The voice is sweet even at night

— Что за шум? — произнёс тихо блондин, отрываясь от телефона. В ту же секунду врывается ослепительно улыбающийся Чонин и тараторит что-то про просмотр клипа. — Прямо сейчас? — спросил на выдохе Феликс. Ему не то, чтобы не хотелось, было банально лень идти куда-либо. — Да, пошли скорее, мы сейчас трансляцию ещё подключим, чтобы Стэй видели нашу реакцию! — пропищал Йенни и хлопнул дверью. Ли выдохнул. "Почему именно сейчас? Спать уже надо в это время" — недовольно заключил в мыслях блондин и вышел из комнаты. Феликс спустился к суетившимся ребятам и сел за стол в главном зале. Все удобно расположились и включили запись. — Привет, Стэй! — в унисон прокричали парни с улыбками на лице. — Сегодня просмотр клипа, а значит и наша реакция! — проговорил Чан и интригующе улыбнулся, глядя на других участников. — Что-о? — взвыл Чанбин, — Не припоминай мне мою ошибку при записи моей партии. — Хип-х.... — пискнул Хёнджин и посмеялся, повторяя оговорку Двэкки. Тот смущённо поправил кепку и усмехнулся. — Давайте уже включим, а? — воскликнул Чонин, явно желая посмотреть их труды на записи вместе с фанатами. "Мы же сами снимались там, что может быть нового в клипе?" — подумал Ликси и уставился в экран ноутбука. Все участники смотрели будто на одном дыхании, периодически эмоционально комментируя запись, красивые спецэффекты и переходы в видео. Друзья поддерживали друг друга, осыпая комплиментами или игриво шутя, где есть маленькие проколы. — Смотри, ты тут очень хорош! — произнёс Сынминни и потрепал по плечу Хёнджина в приободрении. Брюнет нехотя кивнул. Через полторы минуты главный вокалист повторился и во фразе, и в движении. — Перестань а... — скучающе, но с ноткой раздражения сказал Хван своему другу. И комплименты ещё раз прозвучали. — Прекрати уже! — шикнул Хёнджин и встал изо стола. Все обернулись на участника в недоумении. Брюнет оглядел каждые выпученные глаза, тихо, нехотя извинился и ушёл. Йенни встревоженно посмотрел на транслирующую камеру и попытался перевести всё в шутку, подключив Минхо и лидера. Те поддержали его и вывели это всё на свой позитивный лад. "Не думаю, что Минни мог его так разозлить. Были друзья – не разлей вода, а сейчас...Боже, надеюсь это не из-за меня" — размышлял Феликс. "Нет...скорее всего это моя вина. Чёрт" — заключил он и тяжело выдохнул, закусывая внутреннюю сторону нижней губы. *** Солнца давно не видно за окном, а тишина, повисшая в комнате юного Ли, окутывала, пожирала всё вокруг. Блондин сидел на кресле перед рабочим столом, закинув руки за голову. Взгляд медленно перетекал с одной части монитора на другую. Компьютер создавал тихие гудящие звуки, исполняющие свою работу. Только техника позволяла не ощущать себя в куполе, из которого не выбраться, даже если бриллиантом пытаться разбить. "Чёртов Хван Хёнджин" — ругался мысленно блондин. "Нет бы спокойно всё обговорить, не делать глупостей и...всякого..." Мысли парня смущали его самого. Заставляли погружаться в краску неловкости и в ней же захлёбываться. Вспоминая их поцелуи и каждое прикосновение, в животе разгоралось тепло, сдавливающее грудину, а ладони покрывались мельчайшими каплями пота. — Да что же это такое! — шипел блондин, постоянно ёрзая в кресле, — Ни минуты покоя с этим дерьмом! Через какое-то непродолжительное время беспокойной суеты за столом, парень решительно кладёт влажную руку на компьютерную мышь и несколько раз щёлкает по ссылкам. Короткое путешествие по интернету приводит блондина на сайт с озвучкой. "Так хоть отвлекусь" — подумал он, надевая наушники и поправляя микрофон с шумоподавлением. Разогревая связки, он читает небольшой сюжет, выложенный на этом же сайте. — Серьёзно? По пьяни признаётся