Убить офицера Ли.

      Новое утро нового дня. Удивляться тут нечему. Обычная суббота перед заслуженным выходным, который, как ни странно, у офицера Ли единственный в неделю - воскресенье. В этот день он обычно остаётся дома, но если приятели с работы зовут развеяться, то иногда можно себе позволить и выпить чутка в приятной компании. Минхо просыпается от приятного тепла в районе шеи и шума мелкого дождя за окном. Мелкие капли барабанят по прозрачному стеклу, стекая вниз тонкими прерывистыми струйками. Навевает лёгкой осенней тоской и одиночеством. Хотя, если так подумать, то можно и самому себе устроить уютную атмосферу: приготовить кофе, укутаться в тёплый плед и включить любимый фильм. Глаза медленно неохотно распахиваются, и взору предстаёт светлая макушка, лежащая на предплечье. Спящий уткнулся лицом в чужую ключицу, рука его свободно расположилась на талии офицера, слегка сжимая тонкую ткань футболки в кулачок. Улыбка тотчас же озарила мужчину, а в груди вдруг стало неимоверно горячо от нахлынувших чувств, что уже чуть ли не текли через край. — Хан-а…– очень тихо произносит парень, не желая разбудить эту сладко сопящую белку, и кончиками пальцев касается мягких волос на затылке.– Ну и глупыш же ты… Ли не понимал, что с ним происходит. Скорее не хотел понимать и верить в это. С каждым часом, проведённым в компании Джисона, он всё чаще замечал за собой это непонятное чувство, но оно не является негативным. Наоборот, это чувство окрыляет, дарит энергию и жизненные силы, наполняя человека новыми эмоциями и впечатлениями. Словно бутылка холодной воды в бескрайней пустыне. Симпатия? Этого офицер Ли боится больше всего. Он убеждён, что из-за его специфической работы какие-либо отношения пойдут по наклонной и в итоге ничего хорошего из этого не выйдет – лишь впустую потерянное время и ужасная ноющая дыра в сердце после расставания. Любить взаимно для него казалось невозможным. Либо любит он, либо его. Всегда так было. Сейчас, кажется, история повторяется. Если даже ему нравится Джисон, то испытывает ли Джисон тоже самое? Парнишка на одну ночь - это также не их вариант. Минхо всегда мечтал о крепких и здоровых отношениях, где оба партнёра уважают друг друга, заботятся и горячо любят, так что такие короткие встречи, где в основном главную роль играет секс без обязательств, он и не думает устраивать. Минхо, пролежав так в размышлениях ещё добрые минуты три, окончательно просыпается и аккуратно встаёт с кровати. Ему приходится делать это очень медленно, перекладывая тяжёлые конечности юноши с себя на кровать, чтобы Джисон не проснулся раньше времени от возьни рядом. Он, бедный, итак сейчас будет мучаться от головных болей, так что пусть ещё поспит в прекрасном небытие, посмотрит свой сон, а Ли нужно уже собираться на работу. Дело об убийстве Джэвона ждать не будет. Мужчина выходит из комнаты, прикрывая за собой скрипучую дверь, и начинает свою утреннюю рутину: привести лицо и волосы в более менее презентабельный для полицейского вид, позавтракать и одеться. Конечно, второй пункт ему редко когда удаётся осуществить, но в таком случае всегда забегает в кафе в середине смены и берёт американо с клубничным или вишнёвым тартом и снова возвращается в офис. Минхо заходит обратно в спальню, чтобы переодеться в свою рабочую одежду и не может не умилиться такому виду. Хан до сих пор крепко спит, пуская слюни на подушку, но теперь укрывшись в одеяло с головой, оставляя небольшую дырочку для носа и глаз, чтобы не задохнуться под толстым слоем ткани. Ну что за чудо? Ну просто Спящая красавица в мужском обличии. — Я скоро вернусь.– присев на корточки напротив лица Сона, произносит Ли и уходит на работу, оставив прощальный поцелуй на его виске.

