Но при чем тут любовь?

***

Антон погряз в работе и совсем не заметил, как выпал из жизни от того, что вернулся былой творческий запал. Для записи нового альбома почти все готово, и даже текст для третьего трека написан. Только вот уже какой день они с креативной группой бьются над названием альбома. Есть хорошие варианты, но все как будто не то. Не то и не про то. А вот ответить на вопрос, про что должно быть, он не может. Потому что должно быть про жизнь, про него самого, про любовь, про творчество, про смысл, про вдохновение и, как бы ни хотелось скрыть сей факт, еще и про Арсения. Вообще-то про него одного как будто и должно быть. *Приплыли…* Ночью, почти проваливаясь в сон, Антон в какой-то длинной цепочке ассоциаций приходит к мысли, что ars с латинского переводится как искусство. Название для альбома рождается почти сразу: The ART of ONE love

***

Когда все запланированные интервью были даны, шоу с его участием сняты, все треки для альбома были записаны и последующая работа над релизом не требовала от Антона активных действий, он, наконец, мог вернуться к своей жизни. Только что у него за жизнь теперь? Пару раз в неделю ночевать у Димы, по субботам ездить в лес или покидать мяч (правда, воспоминания о том, что дважды это было с Арсением, греют), а все остальное время торчать на студии – так себе жизнь как будто? Он пытается вспомнить, чем занимался в свободное от работы время до того, как в его жизнь ворвался спектакль с Иркой, и ничего особенного не вспоминает. После расставания с Никитой он как раз в основном работал, потому что проживать чувства через творчество ему было привычно, потому что писалось, потому что нравилось то, что писал. Когда чувства подотпустили и боль расслабила хватку, он часто ездил к родителям, ходил на вечеринки к друзьям и даже участвовал в благотворительных концертах. Сейчас же с родителями он не общался, потому что надеялся избежать объяснений о липовой невесте. Мама наверняка в интернете видела и статьи, и интервью, но сама попыток что-то узнать не предпринимала. Может, ждала, что Антон что-то расскажет, а может, и сама все понимала: да и как не понимать, когда твой сын ни разу в жизни с девушками не встречался? Друзья (да и друзья ли?) как-то резко потеряли к нему интерес, когда он практически перестал приходить на их вечеринки, а если и приходил, то позировал со своей невестой журналистам и спешно покидал мероприятие, когда вспышки камер прекращались. А все остальное просто отошло на второй план, потому что все силы стала отнимать новая реальность. И жизнь вокруг новых обязанностей играть влюбленного жениха практически потеряла свои краски. Так вот он и жил в своем спектакле, пока не встретил Арсения. А потом они начали общаться и Антон начал оживать, и что теперь с этим делать, он не знал. *А что делать? Дать ему шанс? И дать шанс себе? Довериться?* Но шансов Антон никому дать не успел, потому что от Арсения пришло сообщение. Арс Слушай, я знаю, что это не мое дело, но мы тут кое-что нашли Арс *вложение* Арс Решил, что ты должен знать. Антон смотрел на фрагмент записи, где Ира целует своего парня (настоящего парня) у них в подъезде, – на фрагмент записи, который может раскрыть их конспирацию, запятнать его репутацию и вскрыть старые истории, за которые в этой стране все еще отменяют артистов, – но думал лишь о том, что только что собирался довериться человеку, который начал рыться в его грязном белье. Антону бы написать Стасу, рассказать о ситуации и как обычно все разрулить, но Антон вообще не думает, когда набирает ответы:

А как же все твои «не хочу про тебя

писать» и просьбы о помощи?

ТЫ не мог подождать, пока я

хотя бы ответ тебе дам?

Арс Я не собирался ничего писать…

А зачем ты стал следить за мной?

Не лезь в это, Арс. У меня был

план, я собирался тебе помочь

Но теперь мне до этого нет дела

Если ты напишешь об этом,

твоя карьера будет закончена,

это я тебе обещаю

И не пиши мне больше

***

Антон всю неделю перечитывает свои сообщения, но не думает о том, как это выглядит со стороны, не думает о том, что будет в статье и будет ли эта статья вообще, не думает о своей карьере. Антон пока не рассказывает о ситуации Стасу, старается избегать Диму, потому что от того вообще ничего не утаить. Антону откровенно все равно становится на еще недавние размышления о том, что хорошего в жизни у него есть. Антон лишь смотрит на это свое «и не пиши мне больше» и очень хочет, чтобы Арсений не послушал его, чтобы писал, чтобы помог поверить в то, что людям все еще можно доверять. Но Арсений его послушал и правда не пишет. Зато Антон, наконец, пишет психотерапевту.