в любви девушке, которая уезжает, и они не увидятся несколько лет? И как после такой новости вообще может встать? — тихо усмехается Феликс, зачитывая концепт текста. — Ладно, за работу. — произносит в полтона он и включает запись. спустя некоторое время. По привычной схеме блондин обрабатывает и выкладывает пост. Не дожидаясь комментариев, парень выключает компьютер и ложится в кровать, не раздевшись. И снова тревога. Любой другой человек бы, наверное, уже рассказал другим участникам в чём дело, наплевав на все последствия. Вместе всё решается проще. Но Феликс так не думал. Всё время, что он работал в озвучке 18+ контента, и успехи в этом, он зарывал глубоко в себе. «Никто не должен знать» – было его вечным напоминанием. А теперь это превратилось в ад, пламя которого не затухало, а только разгоралось. Какой-то человек узнал его, следил за ним, и теперь тайне Феликса грозит опасность. Это стало похоже на ужасный детективный сериал, в котором юноша был нелепым сыщиком. Что ж, его расследование завело в тупик, при этом загубив общение с одним из чудесных людей – Хёнджином. В глубине души Феликса убивало то, что за такое короткое время он стал параноиком, который умудрился подозревать того, кому он симпатичен. "Я ведь...кажется...ему нравлюсь?" — раздумывал Феликс и тут же зарывался лицом в подушку. Он не мог допустить до себя столь светлую мысль, не верил своим домыслам. Хотя это абсурд. Всё же и так понятно. "Возможно я старомоден, но чёрт, я хочу, чтобы он сам мне сказал, что чувствует. Целоваться и трахаться может каждый и с кем угодно..." — рассуждал он в голове и понимал, насколько глуп. Феликс понимал, что Джинни не из тех людей, кто мыслит легко. Для Ликса душа Хёнджина была чем-то тёплым, нежным, глубоким и необъятным. Ранить сердце брюнета, всё равно что погрузиться на дно Марианской впадины и пробить это самое дно. Рассуждая над тем, как можно исправить ситуацию с Хёнджином, Феликс уснул. следующим вечером. Ветер, ласкающий лицо, словно нежное прикосновение, создает особую атмосферу. Он ловит в свои объятия опавшие листья, поднимая их в воздух и играя с ними, словно с детскими забавными игрушками. Шуршащие звуки, которые издают потоки ветра, создают уютную мелодию, наполняющую весь вечер. Разнообразные формы и цвета листьев создают прекрасный пейзаж, словно картина, нарисованная самой природой. Желтые, оранжевые, красные и коричневые оттенки создают яркую палитру осенних красок. По мере того, как ветер продолжает свое игривое движение, опавшие листья покрывают землю. Они образуют ковер, словно приглашая на прогулку по этому чудесному, шуршащему ковру. Аромат свежести и сырости пропитывает воздух. Этот запах наполняет легкие и проникает в самую глубину души. — Ликси? — послышался голос позади. Блондин обернулся. — Ты давно здесь один сидишь? — заботливо спросил Чан и аккуратно сел рядом, опираясь ладонями о скамью. Древесина неприятно прохрустела под весом двух парней. Феликс хмыкнул, уставившись в одну точку впереди себя, — М, уже да, кажется. Правая кисть лидера грузно легла на плечи блондина. — Ты же знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне за поддержкой, да? Можешь всё рассказать и надеяться на помощь. — уточнял старший. — Конечно, Хен, я знаю. — задумчиво произнёс блондин. — Ты ведь..не принимаешь наркотики или вроде того? — спросил Чан, в голосе которого замечалась неуверенность. Феликс выгнул одну из бровей и улыбнулся, — Я похож на наркомана? — Нет, на дурака. — произнёс шатен и кулачком почесал макушку блондина. Ли басом усмехнулся. — Я не наркоман, с чего ты вообще это взял? — поинтересовался парень. — Ханни сказал, что на днях увидел кучу таблеток у тебя в комнате, когда тебя искал. — выдохнул лидер и сел, развалившись на скамейке. — А-а, боже...