Birds of a Feather /// Птицы одного пера

Нил отрегулировал водительское сиденье новой Мазерати Эндрю, зная, что блондин потом устроит ему разнос за это. Ники запрыгнул на пассажирское сиденье и возился с радио, пока Нил не устроился поудобнее и не вывел машину с парковки. До продуктового магазина было до смешного мало времени, но было уже поздно, и Ники хотел взять машину. — Как Эрик? — спросил он, выезжая с разросшейся парковки Лисьей башни. Ники улыбнулся, его лицо озарилось при упоминании о женихе. — Все хорошо! Его повышают в должности, и его семья отлично провела Рождество. — Мне жаль, что ты не смог увидеться с ним на зимних каникулах, — сказал он. — Все в порядке, — сказал он, отмахнувшись. — Я был нужен близнецам здесь. А то, что я не видел своего парня, — это ничто по сравнению с тем, через что прошли вы с Эндрю. Он взглянул на Ники, который фальшиво улыбнулся. Его позитивность была одной из немногих постоянных черт Лисов, но Нилу было интересно, что скрывается за этим фасадом. — Это не соревнование. У тебя было несколько действительно дерьмовых месяцев, особенно если учесть, как твои родители обошлись с тобой в ноябре. — На Эндрю напали, — сказал Ники, подавившись словами. — Какое право я имею обижаться за это? — Очевидно, что ты должен быть рассержен тем, что они сделали с Эндрю, — ответил он, выезжая на Периметр-роуд. — Но это не значит, что они не причинили боль и тебе. Ты имеешь право оплакивать конец этих отношений. Даже если они ужасные люди, они все равно твои родители, и это нормально - испытывать смешанные чувства по поводу того, что они ушли из твоей жизни. Ники вытер глаза. — Когда ты успел стать таким эмоционально умным? — Терапия, — резко ответил Нил. Они с Бетси провели много времени, разговаривая о Мэри, хотя Нил не мог быть полностью правдивым о своей жизни до Гнезда. Он сказал достаточно, чтобы они поняли, что то, что мать защищала его от Натана, не означает, что она также не была жестокой. Но Бетси ясно дала понять, что Нилу все равно разрешается скучать по ней. — Справедливо, — сказал Ники, смеясь. — Мне нужно назначить еще одну встречу. Просто мне кажется, что если я буду говорить об этом с ней, то мне придется действительно начать разбираться с этим. Он сильнее нажал на педаль газа, чувствуя, как Мазерати ускоряется. — А какая альтернатива? Оставить все как есть? — Хорошо, мистер. Вы высказали свою точку зрения, — ответил он. — Теперь сосредоточься на вождении. Если ты разобьешь машину Эндрю, он с тебя шкуру сдерет. Нил закатил глаза. — От тебя это звучит просто уморительно. Он вздохнул, схватившись за грудь в притворной обиде. — Ты ранил меня! Я отличный водитель. Думаешь, Эндрю дал тебе ключи от машины, потому что не доверяет моим навыкам вождения? Он бы ответил "да", но Ники выглядел искренне заинтересованным в ответе. — Нет, наверное, потому что я заплатил за машину. — Нил! — поддразнил он. — Ты - "сахарный папочка" Эндрю? — Его что? — спросил он, въезжая на парковку продуктового магазина. — Тот, кто платит более молодому человеку за отношения с ним. Думаю, ты моложе Эндрю, так что это не совсем одно и то же. Нил агрессивно повернул влево, занимая место на парковке, пока его не занял кто-то другой. — Ты думаешь, мне придется платить кому-то за то, что он со мной встречается? И вообще, почему люди думают, что мы с Эндрю встречаемся? Ники проигнорировал его первый вопрос, ответив: — Вообще-то я не думал, что вы с Эндрю встречаетесь, но теперь я хочу знать, кто еще спрашивал! Он поставил машину на стоянку, кожаный переключатель скоростей гладко лежал в его мозолистой руке. — Аарон. Он просто был гомофобным засранцем. Это тоже касалось сделки с близнецами, но он не знал, как много известно Ники. Хотя ему было наплевать на Аарона, он не хотел нарушать личное пространство Эндрю, поэтому опустил этот аспект их с Аароном спора. Ники отстегнул ремень безопасности и вышел из машины, а когда Нил последовал за ним, сказал: — Как ты видел, наша