Ты это прекрати

***

Ветки дерева приятно щекотали лицо. Юра поморщился. Жёлто-зеленый ивовый купол скрыл их полностью. Юрка подбежал к потемневшему стволу, прижался к нему и отыскал глубокую надпись "Ю+В". Пальцы плавно скользили по ней, чётко выводили каждую букву. "В" он "прописал" с особой любовью. Володя молча наблюдал за этой сценой и тихо двигался к Юрке. Ноги медленно продавливали густую траву. -Юра... Всё в порядке? -Да! - с неожиданным энтузиазмом заорал он. К глазам подступали слёзы. -Ты стал слишком эмоционален за последние годы, - увидев взгляд печального Конева, Володя добавил: -Это не плохо, просто... непривычно. Может, лучше отыщем капсулу времени? Юра унял порывы настольгии и подошёл к выпуклому холмику. Дожди почти полностью размыли его, и высота заметно сократилась. Но Юра с Володей точно знали: капсула здесь. -Мы же не будем нарушать обещания, верно? Выкопаем через восемь лет. -Да... Да, так будет лучше, - согласился Юра и нежно провёл пальцами по горстке земли. В десяти сантиметрах от них сейчас лежала капсула с самыми дорогими воспоминаниями лета 1986-го года. Колыбельная. Это слово резко вернуло Юру в реальность. -Володя? - тихо позвал Конев. -Что? -Девочка из пятого отряда - Зина вроде - сказала, что в этом году ты заправляешь театральным кружком. Почему ты не говорил? -Да я и сам забыл об этом. Первые занятия начнутся завтра, а как-то и в голову не приходило, что надо готовиться... Спасибо, Юр, напомнил. Ты хоть записался ко мне? -Вот чёрт, забыл! - Юра демонстративно уронил голову в ладони. -Не ругайся. На несколько минут повисла тишина. Володя калякал в своей тетради план-знакомство с юными актёрами, а Юра выводил палочкой на земле красивую "В". Жаль, что Володя этого не видел. -Как думаешь, что стоит ставить для вечера перед прощальным костром? Драму? Трагедию? Комедию? -Точно не драму! Девчонки итак рыдать будут, что смена закончилась, а так вообще придеться вместо работы на сцене девочек из зала в слезах-соплях выносить! -Да, ты прав. Может что-то попроще, но чтобы было интересно? Пьесу Шекспира? -Какая гадость! Надо придумать что-то, что связано с Ласточкой, но не связано с войной или историями пионералагерей. Они уже вот здесь сидят, - Юра ткнул в шею. -А помнишь легенды и страшилки, которые мы сочиняли для пятого отряда? Про клад, например? Юру как осенило. -Точно! Мы придумаем безобидную легенду о "Ласточке"! О том, как всё зарождалось, что и где здесь спрятано! -Ты про свою лазейку в заборе для добычи курева? -Володя! - Юра надулся и ткнул его в плечо. -Представь себе: десятки декораций, звуковые и световые эффекты, много актёров, живое музыкальное сопровождение от вожатого третьего отряда Юрия Конева, и легенда о "Ласточке"! Как круто будет! -Да, и потом дети либо начнут бояться лагеря, либо полезут за доказательствами правдивости этой легенды. Нам Леонидовна шею свернёт, Юр. -Да плевал я на эту Леонидовну! Мы такое устроим, в разы лучше юбилейного концерта. -Хорошо, предлагаю подумать. На вечерней линейке обговорим это с администрацией, а пока что одной идеи хватит, - Володя закрыл тетрадь и уткнулся носом Юрке в плечо. Тот замер от удивления. Так они и просидели невесть сколько времени, пока Володя не опомнился. Быстро прыгнув в лодку, они отчалили от берега. Юра не мог перестать улыбаться.