***

      Джисон нерадиво поднимает свои тяжеленные веки, и в голову словно электрическим разрядом бьёт со всей дури, давит отовсюду. Он щурится и изо всех сил старается встать с кровати, хватаясь пальцами за ноющие виски. Юноша оглядывается по сторонам в поисках своего телефона. Найдя его на прикроватной тумбочке, он смотрит на время, силясь разглядеть цифры на столь ярком и плывущем экране, и ужасается. Уже за полдень. Пары начались более 3 часов назад, а, значит, идти на них смысла нет. Всё равно скоро заканчиваются уже. В KakaoTalk за утро пришла ожидаемая куча сообщений от Чонина. Джисон, прочитав все смс, принялся печатать ответ другу, по совершенной случайности сидящему в этот момент в сети. Домовёнок: Ты спишь? Домовёнок: Ты умер? Домовёнок: Я думаю, ты уже не придёшь так? Домовёнок: Скажу, что ты заболел -_- Домовёнок: Кстати, кто тот красивый мужчина, который приезжал за тобой? Домовёнок: Не познакомишь?

Идмот! Иди нахуй

Домовёнок: Ты сейчас у него, да?

У мен башка раскалывпетсч Всё пока

Домовёнок: Эх.. сливаешься:( Домовёнок: Я уж думал у тебя кавалер появился Домовёнок: Я в любом случае был бы рад за тебя Конечно, Хан игнорирует последние 3 сообщения, назло оставляя лишь пометку "прочитано". Благо он может себе это позволить. Вот эти глупые вопросы и шуточки сейчас совершенно некстати. Джи сразу решил, что будет избегать их и отшучиваться до последнего, пока у Чонина не лопнет терпение или башка. Они, конечно, друзья, но необязательно же всё друг другу рассказывать. О чём-то можно и умолчать. Джисон неспешно поднимается с постели, неуклюже встаёт и, пошатываясь, идёт к двери тяжёлыми шагами. Тело ощущалось очень увесистым, словно сделано из металла, килограмм так 200. Перед глазами хаотично заплясали тысячу и одна звезда, быстро загораясь и вновь потухая, они замылили весь обзор. Мозг будто бы сжало со всех сторон бетонными блоками, а череп и вовсе треснул от высокого давления. Юноша в очередной раз задумывается о том, что больше никогда в жизни ни одна капля алкоголя не побывает у него во рту. Забредя кое-как на кухню, первое, что попалось на глаза - это стакан воды, 2 капсульные таблетки и небольшая записочка в форме звёздочки, приклеенными на поверхность стола. «Я постараюсь вернуться к 8. Веди себя хорошо и покорми Суни, Дуни и Дори после обеда! Если будет сильно плохо, то позвони мне. Целую! >3< » Что это? Что это за "целую"? Что за смайлик в конце? Минхо способен на такие… нежности? От прочитанного в животе вдруг что-то приятно стянуло, защекотало, словно изящные крылья невесомых бабочек ворошатся где-то внутри, танцуют свой неповторимый вальс. Впервые за долгие годы Хану удалось почувствовать это. Почувствовать заботу, даже в таком крохотном её проявлении. Он мгновенно забыл об ужасной головной боли, слабости и отвратительной пустоты в желудке, ведь его переполняли совсем отличные чувства. Впервые ему оставили подобную записку. Парень берёт звезду в руки и долго внимательно рассматривает, а после кладёт в самое надёжное место – под чехол телефона.