семья очень религиозная. К сожалению, он впитал в себя много их гомофобии. Я люблю его, но я не буду притворяться натуралом ни перед кем, даже перед Аароном. Я просто хочу, чтобы он перестал делать замечания по этому поводу. — Он мудак, — повторил он. — И ты не должен скрывать свою сексуальность. Мы можем отомстить ему, не покупая ему мороженое. Они вошли в продуктовый магазин, и Нил на мгновение ослеп от флуоресцентного света. Здесь были десятки проходов, заставленных яркими банками и коробками с продуктами. Это был такой огромный супермаркет, который напомнил Нилу, что он живет в Америке. Когда они с матерью прятались в Европе, они ходили в продуктовые магазины, но ни один из них не мог сравниться с американскими по размерам. Ники рассмеялся, когда они направились к проходу с замороженными продуктами. — Для близнецов отказ от десерта - это объявление войны. И вообще, у меня не хватит духу лишить его сладкого. Нил взял пинту мороженого с эспрессо для себя и чудовище из шоколада и теста для печенья для Эндрю. Он позволил Ники выбрать вкус для всех остальных и заняться оформлением заказа. Он был слишком занят, глядя на пинты мороженого, которые держал в руках, и думая о том, с какой легкостью он взял пинту для Эндрю. Он почти представлял себе такое будущее. Они с Эндрю едут в продуктовый магазин за мороженым, курят на крыше, когда никто из них не может уснуть. Это была приятная фантазия, но она была невозможна, как из-за смерти Нила, так и из-за характера их — несуществующих — отношений. Он положил мороженое перед кассиром, отбросив мечты о будущем. У него не было времени. Нилу нужно было сосредоточиться на том, чтобы наслаждаться оставшимися днями, а не сетовать на то, что могло бы быть. Тем не менее, по дороге обратно в Лисью башню он был спокоен. Он позволил Ники с энтузиазмом рассказывать о своем текущем маркетинговом проекте. Достаточно было находиться в одном пространстве с другими Лисами, знать, что они видят его и принимают, когда у него ничего не было. Но беспокойство Нила, видимо, было заметно, когда он вернулся в общежитие, потому что, как только Эндрю увидел его, его брови слегка нахмурились. Ники ушел в общежитие к Мэтту, чтобы найти фильм, поэтому комната была пуста, когда Эндрю сказал: — Что-то с тобой не так. Нил рассмеялся. — Со мной много чего не так, тебе придется уточнить. — Кевин смотрит Экси в своей койке, а ты даже не попытался присоединиться. Необычное поведение для такого наркомана. Он откинулся на спинку кресла, продолжая смотреть на Эндрю. Блондин был одет в большую черную толстовку, которую, как заметил Нил, он часто надевал по ночам. Из-за ткани он казался еще меньше, скрывая свое крепкое телосложение. В сочетании с его слегка взъерошенными волосами Нил не мог отвести взгляд. Это был подарок - увидеть такую версию Эндрю, того, кто съедал целые пинты мороженого и дремал, пока Аарон играл в видеоигры. — Иногда мне не хочется беспокоиться об Экси, — сказал он вместо того, чтобы думать. — Теперь я знаю, что ты действительно заболел, — сказал Эндрю. — Ты никогда не устаешь от стикбола. — Может быть, и так, — возразил он, всегда готовый к ссоре. — А может, я хотел помучить тебя своим присутствием. — Я тебя ненавижу, — ответил блондин, но отложил мороженое и встал, спрашивая: — Да или нет? — Да, — сказал он, усмехнувшись, когда Эндрю опустился на колени прямо перед кресло-мешок. Нил сел и сказал: — Ты можешь потрогать мою макушку и шею. Эндрю кивнул. — Не трогай меня. Он засунул руки в карманы, как раз когда блондин наклонился вперед. Прижатие губ Эндрю было таким же дезориентирующим, как и в первый раз. Нил потерялся в ощущениях и слегка задыхался, когда Эндрю провел холодной рукой по его волосам. Блондин отстранился. — Все еще да? — Определенно да, — подтвердил Нил, почувствовав, как в животе у него зашевелилось что-то теплое от этого вопроса. Он позволил Эндрю втянуть себя в новый поцелуй, более жесткий, чем предыдущий. Он прикусил нижнюю