Любовь без памяти

Бен успел в «Бездну» как раз вовремя, чтобы переодеться перед встречей гостей. Для себя заказал серый фланелевый костюм-тройку с длинными лацканами. Жилет украшала ведущая к спрятанным в кармане часам золотая цепочка. Повязанный виндзорским узлом красно-коричневый галстук на шее, светлый хомбург на голове, на ногах лакированные коричневые броги. Эдакий пижон, быстро разбогатевший на авантюрном бизнесе и прожигавший деньги на роскошные вечеринки. Нет, все-таки хорошо, когда на своей страсти можно неплохо зарабатывать. Он самодовольно подмигнул своему отражению в зеркале. На душе давно не было так легко и весело, и казалось, что будущее таит в себе только нескончаемый праздник. Снаружи донёсся шум: работники уже открыли двери бара для первых гостей. Бен поспешил спуститься к ним и поприветствовать. Официанты нарядились в светлые костюмы, волосы зачёсаны назад и уложены гелем, да и сама зал был подсвечен разноцветными огнями, а в баре стояли бочки с вином и пивом. На лицах хитрые ухмылки. Кое-кто из парней даже умудрился наклеить усы аля Кларк Гейбл, Марк в их числе. Праздник имел успех. Гостей собиралась всё больше. Бен даже начал переживать, вместятся ли всё желающие. Причем, большинство в костюмах от блестящих платьев с пайетками до гангстерских троек с игрушечным оружием в руках. Впрочем, охрана на входе тщательно всех проверяла — в виду праздника пришлось даже нанять несколько человек дополнительно. Джаз-банды ждали своей очереди для выступления. Желающих сыграть этим вечером было хоть отбавляй, поэтому можно было выбрать лучших и договориться о выгодных условиях. На разогреве выступали молодые и горячие «Коллеги Бика», темнокожие ребята, практиковавшиеся на каверах популярных песен. Под знакомые мелодии гости танцевали охотнее и, выпив достаточно бесплатных коктейлей, подпевали и громко смеялись. — Костюм с иголочки. Сразу видно… цену. Но от усов ты зря отказался, было бы солидней, — похлопал Бена по плечу Марк и указал на растительность над своей верхней губой. — Мне и моего возраста для солидности достаточно. Не хочу потом неделю с красным от раздражения лицом ходить, — отмахнулся он. — Твоё дело, конечно. За столом в углу собралась вся компания из Серфинг Центра и шумно поднимала тосты за новый, более удачный и благополучный год. Бен подошёл к ним, чтобы перекинуться парой слов. — Здорово вы тут всё устроили, — похвалила повернувшаяся к нему Ванесса. — Да! Давненько у нас таких вечеринок не было. Маскарады уже приелись, — согласился Майкл. — Я обязательно напишу статью в Сентинел. Может, согласишься дать мне интервью? Все пару вопросов! — попросила Ванесса. — Если Бетти позволит. Даже если её здесь нет, — отшутился Бен. — Я же не про свадьбу, а про праздник и клуб. Про тайные ходы бутлегеров в твоих подвалах. Тебе же реклама будет! — Может быть. Но некоторые вещи лучше хранить в тайне. Даже для рекламы, — не сдавался он. — А танцы на столе входят в сегодняшнюю программу? — спросил сидевший за соседним столиком завсегдатай. — Нет. Боюсь, звезда наших танцев сегодня предпочла компанию степенных богачей в особняке Ричардсов, — сдерживая раздражение, ответил Бен. — Не удивительно после того, как ты предпочёл этой знойной красотке скучную кукурузную принцессу. Никогда не понимал, как можно променять страсть и веселье на застывшую кукольную красоту правильной домашней девочки, — пьяно засмеялся он. Бен недовольно покосился на него, но всё же промолчал. — Кстати, где Мэг? — спросила Габи, явно пытаясь его отвлечь. Бен пожал плечами. — Как истинная Золушка, она решила явиться в разгар праздника и сразить всех наповал. А заодно заставить меня понервничать. Марк подал знак, чтобы музыка стихла. Все оборачивались