Я не мог уснуть и пытался найти снотворное. Простите за беспокойство. — Почему уснуть не мог? Феликс почесал переносицу, хмурясь. — Н-не важно, Хен, главное, что сейчас мне лучше. Чанни состроил рожицу и в нужной тональности произнёс, — Ладно уж, храни свои секреты. Оба искренне рассмеялись, вспомнив сцену из популярной фэнтезийной кинотрилогии. — Кстати, тебя Джисон искал. Кажется, он хочет спросить как раз о таблетках, он переживает. — изрёк шатен и поднялся со скамьи. — Я найду его и всё объясню. — улыбнулся Ликс. — Надеюсь. — ответил Чан, и, сложив ладони вместе, попятился к двери в общежитие. "Старший братец как всегда всех опекает" — усмехнулся своим мыслям блондин. "Интересно, если бы он встретился с Уджином также случайно, как я, они бы смогли поговорить?" — рассуждал он. "Уджина так загнобили после его ухода... И он ведь не бросил всё, продолжал работать, пусть даже под маской. Что вообще значит маска в его понимании? Это делает нас похожими, в сравнении с моей озвучкой?" — продолжал думать он, но к ответу на собственные вопросы так и не приходил. Феликс просидел в тишине ещё пару минут и направился внутрь. *** — Ликси! — воскликнул Джисон, — Я тебя обыскался уже, — уже тише произнёс он и надул щёки, почёсывая мочку уха. Блондин добродушно улыбнулся, — Чего искал? Щекастый парень прихватил его за плечи и обнял. — Т-ты чего это? — запнулся Ликс. — Пожалуйста, скажи, что ты не принимаешь наркотики, не смешиваешь обезболивающее или что-то такое! — прошептал сквозь зубы Джи. — Ханни... — Скажи, что у тебя просто заболел живот, рука, нога, голова, да что угодно! — Джисон! У меня ничего не болело, я искал снотворное Лино чтобы уснуть! — пробурчал Феликс. Глаза Хана загорелись. Он отстранился и ярко улыбнулся, — Правда?! Ли кивнул. — Господи Иисусе, я так рад! — выдохнул он, — А ты придурок, не раскидывай медикаменты у себя по комнате! — А, то есть накрутил себя ты, а виноват я? Хорошо придумал. — продолжал хихикать Феликс. — Всё именно так, Ликси. — сказал довольный квокка и щёлкнул пальцами перед носом друга. Феликс наигранно улыбнулся и прищурил глаза, отворачиваясь от одного из рэперов. — Стой, давай отойдём и поговорим. — спокойно произнёс Джи. — Э-э, давай? — неуверенно произнёс Ликси и последовал за другом в его комнату. *** — Ну и барда-а-ак! — возникал Феликс, распихивая ногами грязную одежду, подушки и мягкие игрушки на своём пути. — Отстань, я прибираюсь только когда не лень! — обиженно оправдывался Квокка. — То есть никогда? В лицо блондина полетела подушка. Тот рассмеялся, прикрываясь от столь опасного нападения. Парни уселись на развороченную кровать. — Расскажи мне сейчас, без всякого утаивания. Что с тобой происходит? — серьёзно спросил Хан. — Джи, я же сказал, всё в порядке. Я просто переутомился и прочее. — устало повторял из раза в раз блондин. — Нет, Феликс, когда люди переутомляются, они отдыхают, много спят, не ведут себя скрытно, им просто плевать! А ты в последнее время ведёшь себя подозрительно. И не думай, что я забыл о тех сообщениях, которые тебе поступали на телефон, а я, по своей глупости, их видел! — тараторил друг, хмуря брови и надувая свои пухлые щёки. Он резко сместился и пересел на корточки перед веснушчатым лицом. — Ответь мне, пожалуйста, что ты скрываешь? Ты влез в неприятности? Мне стоит позвать сюда Чана? — душил вопросами Квокка. — Нет, не надо! — рыкнул Феликс и сжал тыльные стороны ладоней другого участника. Кофейные глаза посмотрели точно в каштановые. Те выражали безмерное беспокойство, совсем лёгкая дрожь в руках выдавала его тревогу. Феликс сдался, — Ладно, — сказал он, — Я расскажу. "Кажется это будет самой моей худшей ошибкой из всех, что я могу совершить за всю свою жизнь" — пролетело в голове у блондина, когда тот стал ведать щекастому другу всю свою проблему. — У меня есть своего рода «хобби» ...