пусть и больно отзывается в собственном сердце, но постепенно проходит. Хан все больше погружался в учёбу, пребывая на различного рода мероприятиях, на которых ему требовалось много улыбаться и быстро, складно, четко говорить, как и требовала его будущая профессия тележурналиста. Ведущий там, ведущий здесь, репортажи, разъезды, съемки. Джисон крутился во всем этом, как белка в колесе, прилично себя изматывая и возвращаясь домой только под самый вечер. Новые люди, встречи, общение, притворные эмоции высасывали из Хана все соки. Думать о том, что в него безответно влюблен сосед по комнате, по совместительству друг, не было времени. Джисона постоянно что-то отвлекало. Возвращаясь же в комнату, в общежитие, Хан заставал Минхо уже спящим, а потому они даже не разговаривали. Они больше не смотрели вместе фильмы, не болтали о том, как прошел день или неделя, за отсутствием точек пересечения. Даже на выходных Ли убегал тусоваться с Хенджином, у которого появилось теперь большое количество времени для своего друга. Из грусти, обиды и печальной ностальгии о прошлом Джисон ушел в раздражение, злость и презрение с мыслями: «Да, люди так поступают. Сначала они добрые, у вас все хорошо, вы дружите, а потом они вас забывают, и все хорошее остается в прошлом, оставляя после себя только горечь воспоминаний». Хотя он понимал, что сам виноват в их дружеском разрыве, винить Минхо было проще, нежели винить себя за содеянное летом.  «Придурок! Он же обещал не влюбляться. Какого хрена он так сделал? Разве я один виноват?»        Так и думал Джисон, и ему становилось легче. На чуть-чуть. Не надолго. Но становилось. Он молился о том, чтобы Минхо нашел себе кого-нибудь или начал встречаться с Хенджином, чтобы не чувствовать неловкости и не испытывать чувства вины. И, наверное, кто-то свыше услышал его молитвы, потому как уже через три месяца Хан заметил рядом с Минхо высокого, стройного парня. Красивого, с бархатным голосом, прямым носом, каштановыми волосами и приятной улыбкой. Ким Чону, с факультета литературного творчества. Эти двое пересеклись на репетиции, посвященной новогодним праздникам, и сразу же понравились друг другу. Как собеседники. Чону тогда исполнил стих собственного сочинения в сопровождении бэк-вокала, который своими голосами создавал атмосферу на фоне. Минхо же со своей группой ребят показывали танец. Джисон был ведущим и наблюдал со стороны за этим союзом. Поначалу его взяло чувство собственнической ревности. Почему это Чону так спокойно может поговорить с Минхо, а он нет, но позже его отпустило, когда они общей компанией собрались за столиком на перекусе. Хан не был белой мышью, он активно участвовал в разговоре, и Минхо даже общался с ним, не испытывая ни перед кем неловкости. Эти двое были, как старые добрые приятели, которые дополняли шутки друг друга, и тогда Джисон понял, что Чону этот оказывает на Ли положительные влияние. Он уже не рассматривает Хана, как объект воздыхания, отодвигая его на второй план, и Минхо возвращается к привычному себе. За всеми этими встречами и репетициями Джисон смог вернуть в свою жизнь Минхо, наблюдая за тем, как тот расцветает от нового знакомства в его жизни. Ли действительно много смеялся, становился живее, и Джисону становилось так хорошо на душе, что тот больше не ходит понурым, расстроенным, много думающим, грустящим. Из-за него. В жизни Минхо появилось исцеление, которое стало вести себя более тепло по отношению к Ли.        