губу Нила, ногти слегка царапали его шею. Руки Нила зарылись в карманы, и он не поддался порыву протянуть руку и ответить на прикосновение. Некоторое время их поцелуи были жаркими и агрессивными, борьба за доминирование. Но в конце концов они замедлились. Руки Эндрю были нежными, когда он провел по щеке Нила, а затем провел рукой по его волосам. Нил почувствовал, что расслабляется, теряя себя в безопасности этих объятий. Эндрю вдруг замер, заставив Нила отстраниться и спросить: — Ты в порядке? Вратарь не ответил, а плюхнулся на стоящий рядом кресло-мешок как раз в тот момент, когда в замке общежития заскрежетал ключ. Через мгновение в комнату ввалился Ники с тремя DVD в руках. Нил попытался скрыть покраснение. К счастью, Ники был слишком занят объяснением выбора фильмов, чтобы заметить его покрасневшие щеки и растрепанные волосы. Он позволил Ники выбрать фильм, стараясь не улыбаться тому, как Эндрю зарылся поглубже в свой кресло-мешок и схватил выброшенную пинту мороженого. Он не мог сосредоточиться на фильме, все еще думая о прикосновении рук Эндрю и мягкости его губ. Когда Ники заснул на середине фильма, Нил посмотрел на блондина, который не отрывался от экрана телевизора. Но время от времени он краем глаза замечал, что Эндрю смотрит на него, и их взгляды встречались на короткое, электризующее мгновение, прежде чем Нил отводил глаза. Он улыбнулся, зная, что Эндрю увидит это выражение и возненавидит его за это. *** После того как Лисы обыграли Котомаунтов со счетом 9:3, настроение в доме Эбби было приподнятым. Медсестра команды приготовила им настоящий пир, а Ники и Мэтт смешивали напитки. Кевин уже сидел с бутылкой водки, но не протестовал, когда Нил вылил половину в канализацию. Он согласился сократить количество выпитого, и Нил собирался держать его в узде столько, сколько сможет. Сегодня в команде царило редкое — хотя и все более распространенное - состояние гармонии. Близнецы разговаривали друг с другом, Ники и Кевин общались со старшекурсниками, а Нил не затевал никаких драк. Его тарелка, как обычно, была пуста, но никто не стал его за это корить. Они с Ваймаком договорились, что Нилу не обязательно есть на командных мероприятиях, если он потом поест. Тренер, вероятно, не доверял словам Нила — и не без оснований, — но он верил, что Эндрю заставит его поесть. Так и случилось, примерно через час после ужина блондин долго смотрел в глаза Нилу, а затем вышел из дома. Нападающий понял негласный приказ и попрощался с товарищами по команде. Большинство из них были слишком пьяны, чтобы добраться до дома, или уже спали на диване Эбби, поэтому Нил знал, что общежитие будет пустым. Он выскользнул на улицу, и ночной воздух прохладно коснулся его незакрытых рук. Когда он открыл дверь машины Эндрю, блондин с упреком посмотрел на него. — Еще февраль, а ты уже в коротких рукавах. Нил пожал плечами и опустился на пассажирское сиденье. — Не всем же быть дивами, которым нужны сиденья с подогревом. Эндрю снял машину с ручника и выехал на улицу, сказав: — Я выключу подогрев сидений. — Люди всегда называют тебя страшным, а ты просто мелочный. Вратарь ничего не ответил, но Нил почувствовал удовлетворение от того, что уголок его рта слегка приподнялся. Это было самое близкое к улыбке выражение лица Эндрю. Остаток пути они провели в молчании, и Нил бесшумно последовал за Эндрю в его номер. Это вошло у них в привычку. После домашней игры они вместе с остальными членами команды отправлялись к Эбби, ускользая пораньше, чтобы Нил мог поесть. Он ел вместе с Лисами на протяжении всего осеннего сезона, придирчиво рассматривая приготовленные Эбби блюда и поглощая фрукты. Но из-за стресса, связанного с плей-офф и госпитализацией Кенго, Нил уже не мог есть в окружении своей команды. К счастью, Лисы тактично игнорировали эту проблему, пока он в конце концов ел. Нил сидел за стойкой и наблюдал, как Эндрю нарезает помидоры. — Зачем ты добавляешь их в жареный сыр? — Люди часто макают сэндвичи