The voice is sweet even at night

Синеволосый юноша тарабанил пальцами по столику, покусывая щёки изнутри. Кофейные глаза обеспокоенно метались из стороны в сторону. Часы над дверью щёлкали, отсчитывая каждую минуту, когда придут остальные участники, чтобы обсудить произошедшее на недавнем концерте. "И чего они так долго там обсуждают со стаффом?" — думал парень. Голова откинулась на спинку дивана и взгляд упёрся в потолок. Эхом в комнате разносился дребезжащий звук лампочки, спрятанной под узорчатым плафоном белого цвета. "Напоминает больницу" — промелькнуло в голове. раздался гомот за дверью и быстрые шаги нескольких пар ног. Первым зашёл Бинни. — Вы там чего так долго? — нетерпеливо замычал Феликс. — Мы обсуждали ближайший вылет через четыре дня, пока ты тут бездельничал. — выдал Чанбин и упал на диван. В комнату вошли остальные участники о чем-то переговариваясь. — Ребят, может пойдём поедим? Я голо-одный! — взвыл Двэкки. Йенни и Лино поддержали крепкого парня, остальные начали отпускать шутки в сторону Чанбина, чей желудок сравним с черной дырой. За всё это время Феликс почти ничего не говорил, только приподнялся с дивана и оглянул всех. — Ёнбок-и, можно тебя на пару слов? — выпросительно произнёс лидер группы и осторожно взял юношу под локоть. Тот лишь кивнул, отходя вместе с шатеном. — А ну стоять! — прикрикнул Сынмин, — Давайте без секретов. Говорите тут, мы послушаем. Чан выгнул одну бровь, глядя на Минни, затем перевёл взгляд на Ликса и прокашлялся. — Хорошо. — Вы же хотели обсудить концерт? — уточнил Квокка, поправляя причёску под кепкой. Лидер кивнул и посмотрел на Феликса. — А, что ж, ладно, — утвердительно пробубнил Ли и продолжил, — Я немного перенервничал на сцене, не знаю, из-за переутомления или ещё чего-то, но такое впервые, спустя столько времени наших выступлений. — Вот и я удивился, — отвечает Чан, — Мы давно выступаем, всегда всё было хорошо, а тут тревога. — Х-хен, я тоже нервничаю часто... — неуверенно произнёс Ай Эн. — У меня часто такое, но я в принципе тот чувак с тревожкой, вы же помните. — отшутился Хан. — Я просто... — замялся макнэ. Участники терпеливо ждали продолжения, глядя на паренька. Тот оглядел всех, расправил плечи и глубоко вдохнул. — После выступления в 2021 году, когда я ошибся...я больше не чувствую себя настолько уверенным. И меня иногда охватывает паника, незадолго до выхода на сцену, и на протяжении некоторого времени когда мы выступаем. — Ох, Йенни... — выдохнул Хёнджин с ноткой сочувствия в голосе. Чан подошёл к макнэ и обнял, — Я же тебе тогда сказал, что всё хорошо, слышишь? Такое случается, но ты не стал от этого хуже. Ты много работаешь и вкладываешься в наше общее дело, ты огромный молодец, Лисёнок. — ласково объяснил лидер, поглаживая младшего участника по лопаткам. — Ну ладно Ай Эн, а ты, Ликси, почему запаниковал? — спросил Минхо. "Потому что я чувствую, что схожу с ума!" — Просто усталость. Да и к тому же, начало тура после камбэка и я... — Мы все устали, Ликси, — перебил главный вокалист, — Только у нас не бывает такого, как у тебя. "Они серьёзно сейчас на меня накидываются из-за панической атаки на сцене впервые за долгое время? Серьезно?!" — думал Ликси и сжимал кулаки у себя за спиной. — Хен, я думаю, что могу помочь ребятам с этим, — вызвался Джисон, облокотившись локтём на плечо Феликса, — Я однажды наткнулся на видео, где рассказывают про дыхательные упражнения и то, как нужно перестроить свое внимание с тревоги и стресса на что-то материальное. — М, хорошо, — кивнул Чан и мягко отстранился от макнэ, — Тогда давай так и поступим. *** Вернувшись поздно вечером из главного здания компании все стали расходиться по своим комнатам. Феликс посмотрел украдкой на Хвана, который уходил вслед за Сынмином в комнату вокалиста. "Эти придурки снова как одно целое, как мило" — подчеркнул синеволосый