ко входу. Бен с любопытством подался вперёд. На лестнице показалась очаровательная незнакомка в роскошном золотистом платье, словно сошедшая со страниц романов Фицджеральда. Или из голливудских постановок эпохи джаза. Она грациозно спустилась по лестнице и замерла возле Бена. Ухо защекотал соблазнительный шёпот: — Насколько бы мне ни нравилось это ошеломлённое выражение твоего лица, но, пожалуйста, прикрой рот, пока кто-нибудь туда не залетел, — засмеялась она, целуя его в щёку. — Ты умеешь удивлять, — он прижал её к себе, пряча счастливую улыбку за пышным пером в её бандо. — Поздравляем! Поздравляем! — донеслось со всех сторон. Гости поднимались со своих мест и хлопали в ладоши, даже те, кто не знал ни об их помолвке, ни о них самих, подчиняясь общему порыву. Они поцеловались коротко и нежно, совсем не так, как могли упиваться друг другом, когда на них никто не смотрел. — За любовь! За любовь в новом году! — зазвенели в честь них бокалы с шампанским. Бен подхватил Мэг на руки и закружил по залу под её заливистый смех. — Хватит! Хватит, а то мы упадём! — взмолилась она. — Ты сумасшедший! — Мне нравится сходить с ума вместе с тобой! Он осторожно поставил её на ноги. Она придерживалась за его локоть, потому что голова всё ещё кружилась. Они снова поцеловались, а гости уже возвращались к своим делам. — Фотографию на память? — обратился к ним парень с большой профессиональной камерой на шее. Кажется, его специально пригласили из студии в соседнем здании. Бен перевёл взгляд на улыбающуюся Мэг и сунул ему в ладонь десятку. Она любила фотографироваться. Говорила, что хочет сохранить все счастливые моменты на плёнке, чтобы переживать их снова и снова. — Идемте, я покажу, где хороший свет, — поманил он их за собой. Они зашли в отделённый чёрными шторами угол, освещенный софитами и немного попозировали. Бен даже уговорил Мэг снова покружить её на руках. — Смотри, если у меня скрутит живот! — погрозила она ему. — Я осторожно. Обещаю! — Курьер принесёт фотографии завтра ближе к вечеру. Мы просто завалены работой, — сказал фотограф. — Или вы можете забрать их из студии утром сами. А вообще приходите как-нибудь к нам на фотосессию. На свадьбы мы тоже выезжаем. Вы очень красивая пара. Фотограф оставил их одних. Мэг не спешила слезать с колен Бена и вместо этого устроилась на них поудобнее, опираясь спиной на его подставленную руку. — Небось он всем так льстит. — Может быть. Но на этот раз он сказал правду, — в отгороженном от гостей шторами углу он поцеловал её куда более интимно, потеребив зубами мочку уха. — Даже не начинай. Люди, наверное, уже в очередь выстроились, чтобы сюда попасть. Не стоит их задерживать, — остановила она его прежде, чем успела потерять контроль. — Ладно, пускай сегодня будет твой вечер, — быстро отпустил её он, и они покинули фотозону. Вечеринка продолжалась. Люди танцевали, пили коктейли и болтали, изредка отвлекаясь на каверы любимых песен. Мэг заметила среди медленно покачивающихся под соул пар Кейси с Сарой. Печаль от скандальной интрижки с конгрессменом из Вашингтона почти стёрлась с её лица, а лучистые глаза внимательно следили за партнёром. Оставалось надеяться, что в этот раз ей повезёт. В конце концов Кейси всегда показывал себя надёжным и добрым человеком, к тому же, совершенно открытым к отношениям. Мэг обернулась к Бену, чтобы спросить его мнение, но заметила, как он напрягся и вытянулся, заметив кого-то на лестнице у входа. Проследила за его взглядом и заметила спускающегося по ступеням Риккардо. Он не снял полицейскую форму и выглядел необычайно раздражённым, успев уже где-то пропустить стаканчик-другой, а может, и больше. Гости оглядывались на него с улыбкой, полагая, что он тоже часть шоу и