Birds of a Feather /// Птицы одного пера

Нил подумал, что его сердце могло остановиться, когда Рико вышел на сцену. Но его паника уступила место тому, как застыл Кевин. Нил знал, что лучше не показывать свой ужас, но Кевин изо всех сил пытался сделать то же самое. Черный костюм Рико был идентичен костюму Нила, но он носил его с угрожающей ухмылкой. Для зрителей его выражение лица, вероятно, было теплым, но Нил узнал эту острую улыбку. Он обменялся несколькими словами с Кэти, затем сделал паузу, и толпа затихла настолько, что он смог сказать: — Кевин. Нил. Прошло столько времени. Раздался приглушенный грохот, и Нил взглянул на Лисов. Эндрю удерживали Рене, Ваймак и Мэтт. Учитывая отвращение этого человека к прикосновениям, Нил мог только представить, насколько неприятным было это положение. Его внимание быстро переключилось на Рико, который подошел ближе. Ворон протянул руку Кевину, и тому ничего не оставалось, как принять ее и заключить в объятия. Нил видел, как напряглись плечи его товарища по команде, даже если толпа этого не заметила. Рико не стал обнимать Нила, а просто похлопал его по плечу, затем осмотрел его на мгновение. — Мне кажется, ты набрал вес. Я всегда слышал, что южная пища тяжелее. Думаю, это идет тебе на пользу. Фраза была достаточно дружелюбной, возможно, даже комплиментом для спортсмена, но Рико знал, как она подействует на Нила. Он вдруг осознал, как плотно облегает его талию пояс, как плотно рукава обхватывают его бицепсы. Однако он знал, что лучше не поддаваться панике на сцене, и поэтому сказал: — Больше времени в спортзале, я думаю. — Чудеса. Рико отошел назад, заняв место рядом с Кэти. Он сел прямо напротив Кевина, который выглядел готовым завянуть от близости. — Чудо - это видеть нашу золотую пару снова вместе, даже если они соперничают впервые в жизни. И, насколько я слышала, вы давно не общались. Это правда? — Да, — подтвердил Рико. По подсказке Кэти, Кевин рассказал подробнее. Нил проигнорировал его болтовню о том, насколько эмоционально тяжела для команды его травма. Он слишком хорошо знал, как уход Кевина повлиял на Рико — и, соответственно, на Нила и Жана. — Но посмотрите на него сейчас. Разве не удивительно, как далеко он продвинулся за этот год? — сказала Кэти, сделав жест в сторону Кевина, который привлек внимание Нила. — Я не уверен, что это так, — сказал Рико, и Нил почувствовал, как его передернуло. — Но я говорю это как его брат, как его друг. Я боюсь, что он снова поранится, и я не думаю, что он восстановится во второй раз. Нил увидел, как Кевин вздрогнул, увидел, как слова Рико упали с опасной точностью. Его пошатнувшееся самообладание вырвалось наружу, и он прервал его: — Я думал, друзья должны поддерживать друг друга. Это меньшее, что ты мог сделать после того, как бросил его в прошлом году. — Кевин решил уйти, как и ты, — сказал Рико после того, как аудитория закончила освистывать Нила. — У него была возможность остаться в качестве помощника тренера, и мы бы приняли его сегодня с распростертыми объятиями. Ответный взгляд Нила был ядовитым. — Но не в качестве игрока. Не тогда, когда ты боишься, что все увидят, что он лучший нападающий. Вместо этого ты переводишь округи, чтобы подрезать его, прежде чем он сможет найти свою точку опоры. Прежде чем он сможет доказать, что ты никогда не сможешь сравниться с ним. Кевин вцепился в ногу Нила прямо под прицелом камеры, и его ногти впились в бедро так сильно, что Нил боялся, что пойдет кровь. Он не обращал внимания на панику другого нападающего, его внимание было приковано к растущей ярости Рико. Кэти вмешалась, прежде чем Ворон успел высказать свои