юноша. — Аж тошно. — буркнул он и ушёл к себе. тем временем, комната Ким Сынмина. — Так о чём ты там хотел поговорить? — скучающе выдохнул брюнет и сложил перед собой руки, опираясь на дверь спиной. Минни неуклюже почесал затылок, присаживаясь на кровать. — Я не понимаю, чем тебя так разозлил во время трансляции? — Потому что ты постоянно, — прикрикнул Хван, но осёкся, после чего проговорил на несколько тонов тише, — Ты всё время говоришь и говоришь. — Ты на меня злишься из-за того, что я много говорю? Ты больной? — с каменным выражением лица спросил Ким. — Не совсем. Я просто... Давай так, я не знаю, как это объяснить. Просто в тот момент ты меня разозлил и всё. Извини. — опуская плечи ответил брюнет, — Я чувствую ненависть со стороны Ёнбока, мне от этого не по себе. Я будто чувствую, как он ненавидит меня, злится...и я это впитываю, словно губка. — Ты-ы-ы... Уверен, что он ненавидит тебя? — уточнил вокалист, подойдя к брюнету. — По нему видно, Минни! Или только я один это замечаю? — буркнул Хван и погряз в апатии. Медноволосый парень усмехнулся, — Возможно. Но я не стану говорить, что ты навязываешь себе свои чувства. Всему есть место быть, Джинни. Хочешь, я поговорю с ним? — Нет, боже, не надо, — воскликнул Хёнджин, — Это сделает ситуацию ещё хуже! — Ладно-ладно, не буду, — ответил вокалист, кладя ладонь на плечо другу, — Ты сам поговоришь с ним. Хёнджин состроил злую гримасу и надул губы, сморщив нос. — Придётся, Джинни, у нас только тур начался, а вы уже в ссоре непонятно из-за чего. — убеждал Сынмин. — Не буду. Он явно дал понять, что не хочет этого. Что я ему не нужен. — В каком это смысле не нужен? — переспросил Ким, — Разве не ты кинулся его утешать на концерте? — Во время выступления я просто беспокоился за него. Уже давно никто из нас не вёл себя так, как цыплёнок. Но, кажется, даже после этого он ничего не смог понять или почувствовать. До этого я тоже пытался ему показать, что чувствую, но он и тогда не понимал. Феликсу это не нужно. Я ему не нужен. — Ты ведь ему просто говорил, да? — неуверенно произнёс вокалист. Хван смутился. — Ну-у-у...почти? — ответил брюнет и вжался в себя, смотря снизу вверх на своего друга, хитро улыбаясь. — Ясно, дурак, — рассмеялся Сынмин и отошёл на пару шагов, — Ты же знаешь нашего маленького австралийца с синей головой! С чего ты вообще решил, что какие-либо действия, вместо того, чтобы произносить слова с помощью рта – это рабочие варианты? — Да ну тебя! Будто сам умеешь кому-то говорить о том, что чувствуешь! — обиженно зазвучал брюнет. — Да, умею, — хихикнул Сынмин с милой улыбкой на лице, — Я тебя люблю, Хёнджин. Румянец вспыхнул на щеках Хвана, тот резко поднял глаза и округлил от услышанного. Вокалист, увидев реакцию своего лучшего друга, рассмеялся в голос. — Видишь, это не так сложно бывает, бери с меня пример! — Погоди, ты только что... — зашептал Хёнджин, прищуривая глаза. — Я показал это на примере. — подмигнул Ким и повернулся к кровати. — Минни! Не делай так больше. Это слишком убедительно было. — крикнул Джинни и вышел из комнаты, ощущая неловкость. — И тебе сладких снов, друг. — выдохнул Сынмин и лёг спать. Хёнджин вернулся к себе в комнату и еле слышно хлопнул дверью. Ткнув на кнопку включения лампочки, угол комнаты озарил тёплый свет. Брюнет сел на кресло, расслабившись. Мысль одна за другой, словно состав поезда, проносились в голове парня. Тот был смущён, удивлён и ощущал накатывающую его усталость. Подобные откровенные разговоры с Сынмином помогали Хёнджину не чувствовать переизбыток влюблённости по отношению к Феликсу. Спустя пару лет после дебюта брюнет хотел быть ближе к низкоголосому юноше, но настолько сильно стеснялся своих чувств, считая их неправильными, что решился зарыть их глубоко в себе. Хёнджин часто мог ломать себе голову, чтобы понять, как правильнее поступить с самим собой и потом уже с Феликсом. Иногда Хёнджин чувствовал себя ребёнком, когда проводил время в компании объекта своего обожания, но мысленно пытался себя оградить от глубоких чувств. "И зачем я его поцеловал тогда?" — думал брюнет, тяжело выпуская воздух из приоткрытого рта. "Если бы я не сделал этого, было бы намного проще...