Хан стал чаще замечать под своей дверью небольшие букеты цветов с подписями на открытках. «Минхо». Это всегда было Минхо. И Хан знал, от кого это. Джисону приходилось спускаться на шесть этажей ниже, чтобы передать адресату его подарок, так как вахтерша внизу все никак не могла переписать новый номер комнаты Ли Минхо и отправляла кого-нибудь из проходящих студентов донести букет до нужной комнаты. Когда Джисон стучался в чужую дверь, то всегда испытывал волнение и неловкость. Как Минхо сейчас на новом месте? Не скучает ли по прошлой комнате, в которой они с Ханом провели столько времени вместе? С новым соседом Джисона было не так лампово, как это было с Минхо, но Хан, конечно же, ни за что ему об этом не скажет.        Когда Ли принимал букет от Хана, он всегда смущенно улыбался, поджимая губы и щуря глаза. На лице выступали ямочки, которые Джисону очень нравились. Ему нравился счастливый, не обиженный, не зависящий от него Минхо. Минхо - друг. Как-то раз Ли даже пригласил его к себе в комнату, и Джисон согласился. Они долго болтали об учёбе, о выпускном классе Хёнджина и быстро меняющейся погоде. Прошел уже месяц, как Чону одаривал Минхо вниманием, и Хан решил все-таки об этом поговорить.  -Ну так что, вы встречаетесь? - вопрос Джисона ставит в тупик, но Минхо, сдерживая улыбку, продолжает копаться в своем ноутбуке. -Нет, он еще не предлагал, - тихо ответил он.  -А если предложит, согласишься?  -Не хочу спешить.. - Джисон одобрительны кивнул, откинувшись спиной на стену на кровати Хёнджина. Минхо добавил. - Завтра мы идем на свидание. Он позвал меня..       Глаза Хана тут же округлились от только что обрушившейся на него новости, и он чуть не подавился чипсиной, которую ел.  -Ого, вау, - все что он смог ответить, и Ли посмеялся с его реакции. - Что планируется?  -Кино, кафе, все как обычно, - пожал плечами Минхо.  -Места для поцелуев? - уточнил Хан, и Минхо бросил в него подушку. Смеясь и смущаясь.  -Не знаю. Это не важно. Важно, что, кажется, я начинаю влюбляться. И чувствую себя хорошо.        На лице Джисона расплылась трогательная улыбка, а на глазах слегка выступили слёзы. Его Минхо наконец-то был счастлив. Он чувствовал, как исходят от него лучи свечения, и напитывался этим абсолютом. Джисон соврет, если скажет, что вместе с радостью за друга не почувствовал и легкой зависти и еще немного ревности, потому что Минхо, пусть и был рядом, но снова отдалялся, а Джисон его делить не хотел. Но раз уж сложилось так, что Ли медленно исчезал из его жизни, он готов был довольствоваться хотя бы чем-то, дабы не расстаться с ним совершенно на плохой ноте. Хан закусил губу, терзая себя сомнениями, спросить ли Минхо или нет о том, что он сейчас чувствует к нему, спустя практически полгода. Не хотелось портить настроение прошлыми переживаниями, но внутренний собственник не выдержал, и с губ парня слетел тяжелый вопрос.  -Минхо, ты ведь больше не испытываешь ко мне чувств, да?        Сердце билось так быстро, будто сейчас выскочит из груди, Джисон стало тяжело дышать, он долго изучал силуэт напротив, который, выпучив глаза, прервал свою работу за ноутбуком. Минхо громко сглотнул, а затем посмотрел на Хана.  -Мне нравится Чону и больше никто. То, что случилось летом, мы можем наконец-то забыть. Я уже забыл. Оставил это в прошлом, как глупую ошибку и забавный опыт.        Ли говорил серьезно, и Хан поверил ему, сбрасывая со своих плеч тяжкий груз. Он бросился к Минхо в объятия, шепча многократное «Господи, я так рад», даже не думая о том, что эти слова могут задеть его друга, а прикосновения вызвать дискомфорт.  -Джисон, не надо, - попросил Ли, отталкивая от себя Джисона, который слишком откровенно к нему лез, и Хан поспешил исправиться.  -Ой, блин, прости. Да. Я просто на радостях.  -Ничего.. -Что делаешь?  -Монтирую конкурсный танец. Хочешь посмотреть?  -Конечно!

