Любовь без памяти

Весь день Мэг провела на работе, стараясь как можно реже вспоминать, куда и зачем уехал Бен, хотя у неё постоянно об этом спрашивали. - В командировке в Санта-Барбаре, - повторяла она. – Когда вернётся, не сказал. Обещал, что скоро. Ей верили, потому что прекрасно знали, насколько он может быть скрытным. И даже шептались у неё за спиной, что с Марией он был куда более открытым и откровенным, она могла выудить из него всё, что угодно, а этой наивной канзаской простушкой он сам с лёгкостью манипулирует и заставляет делать всё, что он скажет, терпеть всё и подчиняться беспрекословно. Впрочем, без разницы, каким он был с Марией. Главное, чтобы он вернулся как можно скорее, целым и невредимым. А там… будь что будет. Задержалась на работе и ушла, только когда явился охранник и одарил её суровым взглядом. Зато домой добиралась быстро и без пробок. Взяла на прокат несколько фильмов в киоске за углом. Заперла все двери и включила «Неспящих в Сиэтле», потом были «Вам письмо», «Послание в бутылке» и под занавес «Город ангелов», чтобы настрадаться вдоволь. Теребила камею на шее, чувствовала исходящее от неё тепло и как будто слышала его сердцебиение. Оно успокаивало мыслью, что Бен жив. Клубничное мороженое в ведёрке растаяло и превратилось в невкусную жижу, а на лице засохли дорожки от слёз. Затуманенными глазами она уже не видела лицо Мэг Райан на экране, вместо неё в неясной дымке полудрёмы показывалось лицо Бена, тонущее в красной воде. Окончательно её разбудил телефонный звонок. Мэг сорвалась с места и подхватила трубку. - Бен?! Ответом ей было неловкое сопением. - Простите, мисс Каммингс, это Томас Берджес, частный детектив. Я вас не разбудил? - Нет. Просто скажите, что с Беном. Вы ведь поэтому звоните? В горле стал сухой ком от того, как он мялся с ответом. - Ему удалось освободить заложников, но… - Но? - Боюсь, операция пошла не по плану. Среди полицейских, которых мы привлекли, затесалась парочка продажных. Они были в сговоре с гангстерами и устроили перестрелку. Их удалось обезвредить, но в суматохе мистера Эванса вырубили и похитили. - Он… жив? - Он в плену у Дерека. Вряд ли тот захочет быстро от него избавиться. Без брата у него не будет живого щита и его быстро поймают. Мы… мы сделаем всё, чтобы вызволить мистера Эванса и вернуть домой в ценности и сохранности. Даю вам слово. Мисс Каммингс? Она сползла на пол. Голова кружилась, перед глазами темнело, из желудка поднималась волна дурноты. - Всё в порядке. Буду ждать от вас новостей, - она старалась дышать ровно и терпеть. – Звоните мне на мобильный. - Да, у нас есть ваш номер. Одна просьба: не рассказывайте никому о случившемся. Лишняя огласка может навредить мистеру Эвансу. - Я всё понимаю. До свидания! Мэг положила трубку и едва добежала до ванной, чтобы излить душу богу по большому белому телефону. Приняла душ, но это не помогло. Мир продолжало накрывать чёрными пятнами, а голова кружилась от пустоты. Мэг сжимала в кулаке камею с такой силой, что боялась, что она треснет. Как же так? Ну, как же так? Ты же обещал не рисковать. Обещал вернуться. Я не смогу без тебя! Пожалуйста, не умирай! Пожалуйста, только живи! Даже плакать уже не получалось. Мэг глотнула успокоительного, оделась и села за руль. Ещё не рассвело, но ждать восхода было уже невмоготу. Заснуть она всё равно бы не смогла. Поехала в уединённую бухту, которую ей давным-давно показал Бен. Бросила машину у обочины и спустилась к воде. Легла на песке, чтобы прибой едва-едва облизывал её ноги и смотрела в звездное небо, пока огоньки тухли, а плотная темнота разжижалась. Шорохи, плеск воды, голоса ночных птиц и зверей сливались в единообразную музыку, которая не тревожила, не отвлекала от мыслей и ощущений в теле. Когда она закрывала глаза, то чувствовала его объятия, такие желанные, такие нужные. Его прикосновения