***

      Весь день Джисон провёл дома у Минхо: играл с озорником Суни, который больше всех прикипел к нему за эти дни, смотрел глупые тв шоу и даже приготовил что-то наподобие омлета с беконом. Получилось, конечно, не так вкусно, как у Минхо, но тоже хорошо. Навыки какой-никакой готовки передались ему от бабушки. Было время, когда они что-то съестное делали для дедушки, а тот в свою очередь осыпал их бесконечными комплиментами, подмечая улучшение навыков внука. От работы сегодня пришлось отказаться "из-за плохого самочувствия", что отчасти не являлось ложью. После такой весёлой ночки мало кто будет бодрячком бежать на вечернюю смену и с улыбкой до ушей делать какой-нибудь ристретто дотошной белокурой стервочке, норовящей тебя завалить. А после закрытия ещё и убирать столики и пол, мусор выносить. Нет. Лучше остаться дома в тепле и уюте. Хан сидит в гостиной, завернувшись в мягкий плед с принтом маленьких чёрных лапок, и с огромным интересом смотрит какой-то детский сериал на Nickelodeon. Сюжет был абсолютно непонятен и бессмыслен, но оттого-то оно и веселее, разве не так? На его ногах тихо посапывает малыш-Суни, отдавая тепло своего тела Сону. Пушистое чудо – никак иначе. В коридоре вдруг раздался резкий шум, захлопнулась входная дверь и послышалось копошение. Два кота сразу же спрыгнули и помчались на звук, цокая короткими коготками по гладкому кафелю, и только любимчик Суни остался в тёплых руках Хана, что также вышел встречать хозяина. — Привет, Джисони.– произносит старший и, разувшись, подходит к парню ближе. Его холодная ладошка ложится голову рыжего питомца и слегка поглаживает его мягкую шёрстку за ушком, а затем рука перемещается на голову Хана и также совсем легонько треплет. Минхо подмечает для себя, что Хан слишком очарователен в этой домашней мешковатой одежде, которую, к слову, взял из его шкафа. Широкие штаны и огромная футболка делают его таким крошечным, что хочется обнять и никогда не отпускать в этот жестокий мир столь милого мальчишку. — Привет.– смущённо улыбается Джисон, встречаясь с карими глазами офицера, рассматривающими его с ног до головы, и поджимает губы. — Как ты себя чувствуешь?– интересуется Ли, пересекая порог кухни с большим пакетом в руке.– Ты же выпил таблетки, которые я тебе оставил? — Я.. э.. Да, мне уже лучше. Спасибо большое. — Хорошо. Хочешь есть? Я взял нам ужин.– Минхо аккуратно выкладывает еду на стол. В этот момент Суни решил больше не мешаться в этой романтической идиллии и убежал к своим братьям, изящно выпрыгнув из мужских рук. — Конечно. Я с голода умираю.– юноша проводит пару раз круговыми движениями по животу и хмурится, показывая тем самым уровень своей сытости, который был почти на нуле, несмотря на не так давно съеденную пачку чипсов. — Я купил кимбап с лососем. Тебе же нравится кимбап?– продолжает добивать своей приторной заботой старший, вытаскивая роллы из пластикового контейнера. Казалось бы, в этих вопросах вообще нет ничего удивительного или того, над чем можно всерьёз поразмыслить и принять за флирт. Обычный вопрос для человека, который собирается приготовить тебе ужин. Но то, как Минхо задаёт их. В его голосе и интонации чувствуется забота и беспокойство. Ни единого намёка на безразличие и холодность. Либо же просто медленно и уверенно у него едет крыша, что отрицать он также не может. Не каждый сумасшедший признает, что он сошёл с ума. — Да… мне нравится…– с запозданием, но всё же ответ поступил, хотя и очень многозначительный.– Мне нравится кимбап. — А мне нравишься ты. Джисон замирает в немом шоке, боясь даже пошевелиться, не то, что глянуть на него. Он, даже не смотря на мужчину, видит его ухмылочку. Кажется, ему послышалось. Офицер Ли никогда бы не сказал подобного. Или сказал бы? Как же неловко. — Что? — Что?