Здесь свободно?

Вечер пятницы охватил культурную столицу, делая ее чуть менее культурной. Бары, рестораны и клубы постепенно заполнялись людьми, праздновавшими окончание рабочей недели. У входа в одно из таких заведений, где намечалась музыкальная шоу-программа, стояли три девушки, которые с нетерпением ожидали погружения в атмосферу веселья. — Я такими темпами околею, — Поля нахохлилась и подпрыгивала с ноги на ногу. — В такой-то юбке — не удивительно, — улыбнулась Кристина, — надо было сразу купальник надевать, что уж мелочиться? — Ой, не включай маму. Главное, что это красиво! — ответила Савельева. — И не поспоришь, — пожала плечами Румянцева, которая предпочла сегодня одеться более практично: объемные джинсы с широким кожаным ремнем, безрукавый облегающий черный кроп топ с подвязками и довольно теплая косуха. — Напомните, кому в голову пришла светлая мысль доверить билеты Петрову? — спросила Кристина. — Мне, — нехотя ответила Леся. — И долго нам его ждать? — поинтересовалась Савельева. — Меня обсуждаете? — бодро спросил внезапно появившийся молодой человек, резко положивший руку на плечо Полины. — Твою ж за ногу! — девушка взвизгнула от неожиданности. — Петров, черт тебя дери! Сначала до обморожения, а потом и до инфаркта доведешь! — Не дуйся, — Женя сладко улыбнулся, — я искуплю свою вину. Полина закатили глаза и направилась ко входным дверям. Кристина и Леся переглянулись и тихо хихикнули. Внутри громко играла музыка, неоновый свет заполнял собой танцпол, на сцену были направлены яркие софиты. Ребята подошли к бару, около которого стояла огромная толпа народа. — Я в этой очереди стоять не хочу, — покачала головой Полина, — Жень, что ты там про искупление вины говорил? Твой час настал, возьми нам всем что-нибудь. — А что мне за это будет? — ехидно улыбнулся молодой человек. — Посмотрим на твое поведение, — под стать парню ответила Савельева. Девушки двинулись в сторону танцпола. Не прошло и десяти минут, как к ним подтянулся Женя. В руках он держал четыре стопки, обрамленные солью, внутри была бесцветная жидкость, а сверху лежали сочные лимонные дольки. — Это что? — спросила Кристина. — Текила, — ответил Петров. — Вообще-то я изначально планировала выпить парочку слабоалкогольных коктейлей, а это уже смахивает на тяжелую артиллерию, — девушка недоверчиво посмотрела на новый для нее алкогольный напиток. — Крис, не будь занудой, — Леся взяла шот, — мы сюда отдыхать пришли или как? — Черт с вами, — махнула рукой Кристина, — живем один раз! — Другой разговор! — радостно воскликнула Поля. Ребята чокнулись и выпили залпом содержимое рюмок. Кристина зажмурилась и прикрыла рот рукой от резкого вкуса и крепости напитка. Последовав примеру друзей, девушка закусила лимоном, от кислого вкуса ее передернуло. — Гадость какая! — поморщилась Кристина. — Это тебе с непривычки так кажется, — уверяла Леся. Через некоторое время свет приглушили и на сцену вышел задорный парень, объявивший о начале шоу-программы. Начало было завораживающим: замерцали прожектора, по бокам сцены вспыхнули яркие искры, позади был огромный экран, на котором появились неоновые фигуры, двигающиеся и меняющие форму в такт музыке. Ведущий оказался ди-джеем, он встал за пульт, а позади него начали энергично танцевать девушки в ярких откровенных нарядах. Кристина растворилась в этой атмосфере, подпрыгивая на танцполе вместе со своими одноклассниками. Позже они выпили еще по два шота текилы. Жгучий алкоголь разошелся по телу Кристины, затуманивая ее сознание. Тем временем Полина вместе с Женей уединились в каком-то темном углу, чтобы ничто не помешало их флирту, а Леся зажигала на танцполе, попутно разливая коктейль из своего стакана. На сцену поочередно вышло еще несколько исполнителей, которых представлял ведущий. Вскоре он представил еще один номер: — Давайте жарко встретим группу «Ravensblood»! — после этого призыва люди на танцполе громко закричали, хотя большая часть из них не знала, кто это такие. «Знакомое название…» — подумала Кристина. Она посмотрела на сцену, пытаясь разглядеть тех, кто туда вышел. Как только она увидела солиста с гитарой, сразу поняла где могла слышать об этой группе. — Казанцев, — прошептала девушка, — быть этого не может. Заиграла песня, которую Кристина уже слышала прежде на страничке историка. Она, как завороженная, смотрела на выступление учителя, не в силах поверить, что все это наяву. Ритм музыки проник в самое сердце, девушка ощутила настоящий драйв, она выкрикивала слова песни, что есть мочи, яростно танцуя в такт музыке, казалось, еще немного и она сорвет себе голосовые связки. К концу выступления «Ravensblood» Кристина была выжата, как лимон. — Лесь, — обратилась она к подруге хриплым голосом, — я пить хочу, пойдем к бару. — Пойдем, у меня как раз почти кончилось, — согласилась Маслова. Девушки взяли себе коктейли, а помимо этого Лесе удалось уговорить Кристину выпить еще по одному шоту текилы. Мир вокруг кружился, все чувства притупились, а желание пообщаться наоборот обострилось. — И все же признайся, — говорила Леся, — историк тебе нравится, да? — С чего ты взяла? — спросила Кристина. — Я же вижу, как ты себя ведешь на его уроках. Вся зажатая, дерганная. Нет, первое время я это списывала на волнение, новая школа, процесс адаптации. Но ты