Он бы не стал меня ненавидеть." — расстраивал себя Хван. В ту же секунду он вспомнил улыбку Ликса перед концертом, когда те поиздевались над Лино, похитив его сладости. Брюнет моментально покраснел: — Господи! Я не понимаю, что мне делать! Иногда Ёнбок похож на ослепляющее солнце, но эта чёртова звёздочка иногда может сильно обжечь... — бубнил брюнет, — И каждой улыбкой вгоняет меня в краску. Придурок. Разговоры Хвана с самим собой в комнате заставили его быть тише. Парень оглянул комнату и хлопнул себя ладонью по лицу. "Я схожу с ума, определённо." — заключил он и лёг на кровать. Каждая мысль юноши заставляла мычать его в подушку, словно влюблённого подростка. После разговора с главным вокалистом Хёнджин стал сильнее задумываться о том, чтобы грамотно рассказать Феликсу о своих чувствах. Но каждый раз, когда брюнет представлял себе сцену их диалога, фантазия уходила куда-то не туда... Пропустив очередную похотливую мысль Хёнджин почувствовал напряжение внизу живота. Рука сама по себе потянулась к штанам, пуговица которых уже была расстёгнута. Хван чувствовал смущение, но не мог остановиться, поскольку его мысли были уже далеко не в омуте романтики. Тонкие пальцы массировали вытянувшийся орган во всю длину, пока в голове воображение играло разными красками. Благодаря воспоминаниям о поцелуе, брюнет мог сфокусироваться на определенных вещах, не упуская ни одной возможности детально представлять образ Ли. Понемногу наращивая темп, юноша регулярно стал сбиваться в дыхании, ощущая тепло по всему телу. Рука двигалась быстрее, пока Хван чуть ли не стал задыхаться от наплывающего наслаждения. Спустя некоторое время парень зашуршал салфетками, приводя себя в чувства. "Зачем я это сделал..." — пронеслось в его голове, когда он выбрасывал все улики в мусорное ведро под столом. Упав на кровать, парень почувствовал некое облегчение и опустошение. "Надеюсь, что все спят сейчас, и никто не проходил мимо моей двери, иначе я сам себе салфетки в рот затолкаю..." — подумал Хван и погрузился в сон. *** Следующим днём участники занимались своими делами. Собирали вещи для перелёта, виделись со своими семьями и в целом старались отдохнуть перед поездкой и последующими выступлениями. Юный Ли решил прогуляться перед отъездом и вышел в парк, где повстречал бывшего участника их группы. Парк был уютным и тихим местом, где можно было забыть о проблемах и наслаждаться свежим воздухом. Парень шел по дорожкам, которые были усыпаны яркими листьями и цветами. Вокруг были высокие деревья, которые создавали особую атмосферу. Остановившись у пруда, он наслаждался видом на блестящую воду, на которой плавали утки и лебеди. Кряканье уток и грациозность белых птиц создавали ощущение жизни внутри господства людей. Продолжая свою прогулку, Ликс подошел к той самой скамейке, где можно было отдохнуть. Сидя на скамье, он закрыл глаза, чтобы насладиться тишиной и спокойствием. Вдыхая свежий осенний воздух, синеволосый парень чувствовал, как напряжение понемногу уходит из его тела и души. Феликс размышлял над последним разговором с Уджином. Что один, что другой, носят маски, чтобы их не осудили за прошлое, либо за то, что они не хотят демонстрировать свое лицо на всеобщее обозрение. Обе причины имеют место быть, потому что маска создает чувство безопасности и комфорта. Ли открыл сайт со своим аккаунтом озвучки. "Что-то давно аноним не писал мне" — подумал Феликс, открывая вкладку с тем пугающем диалогом. «Аккаунт удален по желанию владельца» — прочел парень, глядя на экран смартфона. — Неужели? —выпалил