упреки. — Нил поднял важный вопрос. Смена округа Эдгара Аллана была беспрецедентной, и ни ваш дядя, ни ERC не объяснили причину этого. Ярость Рико ненадолго утихла, на смену ей пришла его дружелюбная улыбка. — Кевин почти не повлиял на наше решение о переезде. Мы просто увидели, как плохо обстоят дела в юго-восточном округе, и решили дать им немного мотивации. Мы хотим вдохновить их. Нил не знал, как кто-то купился на самовосхваления Рико, но Кэти, похоже, это понравилось. — Значит, вы делаете для южан то, что Кевин делал для Лисов. — Именно, — сказал Рико, ухмыляясь. — Но будет легче, если Кевин признает, что игра только навредит ему в долгосрочной перспективе. Мы хотим дать ему возможность тренировать, потому что знаем, что как бы мы ни уважали Кевина, это не отменяет его новых недостатков на площадке. Но Эвермор по-прежнему его дом, и мы хотим, чтобы он был с нами в составе тренерского штаба. — Сложный выбор, — заметила Кэти. — Я должна признать, что идея возвращения Кевина в Вороны интригует, но также и то, что вы двое будете соперниками. Думаю, Кевину придется решать. Мужчина, о котором идет речь, был неподвижен и бледнее простыни. Прошел долгий момент, когда Кевин явно должен был заговорить, но Нил знал, что Кевин ускользает. Слова Рико засели у него в голове, и если Нил ничего не предпримет, Кевин полностью разрушится. — Перестань быть таким эгоистом, — огрызнулся Нил на Рико. Кевин снова ущипнул его за ногу в знак предупреждения. — Мечта Кевина - стать лучшим на корте, а ты хочешь отнять у него эту мечту? Лисы дают ему этот шанс, а Вороны отказываются сделать то же самое. Зачем ему возвращаться? — Штат Пальметто — это пустая трата его талантов. И ваших обоих, если честно. — Не так сильно, как Эдгар Аллан, — возразил Нил, не обращая внимания на ногти Кевина, впивающиеся в его ногу. — Ну и что, что Вороны занимают первое место? Кевин берет команду из нижней части и продвигает ее вверх. Он играет против новых команд, с недоминирующей рукой и в команде, где гораздо меньше игроков. Вчера вечером мы играли с командой из двадцати семи игроков, когда у нас было только десять. Мы стали сильнее за счет того, что нам пришлось держаться в одиночку. — Вы не удержали свои позиции, — ответил Рико, не обращая внимания на аплодисменты Лисов в адрес Нила. — Вы проиграли. И Лисы всегда были и будут посмешищем NCAA. У вас с Кевином еще есть шанс вернуться в "Вороны". Быть в команде, достойной ваших талантов. — Знаешь, я не думаю, что именно поэтому ты хочешь, чтобы мы вернулись, — сказал Нил и почувствовал, как на его лицо наползает ухмылка отца. — Я думаю, это потому, что ты боишься. Боишься, что, когда Лисы победят тебя, мы покажем, насколько преждевременным это, — он жестом показал на номер на своем лице, затем на номер на лице Кевина, — было. — Я не боюсь вас двоих. Я также не боюсь вашей жалкой команды. — Ты проглотишь эти слова, — предупредил Нил. — Ты подавишься ими. — Какой вызов! — перебила Кэти, — Я с нетерпением жду матча ваших команд в октябре этого года. Нил, ты ясно выразил свою преданность, но я должна спросить Кевина. Какого цвета твое будущее? Оранжевый или черный? Нил почувствовал, как ногти Кевина прорвали кожу на его бедре, и на мгновение порадовался, что его брюки были черными. По крайней мере, в них не было видно крови, которая, как он чувствовал, окрашивала его ногу. — Я хотел бы остаться с Лисами, пока они согласны принимать меня, — ответил Кевин. Нил презирал то, насколько холодным был ответ его товарища по команде, но у него не было времени зацикливаться на этом, так как Кэти дала сигнал к перерыву на рекламу. Она закрыла