Оно подразумевает за собой озвучку определённого контента, и я редактирую свой голос после записи, из-за чего меня трудно узнать. Но кто-то смог это сделать и теперь шантажирует меня... Хан чуть было не выронил глазные яблоки. — Ты сделал что?! — агрессивно шептал он, сильно напрягая голосовые связки, — Ты в курсе что с тобой будет, если про это узнает компания? Ты в курсе, что тебя выкинут из индустрии?! Ты идиот? Феликс приобнял за плечи друга. Тот продолжал шипеть на блондина, размахивая руками. — Ты все еще идиот, Ликси! Ты бы ещё в порнуху с маской пошёл! — О, а это мысль. — пошутил Ли и получил сильный хлопок по затылку. — Придурок! Полоумный! Конченный! — ругался Квокка. "Боже, у него скоро пар из ушей пойдёт. Я давно его таким злым не видел" — посмеялся про себя блондин. — Ты даже не выяснил, кто является тем анонимом. Ну пиздец! — прорычал Хан. Плечи Джисона подёргивались от сбившегося дыхания. Он сжимал кулаки, хрустя пальцами и наворачивал круги по комнате. — Ты немедленно удалишь аккаунт, и всё, что там было, а также нужно снести все программы, удалить диалоги и забыть это как страшный сон! — бубнил он сквозь зубы, — И найти ублюдка. — Уоу, Ханни, спокойнее, выдыхай. — начал его успокаивать Феликс, — Этот человек давно не выходил на связь, и я уничтожу все свои улики, обещаю. Хан злобно посмотрел на блондина. Под глазами сгустились тёмные краски. Он тяжело дышал, глядя на своего друга, что поступил так безответственно. — Если об этом узнает лидер-Хен или менеджер – тебе конец, помни об этом. Тебя никто не сможет защитить. Чан ничего не сделает и тебя исключат, никогда не вернут. Ты подставишь себя! Подставишь всех! Подставишь, прямо как... — на последней фразе Хан запнулся. — Я знаю, Джи. — выдохнул Феликс, словно эти слова ничего не значили, словно это не он главный виновник всего происходящего, будто зритель, наблюдающий со стороны. — Не будь таким же, прошу тебя. — бросил Джисон и отвернулся, проводя ладонями по лицу, сбрасывая это наваждение злобы. Ёнбок кивнул и еле улыбнулся. Наверное, это выражение лица значило «Да, я тебя понял, но сделаю совершенно наоборот, я же идиот», но юный блондин правда хотел сделать как лучше. Хотя бы для всех остальных. — Ты ведь не скажешь об этом ребятам? — тихо уточнил Ли, глядя на спину Джи. Из рта Джисона донеслось громкое и измученное «Ха!» — Нет, конечно. Мне это точно не надо, — ответил он с полу раздражённой улыбкой, — Ты сам это расскажешь им, после того как разберешься с этим. *** Изнурительные конечные подготовки и суматоха. Как раз то, чего не любит ни один из мемберов, но всякий раз они напоминали себе, что всё это делается не для того, чтобы им было труднее жить или что-то такое. Они лишь хотели дарить людям позитивные эмоции. То, к чему приходят их любимые фанаты, при прослушивании их треков, посещения фанмитингов, просмотров клипов на YouTube, посещения концертов, к которым участники так усердно готовятся. Подходило время первого концерта. Начало тура. Ребята обсуждали в гримёрке последние моменты, в которых, не дай Боже, могли облажаться. Чан принял на себя всю ответственность, готовил ребят и обсуждал переходы, в которых могли возникнуть проблемы. Группа – это как одно целое, единый организм, который переливал в себе силы с одного участника на другого. В очередной раз Хан ходил вокруг ребят и распевался, Сынмин приставал к Чанбину, от чего Феликс был удивлён, но не спрашивал вслух. "А почему он не липнет к Джинни? Наши Инь и Ян неожиданно поругались?" — думал