он и продолжил, — Недоумок вдруг обрел разум? "Но почему ты удалил его?" — спросил про себя синеволосый рэпер. Он размышлял: с одной стороны это хорошо, потому что больше не будет сообщений, от присутствия которых сердце в страхе замирает, но с другой…Почему именно сейчас, и что будет дальше? Вдруг он всем сообщит о деятельности Ликса, и его выгонят. Что если шантаж и вся эта нервотрепка не остановила анонима, и он все равно сделает то, что задумал? Феликса волновало множество мыслей на этот счет, но он решил, что, возможно, удаленный аккаунт – это повод для хоть какого-то спокойствия? *** Вернувшись домой уже поздним вечером, Феликс видит некоторых ребят в общей комнате. Сынмин и Хёнджин что-то весело обсуждают между собой, Джи и Лино пытаются играть в настольную игру, соперничая друг с другом. — Это была моя улица! — завопил Хан. — Уже нет, белка, — усмехнулся Минхо и бросил кубики на карту. Ли сел неподалёку от старшего участника и положил голову на плечо. — Долго ты гулял, Ликси, — проговорил темноволосый парень, — Всё нормально? Ликс коротко кивнул, внимательно наблюдая за игрой этих двоих. — А где остальные? — выдыхая спросил синеволосый юноша. Глаза устало перекатывались, следя за движениями рук Хана и Минхо. — Спать уже ушли. Решили, что отмечать начало тура сидя за настолками и алкоголем – плохая идея. — спокойно рассуждал Хен. — Да сколько можно! — крикнул Джисон, потерявший уже несколько зданий в игре. — Ты просто играешь плохо, не везет тебе. — улыбался Минни. — Вы сидели ворковали? Вот и сидите. — огрызнулся квокка и нервно почесал свою щечку. Хёнджин практически не говорил с остальными, кроме главного вокалиста. "Раздражает" — пронеслось в мыслях Ли. — Я больше не играю! — прорычал Хан и схватился за свою бутылку соджу. Ли Ноу протянул закрытую зеленую бутылку Ликсу. Тот взял её в руки, чувствуя холод и конденсат на бутылке спиртного. — Выпьем за начало тура! — уверенно произнес кот. На острых чертах лица виднелся румянец. Танцора поддержали остальные участники, включая Феликса. Каждый сделал по глотку напитка, который обжёг рот и глотку, попутно согревая всё нутро. — А лидер нам не даст втык за распитие? — спрашивает Ликс. Четверо замотали головами. — Нет, он потому и пошел спать, в общем-то, — проговорил Джи, — Сказал, что мы можем отдохнуть перед началом трудной работы. — А чья идея была выпить? — поинтересовался синеволосый юноша, подальше отставляя свою бутылку. — Моя-я-я! — пропел Лино, искренне улыбаясь. — Кажется я понял кто будет алкоголиком потом. — отшутился внезапно вклинившийся в диалог брюнет. Периодически Феликс смотрел на главного вижуала группы, чувствуя покраснение на щеках. Тот сидел в свободной футболке бурого цвета и таких же свободных шортах этого же цвета. На левом запястье был вязанный браслет, который парень иногда трепал или крутил вокруг запястья. Ликс не мог оторвать своего взгляда, когда Хван улыбался или смеялся. Ямочки возле рта заставляли сжаться Ли внутри полностью. Ему тайно хотелось скомкать себя изнутри и выброситься подальше, потому как ямочки и родинка на нижнем веке брюнета разрезали по кусочкам душу Феликса от умиления и восхищения. В комнате царила спокойная и дружелюбная атмосфера. Ребята подкалывали друг друга и общались на нейтральные темы, пока диалог не начинал подходить к бессмысленным фразам. — Может сыграем во что-то? — проявил инициативу краснощекий вокалист, обнимая за шею опьяневшего Хвана. — Опять в монополию я играть не стану ни с кем! — буркнул квокка и скрестил руки на груди. В одночасье по комнате прошелся групповой смешок. — Я предлагаю в бутылочку поиграть. — улыбался Ким. — Мы что, дети какие-то? — пробормотал Феликс. — Ну, по сути, да. Наша группа буквально так и называется, чувак… — прошептал Хан. Четверо участников усмехнулись с такого каламбура. — Ну так что? — спросил