в томатный суп или добавляют ломтики для большего вкуса, — объяснил он, ритмично двигая ножом, не прерываясь на вопрос Нила. — Хм, — сказал он. — Я никогда раньше не пробовал жареный сыр. Эндрю сделал паузу. — Удивительно, что ты думал, что сможешь убедить кого-то в том, что ты не беглец. Нил пожал плечами. — Я же не говорил людям, что живу на консервах. А в Гнезде у нас были заботы поважнее. Он положил нож и разделочную доску в раковину, затем взял масло и несколько ломтиков хлеба. — Иди сюда. Нил вскочил со своего места и обогнул стойку так, что оказался рядом с Эндрю. Вратарь щедро намазал хлеб маслом, причем так много, что Нил слегка поморщился. — Для хорошего жареного сыра нужно много масла, — сказал он. — Вот увидишь. Он доел два куска хлеба, затем передал нож для масла Нилу. Он скопировал действия Эндрю, добавив больше масла, чем считал нужным. Когда он закончил, блондин забрал нож и протянул ему лопаточку. — Смажь маслом сковороду, — сказал Эндрю, рассказывая о своих действиях. — Затем опусти хлеб, дай ему стать золотисто-коричневым с обеих сторон, затем добавь сыр. Он взял один из поджаренных ломтиков и положил его сверху на созданное им сырное чудовище. Нил восторженно наблюдал за происходящим, пытаясь запомнить, как долго Эндрю готовит собранный сэндвич. Он и сам не раз ошибался, когда готовил свой жареный сыр. Он пережарил хлеб, слегка подпалив его. Когда он попытался завершить бутерброд, добавив верхний ломтик тоста, он положил его криво. Хлеб оказался неправильно расположен, так что на расплавленном сыре оказалась только его половина. Нил попытался исправить положение, но сыр действовал как клей, удерживая слегка подгоревший ломтик на месте. Он вздохнул и стал беспорядочно накладывать сэндвич. Эндрю выхватил его из рук, даже не успев выключить плиту. Нил запротестовал, но блондин сунул ему в руки другой жареный сыр. Это был тот самый сыр, который приготовил Эндрю, идеально поджаренный с обеих сторон. Нил попытался возразить, но вратарь уже откусывал от сыра, совершенно без выражения лица, несмотря на подгоревший хлеб. В конце концов он смирился с поражением и съел свой бутерброд. Нил ожидал, что он будет слишком жирным, что уничтожит все его шансы закончить ужин, но он оказался идеальным. Хлеб был хрустящим, но не подгоревшим, а сыр таял во рту. Он съел бутерброд быстрее, чем ожидал, а затем наблюдал, как Эндрю подавился последней порцией. Блондин хмурился, но когда он закончил, то шагнул к Нилу. — Да или нет? Нил улыбнулся, засунув руки в карманы. — Да. Эндрю не стал целовать его, а просто обхватил рукой шею Нила. Эта тяжесть успокаивала, напоминала о том, что он существует, была якорем. Пальцы блондина согнулись, ногти слегка впились в шею, и он наклонился, прижимаясь губами к губам Нила. Это было похоже на Экси, как ни неприятно было Эндрю слышать такое. Но у Нила не было другого способа описать то, как его сознание сузилось до ощущения рта Эндрю на его губах. Ласкать его было мышечной памятью, как ловить пас или забивать гол. И, как и Экси, он был зависим. Словно почувствовав ход мыслей Нила, Эндрю поцеловал его сильнее. Его рука вцепилась в волосы Нила, хватка была твердой, но осторожной. Нил отстранился, задыхаясь: — Диван? Эндрю кивнул, но не отпустил Нила, а повел его задом наперед в гостиную, его руки по-прежнему были зарыты в волосах Нила. Нил рухнул на диван, и только тогда Эндрю отпустил его. Он сделал паузу, спрашивая: — Да или нет? Нил кивнул, а когда Эндрю все еще не двигался, сказал: — Да. Блондин толкнул его еще дальше в диван, затем прополз вперед и сел на бедра Нила. Часть своего веса он распределил на свои ноги, которые упирались в ноги Нила. После того как Эндрю устроился, они на минуту замерли, просто привыкая к положению. Нил думал, что вес Эндрю на его бедрах, его тело, сковывающее его, заставит его чувствовать себя в ловушке. Удивительно, но все было наоборот: он словно отгораживал его от всего остального мира. — Плечи и