– Минхо по-доброму смеётся и отмахивается, а-ля "забей, не так важно". Но нет, это очень важно. Хотя бы для Джисона. Ужин вышел неплохой, достаточно сытный и вкусный. Конечно, это не сравнится с едой приготовленной самим Ли, но увы сегодня отведать её не получилось. Парень уверен, если не офицером полиции, то Минхо мог бы стать прекрасным шеф-поваром в ресторане со всеми 3 звёздами Мишлен. Чтобы хоть где-то быть полезным в этом доме и как-то отплатить за бесплатное жильё, Джисон решил убрать со стола и помыть посуду, пока Ли сходит освежиться в душ и сменит одежду на пижаму. Хорошо вымыв всю посуду, Хан вытирает её от воды сухой тряпочкой и кладёт в шкафчик. Он старается не нарушать порядков и правил квартиры, наблюдая и повторяя все действия за хозяином. Джисон возвращается в гостиную и видит Минхо, сидящего напротив телевизора с полотенцем на плечах. Мужчина был без футболки, показывая себя со всей своей накачанной красе, лишь в одних мешковатых штанах, и то еле держащихся на бёдрах. Да уж, чертовски горяч. Он лениво вытирал свои влажные волосы, листая тв-каналы. Один сменялся другим, из-за чего и свет, падающий на его чистое лицо, также сменялся. Хан бесшумно вошёл и сел рядом, не оставшись незамеченным. — Ты собираешься спать?– вырисовая от неловкости указательным пальцем непонятные круглые узоры на диване. — Нет. А что?– уголки губ по-кошачьи поднялись, темноволосый заиграл бровями и бросил свой хитрый прищур в сторону парня.– Хочешь снова пригласить меня к себе? Или… мы можем лечь здесь, если хочешь. — Ещё чего!– Хан хотел сказать это как можно более уверенно, но вышло как-то скомкано и зажато, словно его только что раскусили.– Просто я… хотел сказать спасибо, что забрал меня вчера из бара. Если что, я редко напиваюсь, вообще не очень люблю алкоголь, и… Спасибо большое, хён. — Не за что.– через секунду Минхо снова поворачивается и с прежней улыбкой продолжает.– Ты такой милый, когда пьян. Милый? Хан милый? Джисону кажется, что это всё слуховые галлюцинации из-за алкогольного отравления. Выпитые вчера спиртные напитки дают о себе знать только сейчас? Возможно, барабанные перепонки повредились, пока он спал, и теперь слова искажаются. Других вариантов точно нет. Заметив удивлённое и даже хмурое выражение лица Джисона, Ли тихо хохочет, мотая головой. — Но сейчас ты намного милее.– старший не сдерживается и тыкает пальцем в мягкую щёку, чем вызывает у юного баристы мгновенную реакцию в виде краснеющих кончиков ушей и глаз по пять копеек.– Лучше не напивайся так больше, а то вдруг меня рядом не окажется. — Я… наверное пойду спать.– юноша отстраняется от руки, желая поскорее убежать в свою комнату, но Ли не даёт и шанса на это, дерзко притягивая парня за кисть к себе. В этот раз так неожиданно сильно и близко, что даже можно почувствовать теплоту дыхания друг на друге и ощутить пульсацию вен. — Подожди же ты… Я ведь так и не выполнил твою просьбу.– до жути томным голосом произносит старший, бросая голодный взгляд на приоткрытые губы напротив. Хан задыхается, а по телу рассыпается рой мурашек. Он не верит в происходящее. — К… какую просьбу? О чём ты?– Джисон смутно помнил тот разговор и вообще вчерашний вечер и так надеялся, что Минхо сделает вид, что вчера ничего необычного не произошло. Просто пьяные бредни пьяного студента. Ему и так невыносимо стыдно перед ним за всё. Он столько лишнего наговорил и сделал, хоть и забыл больше половины. Ему и представить страшно, что с его развязанного языка могло слететь ненароком. А что, если он признался ему в симпатии или даже в любви? Но, если так подумать, он ни о чём не жалеет. Всё, что ни делается - к лучшему? Хотя это зависит от ситуации. — Не ты ли просил меня поцеловать тебя сегодня? Было бы некрасиво не сдержать своё обещание.– Ли смотрит на Хана, словно охотник, поймавший свою жертву в ловушку и готовящийся вот-вот напасть и разорвать её в клочья. В его зрачках ярким пламенем играла заинтересованность и желание. Он делал это не в шуточной форме, он хотел этого. Он так чертовски хотел этого. Лишь мысль о том, что Минхо думал об этом весь рабочий день, заставляла Джисона краснеть всё сильнее, кусая внутреннюю сторону губы до появления крови. Скоро его щёчки можно будет спутать с переспелыми помидорками. — Я…– все слова и буквы словно по щелчку пальцев повылетали из головы, оставляя после себя лишь белый лист бумаги. Джисон не знал, что сказать и что сделать, чтобы избежать неизбежной неловкости с этим соблазнительным мужчиной.