пришёл, чтобы взбодрить их. — Развлекаетесь, значит, — выкрикнул он так, чтобы перекрыть музыку. Все, кто был хорошо с ним и его несносным характером, подались вперёд, чтобы остановить его, пока он не успел наломать дров. — Думаете, переодеваться в бандитов очень весело? Вот ни капли! Они творили хаос и беззаконие в этом городе, когда такие, как я, защищали простых жителей, рискуя своей шкурой. — Понесло его, однако, — хмыкнул оказавшийся рядом Марк. — Риккардо, чего ты хочешь? — первым встал перед задирой Бен. — Это всего лишь костюмированное шоу в музыкальном клубе, дань эпохе джаза и ничего больше. У меня есть все лицензии и разрешения от муниципалитета. — А лицензию на убийство прикупить не забыл? — его лицо покраснело, ноздри раздувались, а глаза горели бешенством. — Обручаешься тут у всех на глазах с глупой девчонкой, в то время как жена на дне рыб кормит? — Так вот в чём дело, — вскинул брови Бен. — Давай закончим этот разговор на улице. Не нужно впутывать в наши дрязги посторонних людей и портить им праздник. — Как же-как же? Всё, чтобы только не расстроить ненаглядную невесту? Интересно, каково ей будет отправиться на дно следом за моей сестрой? На скулах Бена заходили желваки. Мэг ухватила его за запястье прежде, чем он успел ударить. — Риккардо, что ты такое говоришь? Разве можно желать ни в чём неповинным людям смерти? — подала робкий голос Габи. Тоже явно надеялась разрядить обстановку и заставить мужчин одуматься. — Уж кому бы меня упрекать, но только не тебе! — прошипел ей в лицо Риккардо, явно намекая на ее ложные обвинения в изнасиловании. — Риккардо, если ты сейчас не уйдёшь, тебя выведет охрана, а мы напишем коллективную жалобу, — вступился за неё Марк. — Давай поговорим на улице. Ты уже достаточно опозорил себя и нас на сегодня, — выдохнув, сказал Бен. Мэг продолжала удерживать его. — Не надо! Пожалуйста, только без драк. Его слова совершенно ничего для меня не значат! — Не переживай, я не буду распускать руки. У меня есть, что ему сказать. Я не хочу продолжать нашу глупую вражду, — постарался успокоить её он, и ей пришлось его отпустить, хотя тревога вовсе не унялась от этого. Проводив его тяжёлым взглядом, она повернулась к гостям. Натянула на лицо улыбку: — Ничего! Давайте забудем про это досадное недоразумение и продолжим праздник! Уставшую группу сменила новая, «Дети солнечного дома», одна из самых популярных в городе, чьего выступления ожидали многие в зале и тут же обратили всё внимание на музыкантов, забыв о скандале. — Ты как? — спросила оставшаяся рядом Сара. — Хорошо. А когда Бен вернётся, будет ещё лучше, — не смогла скрыть, как тревожно заламывает руки, Мэг. — Риккардо просто зол из-за суда, пускай тот и окончился в его пользу. Он ограничится словами и ничего плохого не сделает. Значок для него слишком дорог, — поддержала её Габи. Зол, потому что она заняла место его сестры рядом с Беном. Кажется, что бы он ни говорил, что бы она ни делала, ей всё равно не избавиться от чувства, что она — всего лишь замена для настоящей любви. Мэг приложила ладони к горевшему лицу. Нет, нельзя показывать слёзы и неуверенность, иначе поползут разговоры. — Прошу, не рассказывай ни о чём папе, — шепнула Мэг Саре. — Мне нужно поправить макияж. Извините! И скрылась в кабинете Бена. *** Они вышли на улицу и встали в стороне от охраны, чтобы их видели, но не могли услышать. Держали дистанцию, как коты, потому что каждый мог броситься в драку, заметив любое неосторожное движение противника. — Ну, что ты собираешься сказать, что мне должно быть интересно услышать? Сознаешься в убийстве? Не в сердцах, как раньше, чтобы только мне досадить, а по-настоящему. — Риккардо, ты делаешь мою жизнь невыносимой только потому, что