ласкали, даря столь необходимое утешение. В стуке гальки слышался его шёпот, эхо его сладкой маленькой лжи: - Я всегда буду с тобой. В душе, в сердце, в памяти. Какие бы трудности ни встретились нам на пути, какие бы расстояния нас не разделяли. Слушала и слушала, пока не взошло солнце под пронзительные крики чаек. В девять позвонила Джине в офис: - Я сегодня плохо себя чувствую. Возьму выходной. Если что-то срочное, звоните на сотовый. - Хорошо. Выздоравливайте! – не стала задавать лишних вопросов она. Мэг продолжила молча созерцать кромку прибоя, нагоняя ее, когда начался отлив. Не хотелось терять ощущение его близости, которое приносила только прописанная солью и йодом вода океана. Ближе к полудню её потревожил звонок на сотовый. Резким движением она поднесла экран к глазам. Нет, это не Бен. Родители. - Солнышко, ты как? – послышался в трубке мягкий мамин голос. – Нам звонил Риккардо и очень нас напугал. Сказал, что мы должны срочно разыскать тебя и присмотреть. Что происходит? - Всё в порядке. Много работы, не могу долго разговаривать. Навещу вас вечером, хорошо? Не беспокойтесь! Ещё пять минут пришлось заверять их, что ничего страшного не происходит, но в конце концов они всё же успокоились и обещали дождаться вечера. Солнце припекало, хотя прохладный ветер и океанская вода разгоняли жар. Ей казалось, что она вот-вот превратится в морскую пену, как в «Русалочке», не яркой диснеевской сказке, а в мрачной книге Андерсена. От разбитого сердца и огромной любви, которая так и не нашла выхода. Солнце уже тянулось к кромке океана на горизонте, чтобы проспать в тихой безмятежности морского дна до утра, когда с шоссе донесся звук подъезжающей машины. Через пару минут над ней монументальной тенью навис Кейси. - Ты как? Поздно уже. Здесь может быть небезопасно после заката. К тому же, сегодня рядом с пляжами заметили стаю акул. - Вряд ли они отрастят ноги и полезут за мной на песок, - упрямо отвечала Мэг, не желая расставаться с горькой негой. - Они – может и нет. А насчёт других не ручаюсь, - ответил он и заставил её сесть, устраиваясь рядом. - Риккардо тебе тоже звонил? - Нет. Утром я был в офисе Либерти, обсуждал новые правила пользования пляжем в связи со строительством курорта. Джина сказала, что ты приболела. В обед я заглянул к твоим родителям, и они сказали, что ты занята на работе. Я понял, что что-то не так и отправился тебя искать. - Много времени потратил? - Нет. Когда не застал тебя дома, сложил два и два и понял, где тебя искать. Это же ваше с Беном особое место для уединений. - Откуда ты знаешь? - Я начальник береговой охраны. Я должен знать все. Так… чем обеспокоен Риккардо? Бен ведь не в командировку уехал. - Кейси! Прошу, не спрашивай. В своё время всё откроется. Надо просто подождать… Подождать, пока Бена спасут или пока он сам не выберется. Что там говорила мадам Кармен? Никто, кроме него самого, не победит его демонов. - Хорошо! Просто последние дни он вёл себя странно. Как будто ждал чего-то плохого. Даже… просил меня позаботиться о тебе, если с ним что-то случиться. Мэг постаралась сдержать слёзы. До победы, до своей мечты ему не хватит всего одного шага. - Спасибо, ты настоящий друг, раз даешь обещания и стремишься их выполнять даже вопреки собственным интересам. - Немного альтруизма никому не помешает. Особенно в трудные времена. Едем? Твои родители были так любезны, что пригласили меня на ужин. - Хорошо. Но нам придётся ехать по-отдельности. Боюсь, мою бросать здесь мою машину ещё опаснее, чем меня саму, - Мэг вымученно усмехнулась. На этом они и порешили. Через полчаса они оба одновременно припарковались возле родительского дома. Мэг была благодарна Кейси за поддержку. Он хоть немного разряжал обстановку во время ужина, потому что папа сидел мрачнее тучи и постоянно с какой-то мстительностью интересовался, где