Сынмин, кладя пустую бутылку из-под соджу в центр дружеского круга. Темноволосый парень встал, пошатываясь, — Вы – четверо извращенцев и дураков я не буду участвовать в этой подростковой игре, всем доброй ночи. — посмеиваясь проговорил Лино и ушел в свою комнату. — Ладно, значит без Хена. — печально выдохнул Хан. — Джи, не расстраивайся, еще будет время его поцеловать, — рассмеялся Сынмин. Тот хотел было что-то сказать, но вместо этого уткнулся лбом в плечо Феликса. — Кажется, этому тоже пора. — утвердительно пояснил Ли и улыбнулся, глядя на макушку друга. Синеволосый юноша аккуратно взял за плечи Джи и стал поднимать, перенимая на себя вес друга. — Я, кажется, сейчас… — вокалист не успел договорить, приложил ладонь ко рту и побежал в сторону уборной. "Ясно, видимо, потащу его один" — прояснил про себя Феликс. Он перехватил руку Джисона через свое плечо и пошел в сторону комнаты друга. Внезапно вес квокки стал в разы легче. Ликс посмотрел направо и увидел Хёнджина, который перекинул вторую руку Хана через себя. Без слов они довели молодого рэпера до его кровати и кинули на пружинистую поверхность. — О, Боги! — прошипел Хван, выпрямляясь. Феликс схватился за поясницу, — У него что, одни только щёки столько весят, что он настолько тяжелый? Боже, за что… Хван, не зная, что еще можно добавить к замечанию веснушчатого юноши, повернулся к двери и молча пошел к ней. — Стой, — шикнул Ликс, хватая брюнета за запястье, — Почему ты всячески меня игнорируешь? Неужели ты так обиделся из-за нашего последнего разговора? Джинни одёрнул руку друга и посмотрел в его сторону. — С чего бы мне сейчас тебя слушать? Раньше ты не хотел, так почему я теперь должен? — Ясно. А в те моменты ты был более мягок и любезен, даже целоваться лез, занятно. — остро съязвил синеволосый парень и поднял подбородок, пытаясь выглядеть как можно высокомернее. "Зачем я это сказал?!" — Вопрос остаётся тем же, Феликс. — холодно отрезал Хван. — Тогда ты поступил эгоистично, — обиженно тараторил Ликс, — Я хотел спокойно обсудить всё и поговорить на частоту адекватно, но ты поступал в соответствии лишь своих побуждений! У меня был к тебе серьёзный разговор, а ты все испортил тем, что поступал по-своему, даже не спросив ни о чём меня! Феликс не видел выражения лица брюнета, лишь темный силуэт, что склонил голову, оставшись в том же положении рук и ног. После некоторого молчания и напряженного дыхания Ликса, юноша ответил: — Я и подумать не мог, что ты принимаешь меня за человека, который будет целовать кого-то просто так, не имея каких-либо чувств. Видимо, в твоих глазах я…пустышка? Парень, который может трогать, целовать, заниматься сексом без эмоций и всего остального, — сделав короткую паузу, он продолжил, — Ладно, я тебя понял. Извини за то, что сделал тогда. Мне жаль. После разрушающей абсолютно всё речи Хёнджина, тот вышел из комнаты, оставляя Феликса наедине с темнотой комнаты и сопением Джисона. Юный Ли почувствовал, что в груди что-то треснуло, ноюще растянулось вдоль туловища и защипало. Парень продолжал смотреть в ту точку, где только что стоял Джинни. Дверной косяк вырезался из тьмы черными линиями, вырисовывая еле заметный блеск дверной ручки. Феликс не был разбит полностью, он лишь чувствовал ту самую рану, с которой не мог себе помочь справиться. Он не мог наладить дыхание, что каждую секунду сбивалось; не мог унять дрожь в руках. На веснушках показались мокрые следы от скатывающихся слёз. Сам того не осознавая, юноша стал плакать, но взгляд ощущался пустым, кофейные глаза не метались из стороны в сторону, лишь раздраженно реагировали на капли печали в глазах, от чего смыкались каждые полминуты. Парень был частично рад, что никто его не видит и не слышит, что он может дать волю тем эмоциям, которые скрывались так глубоко, взвывали внутри, желая выбраться наружу. Никто не видит