***

На вечернем собрании вожатых Володя прошмыгнул к Леонидовне, оставив Юрку ждать за дверью. Время тянулось ужасно медленно. Дверь отворилась. -Ну, что сказали? -Сказали: "делайте, что хотите, главное, чтобы легенда была не оскорбительной, интересной, и никого не напугала", - Юра аж подпрыгнул от счастья. -Мы такое придумаем, Володь! Вся "Ласточка" на ушах стоять будет. -Не сомневаюсь, - с едва заметной теплой улыбкой сказал Володя. -Ты своих уже уложил? Юра совсем забыл о детях. Ему казалось, что он всё ещё пионер-хулиган Юрка Конев, которому даже украшение дерева гирляндами доверить нельзя. Отчасти, это было так. Дверь в комнату скрипнула. В комнате девочек стояла гробовая тишина, только одна из них, Таня Бельцина, молча смотрела в окно. -Таня, - шёпотом позвал Юра. -Ложись, уже поздно. Девочка молча стянула резинку, расплела косу и залезла под одеяло. "Явно не спят, но предъявить-то нечего. Лежат смирно", - подумал Юра, глядя на неестественные позы в кроватях. -Спокойной ночи, Юра, - раздался тихий женский голос. Голос Маши. -Спокойной ночи, девочки. Лежите тихо, я в соседнем корпусе, - Юра вышел во двор. Морозный ночной воздух обжег голые ноги. В "Ласточке" отбой - как и раньше - был в девять. Однако, к сожалению Юры, в окнах комнаты третьего отряда мальчиков горел свет. -... и тогда из темноты выросла рука. С неё стекала гадкая зелёная слизь. Рука потянулась к его лицу и... -И всем давно пора спать! - Юра включил свет, задул свечу в руках Гены и упёр руки в боки. -Вы что тут устроили? -Ну Юра, - умолял Костя, которого по неизвестным причинам в первый же день стали именовать "Состик". -Интересно же! -Все, кому интересны истории, могли бы записаться в театральный кружок. Гена, если из-за тебя кто-то залезет ко мне ночью со словами: "я не могу уснуть"... - Юра погразил кулаком. -Состик нам всё равно спать не даёт! Он бунт устроил! - заорал Витя Малков. -Какой бунт? - у Юры голова шла кругом. -Он грозится, что нам пастой лицо измажет! -Костя! - грозно прикрикнул на него Юрка. -Костя, нельзя так делать! А если у кого аллергия на пасту? Ты хочешь, чтобы тебя с родителями к Ольге Леонидовне отправили? Костя потупил глаза в пол и обиженно уставился в стену. -Бунтари, ложитесь спать. Я не уйду, пока не увижу всех спящими. Да-да, ложитесь, - отовсюду раздались печальные стоны. Прошло несколько минут, и шум стих. Юра шумно выдохнул и прикрыл дверь. -Твои тоже диверсию устроили, да? - Володя смотрел на него с широченной улыбкой. -Мгм. Никто спать не хочет. Я точно сойду с ума под конец смены. -Я же не сошёл с пятым отрядом два года назад. А вот с тобой в этом году, может, и сойду. -Почему же? -Сойти с ума и потерять голову, разве, не одно и то же? Юра никак не мог привыкнуть к таким его выходкам. -Ого! А я вот как Чайковский. -Как Чайковский - что? Юра улыбнулся и ткнул его в бок. Вожатский корпус - или как именовала его Ира "муравейник" - располагался между эстрадой и кинозалом. Юра вразвалку брёл за Володей, пока тот зачитывал все варианты приветствия для актёров. -Прошлый был лучше, - вяло отметил Юрка. -"На этой смене в "Ласточке" мы..."? -Да. Володя вошёл в одноэтажную постройку - с недавно выкрашенными в белый стенами - и скрылся в своей комнате. Несмотря на наличие личной комнаты, вожатский корпус не привлекал Юру. Гораздо сильнее хотелось снова вернуться в "общежитие" "Ласточки", прыгнуть на старую скрипучую кровать и провалиться в сон с мыслями о новом пионер-вожатом пятого отряда. Но теперь вожатым был он сам, и по ночам вынужден был просиживать шорты в маленькой одноместной коморке. Конечно, за исключением тех дней, когда им удавалось сбежать. Юра присел на ступеньки вожатского корпуса и уставился на асфальт. Под руку попался брошенный красный мелок. "Почему бы и нет", - подумал Юра и провел длинную линию сверху-вниз. Пальцы плавно скользили по асфальту и чётко вырисовывали "В" со всеми крючками и палочками. И Юра заключил её в сердце. -Это яблоко такое? - Володя накинул на его плечи свою кожаную куртку. -Это сердце. - Юра надулся и кинул мелок в стену. -Ладно-ладно, оставь. Видно, что хулиган Юрка Конев писал. -Да не вандал я! Сбежать с тихого часа вообще твоя идея была. -Извини, Юр, трудно отвыкнуть, - с широкой улыбкой шепнул Володя. Холодный ветер прошёлся по щекам Юрки. Они так и сидели на лестнице вожатского корпуса, обнявшись. Тишину прервал крик. -А-а-а-ай! Володя всполошился. -Это твои походу, Юр! Конев забежал в детский корпус и с ноги открыл дверь в комнату мальчиков. -Юра! Мне Гена свечкой палец обжог! - возмущался Витя и протянул слегка покрасневшую руку. -А про "сойти с ума" я не врал, - шёпотом кинул Юра. -Что? -Ничего.

