***
Когда огонь сойдет с небес в предсмертном хоре,
А ветер шепотом опалит листья лавровых ветвей,
Покроется летучим пеплом некогда златое поле,
Уйдет от берега вода кипящих волн морей,
Тогда, под оглушившие потухший разум звуки света,
В обредшие теперь способность понимать слова умы
Придет последняя, быть может, самая банальная мысля,
Что можно жизнь прожить — и не прожить ни дня,
И что прожить, не жив свою же жизнь, нельзя.