микрофон и наклонилась к своим гостям. Нил подавил желание отстраниться от нее, когда она призналась: — Вы, мальчики, сделали мой день. Оставьте себе одежду и не стесняйтесь взять что-нибудь из прохладительных напитков в задней части зала. Ваши места впереди, если вы хотите посмотреть остальную часть шоу. Кевин сглотнул и сказал: — Спасибо. Нил схватил Кевина за бицепс и поднял его на ноги. По пути за кулисы он старательно игнорировал Рико, поймав взгляд Ваймака. Тренер выглядел где-то между яростью и ужасом, хотя Нил не успел проанализировать это, как Рико последовал за ними за кулисы. Ворон схватил Нила за плечо и прижал его к стене. Нил проигнорировал хватку мужчины и встретился взглядом с Кевином. — Иди и найди Эндрю, — сказал он на хриплом французском. Рико отпустил Кевина, слишком озабоченный местью Нилу. Он наклонился, и Нил почувствовал дыхание мужчины на своем ухе. — Ричер скучал по тебе. Но не волнуйся, у него есть Жан, который составит ему компанию, — сказал ему Рико. — Ублюдок... — прорычал Нил, борясь с захватом Рико. Но движение было бесполезным, тем более что Ворон только сильнее вдавил его в стену. Нил был готов поспорить, что его лицо будет в синяках вместе с шеей. Он прижался щекой к прохладной поверхности стены, но дыхание Рико у его уха заставило его вздрогнуть. — Ты действительно дал себе волю с Лисами, — сказал Рико, не обращая внимания на удары Нила. — Такое непослушание, когда некому обуздать твое поведение. И твой вес, конечно. Мне показалось, что в игре против Брекенриджа ты выглядел немного медлительным, но, думаю, этого следовало ожидать, когда ты набрал столько килограммов. Нил знал, что Рико издевается над ним. Его скорость бега была выше, чем в Гнезде, отчасти потому, что он действительно ел достаточно. Но никакая логика не могла предотвратить панику, поднимавшуюся в нем. Рико, казалось, уловил это, и Нил услышал улыбку в его голосе, когда он сказал: — Ричер и Джонсон пропустили празднование после игры. Они говорили мне, как сильно они скучают по траху с тобой. Слова Рико в сочетании с тем, как его тело прижалось к спине Нила, заставили его замереть. На мгновение он снова оказался в Гнезде. Темные стены надвигались на него, ухмыляющиеся Вороны были готовы разорвать его на части за каждым углом. Он слышал голос Рико, бормочущий ему в ухо, но Нил был в другом месте. Он слышал других мужчин, чувствовал других людей у себя за спиной. Рико, похоже, расстроенный отсутствием реакции Нила, ударил его головой о стену. Резкий всплеск боли вернул его в настоящее. И он почувствовал, как пальцы Рико сжались на его затылке, вероятно, чтобы сделать это снова, когда сзади раздались шаги. Нил понял, что это шаги Эндрю, еще до того, как услышал его слова. Он запомнил все шаги Лисов, так же как и Воронов в Гнезде. — Рико, — поприветствовал Эндрю, и Нил услышал в его голосе фальшивое веселье. — Я думал, ты знаешь, что лучше не трогать то, что тебе не принадлежит. Ворон крепче сжал голову Нила, и он подумал, не вырывает ли Рико при этом его волосы. — Четвертый - мой. Его маленький бунт не изменит этого. Нил скорее почувствовал, чем услышал, как Эндрю достал нож. Рико слегка напрягся, не привыкший к тому, чтобы быть на конце лезвия. — Ты можешь уйти отсюда с Нилом, а можешь уйти со своими пальцами. У тебя не будет и того, и другого, — сказал Эндрю, и Нил представил себе ухмылку на его лице. Наступило долгое молчание, затем Рико отпустил его. Это было так резко, что Нил опустился на колени, прислонившись головой к стене. — Когда-нибудь кто-нибудь наденет на тебя намордник, Миньярд. Я не могу дождаться этого дня, — сказал он, прежде