выше, — сказал Эндрю, впиваясь взглядом в Нила. — Бедра и выше, — ответил он. Он боялся, что вратарь будет спорить, сомневаться в его словах, но тот только кивнул. При первом прикосновении его рук Нил задохнулся. Прикосновение было кратковременным, всего лишь кисть Эндрю провела пальцами по его груди, но оно было электрическим. Он снова наклонился и захватил губы Эндрю, прежде чем тот успел сказать что-то, о чем потом пожалел бы. Этот поцелуй был более жестким, чем предыдущий, и Нил неуверенно потянулся к волосам Эндрю, чтобы удержаться на месте. Он провел пальцами по светлым волосам вратаря, стараясь не дергать. Он почувствовал, как Эндрю слегка вздохнул ему в рот, и усмехнулся. Блондин провел руками вниз по груди Нила и опустил их на его талию. Они слегка уперлись ему в бока, достаточно для того, чтобы пульс участился, но не причинили боли. Нил задохнулся, его голова откинулась назад. Эндрю воспользовался этой возможностью и провел линию поцелуев по его челюсти и шее. — Можно я оставлю засос? Нил кивнул. Многие люди ставили на его теле метки, но впервые кто-то сделал это по его желанию. От такой перспективы у него слегка закружилась голова, но в хорошем смысле этого слова. Он откинул голову назад, когда Эндрю посасывал метку у основания его шеи, слегка покусывая это место, а затем отстранился. Нил отпустил его, но теперь прижал руку к щеке Эндрю, большим пальцем поглаживая мягкую кожу. — Ты вообще настоящий? — вздохнул Нил, и Эндрю тут же замер. — Я не твой ответ, а ты точно не мой, — сказал он, задумчиво глядя на пустое лицо. Он отпустил ее, но только для того, чтобы положить руку на шею блондина. — Верно, но я никогда не думал, что смогу это сделать. Я думал, что они разрушили меня. Испортили такую близость. И даже если бы я смог это сделать, я не думал, что кто-то захочет иметь дело с моими заморочками и паническими атаками. Так что ты не мой ответ, но ты дал мне это. Эндрю долго смотрел на него, и Нил подумал, что он сейчас встанет и уйдет. Но потом он кивнул, провел руками по бокам Нила и сказал: — Хорошо. Блондин наклонился для очередного поцелуя, и едва слышный шепот, прежде чем он снова оказался у горла Нила. Он задохнулся, когда Эндрю поцеловал его в шею, чуть ниже уха. Он слегка прикусил чувствительную кожу, и рука Нила сильнее сжала шею Эндрю. Блондин слегка вздрогнул, и Нил усмехнулся. Когда Эндрю снова поцеловал его, на этот раз в губы, Нил прижался губами к уголку его рта, слегка неловко целуя его челюсть. Дойдя до шеи, он приостановился. — Ничего, если я оставлю след? — спросил он. Эндрю притянул его ближе, запустив руку в его волосы. — Да. Нил с энтузиазмом принялся за работу, теряясь во вкусе кожи Эндрю, в звуках его прерывистого дыхания. В конце концов он вынужден был отстраниться, запыхавшись. Когда он поднял голову, Эндрю смотрел на него со странным выражением. Это не было его обычной апатией. Он почти назвал бы это гневом, но было что-то еще, что Нил не мог расшифровать. Он решил испытать удачу, спросив: — Можешь снять с меня рубашку? Эндрю не стал медлить, а просто схватил подол его футболки и стянул ее через голову Нила. Когда его грудь оказалась обнаженной, они оба замерли. Нил изучал выражение лица Эндрю, а блондин смотрел на его грудь, в частности, на цифру "4", выбитую над сердцем. — Он умрет, — сказал он. Нил пожал плечами. — Пока мы с Жаном находимся вдали от него, мне все равно. Это была лишь полуложь. Он бы сам убил Рико, если бы у него была такая возможность, но он смирился с тем, что умрет первым. Бесполезно было беспокоиться о том, что случится с его мучителем, кроме того, как это повлияет на Жана. Пытаясь сменить тему, он сказал: — Это все еще бедра и ноги. Руки Эндрю были слегка прохладными на горячей коже груди Нила, но он привык к этой температуре. Нил продолжил целовать его шею, слегка вздрагивая каждый раз, когда руки Эндрю касались особенно чувствительного шрама. Через несколько минут или, может быть, часов их поцелуи