его слёз, не слышит тяжелых всхлипываний и попыток проглотить ком в горле. "Это я все разрушил…идиот" — подумал Феликс и вытер очередной поток слёз. Взглянув в сторону Джисона, он услышал лишь сонное бормотание и отчетливый запах перегара. Вдохнув побольше воздуха, синеволосый парень молча выходит из комнаты, возвращаясь в свою. *** "Мы даже за все эти несколько дней ни разу не поговорили на тривиальные темы, только что-то по поводу тура" — думал Феликс, глядя на Хёнджина, что сидел неподалёку в гримёрке. — Вы поссорились? — спросил Минни, тихо подобравшись к веснушчатому скучающему лицу. — Можно и так сказать. — выдохнул Феликс. — Я могу чем-то помочь? — продолжал наступать вокалист. — Нет, Минни, не можешь. Ну, если только сотрёшь мне и Джинни память. — отшутился синеволосый юноша. Ким усмехнулся, глядя на Хвана. — Ты прав… — помедлил он, — Но я могу поговорить с ним? — Не стоит. — коротко ответил Ликс. — Просто остальные тоже заметили ваше отношение друг к другу. Смотрите, чтобы это не стало проблемой. — улыбнулся лучезарно Минни и ушел к своему столику. "Это уже стало проблемой, для обоих" — отметил мысленно юноша и тяжело вздохнул. несколько часов до концерта. Участники тренировались, отрабатывая определенные элементы танца, каждый выкладывался по полной, ориентируясь друг на друга. Хёнджин стал агрессивнее в своем танце, вокальных партиях, и, заметно требовательнее к Феликсу, от чего удивлял других ребят своим поведением. — В твоей партии не эти слова начинаются, Ёнбок! — проговорил Хван. На подобное высказывание Феликс молча кивнул и исправился. — Нет, интонация не та. Мы должны помнить текст как свои пять пальцев. И прекрати постоянно перебрасываться с Бином шутками, это отвлекает! — поправил снова брюнет. — Прекрати его поправлять вечно! —вступился Чан, после чего, обратился к Феликсу, — Продолжай, все получится, не нервничай. Вы ведь прорабатывали дыхательные техники с Ханом? На что Феликс снова молча кивнул. Началась танцевальная разминка, на которой поначалу все было гладко, но назойливый брюнет решил снова указать на возможную ошибку синеволосого парня. Хёнджин вплотную подошел к Ликсу и слегка толкнул его, дернув за плечо, — Ты почему вступаешь раньше? Это сбивает общий ритм, ты всех подставишь на сцене! — Эй! — крикнул Чан вместе с Бином. — Вы совсем что-ли? Хёнджин, ты решил сорвать концерт? — рыкнул Бинни, от чего все не решились что-либо сказать. — Он сейчас все хорошо сделал. —проговорил Лино. Группа окружила двух поссорившихся участников. Хёнджин шикнул и поплёлся за водой. — Ты можешь объяснить, что между вами произошло? — спросил требовательно Чан, параллельно давая указание софитам рукой, что все нормально. — Наш менеджер тут под боком, если мы сорвем концерт, нам всем пи… — затараторил Джисон, но его вовремя остановил Чонин, прикрыв рот своей ладонью. — Мы все уладим, простите, ребят, — объяснялся Феликс, чувствуя давление таращихся на него друзей. Участники синхронно кивнули и приступили к последним минутам тренировки, которая в последствии прошла хорошо. Оставшееся время, парни энергично отрывались на концерте, стараясь не давать негативным мыслям окутать их позитивную атмосферу. Ликс игнорировал чересчур экспрессивное поведение Хёнджина, как и остальные участники группы. *** — Ну как ты после сегодняшнего? — устало спрашивает лидер, осторожно присев на диванчик возле синеволосого юноши. — Вроде нормально. Но о-о-очень устал. —отвечает Ликси. — Как и мы все, дружище, — хихикает Чан, хлопая участника по плечу. Последующие минуты Ликси наблюдал за Минхо и Йенни, которые игриво пытались отнять снеки у лидера. Хан подкидывал шутки в их сторону, сидя сбоку. Самым спокойным временем считаются моменты после выступлений, когда все выложились по полной, кто-то может нести бред от усталости, кто-то спит, где приходится, кто-то смеется и