– Я был пьян… Отлично, Джисон. А ничего получше ты придумать не мог? Юноша мысленно ударил себя по лицу. Голос дрожал, выдавая его эмоциональное состояние, а зрачки ходили ходуном по всему лицу напротив, избегая лишь чёрные жаждущие глаза. Юноша чувствовал себя таким чертовски уязвимым, как никогда и ни с кем прежде. Хотелось свернуться в клубочек и забиться в самый дальний угол комнаты. — Да?– это прозвучало как-то издевательски, словно темноволосый насмехается над растерянным Ханом, готовым прямо сейчас исчезнуть с лица Земли и, желательно, следа не оставить.– Ты так уверен в этом? Джисон кивает, соглашается, хотя и не совсем расслышал слова, пребывая в каком-то замутнённом состоянии. — Что у трезвого в голове, то у пьяного на языке, Джисони. Горячее дыхание сносит крышу, оставляя Хана где-то за гранью реальности. Всё ощущается мокрым сном, увидеть который парень совсем не против. Но, чёрт, это не сон. Он не против быть прижатым Минхо к дивану, не против ощущать тепло его тела на себе, он даже не против поцеловать эти красивые губы, находящиеся в паре сантиметров от него. Поддаться этому искушению было страшно, но так необходимо, словно кислородная маска на борту падающего самолёта. Самолет может и упадёт, но выжить возможно. А Ли терпеливо ждёт. Ему важно увидеть согласие в глазах младшего, и тогда он поймёт — зелёный свет. — Я… думаю, ты прав.– чуть ли не шёпотом произносит Хан и встречается с дурманящим взглядом темноволосого. Минхо обхватывает личико Сона своими ладонями и аккуратно касается пухлых губ "на пробу". Юноше хватает пары секунд, и он отстраняется, чтобы вновь посмотреть в глаза Хана и убедиться, что всё нормально. Ответ он увидел мгновенно. Джисон уже сам притягивает старшего к себе за шею, вовлекая в новый поцелуй, в этот раз более живой и настоящий. Минхо не рискует действовать языком, дабы не отпугнуть парня такими смелыми действиями, но уверенно работает губами, поочерёдно захватывая то верхнюю, то слегка покусывая нижнюю. Это была точка невозврата. В одно мгновение в комнате стало очень жарко, словно в жерле действующего вулкана перед самым извержением. Всё, что хотелось сейчас - это скинуть всю одежду как с себя, так и с партнёра, и насладиться друг другом в полной мере. Ли нащупывает край футболки Сона и запускает под неё свою горячую руку, исследуя его изящное тело. Младший успевает лишь громко выдохнуть и вздрагивает, когда проворливые пальцы офицера ложатся на его подтянутый животик, вызывая порцию мурашек. Минхо обхватывает хрупкую талию, приятно по-собственнически сжимая её. Первый хриплый полустон слетает с Джисоновых уст, заставляя старшего остановиться. — Хани, я думаю… я против отношений на одну ночь. Разовый секс не для меня.– честно заявляет Минхо, продолжая медленно поглаживать талию юноши, успокиваивая и возвращая в реальность.– Возможно, это прозвучит грубо, но мне не нужна бесчувственная дырка. Мне нужны чувства. — А кто сказал, что у меня нет чувств к тебе?– юноша невинно хлопает глазками, возмущается, закидывая обе руки на шею мужчины, и оставляет лёгкий чмок на его мокрых расслабленных губах.– Кажется, ты мне нравишься, офицер Ли. Я не знаю, любовь ли это, но сердце не может так быстро биться рядом с тобой без причины. Так что… может поцелуешь меня снова? Старший по-своему улыбается на столь смелое признание и безмолвно льнёт к розовым губам, слизывая с них остатки сладкого вишнёвого бальзама, нанесённого Ханом сразу после ужина. Ему хватает секунды, чтобы с лёгкостью подхватить Джисона и усадить его на себя в позу "наездника". Светловолосый только сильнее прижимается к мужчине, цепляясь за отросшие волосы на затылке, и потирается задницей о пах старшего. Мелкими поцелуями Хо переходит от губ к щеке, а затем и к девственной шее. Ему жутко захотелось оставить на белоснежной коже хотя бы один небольшой алый след, которым он будет любоваться на протяжении следующих нескольких дней и гордится своей работой. — Минхо-хён…– шумно выдыхает парень, блаженно откидывая голову назад, и вздрагивает, когда чувствует лёгкие покусывания у ключицы. А у Ли крышу сносит от услышанного. Собственное имя, произнесённое Джисоном на полустоне, кажется ему самым лучшим, что он когда-либо слышал за эту жизнь. Хочется повалить баристу на этот диван и расцеловать каждый миллиметр его прекрасного тела. Внезапно мужчина осознаёт, что ещё минута, и его терпение лопнет, он больше не сможет контролировать себя. И остановиться не сможет. Пока не поздно стоит прекратить это, чтобы потом не было никаких сожалений. Минхо замирает и медленно отстраняется от шеи Хана, не убирая рук с его изящной талии. Младший изменяется в лице. То ли страх, то ли недовольство, то ли совершенное непонимание происходящей ситуации. — Хён?