же сейчас так себя не ведешь с другими учителями, например. Признавайся, покорил он твое сердечко, да? — Ну, он, конечно, симпатичный, — сдавалась Кристина под натиском любопытства одноклассницы, — и интересный… — Я так и думала! — перебила Леся собеседницу. — Да, какая разница? Он учитель, я ученица и вообще, у него девушка есть, — развела руками Кристина. — Об этом я слышала, — согласилась Маслова, — а еще слышала, что они ссорятся частенько. Этот диалог мог бы продолжаться еще долго, но Лесе срочно потребовалось отлучиться в уборную. Румянцева осталась охранять занятые ими стулья у барной стойки. Кристина рассматривала содержимое своего стакана, понемногу потягивая его через трубочку, в голове был полный бардак. — Здесь свободно? — послышался позади мужской голос. — Нет, — Кристина обернулась, — Никита Андреевич? — изумленно протянула она, увидев историка прямо перед собой, — а что вы тут делаете? — Румянцева, этот вопрос я должен задать тебе, — учитель скрестил руки на груди, — не рановато в такие места ходить? — Я и не хожу… обычно, — пьяным голосом начала оправдываться ученица, — я тут впервые вообще-то, — она попыталась сползти с высокого стула, но координация была уже в отключке и Кристина свалилась прямо на Никиту. Ошарашенный Казанцев поймала ученицу, которая, пытаясь удержать равновесие, вцепилась в его плечи. — Боже, сколько же ты выпила? — задал он риторический вопрос. — Кому-то пора смотреть «Спокойной ночи, малыши» и ложиться баиньки. Хотя, в твоем случае лучше сразу спать. — А вы меня уложите? — почему-то Кристине это изречение показалось остроумным, вероятно, завтра ей за это будет стыдно, если она вообще вспомнит об этом. — Конечно, и колыбельную спою заодно, — с сарказмом ответил учитель, а затем грозно глянул на бармена, — а кому-то вместо сказки на ночь зачитаю уголовный кодекс Российской Федерации, а то здесь, видимо, не в курсе, что продажа алкоголя несовершеннолетним запрещена. — Никита Андреевич? — послышался голос вернувшейся Леси. — Да что ж такое? — воскликнул историк. — Вы сюда всем классом пришли? — Нет, мы только вдвоем, — соврала Леся, понимая, что им уже не отвертеться, а вот Полю с Женей еще можно спасти от нравоучений. — Как вас вообще родители отпустили? Вы время видели? — Ну, Кристина ко мне на ночевку отпросилась, а мои до воскресения к бабушке во Всеволожск уехали… — пожала плечами Маслова, слегка пошатываясь. — Ясно, кот из дома — мышь в запое, — историк сделал паузу и тяжело вздохнул. — Засада… собирайтесь, домой отвезу. — С вами, Никита Андреевич, хоть на край света! — радостно заявила Кристина. — Надеюсь, что Маслова не так далеко живет, — ответил историк. Девушки, покачиваясь из стороны в сторону, кое-как дошли (хотя в данном случае будет уместнее сказать «доползли») до машины преподавателя и шумно завалились на заднее сидение. Лесю во время поездки укачало и она заснула, прижавшись щекой к окну. Кристина напротив еще была полна энергии, а алкоголь прибавил ей храбрости, которая сейчас лилась через край. Она всеми способами пыталась завязать диалог с Никитой Андреевичем, перебирая разные темы для разговора, а в конце концов не выдержала и выдала следующее: — Вы меня любите? — после этих слов даже в опьяненном состоянии Кристина почувствовала, что, кажется, в край обнаглела. — Души в тебе не чаю, — с усмешкой ответил учитель, не воспринявший слова девушки всерьез, — особенно, когда ты всякие глупости не творишь, как сегодня, например. Когда они подъехали к пункту назначения, Кристина разбудила Лесю и неуклюже начала выходить из машины. Конечности определенно не собирались слушаться и девушка, запнувшись на ровном месте, грохнулась на холодный асфальт. — Ай! — вскрикнула Кристина, почувствовав резкую боль в правой ноге. — Твою ж налево! — вырвалось у Никиты Андреевича, когда он увидел это «грациозное» падение. — Жива хоть? — учитель тут же подбежал к ученице, чтобы помочь ей встать. — Жива, — ответила Кристина. Джинсы на правой ноге были разорваны, а на колене образовалась рана, из которой текла кровь. — Ясно, домой ты, похоже, самостоятельно добраться не в состоянии, — с этими словами Никита подхватил Кристину на руки. — Маслова, ключи доставай и пошли. Кристина, не веря в происходящее, прижалась к учителю. Его дыхание становилось прерывистым и тяжелым, его руки крепко сжимали ноги и поясницу ученицы. Кристине хотелось замедлить время, а лучше, и вовсе его остановить, чтобы остаться здесь навсегда. Кто еще будет так о ней заботиться? Как же Кристине не хотелось осознавать, что Никита принадлежит другой, не хотелось ни с кем его делить, особенно сейчас. Из груди так и рвалось: «Останься со мной». Но она молчала, все же какая-то часть здравого смысла еще не покинула ее затуманенную голову. Подойдя к квартире, Никита осторожно поставил Кристину на пол. — Хотя бы перекисью обработайте, — указал он на разбитое колено ученицы, — уж с этим вы справитесь без меня или мне лучше остаться? «Останься, прошу, останься!» — мысленно повторяла Кристина. — Справимся, — с важным видом ответила Леся. Историк попрощался, развернулся и направился к лестнице. Кристина горько вздохнула, бросив взгляд на удаляющегося учителя. «Пусть сегодня он ушел, — думала девушка, — быть может однажды он останется. Останется со мной».