я не умер вместе с Марией? Погоди немного. У меня ещё будут для тебя хорошие новости. Со дня на день. — Мотивы и улики — единственные новости, которые мне от тебя нужны. — Ты их получишь. А сейчас… я прошу тебя, нет, не простить меня и даже не перестать ненавидеть. Просто перестань отравлять существование всех, кто находится вокруг нас. Уж они-то перед тобой ни в чём не виноваты. И моя невеста в особенности. Бен развернулся на каблуках и поспешил обратно в клуб, показывая, что разговор окончен. Риккардо предпочёл не преследовать его. И хорошо. Нужно было поскорее вернуться к Мэг, иначе она изведёт себя от волнения. *** Усилием воли Мэг заставила себя сконцентрировать все внимание на поправлении размазавшихся туши и теней. Повторяла: не плакать, только не плакать, иначе будет ещё хуже! Дверь со стуком отворилась. Мэг обернулась и увидела на пороге Бена. Изучила его лицо так же тщательно, как своё отражение до этого. Синяков нет, похоже, слово сдержал. Заметив её настырный интерес, Бен притянул её к себе. — Ты как? — Ты мне скажи. Ничего не испортила? — она указала на своё лицо. — Всё идеально, — он поцеловал её в макушку, в виски, а потом и в лоб. — Хватит-хватит! — засмеялась она. — Если я ничего не испортила, это не значит, что портить можно тебе! И вообще, пойдём обратно в зал. Я хочу танцевать! Бен легко согласился. В конце концов, им принадлежало всё время в мире. *** — Ох, хоть бы она не расплакалась там одна, — переживала Сара, наблюдая, как Мэг прячется в офисе наверху. — Вот-вот, это меня и беспокоит. С Беном она постоянно плачет, — выразил свою тревогу Кейси. — Боюсь, без него будет намного хуже, — качнула она головой. — И почему все эти проблемы валятся на них как из рога изобилия? — Может, им просто не суждено быть вместе. Они всегда казались мне вымученной парой. Не расстаются чисто из упрямства, хотя эта связь явно мучает их обоих. Мэг, конечно, больше, если быть честным. — А с первой женой у Бена было не так? — Нет. Они всем казались идеально подходящей друг другу парой. Все делали вместе. В отношениях был полный штиль. Никто не пытался вклиниваться между ними или мешать. Плачущей её никогда не видели. — Звучит, как сказка, — не поверила Сара. — Так и было. Не зря же Бен так долго по ней тосковал. А сейчас порой кажется, что он с Мэг только потому, что что-то ей пообещал и не хочет предавать своё слово. Сара заметила, как они спускаются из офиса рука об руку. На лице Мэг снова сияющая улыбка и слепое обожание во взгляде. Он собранный, точно рассчитывающий каждое своё движение, остающийся холодным и отстранённым, даже когда дурачится и веселится. Прав ли Кейси насчет них? И стоит ли говорить об этом с Мэг, растравливая её душу ещё больше? — Давай не будем, — решила Сара. — Да. Тем более, она сама прекрасно всё понимает, судя по её неуверенному поведению. Я просто переживаю, что он очень сильно её обожжёт. Об этом на самом деле переживают все, кто хорошо его знает. И если бы Риккардо не был так груб, то его предупреждение звучало бы: «Не связывайся с ним, потому что он принесёт тебе только страдания». Сара бросила тревожный взгляд на Мэг. Она танцевала с Беном, он уверенно вёл, придерживая её за талию, она смотрела зачарованно и повторяла каждое его движение, словно растворялась в нём. Стало не по себе. Сара сделала глоток из бокала, который поднёс ей Кейси. Надо бы рассказать обо всём родителям. Просто чтобы быть готовыми к худшему. Раны заживут. Как говорят, то, что не убивает, делает нас сильнее. Когда-нибудь Мэг найдёт другого, лучшего, с которым не будет так больно. И будет счастлива. *** Приближалась полночь. Музыка стихла. Гости расходились по своим компаниям, чтобы встречать Новый Год вместе. Бен с Мэг