юноша, пока поправлял свой костюм. Воротник белой куртки плотно облегал шею. Пуговицы на карманах от куртки то и дело дребезжали, сколько раз их не застёгивай. Кожаные брюки стягивали кожу на бедрах и икрах, создавая четкое очертание фигуры парня, ремни на ляшках звенели созвучно с пуговицами на груди. Иногда глядя в зеркало, Феликс ориентировался на свое отражение. "Это максимально не удобно, боже" — думал он, но продолжал надеяться, что во время выступления всё будет иначе. Он коснулся своих уже синих волос и приложил локон к кончику носа. "Хороший шампунь…" — пронеслось у него в голове. Взгляд парня переместился на вошедшего в гримёрку Хвана. Тот был как с иголочки; хлопковая короткая куртка на молнии черного цвета, на груди виднелся официальный воротник, удлиняющийся в ленточку, из под этой самой куртки заметно снизу показывалась белая рубашка, а штаны были такими же – кожаными. — Хёнджин-а! — воскликнул Минхо, — где тебя носило? В ответ, брюнет что-то пробормотал Ли Ноу. Тот кивнул и продолжил уплетать упаковку мармелада. — Эй, Лино, если ты будешь есть столько сладостей, к тебе прибежит Ликси и всё-всё съест. — крикнул сквозь смех Чанбин. Феликс тут же решился отыграть роль назойливого вора. Синеволосый перепрыгнул через обивку серого дивана и подпрыгнул к Минхо. — Я тебе салфеток в рот затолкаю, если тронешь мои мармеладки. — отчеканил темноволосый парень, сжимая в руках упаковку со сладостями. Все едино воскликнули «О-о-о!» и посмотрели на брюнета, что стоял позади кошатника. — А они будут вместе с мармеладом? — посмеялся Феликс и протянул руку. Минхо шлепнул синеволосого юношу по тыльной стороне ладони, а другую руку отвёл назад. В этот момент Хёнджин, игриво улыбнувшись, протянул свои пальцы к сладостям темноволосого парня и вытащил несколько штук из упаковки. — Эй! — крикнул Лино и обернулся, дёрнув руку, сжимающей упаковку вперёд. Феликс тут же подключился и тоже успешно выдернул одну мармеладку. — Вот же придурки! — шикнул парень и сильнее сжал своё сокровище. Хёнджин залился смехом вместе с Феликсом. Засмеялись и остальные, но сразу же умолкли, неловко откашливаясь, чувствуя на себе злой взгляд темноволосого парня. Брюнет и синеволосый переглянулись и второй неловко улыбнулся, пережёвывая сладость. Хван повёл носом в другую сторону, отвлекаясь на других участников группы. "Ладно, так с тобой не поговорить, я понял" — пронеслось в голове Ли. Феликс думал все дни о том, что скорее всего нежный Хёнджин не начнет разговор о том, что происходит между ними. Он метался от ощущения сердца, что тянуло его к брюнету, и к мозгу, что призывал сохранять спокойствие с хладнокровием до последнего. Феликс думал, что будет лучше, если он проявит немного инициативы, но сцена с Минхо стала последней каплей. Ныне синеволосый артист твёрдо решил – ждать Хёнджина, пока тот сам не захочет поговорить… Но, кажется, Хвана ранило последние их уединение… *** Концерт проводился в заряженной и позитивной обстановке. — Фели-и-икс! — визжала одна Стэй с первых рядов, — Ты выглядишь слишком уставшим! Тебе это не к лицу! Парень неловко улыбнулся, — Да, простите, в следующий раз я обязательно буду как новенький! — оправдывался он. — Мы всё равно тебя очень любим! — кричала девушка с восхищением. "Действительно ли я заслуживаю любви, даже когда фанаты видят меня уставшим и помятым? Меня могут любить даже таким?" — Я вас тоже всех люблю! — прокричал Феликс и посмеялся, но в голове было смятение и накатывающая грусть. Парень размышлял, погружая себя в деструктивные мысли, параллельно отвечая другим зрителям с улыбкой на лице. Как вдруг, от наплывавших криков фанатов, у Феликса спёрло дыхание. "Меня разве могут любить за то, какой