Свобода выбора.

*** ...Ха’Дир сидела в одной из комнат местной больницы, на счастье Майкла, здесь оказалась пара врачей-землян, один из которых спросил, что случилось с бедолагой, не с крыши ли он упал, или по нему проехался транспорт? Помещение казалось похоже на земную палату интенсивной терапии, множество приборов были, как видно, позаимствованы именно у Земного Содружества, возможно так же, у кого-то из Лиги. Ха’Дир в который раз подумала о том, с каким презрением и снисхождением относятся к больным и ущербным в ее родном мире. Она тоже не всегда понимала теорию земного гуманизма. Правда, она сама была тем ущербным ребенком, который вынужден строить свою жизнь вдали от семьи и близких ей нарнов. Всю свою жизнь Ха’Дир ощущала недостаток любви и поддержки своей семьи, которая словно забыла о ее существовании. В комнате, где лежал Майкл, был приглушен свет, кто-то из нарнов-целителей поставил на столике свечи, специально для поддержания излечения столь необычного пациента. Землянин все еще находился без сознания, врачам удалось залечить основные травмы Майкла, даже выбитые зубы были восстановлены из его собственных тканей и имплантированы на место. Теперь оставалось только ждать. — Теперь ты довольна? Прозвучал голос Ко’Шота, он зашел в помещение, закрыв за собой дверь. На переносице у него был наклеен пластырь, в остальном ничто не указывало на то, что он участвовал в поединке. — Один кар’мал в отключке, второй кар’мал в изгнании, ты решила коллекционировать неудачников, Ха’Дир? Она посмотрела на него с удивлением. — С каких это пор ты оказался в изгнании? — С тех самых, когда весь этот сброд на поединке увидел мой позор! — Ко’Шот ударил кулаком об ладонь, — Я не намерен находиться здесь и быть посмешищем для своего народа. Завтра же я улетаю на Дросс. Уже попросил о переводе своего двоюродного дядю. Я выслушал от него много приятного касаемо тебя, да и меня самого. Ха’Дир, ты поступила очень глупо. Но разве мне нужна глупая жена? — Ты смеешь обвинять меня в том, что сам придумал? Не я приглашала всех этих зрителей, а кто-то иной, не ты ли? А теперь говоришь мне, что я глупа? — Ха’Дир вскочила со стула, — Если бы не твои амбиции, не было бы вообще никакой схватки. Но ты решил иначе. — Ты нагло обманула меня, Ха’Дир, — голос Ко’Шота задрожал от сдерживаемой злости, — Я ведь и после поединка не хотел отказываться от женитьбы на тебе. И я позвонил на Иоланту, твоему отцу. Теперь я все знаю. Ха’Дир задохнулась от возмущения. Этот выскочка и интриган посмел растрясти грязное белье за ее спиной. А Ко’Шот продолжал в том же духе. — Ты испортила мне карьеру, как ты могла не сказать мне, что бездетна? Все эти твои игры в самцов-победителей… — Мои игры?! — закричала Ха’Дир, вконец разозленная наездами на себя. — Убирайся отсюда, живо! — Я уйду. — Ко’Шот резко поправил съехавший на бок нагрудник, — А ты оставайся с этим волосатым чудищем, все равно ребенка тебе не родить. …Стул, брошеный Ха’Дир, с треском разлетелся об дверь, но бывшего начальника охраны в палате уже не было. — Это и есть та самая знаменитая нарнская семейная разборка? — услышала она знакомый шепот с постели. Майкл очнулся и смотрел на нее сквозь кучу трубок и датчиков. — Почти, — пробормотала Ха’Дир, еще не полностью успокоившаяся после посещения Ко’Шота. — Надеюсь, в меня ты стульями кидаться не будешь? Голос землянина снова начал обретать свои обычные нотки. — Ты сам напросился, — как всегда ответила Ха’Дир, пожав плечами, улыбнувшись уголком рта. *** …Неделю спустя Ха’Дир в сопровождении Майкла принимала товар, загружаемый в шаттл. Землянин еще не полностью отошел от травм, но совал свой любопытный нос, как и зафиксированную жесткой повязкой руку, во все уголки корабля. Рабочие-нарны, загружавшие шаттл, обычно весьма нелестно отзывающиеся о землянах-торговцах, неожиданно уважительно поклонились Майклу, прежде чем уйти. «Да, слухами земля полнится», — подумала Ха’Дир, — «так вроде бы звучит земная пословица». Погрузка была завершена, нарнийка настраивала систему корабля к взлету, когда Майкл вошел в рубку с кораллом в руках. — Какая красивая вещица, — прокомментировал он, вертя его в руках, — это ведь знаменитый коралл с Иоланты? Он поди стоит немереных денег. — Увы, нет, это бракованный экземпляр, — Ха’Дир нажала пару кнопок и прислушалась, — ты бы убрал его подальше, пока я не закончу. Не нравятся мне эти настройки, ну вот совершенно. И словно в ответ на ее слова, корабль взревел, включив двигатели, дернулся и тут же заглох. — Щрок! Просто замечательно! — Ха’Дир ударила по панели кулаком и только потом заметила, что землянин лежит на полу, потеряв равновесие после толчка. — С тобой там все в порядке? — Со мной да… А вот с твоим кораллом… — голос Майкла был не виноватым, а скорее даже растерянным. Ха’Дир уже поняла, что с кораллом что-то случилось от падения и была готова снова начать кидаться стульями, но подойдя к Майклу, замерла от удивления. На полу лежал выпавший из рук землянина сувенир, при ударе об пол от него отломилась подставка, которую и держал в руках Майкл, внимательно изучая. — Смотри, что это? — он с трудом достал из углубления в подставке инфокристалл, засунутый туда максимально плотно. Ха’Дир протянула руку и взяла его, сжав в ладони. — Это от Джоули, — пояснила она. — Очередное стечение обстоятельств.