***

Следующее утро, посвящённое играм на открытом воздухе, окончилось проливным дождём. Третий отряд под руководством Юрия Конева был вынужден прекратить игру в ручеек и разойтись по комнатам. Дети жаловались. -Ну не могу же я остановить дождь! -Ну а хотя бы ролики можно в комнату забрать? - Митя Галкин активно участвовал в бунте. -Нет, никаких роликов. -А скакалку можно? - выпытывала у него Вера. -И скакалку нельзя. Будете себя плохо вести - девочки пойдут к себе. Дети успокоились, и Юра в спешке побежал к кинозалу. Через несколько минут начиналось первое занятие юных актёров. Дорога до зала составила несколько минут, и вот уже Юра: мокрый, в запачканной обуви и перекошенном галстуке ворвался к Володе. -и мы обязательно... - уже заканчивал речь Володя, быстро посмотрел на Юрку и дочитал до конца: -И мы обязательно сумеем поставить самую лучшую сценку в истории "Ласточки". Дети захлопали, но из строя не вышли. -Хочу вам представить моего коллегу по делам пионервожатых, пианиста и моего главного помощника в театральном кружке: Юру Конева! Слушаемся его не меньше, исполняем все указания и помогаем ему в постановке. Всё понятно? - дети кивнули и в зале поднялся галдеж. -Спасибо. -Я же просил не опаздывать, Юр! Ну хоть пришёл. Юра надулся. -В этом году детей гораздо больше, правда? Целых одиннадцать человек. Думаю, скоро ещё придут. В толпе сразу мелькнуло несколько знакомых лиц: Зина Лазарева, Боря, Лена Копцева, Соня из отряда Володи и, конечно же, Маша Рябинова. Через минуту Володя принялся раздавать указания. На первом сборе актёров оказалось совсем скучно: девочки подметали в запылившемся зале, а мальчики тягали оставшиеся с прошлой смены декорации туда-сюда. Юрка медленно отошёл от этого действа и приблизился к пианино. Свет из прожектора мягкими тёплыми лучами ложился на его закрытую крышку. От его бархатной обшивки веяло приятной пряностью и тем самым запахом, который Юрка вдыхал, когда играл не зрителям, а лишь одному ему - Володе. Давыдов, заметив пропажу главного помощника, обернулся. Открыл рот, чтобы начать лекцию о том, что "в коллективе все должны друг другу помогать", но увидев как Юра нежно касался крышки пианино, закрыл рот и мягко улыбнулся. Юрка же аккуратно поднял крышку и увидел слегка пожелтевшие от времени клавиши. Дыхание замерло. Ничего больше не существовало вокруг: не было ни детей, ни сцены, ни декораций. Был лишь он, его пианино, его Володя. Всё здесь было его. И всё оно всегда было его. Пальцы нежно коснулись клавиш. Под этим лёгким давлением они прогнулись вниз и издали протяжный звук. Юрка замер. Никто из актёров даже не обернулся. Все занимались своими делами. Те, кто уже убрался, были выпущены на волю Володей. А Юрка всё стоял перед пианино и жадно сверлил его взглядом. Незаметно зал опустел. Над ухом Конева послышался нежный шёпот Володи. -Сыграешь мне "Колыбельную"?