тоже направились к столику друзей с захваченными с подносов бокалами с шампанским. Марк включил в колонках бой курантов и тоже присоединился к ним. — За что будем пить? — весело спросил он. — За то, чего у них много, а у остальных мало! — Ванесса с хитрой улыбкой указала на Бена и Мэг. — За любовь, счастье и успех! — За деньги, ты хочешь сказать? — шутливо поправил её Майкл. — То, чего всем не достаёт. — И то, что получить проще всего. Достаточно лишь приложить усилия, — осадил его Бен мягко, едва слышно. С последним боем они опустошили бокалы и принялись поздравлять друг друга. Вскоре музыка возобновилась — третья за ночь группа играла медленные, задушевные баллады. То, что надо, после страстного катарсиса. Они медленно болтали, клевали закуски. Бен периодически отлучался, чтобы улаживать возникавшие по ходу мелкие неприятности. Хотя ещё одна большая неприятность ждала из впереди, когда заявился Тим. Точнее, он пришёл на праздник гораздо раньше, но все предпочитали игнорировать его присутствие и не нагнетать обстановку. Надеялись, что он последует их примеру. Но… напрасно. Он приблизился к ним с бокалом с шампанским. Мэг снова перехватила ладонь Бена, хотя тот пока не собирался выходить из себя. Просто на всякий случай. — Ну, чего стихли? Чего посерьезнели? Продолжайте! Я просто пришёл вас поздравить. — И тебя с Новым Годом, Тим, — слабо надеялась Мэг, что он отстанет. — Счастья тебе и исполнения всех желаний! Остальные отсалютовали ему так же. — Чтобы ты, наконец, нашёл своё место в жизни и перестал лезть в наши, — пробормотал себе под нос Бен, но Мэг хорошо его расслышала и сжала ладонь под столом крепче. Чем быстрее Тим уберётся, тем лучше. Но тот тоже словно учуял неловкость. — Да не с этим. Всё уже прошло. С блистательной вечеринкой в честь твоей помолвки! — он продолжал надвигаться на сверкавшего глазами в ярости Бена. — Надо же, сколько людей собрал, зал засыпал мишурой, даже джаз бэнды пригласил. И всё, чтобы похвалиться красотой своей молодой невесты, да? — Тим, прекрати! — зашипела на него Мэг. — Почему это? Ты же сама хотела, чтобы мы подружились, вот я и пытаюсь, — он зло ухмыльнулся. — В самом деле, я искренне поздравляю его. Он знатно тебя приручил, сделал послушную собачонку, которая только и делает, что смотрит ему в глаза и скачет на задних лапах в надежде заслужить благосклонный взгляд. А он таскает тебя за собой повсюду, красуется своим богатством и властью. Молодец, конечно. Только жаль, что ты совершенно не беспокоишься, что останешься пустой и мёртвой, когда он наиграется. Всё внутри сжалось, и к горлу подступила дурнота, но Мэг продолжала держать Бена за руку, хотя её пальцы леденели и слабели от всего сказанного. — Ты закончил? — холодно спросил Бен, не поднимаясь с места. — Я никого не заставляю быть с собой, и каждый здесь делает только то, что он сам хочет. Что же до Мэг, то у тебя был с ней шанс. Я не бегал за вами и не очернял тебя при каждом удобном случае. — Ты писал ей письма у меня за спиной! — возмутился Тим. — Мы обсуждали путешествия, еду, праздники и цветы. Чувствуешь разницу? — отвечал Бен всё так же презрительно. — Свои отношения с ней ты испортил сам. Имей хоть каплю самоуважения и уйди сам, пока я тебя отсюда не вышвырнул. Поверь, твои унижения никому праздничного настроения не добавляют. — Ах ты, высокомерный сукин сын! Знаешь, я буду счастлив, когда ты окажешься на моём месте. Посмотрим, как быстро улетучится твоя спесь, когда ты потеряешь всё, что тебе дорого. И как далеко зайдёт твоё унижение, когда ты поймёшь, что не в твоих силах вернуть даже жалкие крохи. Воздух словно густел от напряжения. И переливающиеся огни клуба, как назло, остановились на кроваво-красном освещении. В нём