– парень обхватывает щёки Ли обеими руками, встревоженно глядя на него сверху вниз.– Я сделал что-то не так? — Нет, ты… Ты прекрасен, самый замечательный. Просто я… не смогу остановиться потом. Боюсь всё испортить, боюсь ненароком разбить тебе сердце, боюсь стать зависимым. — Это называется любовь, хён.– Джисон нервно сглатывает слюну, пытаясь усмирить своё разбушевавшееся сердечко, что вот-вот переломает рёбра и вылетит из грудной клетки прямиком в тёплые руки Минхо.– Если ты любишь кого-то, ты автоматически становишься зависимым от этого человека. И ты ничего не испортишь, если… полюбишь меня. — Значит ли это, что я сейчас должен предложить тебе попробовать?– Ли говорит так тихо, словно боится, что это может услышать кто-то посторонний. Он может услышать то, что адресовано исключительно Джисону. — Попробовать что? — Меня. Меня в роли своего парня.– Ли был уверен в том, что говорит. Ему хотелось любить и быть любимым. Ему хотелось попробовать это с Джисоном. Возможно, всё получится не так плохо, как он себе это представляет. Попробовать определённо стоит. Хан оторопел. Он собирался произнести чёткое и уверенное "конечно!", но получилось только быстро кивнуть и по-глупому в ответ заулыбаться, оголяя белые зубки. Засмущавшись, Джисон крепко обнимает парня, утыкаясь лицом в его душистую шею. — Не слишком ли мы торопимся, Хан-а?– парень резко отрицательно мотает головой, дует губу и строит "оленьи" глазки.– Я знаю тебя пару недель, а ты уже успел вскружить мне голову, и посмотри, где мы сейчас. — Мы у тебя дома. — Ты такой милый.– Ли поглаживает его по оголённой спине, задирая футболку, хихикает над младшим и нежно касается губами его ушка.– Так и съел бы тебя всего. — Хватит меня смущать!– возмущённо бубнит юноша в плечо мужчины, жалобно похныкивая.– Переста~ань! — Что я могу с собой поделать, когда ты такой весь очаровательный и возбуждённый сидишь на мне?– Минхо берёт голову Сона в свои руки и самостоятельно поднимает, чтобы встретиться с его искрящимися глазами. Он несильно сжал его пухлые щёчки, из-за чего они надулись, а рот приоткрылся. Хан был похож на миленького хмурого хомячка. Мужчина не смог сдержать тёплой улыбки, глядя на это прелестное личико напротив. Он оставляет лёгкий поцелуй на раскрасневшихся припухших губах парня. — Я правда очень хочу трахнуть тебя, но мои принципы не позволяют сделать это. — Что за принципы такие? — Я не могу переспать с тобой в первый день отношений. Не хочу, чтоб между нами была неловкость, понимаешь?– Тем не менее Минхо не убирает рук от задницы, а лишь сильнее сжимает упругие половинки, будто раздосадован собственными словами. — Так вот значит что. Ааа… могу я использовать твою руку, чтобы..?– Хан краснеет и не осмеливается закончить предложение. Минхо же обречённо ухмыляется, поражаясь его милоте, и жмётся ближе к нему. — Ты так хочешь этого, да? Конечно, я не оставлю тебя вот так. Это было бы невежливо с моей стороны.– хитро произносит Ли, обжигая своим ровным дыханием ушную раковину мальчика. Хан опускает глаза вниз, и Минхо прекрасно понимает о чём он говорит – чувствует. Младший стал твердеть сразу после того, как Хо начал распускать руки. Чувствительность не всегда хорошая вещь. Минхо крепко прильнул к шее Джисона, оставляя поцелуи-бабочки на мягкой сладкой коже. Он всасывал и легонько покусывал её, попутно стягивая с младшего лишнюю, по его мнению, ткань – футболку. Она раздражала его с того момента, как только оказалась на теле парня, но позволить себе мысли о том, чтобы снять её ранее он не мог. Избавившись от неё, Ли завороженно стал разглядывать тело под собой. Он впервые видит баристу без верхней одежды. Такой хрупкий и крошечный, но вместе с этим с подтянутым животиком и острыми ключицами, а талия - это отдельный вид искусства. За неё хотелось держаться, сжимать и гладить. В нём будто сочетается несочетаемое, но это так чертовски хорошо. — Что? На что ты смотришь?