****

      Свидание прошло с заветным «Да. Давай попробуем», и уже через неделю весь университет гудел о том, что в его стенах образовалась новая парочка, которая нежно переплетала пальцы на перерывах вдали от посторонних глаз, которая заботливо убирала с глаз мешавшую челку, носила друг другу еду на перерывах и аккуратно облокачивалась на плечо головой. Минхо купался в любви и заботе, отдавая её в ответ. Кажется, мечты о том, чтобы стать для кого-то любимым, сбывались. Он чувствовал тот недостижимый, невероятный абсолют, которого, считал, никогда не получит. Джисон же смотрел со стороны и теперь, вместо радости, испытывал еще и ревность, растущую из груди непонятно почему. Он пытался её спрятать обратно, куда-нибудь поглубже, но она выползала новым приливом, новым потоком. Хан решил, что все это только из-за того, что он в последнее время стал много представлять, фантазировать. А что, если бы на месте Чону был он? Джисону нравилось думать, что он отводил бы Минхо в кафе и кормил с ложечки, что заботливо надевал на его плечи пальто и целовал в макушку, что гладил бы его волосы во время совместного просмотра фильма и целовал бы. Перед занятиями, после них, во время прогулки в свободную минуту, а может, даже и глубокой ночью, лежа на соединенных кроватях.  -Блять.. - выругался Хан, глядя на свое отражение в зеркале. Блестящие глаза, вставший член и часто вздымающаяся грудная клетка. Мысли прервал стук в дверь, и Джисон, помотав головой, вернулся в реальность и повернул ручку двери, встречая нежданного гостя. На пороге стоял Минхо. Немного взволнованный и сам не свой. Хан понял это потому, как тот нервно теребил свои пальцы и бегал глазами по полу.  -Можно войти? Мне надо с кем-нибудь поговорить, иначе я сойду с ума.  -Да-да, конечно, - Джисон впустил парня в комнату и пригласил сесть на бывшую кровать Ли. - Что случилось?  -Как долго парень готов повременить с сексом? Я знаю, что это зависит от того, насколько он тобой дорожит, и все в этом роде, и что любящий хоть год терпеть будет, но все же.. Среднестатистически примерно сколько по времени это еще терпимо?        Вопрос Минхо застал Джисона врасплох. Он подавился воздухом, несколько раз прыснув себе под нос. Ли же говорил о Чону, да? Он уже готов был ему отдаться? Они встречались всего три месяца, но его уже это беспокоит? И почему Минхо решил спросить это именно у Джисона? Ли быстро добавил.  -Я бы спросил у Хенджина, но он в отъезде со своим коллективом, и я не хочу его отвлекать. А мне нужен совет кого-то опытного и близкого.. -Ох.. - Джисон прокашлялся. - Ну вообще да, парень, если очень любит, то подождет столько, сколько понадобится. Не надо себя заставлять, если еще не готов. Ты почувствуешь, когда наступит этот момент..  -Кажется, он уже наступает. Наши поцелуи заходят все дальше, и.. боюсь, что скоро это произойдет, - краснея сказал Минхо. Он выглядел совершенно иным с появлением в его жизни Чону. Более чувствительным, более переживательным, но и более счастливым и мягким. Без холода во взгляде, без черствости в разговоре.  -Ты хочешь спросить у меня совета? - уточнил Джисон, которому становилось плохо от мысли, что его друга кто-то там касается и уже подталкивает к активным действиям. - Как себя вести, что делать.. -Нет, - оборвал Минхо. - Я просто хочу знать, что меня не бросят сию секунду же, если я откажу. Я хочу Чону, да, но я боюсь оступиться. Боюсь, что со мной поступят плохо.. - Ли уронил голову на колени, и Хан поспешил к нему для поддержки. Он положил руку ему на спину и мягко погладил. Минхо был таким уязвимым, и он решил довериться именно Хану, потому как тот знал о нем уже довольно-таки много, понимал его, был рядом.  -Эй.. тшш. Не надо переживать. Я уверен, что все будет в порядке. Чону заботливый, вежливый, аккуратный. Я уверен, что он сделает все, как надо. В свое время. Когда ты будешь готов. Ты все делаешь правильно. А если уж все уходит в такое русло, то вы всегда можете друг другу просто подрочить. Тоже своего рода секс.. - пожал плечами Хан, кусая себя за язык. Минхо оторвал голову от колен и посмотрел Джисону в глаза. Расстояние между их лицами было минимальное, потерянный взгляд Минхо смотрел прямо в душу, Хан задержался на красных, искусанных от волнения губах и неосторожно облизнулся. Боже, как же хотелось поцеловать брюнета. Как же хотелось прижать к кровати и обнимать, шептать, что любишь, что никому не отдашь, не отпустишь, не позволишь чужим рукам касаться тебя, любить тебя. Но вместо этого Джисон давал советы в делах постельных, настраивал Минхо на свой первый раз, позволял Чону отдалить его от себя. Хан вернулся к глазам напротив. В них он читал так много информации и все равно не находил ответы на свои вопросы.  «С тобой было бы проще» - кричал взгляд Минхо.  «Может, ты передумал? Может, ты все-таки любишь меня?» - кричало тело, напряженно вжавшееся в матрас. «Дай нам еще один шанс» - кричали дрожащие ресницы.        Но Джисон, конечно же, сделал вид, что он все себе придумал, что он просто надеялся, что Минхо так скажет, что Минхо так думает. Ему нравился Чону, он сказал об этом, Ли пришел за советом, потому что их отношения близились к новому этапу, и он собирался в него вступить. Никакого Джисона в его мыслях и сердце не было и быть не могло.  -Ты правда так думаешь? - спросил Минхо тихо, и Хан уверенно качнул головой. Дурак.  -Главное - слушай свое сердце, а не мозг. Оно подскажет.  «А тебе подсказало? Ты послушался?» - кричала душа, истерзанная чувствами, запертыми далеко в огромном сундуке темного чулана.  -Спасибо, - ответил Ли и молча ушел. Через пятнадцать минут Хан разорвет подушку в клочья и сломает соседский стул в приступе гнева, паники и разочарования от собственной трусости. Он бы мог попытаться, но мозг (не сердце) решил иначе. 

****

      Через две недели Джисон зашел к своему другу в комнату, чтобы передать Минхо флешку с его видео- практиками, но, к сожалению, там его не застал. Зато вот Хёнджин на месте был. Читал какую-то книгу, закинув ноги на стол. Он посмотрел на Джисона равнодушным взглядом.  -Минхо нет. Он на свидании.        Хан принюхался к отчетливо бьющему по носу парфюму и перевел взгляд на гору одежды, хаотично сброшенную на кровать, что говорило о том, что Ли долго выбирал, что ему одеть.  -Я занес ему флешку. Положу на столе. Скажи ему, пожалуйста, - ответил Хан, прежде чем уйти.  -Хорошо. - Джисон уже практически закрыл за сбой дверь, когда Хёнджин его окликнул. - Не жалеешь?  -М? Ты о чем?  -О том, что проебался, не попробовав с Хо. У тебя на лице написано, что ты скучаешь по нему.  -С чего ты решил, что я не скучаю по нему, как по другу? - поинтересовался Джисон, понимая, что Хёнджин все прекрасно знает, что перед ним не стоит играть в невинного. -С того, что за друга ты его уже давно не считаешь. Еще с тех пор, как тот начал встречаться с Вусаном. Ты латентный мудак, который отрицает свои чувства непонятно мне по какой причине, - констатировал блондин.  -Потому что я боюсь причинить Минхо боль.  Я не разобрался в себе, чтобы взять ответственность за наши отношения. Для меня это в новинку. Я не хотел потерять друга.  -Я, я, я.. одни Я, - передразнил Хёнджин, оторвавшись от книжки и подойдя к двери. - В отношениях ответственность всегда на себя берут оба, Джисон. И все страхи, взлеты и падения преодолевают вместе. Узнают, какого это - ошибаться вместе. Думаешь, Минхо не боялся потерять друга? Конечно, он боялся! Он молчал, чтобы не отпугнуть тебя. Он дорожит тобой! А ты? Что сделал ты? Подрочил ему и в кусты. -Я его не бросал.. я.. - начал оправдываться Джисон.  -Ты сначала сделал, а потом подумал. А надо было наоборот. Сначала разобраться в себе и в причине своей ревности, а потом уже, после того, как разберешься и признаешься, лезть к нему в штаны! - огрызнулся Хёнджин. Хан опешил. - А знаешь что, Минхо взял с собой смазку и презервативы. Я думаю, сегодня у них с Чону кое-что случится, и Минхо окончательно перестанет о тебе думать, потому что он уже заебал, - Хван резко захлопнул перед Джисоном дверь, заставив того отскочить назад. Слова Хенджина били прямо поддых, резали ножом по сердцу и заставляли сжаться внутренностям.        Хан пробежал в сторону туалета, где выблевал свой ужин от накатившей на него паники. Душа ушла в пятки, губы нервно задрожали, конечности похолодели. Его Минхо сейчас с другим. Его Минхо, который до сих пор думает о Джисоне, сейчас в объятиях Чону. Его Минхо, который до последнего ждал и верил, сейчас, наверняка волнуется, но делает то, что совершенно не хочет. На глаза выступили слёзы. Джисон протяжно взвыл, вставая с пола и плетясь на еле идущих ногах.  -Чувак, все в порядке? Тебе плохо? - спросил сосед Хенджина и Минхо по блоку, но Хан проигнорировал его обеспокоенность своим состоянием. Он вырвался на балкон, глотнуть свежего воздуха. Конец марта, а погода еще не спешила радовать теплом и солнышком. Она, будто под настроение Хана, оставалась серой, хмурой, холодной, ожидая когда же парень наконец улыбнется, сменив краски и температуру весны. Джисон, испытывая вселенскую жалость к себе, скатился по стенке, обнимая себя руками. Он тихо всхлипнул, постепенно давая волю слезам вырваться наружу и заполнить балкон его рыданиями. Хан посмотрел на пепельницу слева от себя. Минхо бы сейчас закурил, чтобы успокоить свои нервы. Интересно, помогает? Джисона одолела идея фикс, и он побежал в свою комнату, переодеться, взять деньги и купить пачку. Вдохнуть Его запах.        Джисон никогда не курил, всегда только  стоял за компанию со своими одноклассниками в школе или ребятами из параллели. Они предлагали. Он не соглашался. Не хотел. Не видел в этом необходимости. Но сейчас необходимость возникла. Ему срочно нужна была доза Минхо. Ингаляционно. Проще, конечно, было бы услышать его голос, но он не брал трубку. Был занят вещами более важными, похоже. Джисона это расстроило. Он купил пачку и долго на нее смотрел. Что с ней делать? Он поднес зажигалку к сигарете, разжигая табак на кончике. Пошел первый дым. Но его было так мало. Надо было затянуться. Джисон не знал, как затягиваться. Слышал, что часто новички закашливаются, да и вообще кайфа от этого нет. Но ему не нужен был кайф. Ему нужен был дым. И Минхо. Поднеся фильтр к губам, он глубокую вдохнул воздух, горечью расходящийся по дыхательным путям. Джисон подержал дым всего секунду и быстро выдохнул, попутно закашливаясь. Да, все же непривычно. Но запах Минхо теперь был с ним. Он окутывал его одежду. Он оседал на волосах. Он запечатался на пальцах рук. Выкурив три или четыре сигареты, Джисон вернулся в комнату, где, повалившись на кровать, крепко уснул. 