чатится со Стэй через определенное приложение. Феликс же вымотано смотрел на других и забрасывал свой мозг потоком разных мыслей, пока ждал Бинни, Минни и Хёнджина, которые должны были принести нормальной еды. уведомление на телефоне Сынмина. Феликс схватил смартфон друга. — Ха! Обои с щеночком Минни, правда? — усмехнулся парень, глядя на экран. В порыве любопытства и желании подшутить над другом, Ликс решает разблокировать телефон и посмотреть на то, чем может заниматься вокалист. — Чего ты это тут делаешь? — заинтересованно спросил квокка, поворачиваясь к другу. Увидя телефон Кима, тот сразу же предлагает глупую авантюру: поставить будильник посреди ночи с каким-то громким и пугающим звуком. Не придумав ничего оригинальнее, Феликс соглашается с Джисоном и листает вкладки с приложениями, в поисках часов. Пролистывая третий раз, Ликс краем глаза замечает приложение, которое было и у него самого. "Быть того не может…" — думает он и осторожно открывает определенную вкладку. «Ваш аккаунт удален. Вы можете восстановить на протяжении месяца для дальнейшего использования наших услуг. Вы можете создать новую учетную запись, в таком случае, все подписки на авторов и диалоги не будут сохранены.» — высветилось в окошке приложения. — Всё… это время… это был Сынмин? — прошептал дрожащим голосом Феликс, глядя на экран. Парень не верил своим глазам. Совпадение не могло быть настолько очевидным. Синеволосый юноша тут же стал вспоминать все сообщения анонима, чтобы сопоставить их с главным вокалистом. "Этого не может быть… Это просто невозможно!" — кричал он внутри себя. — Чувак, ты чего… — прошептал Хан, приблизившись чуть ближе к лицу с веснушками, чтобы не быть слишком громким. Джи медленно берет в свои руки телефон Сынмина и читает содержимое. Через несколько секунд осознания и воспоминаний о том, что ему рассказывал Феликс перед туром. — Это… и есть аноним? — вопросительно шепнул он. Ликс не дал ответа. Внутри все снова и снова разбивалось на кусочки. Истина была так рядом, буквально под носом, и словно насмехалась над ужасами, с которыми боролся Феликс изо дня в день, вгоняя себя в паранойю. — Чёртов Сынмин! — во весь голос крикнул Хан, вскочивший с дивана. — Что опять случилось? — спросил Ким, который под стать времени вернулся в гримёрку с едой в руках. *** На лице Минни была улыбка несколько секунд, пока он не вошел к ребятам с остальными участниками. Из-за плеча вокалиста показались головы Чанбина и Хёнджина. — А почему ты кричишь? — спросили они одновременно. Хан срывается со своего места и подлетает вплотную к вокалисту: — Ты чёртов ублюдок, который издевался над Феликсом, а тут вдруг что-то понял и решил быстренько убрать за собой хвосты?! Ты – говнюк, ты даже представить себе не можешь, через что он прошел, чтобы сохранять спокойствие все это время! Думаешь, что, удалив аккаунт на этом долбанном сайте, избавишься от последствий? Нет, идиот, это не так работает! — кричал без остановки Джисон. Феликс подбежал к другу, хватая его за плечи и оттаскивая. На лбу Джисона выступила испарина и виднелись вздувшиеся вены на висках. — Джи, пожалуйста, молчи. — вскользь шепнул Феликс в ухо Хану, но тот, будто завороженный, не услышал его. — Ты думал, что если Ёнбок озвучивает порнуху, то его теперь можно этим шантажировать для своих эгоистичных, маниакальных целях? У меня для тебя новость, Ким Сынмин, он уже не будет этим заниматься, и мы сделаем всё, чтобы это никогда не всплыло! А ты мог бы и поговорить об этом с ним, а не создавать из этого ебучий цирк! Как ты вообще посмел? Что он плохого тебе сделал? Или это из зависти, а? Скажи мне! — кричал Хан, брызжа слюной. Йенни, услышав тайну Феликса, рванул к двери, возле которой мог быть стафф и менеджер. Макнэ хлопнул дверью, прижимаясь к ней всем телом, в надежде на то, что никто из руководства не услышал крик участника.