лицо Бена выглядело жестоким и даже злым, полным едва сдерживаемой ярости. Таким Мэг не видела его никогда, словно Тим, того не зная, попал в самую болезненную точку. «Что будешь делать, когда после всех битв и испытаний, всё потеряешь? Что будешь делать, когда поймёшь, что всех твоих денег, власти, силы и даже дьявольского обаяния не хватит, чтобы это вернуть? Что будешь делать, когда останешься в своей кромешной тьме совсем один?» — Пройдёмте! — тронул Тима за плечо подозванный Марком охранник. Тим скинул с себя мясистую руку и зашагал к выходу, высоко подняв голову и не оборачиваясь. Друзья осторожно спрашивали, как Бен и просили не обращать внимание. Он молча пил шампанское из бокала. Мэг отвечала за него, что всё в порядке и не стоит беспокоиться. Тим верен себе, все уже привыкли. Она гладила ладонь Бена под столом, надеясь его успокоить, пока он не поймал её пальцы и не сжал их легонько. — Мне нужно кое-что проверить в офисе. Прошу извинить, — поднялся он из-за стола, когда прошло уже достаточно времени, чтобы его уход выглядел приличным. Двинулся через весь зал к лестнице в своё убежище. — Всё точно хорошо? — тихо спросила Сара, сидевшая рядом с Мэг. — Да, — уверенно ответила она и тоже поднялась. — Я проверю. И побежала следом за ним, стараясь не обращать внимания на тяжёлые взгляды, которые красноречиво говорили, что в чём-то Тим был прав, но чужое мнение заботило её куда меньше, чем состояние Бена. Она приоткрыла дверь на маленькую щёлку и заметила, как он наливает в стакан виски из собственных заказов. — Не стоит мешать, — тихо заметила Мэг, закрывая за собой дверь. Она прекрасно понимала его желание напиться и забыться. — Ты права, — он послушно отодвинул бокал, но не повернулся к ней, явно пряча опустошённое выражение своего лица. Она подошла к нему и обняла со спины, чувствуя его закаменевшее от напряжения тело. — Я тобой горжусь. Мало бы кто смог выдержать столько оскорблений так спокойно, — прошептала она восхищённо, поглаживая его твёрдый живот. — Шутишь, что ли? Если бы не ты, я бы вколачивал его в пол ногами, пока от него не осталась бы одна кровавая лужа, — прорычал он сквозь зубы. — Не надо. Он этого не стоит. Не сказать, что её это удивило. Его гнев и горе она всегда хорошо считывала, что нельзя было сказать о его привязанности и даже любви. Но не овладела ли ей в эти моменты её собственная неуверенность и страхи? — Я знаю. Просто… Ненавижу! И именно поэтому не хочу открытую церемонию в церкви. — Бен! — Когда священник спросит, не имеет ли кто-то возражений против нашего брака, они же выстроятся в очередь, чтобы говорить-говорить-говорить… Если мы не станем слушать, начнут кричать и осыпать нас проклятиями. А если даже это не подействует, устроят пальбу и подожгут церковь. — Такие кошмары тебя мучают по ночам? — Среди прочих. Всё это кара мне за то, как я поступил с Марией, за то, как раньше поступал со своей семьёй. Я не заслужил ни счастья, ни даже покоя. И… Тим прав. Больше всего я боюсь, что со мной ты будешь только страдать. — Не казни себя, не надо. Сдашься — и они выиграют. Кто бы что ни говорил, я счастлива с тобой. Счастлива, пока ты рядом, пока позволяешь касаться себя, разговаривать и… любить. В конце концов они все успокоятся и примут, что мы вместе. А если этого не случится, то можем уехать. Туда, где нас никто знать не будет и никому не будет до нас дела. Он повернул к ней голову. Его точёный профиль, затененный в свете лампы, вызвал вздох восхищения. — Нет, это неправильно: требовать от тебя бросить всех и все, что тебе близко и дорого. Я буду стараться больше. Мы всё преодолеем. — Точно! — она поднялась на цыпочки, обвила его шею руками и поцеловала, не заботясь уже о смазанном макияже.