****

      С кухни несло чем-то вкусным, чем-то домашним, родным. Один из парней готовил явно что-то аппетитное, и Джисон уже догадывался, кто это был. Запах был до боли в ребрах знакомый. Невольно выступили слюни, и Хан громко сглотнул. Он завернул на кухню, не дойдя до комнаты друга. Джисон пришел к Минхо, чтобы навестить его, спросить, как все прошло. Его гордость не позволяла сделать ему это четыре дня. И вот, собравшись с силами, он наконец спустился к Минхо.  Тот стоял к нему спиной, агрессивно перемешивая обжарку на сковородке. Кроме него здесь не было никого, а потому Хан уверенно зашел на чужую кухню.  -Привет, - поздоровался он, но Минхо даже не повернулся. Он продолжил готовить.  -Привет, - ответил Ли едва слышно, и Джисону пришлось подойти ближе. Он встал рядом с плитой и взглянул на лицо парня, которое было напряжено, как и все его тело. Мускулы на лице подрагивали, губы опущены вниз, глаза блестят. Старший перешел к мойнику и включил воду, принявшись с особым усилием мыть посуду. Джисон не понимал, что произошло, но догадывался, что что-то неприятное.  -Все в порядке? - Тишина. - Минхо, поговори со мной пожалуйста. - Тишина, лишь только влага в уголках глаз все больше и больше, а губы нервно дрожат. - Хо, это из-за твоего свидания?        Тарелка выскальзывает из рук, падая на пол. По кухне разносится громкий звук, пугая двух парней. Минхо опускается на пол, судорожно пытаясь собрать осколки, и один режет подушечку пальца. Парень группируется и обхватывает колени руками. Он плачет навзрыд, и Джисону ничего не остаётся, как утешить его, заключая в объятия со спины, садясь на корточки. Он утыкается носом ему в затылок и вдыхает такой привычный, родной, полюбившийся ему запах.  -Малыш.. - шепчет Джисон, - поговори со мной.. -Это.. - захлебывается в слезах Ли, - .. это было.. ууужасно. Больно. Мерзко. Грязно. Я ненавижу себя и его. Я ..  -Тшш.. - Джисон целует в макушку, обнимает еще крепче, гладит руками по чужим. - Я здесь. Все хорошо. Что случилось? Он над тобой надругался?        Минхо отрицательно качает головой, вставая с колен. Он выключает воду в посудомойнике, выключает плиту и садится за стол. Джисон наливает ему стакан воды и протягивает, садясь перед Минхо на колени.  -Я не был уверен. Я хотел, но боялся. Чону меня успокоил, сказал, что волноваться не о чем. Но в итоге.. Боже, мне стыдно такое рассказывать.. - Ли закрыл лицо ладонями, подавляя новый приступ слёз.  -Пожалуйста, не закрывайся, - Джисон погладил Минхо по колену. -Ты можешь рассказать мне все. Я не осужу и никому не расскажу. Ли схватил его руку и переплел их пальцы, уставившись в потолок.  -Он плохо меня растянул. Я говорил о том, что мне больно, но он продолжал, сказав, что это дискомфорт только на первое время.. Я доверился ему, я терпел, но мне не становилось лучше. В какой-то момент он перестал меня слышать.. Я ударил его, чтобы он прекратил. Мы поругались. Я убежал.        Джисон с тяжестью в сердце смотрел на своего Минхо. Каждое его слово отдавало болью, он хотел прижать парня к себе, обнять, сказать о том, что теперь он рядом, что он никому не позволит так обращаться с Минхо. Он хотел, но молчал, давая другу выпустить эмоции наружу, проплакаться, а потом уже принимать чувства Хана. Младший аккуратно взял ладони Минхо в свои и нежно поцеловал каждый пальчик, заставляя Ли удивиться и перестать всхлипывать.  -Забудь его. Ладно? - прошептал Хан. - Позволь мне побеспокоиться о тебе.        Джисон убежал за аптечкой, чтобы принести пластырь, а Ли так и сидел, недоуменно уставившись  вслед убегающему парню. 