– краснеет, и без того красный, Хан, закрывая лицо обеими руками. — Тебя так легко смутить, знаешь? Знает. Он очень хорошо это знает. Но почему-то так сильно его смущает только Минхо, только офицер Ли. Исключительно из-за него его ушки и лицо становится розовым, а сердце начинает вырываться из груди. Никогда и ни с кем Хан не вёл себя так, прикрываясь маской сарказма и безразличия. Практически со всеми лишь холод и защита в виде колких шуток и стёба. — Только ты.– Джисон делает короткую паузу и, убрав руки от глаз, устанавливает неуверенный зрительный контакт.– Только ты заставляешь меня вот так краснеть. Минхо улыбается и мажет мокрыми губами по шее, спускаясь языком к такой желанной груди, вздымающийся от сбитого дыхания. Глаза кроет белёсой пеленой возбуждения. Хан не может думать ни о чём больше, кроме как Ли Минхо. То, как он гуляет своими руками по всему телу, не стесняясь касаться даже самых интимных и неожиданных мест. Его юркий и быстрый язычок уже стимулирует один из сосков парня, посасывая мелкую розовую бусинку, а затем отрываясь и легонько дуя. В штанах уже стало некомфортно и до жути жарко. Джисон буквально скулил от ощущение дискомфорта и непреодолимого желания избавиться от лишней одежды. Минхо понял всё сразу, но специально оттягивал этот момент, медленно и горячо цепляясь губами за кожу. — Хён…– задыхаясь от переизбытка чувств, пытается выговорить младший, сильно закусывая нижнюю губу до колкой боли. Смущение испарилось как и не бывало. Первый протяжный стон слетел с медовых губ Сона, когда длинные пальчики Ли пробрались под слабую резинку ночных брюк, потирая возбуждённый орган через тонкую ткань белья. Джисону хотелось выть от того, что с ним делал Минхо. От таких сладких и приятных звуков старшему начало сносить крышу, но он держался стойко. Главная его цель – сделать этому мальчика приятно и позаботиться о его желании. Офицеру нравилось наблюдать за Джисоном, видеть его таким нуждающимся и горячим в его властных руках. Особенно привлекали внимание ломающиеся брови и приоткрытый в немом стоне рот, в который так и хотелось положить два пальца, но Минхо отгонял подобные мысли, давая себе неосязаемую пощёчину. Рано, Хо. Наконец, Ли оттягивает тугую резинку трусов-боксёров и медленно просовывает под неё руку, внимательно наблюдая за реакцией парня. Дыхание замерло, а сердце сбилось с привычного ритма. Лишь когда пальцы коснулись и обхватили член в руке, Джисон издал что-то наподобие хныка и толкнул бёдрами вверх навстречу, стараясь получить желанную стимуляцию. Ноги начали неприлично сильно подрагивать и даже сводить, словно под разрядом тока. Старший не теряет времени зря и даёт ему желаемое, плавными движениями доставляя долгожданное удовольствие. Большим пальцем потирает уретру, размазывая предэякулят по всей длине, а затем играет с головкой, касаясь её лишь кончиками пальцев. — Минхо-я… очень хочу… пожалуйста.– Хану очень тяжело говорить будучи очень близко к приближающемуся оргазму. Все слова вылетают из его рта очень обрывисто и резко, а когда движения руки ускоряются, парень кусает губу и громко мычит, сгибаясь пополам. — Давай, Сони. Сделай это для меня.– Ли шепчет в самое ухо, обдавая огненным дыханием раковину, а после прикусывает мочку вместе с металлической серьгой-звёздочкой. На лбу проступила испарина, а глаза крепко слепились. Не проходит и десяти секунд, как юноша обильно изливается в руку старшего, содрогаясь и неприлично грязно скуля. Убирать руку Минхо не спешил, медленно и плавно поглаживая лишь головку. "Выдавив" из Джисона всё, мужчина целует его в щёку, кладёт на спину и поднимается в поисках салфеток. Вернувшись, он вытирает свои руки и живот парня от белого семени, пока младший пытается привести себя в чувства. Он ещё не до конца осознал произошедшее. Но, чёрт, ему только что дрочил офицер Ли. Офицер полиции только что довёл его до сильнейшего в его жизни оргазма.