замедлились. Усталость от игры настигала их обоих. В конце концов Эндрю прислонился лбом к лбу Нила, и некоторое время они просто дышали одним воздухом. Пальцы Эндрю рисовали узоры на его покрытой шрамами груди, успокаивая, что помогало его сердцу замедляться. Эндрю встал и вернул Нилу рубашку. Это было увольнение, но не недоброе. Эндрю нужно было побыть одному, и он это понимал. Он надел футболку и встал, улыбаясь. Нил почувствовал, что тот провожает его взглядом до двери, и оглянулся через плечо, чтобы сказать: — Приятных снов. Вратарь ничего не ответил, но ему это и не требовалось. Нил потирал руки, возвращаясь в свою комнату, и уже скучал по теплу рук Эндрю. Он был благодарен, что у него есть такая возможность. Даже если это было пустяком, даже если Эндрю ненавидел его, даже если он умрет через несколько недель, Нил был благодарен. Эндрю показал ему, что независимо от того, что сделали с ним Вороны, он может иметь это. Он может стать чем-то большим, чем то, что они с ним сделали. Он начертил на ладони форму ключа и бесплодно пожелал, чтобы прошло еще больше времени. /// от автора: Кто бы мог подумать, что я смогу подробно описать процесс приготовления жареного сыра. У меня есть пара замечаний по поводу этой главы и моего писательского выбора, а потом я перейду к чаю. Мне хотелось показать сцену с Ники, потому что я считаю его таким интересным персонажем. Он важная фигура в жизни близнецов и в то же время сам справляется со многими проблемами (родители, отношения на расстоянии, религиозная травма), и мне захотелось сделать небольшую сцену с ним. Кроме того, я думаю, что многие из этих разговоров демонстрируют эмоциональный рост Нила в процессе терапии. Хотя у меня нет сцен с Бетси, я хотел показать, как терапия помогла Нилу понять, через что он прошел. Теперь о сценах с Эндрю. Эти сцены частично вызваны тем, что я тоскую (это чай, который я скоро объясню) и справляюсь с этим с помощью фанфика, а также потому, что я хотела исследовать ландшафт их отношений, особенно то, как на них влияет прошлая травма Нила. Многое из этого очень мягкое и домашнее, плюс немного поцелуев с обсуждением согласия. Думаю, учитывая, что в этом фике Нил пережил сексуальное насилие, развитие их отношений, связанных с сексом, будет более медленным. В то же время, я хотела написать, что у них более глубокая эмоциональная связь, чем в каноне (на данном этапе их отношений), потому что я думаю, что Нил должен быть более эмоционально близок к Эндрю, чтобы доверить ему что-то сексуальное. Честно говоря, мне понравилось писать эти сцены больше, чем я думала. Я не думаю, что когда-нибудь смогу писать пошлости, но писать о близости таким образом было приятно. Это было своего рода напоминание себе и всем, кто пережил сексуальную травму, что мы можем иметь такую эмоциональную и физическую близость, если захотим. Мы все достойны любви. А теперь о чае из ограниченной серии: Я безнадежно влюблена в одного из своих лучших друзей/соседей по комнате (а теперь "и они были соседями по комнате"). Я тосковала по ним несколько месяцев, но наконец-то собираюсь им признаться. Я уверена, что мое признание не положит конец нашей дружбе (в принципе, однажды они сказали, что не будут возражать, если мы будем встречаться, пока живем вместе, после того как моя мама решила, что мы встречаемся, и сказала, что я не должна встречаться с соседом по комнате), хотя я не знаю, нравлюсь ли я им в ответ. Но у них есть плейлист с песнями о любви, который они недавно составили на Spotify, и в нем есть несколько песен, которые, как они знают, мне нравятся, так что, думаю, у меня есть шанс. Скоро, через месяц-другой, мне придется удалить это примечание, потому что он собирается прочитать этот фик. Я знаю, что не скоро, так как они еще не читали aftg, но они собираются начать его в этом месяце. Он вернется в конце этой недели 💀 так что я скажу им, скорее всего, в ближайшие выходные или на следующей неделе. Я сообщу, когда сделаю это lol