****

      Джисон заботливо обработал Минхо палец и перевязал его пластырем. Он помог старшему помыть посуду и приготовить ужин. Оставшийся вечер прошел в тишине. Ели молча, разошлись по комнатам тоже молча. Разве что Джисон оставил поцелуй на лбу Хо, что означавший, старший так и не понял.        Следующим утром Хан намеревался проводить Минхо до университета, но собственный организм решил иначе. Ближе к пяти утра температура бахнула под тридцать девять, носоглотка нещадно драла, а голова раскалывалась напополам. Вызвали доктора, взяли экспресс-тест. «Поздравлю, у вас ковид. Сидите неделю в комнате, лечитесь. Карантин. У вас и вашего соседа». Хисын вот вообще этой новости рад не был. Как, собственно говоря, и Джисон. Он написал Минхо о том, что заболел, и попросил быть осторожнее и следить за своим здоровьем, так как тот был в контакте с Джисоном. Тот ответил сухое: «Спасибо. Поправляйся!»       Хан безумно хотел объясниться с Минхо и сказать ему, что вчерашний вечер не был еще одним проявлением жалости, что он чувствует чувства, и готов на серьезные отношения. Но делать этого по телефону, при своем соседе не хотелось. Как-то это было неправильно. На пятнадцатый этаж подниматься не разрешили, поэтому парни не могли поговорить даже через дверь. Первые три дня Хан и физически то просто бы не смог это сделать. Жарило так, что он молился только бы не двинуть кони. Спасибо Хисыну, который заботливо ухаживал за своим соседом, пусть и не очень горел желанием это делать.        Прошло восемь дней, и Хан, уже довольно бодрый, порозовевший и здоровый, вышел обратно на учёбу, первым делом мчась к залу Минхо, в котором тот репетировал. Какого было его удивление, когда Ли, стоял возле кабинета с Чону, кротко целуя его в губы. Джисон чуть ли не засвистел ушами. Когда парень Минхо направился по своим делам, Хан тут же подлетел к старшему за объяснениями.  -Это что такое было? - вскипел он, показывая на удаляющуюся фигуру.  -О, Джисон. Ты выздоровел, - устало ответил Минхо.  -Я выздоровел. А ты? Ты не болен? Почему ты целуешься с этим типом?  -Он мой парень, - пожал плечами старший.  -Он блять надругался над тобой, а ты все еще его принимаешь.. - ругался шёпотом Джисон, чтобы их никто не услышал. Минхо пожал пальцами у переносицы, отводя Хана в сторону от посторонних глаз.  -Чону увлекся. И он уже извинился. Он не хотел причинять мне боль. Это был и его первый раз.. -Ты себя - то слышишь? - гневался Хан. Скрипучим голосом он разрезал воздух, надеясь не сорваться на громкий крик. - Ты оправдываешь его! Если бы он любил тебя, он бы был внимательным к твоим чувствам, он бы не позволил, чтобы тебе было больно! А он думал только о себе, о своем удовольствии!  -Хан Джисон, не лезь в мои отношения. Я однажды попросил у тебя совета . Больше не прошу. У меня занятие, - Минхо изменил настроение, надев на себя маску злой, безразличной суки. И только Джисон понимал, что на душе у того буря.  -Я не могу не лезть! - крикнул Хан в спину уходящему другу. - Я люблю тебя.        Минхо остановился на месте. Его грудная клетка вздымалась часто и рвано. Он пытался сдержаться, чтобы не поддаться эмоциям.  -Спасибо за заботу. Друг, - ответил Ли и ушел на репетицию. 

****

      Прошел еще месяц. Минхо травил себя ложными надеждами на хорошее будущее с Чону. Оправдывал его импульсивность, его желание быть во всем правым. «Такая у него душа» - думал Ли, - «литературная». Секса с того вечера у них больше не было. Минхо сказал, что тот снова должен завоевать его доверие, и Ким согласился, изображая роль послушного мальчика. Вот только терпения ждать у него не было, и Чону снова и снова пересекал границу Ли. Он не был плохим человеком, но и не был до конца внимательным к Минхо, как всем казалось. В один из таких вечеров, после еще одного очередного свидания они попробовали снова. И снова пришли к началу. Минхо ушел, ненавидя себя и свою слабость. Джисон был прав. Старший оправдывал Чону, боясь, что если потеряет его, то больше не станет ни для кого любимым и нужным. Да даже тому же Джисону, который готов пригреть Ли только тогда, когда с ним обращаются плохо. Для серьезных отношений Минхо не подходил. Он усвоил эту истину от своего друга.        