чем его шаги исчезли в коридоре. Нил долго не стоял, предпочитая перевести дух. Он услышал, как Эндрю подошел ближе, и слегка напрягся. — Нам нужно идти, — сказал вратарь. — На обратном пути в Пальметто у тебя может случиться приступ паники. Нил кивнул и поднялся на ноги. На секунду его равновесие стало хуже, чем у новорожденного жеребенка, но оно быстро исправилось, когда он последовал за Эндрю по коридору. Остальных Лисов они нашли у автобуса. Эбби присматривала за Кевином, который пил водку как воду, а остальные члены команды наблюдали за Нилом. — Вот дерьмо! — сказал Мэтт. — Ты в порядке? Нил предположил, что мужчина говорит о синяке, который он чувствовал, как расцветает на его щеке. — Я в порядке, — ответил он, его голос был неровным. — Это была самая глупая гребаная вещь, которую я когда-либо видел, — огрызнулся Ваймак. Нил инстинктивно притих, но мужчина продолжал. — Какого хрена ты решил подраться с Рико на национальном телевидении? — Оставьте это, тренер, — сказал Эндрю, проводя пальцами по спине Нила, направляясь к Кевину. Они с Кевином прошли в автобус, и остальные Лисы последовали за ними. Нил на мгновение замешкался, все еще немного неуверенно держась на ногах, прежде чем зайти за своей командой. Он занял место в ряду за старшекурсниками. Он чувствовал себя слишком сырым, чтобы находиться рядом с Эндрю и его командой. Не тогда, когда вратарь видел Нила после столкновения с Рико. Не тогда, когда вид лица Кевина вызывал у него рвоту. Большую часть пути он наблюдал за проплывающим мимо пейзажем, прижавшись лицом к окну, когда Дэн заняла место рядом с ним. Нил изо всех сил постарался не вздрогнуть, вместо этого встретив пытливый взгляд своего капитана. — Я знаю, что тренер кажется сумасшедшим, — сказала Дэн. — Но он признателен. Мы все признательны тебе. Ты провел Кевина через тот помойный огонь, который назвали интервью, и я знаю, что для тебя это был ад. Он долго смотрел на нее. Нил не осознанно решил защищать Кевина на сцене, но он сделал это по старой интуиции. Как бы он ни ненавидел Кевина, Рико он презирал еще больше. И он знал, что Рико был для Кевина таким же зловещим человеком, как Натан для Нила. Не в его характере было сидеть тихо, пока его товарища по команде разрывает на части его личный монстр. — К чему ты клонишь? — спросил Нил, не прилагая никаких усилий, чтобы смягчить свой грубый тон. Дэн наблюдала за ним слишком пристально, как будто могла видеть, как Нил теряет самообладание. — Я хочу сказать, что если тебе нужно с кем-то поговорить, или если тебе просто нужна компания, я всегда здесь. Как и Мэтт, и Рене. Эллисон тоже, даже если она иногда бывает немного стервозной. Последняя фраза была сказана с язвительной улыбкой, как будто Дэн была в курсе шутки, которую Нил не знал. — Хорошо, — сказал он. Он проигнорировал вспышку тепла, которую почувствовал от ее предложения, но Дэн, казалось, все же уловила ее. — Тогда я тебя оставлю, — сказала она и вернулась на свое место рядом с Мэттом. Нил не знал, что сказать по поводу их короткого разговора, поэтому он снова стал смотреть в окно. Это было проще, чем думать о событиях дня. Тем более что Гнездо и его мучители все еще маячили в его сознании. Но сколько бы миль ни прошло, сколько бы государств ни было между ними, он все еще чувствовал руки Рико на своем плече. Он все еще слышал своих мучителей в своем ухе. Нил задавался вопросом, оставят ли они его когда-нибудь, или это открытая рана, которая никогда не успеет затянуться. Учитывая, что до его смерти оставались считанные месяцы, Нил подозревал, что он умрет так же, как и жил: испуганным, покрытым шрамами мальчиком.