я есть, или это потому, как я выгляжу, и как могу одеваться?!" Улыбка с веснушчатого лица понемногу стала сползать в серьезное выражение. "Нет, нет, нет!" Бинни, Джи, Лино, Йенни и Минни заметили это раньше, но никто не мог подойти и помочь. Чан исполнял для Стэй кавер, и пусть даже заметил краем глаза, что что-то не так, Хёнджин кивком головы дал лидеру понять, что сейчас он поможет участнику. Брюнет плавно и изящно подошел к задыхающемуся Феликсу, схватил за кисть и уверенно повёл вдоль сцены к кулисам. Тот одной рукой держал микрофон, а другой пытался удержаться за ладонь Хвана. Дыхание становилось более резким и тяжелым, что означало – сейчас он либо задохнется, либо сумеет взять себя в руки. Окружающий его шум давил на мозг, словно змея, удушающая свою жертву. — Соберись, Феликс. — прошептал брюнет и ослабил хватку своей сухой руки. Тотчас он обернулся к зрителям и крикнул что-то воодушевляющее Стэй. Те взревели толпой, высоко поднимая свои лайтстики. "Почему всё такое громкое!" — думал Феликс. Позади подбежал Чан и отвел подальше Ли. — Что с тобой? Будто первый раз на сцене! — протараторил лидер и похлопал друга по спине. "Всё это должно быть игрой. Нельзя показывать себя в худшем состоянии на публике! Что я творю?" — мысленно вразумлял себя парень. Другие мемберы заметались по сцене, привлекая внимание фанатов. Сердце бешено стучало, норовясь выпрыгнуть из груди. Почва под ногами переставала ощущаться под подошвой, а руки и ноги становились ватными. Зрение не могло фокусироваться на чём-то одном, словно на организм подействовал наркотик, полностью дезориентирующий тело. По ощущениям это было похоже на то, как вдоль пустой длинной дороги тускнели фонари один за другим. Они разбивались, звенящие и дребезжащие, пропуская последние потоки электричества в пустоту. Собственный внутренний голос кричал «Ты облажался!» и не успокаивался, будто в припадке он продолжал звенеть в ушах. — Феликс! — крикнул голос неподалёку и растворился. — Ёнбок Ли! —повторился уже различимый тон брюнета. Тот дёргал синеволосого парня за плечи, отведя микрофон от лица в сторону. Обеспокоенные смольные глаза без остановки оглядывали веснушчатое, потерянное лицо. Ли не мог ответить ничего парню напротив, он стоял, сжавшись всем нутром в крошечный ком. — Цыплёнок, я прошу тебя, дыши и приходи в себя, мы не можем больше тянуть время! — крикнул Джинни и нежно притянул юношу к себе. Быстрый ритм сердца Хвана стал проводником в путь реальности для Ликса. Тепло, исходящее от запыхавшегося брюнета и тот самый аромат его парфюма, карамели с травянистой горчинкой и цветочными оттенками. Запах был едва слышен, смешан с потом и костюмом, но Феликс отчётливо его запомнил. Руки, обвивающие слегка дрожащее тело помогли найти связующую нить Ликса с тем, что происходит вокруг. Хёнджин отстранился от синеголового юноши и подбежал к Джисону, который шутил вместе с Чанбином и Чаном. — Наш Ликси не мог не расчувствоваться после такого яркого признания Стэй! — проговорил довольный Квокка, посмеиваясь. — Да, Хан, услышь мы лично такое признание с первых рядов, тоже не удержали бы слёз, согласись. — ответил Чанни. — Вы, двое, обнаглели совсем? Мы ежедневно получаем любовь всех Стэй, постыдились бы! — наигранно буркнул Бинни, вызывая тем самым у публики радостные крики. — Я бы с удовольствием получал их любовь до конца жизни. — улыбнулся Хёнджин и показал сердечко пальцами. — Ну какой подхалим, посмотрите на него, — присоединился Сынмин, — Я тоже хочу любви от наших фанатов! Все рассмеялись в унисон и поблагодарили зрителей за выступление. К последней благодарности и поклону подошел и Феликс, улыбнувшись публике. Под довольные возгласы Стэй, ребята покинули сцену.