Тем же вечером Хану пришло сообщение от Минхо. «Мы расстались» - гласило оно. Джисон хмыкнул себе под нос и отложил телефон. Что Минхо хотел этим сказать? «Я выбрался из пут абьюзивных отношений?», «Ты был прав» или «Даю тебе зеленый свет»? Джисон не знал. Не хотел разбираться. Минхо сильно обидел его своим игнором и оправданием Кима, а потому Хан решил отдалиться, не мешать, не давать советов, о которых его не просили.        В университете друзья не здоровались, в гости друг к другу не заходили, сконцентрировались на экзаменах. Вот только концентрации мешал надоедающий Чону, пытающийся вернуть Минхо. Хан издалека наблюдал, как друг дает ему отворот-поворот и тихо радовался, но когда в ход пошли руки, сжимающие чужие запястья, стало вообще не смешно. В коридоре чуть ли не разгоралась драка, и Хан поспешил вмешаться, хотя сам Минхо мог прописать Чону за излишнюю навязчивость. Почему-то сейчас Джисон подумал о том, что в этот раз он должен вступиться за Минхо, как тот когда-то вступился за него в деревне. Что тогда, что сейчас бой был не равный. Минхо против бочки Чанбина. Джисон против шпалы Чону.   -  Тебе же уже сказали по хорошему отвалить. Ты слов не понимаешь? - накинулся на старшего Хан, отчего Чону свел брови на переносице.  -Ты вообще сюда не лезь. Не твоего ума дело! -А может и моего, - Хан ударил ладонями по грудной клетке парня напротив, заставив того отступить назад. Минхо, стоящий рядом, попросил его успокоиться.  -Джисон, уйди. Мне надо поговорить с Минхо.  -А я говорю - не надо. Он не хочет с тобой разговаривать. Разве не понятно? Он бросил тебя две недели назад, а ты до сих пор до него доебываешься.        Чону покачал головой, напряженно сжимая челюсти.  -Я не понимаю. Ты - то что в это лезешь? Защитник. Или ты его новый парень?  -Новый, не новый - волновать не должно. Я сказал тебе не приближаться к нему. Если не понимаешь, давай решать дела по-другому.        В коридоре уже скопилось достаточное количество людей, чтобы создать потасовку и понять, что происходит здесь что-то очень интересное. Кто-то даже достал свой телефон, чтобы запечатлеть разборку на камеру. Неожиданно послышался громкий стук каблуков. Профессор Чхве оглядела троих парней суровым взглядом и пригласила в свой кабинет. Для выяснения обстоятельств. 

****

      Сидя в кресле, Минхо нервно тряс ногой и ждал, когда профессор Чхве отпустит Хана, которого пригласила к себе последним. Из кабинета доносились голоса довольно высокой тональности, и Ли представлял себе самые жуткие вещи - что Джисона отчислят или будут жестоко судить, но когда тот появился с расслабленной улыбкой на лице, у Минхо отлегло. -Что теперь будет?  -Неделя работ на кафедре. Ничего серьезного.        Оба парня вышли из университета. Конец апреля. Погода не то, чтобы прекрасная. Она была замечательная. Солнечная, теплая, дарящая хорошее настроение и желание быть любимым.  -Не надо было тебе в это лезть, - отмахнулся Минхо, ругая Хана за глупый героизм. Джисон, идущий чуть позади, улыбался. Ли ведь определено было приятно. Приятно же?  -Я не мог иначе.  -Почему? - развернулся Ли, буравя серьезным взглядом парня напротив. -Потому что тебя обижали, а я не мог этого допустить. Ты дорог мне, Ли Минхо, - Хан под испуганные глаза старшего взял ладони Хо в свои руки и чуть понизил голос. - Я уже говорил тебе это, но ты меня проигнорировал. Может сейчас услышишь?  Я люблю тебя. Не как друга. Прости, что чтобы разобраться в себе, мне потребовалось много времени, а тебе пришлось снова испытать боль.        Минхо мелко задрожал, сжимая руки Хана крепче, чем было до этого. Первая дорожка слез пробежала по его щеке, и он, всхлипнув, прикусил губу. Джисон погладил костяшками пальцев влажную щеку и посмотрел Минхо прямо в глаза, придерживая того за подбородок. В его взгляде было столько нежности, столько любви, что Ли не мог не расплакаться.  -П..поцелуешь меня? - заикаясь спросил он,  и Хан быстро кивнул, прижимаясь губами к чужим губам.  -С удовольствием, - прошептал он, сжимая Минхо в объятиях.