Бен. - Хэнк, перестань! – попыталась увещевать его мама. – Его всего один день нет, а ты поднимаешь такой шум, как будто он бросил Мэг вместе со всеми своими проектами, инвестициями и недвижимостью. Сам подумай, никто так вести себя не будет! - Но Риккардо явно был чем-то обеспокоен. К чему вся эта таинственность? Не легче ли для сказать напрямик? - Он приедет и сам всё расскажет. Не требуйте, чтобы я предавала его доверие. Это уже слишком, - резко осадила его Мэг. - Хорошо. Но помни, если он тебя обидит или каким-либо пренебрежёт тобой, мы увезём тебя туда, где он тебя не найдёт. Его гиперопека начинала её пугать, но сил ругаться не оставалось. Хотелось побыстрее добраться домой и позвонить детективу. Но детектив ответил, что никаких новостей нет. Их не было и на следующий день. И через день. И всю неделю. С каждым разом Мэг чувствовала, как Берджесу становится всё тяжелее отвечать ей, словно он страшился произнести вслух: «Надежды уже нет». Мэг занимала всё время работой и делами, чтобы поменьше думать, поменьше вспоминать и не фантазировать о том, что будет дальше. Но избегать вопросов о Бене становилось всё сложнее. На десятый день утром, когда Мэг собиралась на работу, в дверь громко постучали. Вряд ли это Бен. Он так не стучит. Да и… он бы позвонил, набрал её, как только получил такую возможность. По крайней мере, ей так казалось. Она открыла дверь. За порогом стояла большая делегация семьи Торресов: Риккардо, Мария, исхудавшая и осунувшаяся, но всё же легко узнаваемая по своим снимкам, Кармен за их спинами зло сверкала тёмными глазами, к их ногам испуганно жался темноволосы мальчик с пухлым ртом. - Есть новости от Бена? – первым вырвалось у Мэг, хоть это и было неучтиво. Взрослые старательно отводили глаза. - Никаких… полицейские из Сиэтла сильно его подставили, - сдавленно отвечал Риккардо. – Никто не ожидал, что в оперативной группе окажется столько «крыс». Но… мы не теряем надежды. Он крепкий парень. Раз смог вывести заложников, значит, и спастись тоже сможет. Мэг перевела взгляд на Кармен. Её взгляд стал жестоким и надменным. В ушах звучал её каркающий голос «Никто, кроме него самого, не решит всех его проблем». Рыжей молнией между ними метнулась непонятно откуда взявшаяся Энни. - Ну, чего встала? Посторонись! И грубо оттолкнула Мэг в сторону. - Проходите, не стесняйтесь. Это ваш дом! – обратилась она к Торресам. Первой позволила себе войти Кармен, затем Мария за руку вместе с Тревором. Видимо, просто устали стоять на пороге и ждать приглашения. Риккардо, выглядя жутко виноватым, вошёл последним. Мэг потёрла ушибленную руку, ожидая беду. - Что… происходит? - Она ещё спрашивает! Истинная хозяйка дома вернулась. Жена мужчины, которого ты так старательно пыталась окрутить последний год. Выметайся отсюда, - напустилась на неё Энни. - Прекрати! Бен этого не оценит, - попытался оставить её Риккардо. – Я всё ещё считаю, что Марии лучше пожить у меня, пока всё не уладится. - С каких это пор ты так о нём печёшься? Неужели виноватым себя чувствуешь, что из-за твоих постоянных упрёков он в самое пекло полез? – поддела его Энни. - Она права, - неожиданно поддержала её Кармен. Риккардо устало закатил глаза. – И Бен в конце концов сам это поймёт, и ещё скажет нам спасибо. Старая карга повернулась к оцепеневшей Мэг. - Уходи, слышишь? Оставь его. Оставь, если хочешь, чтобы он жил. С тобой его будет ждать только смерть. - Где папа? – встрял в их перепалку Тревор и требовательно топнул ногой. – Я хочу к папе! Все взрослые обернулись к нему, не зная, что сказать. - Ты голоден? Давай я отведу тебя на кухню и приготовлю вкусный сандвич, - предложила Мэг, потому что только ему единственному нашлась, что сказать. - Нет! Где мой папа? Я вас не знаю. Я вас боюсь. Где папа? Он же обещал прийти следом! Обещал! – Тревор надул пухлые губы, разрыдался и едва не рухнул на пол. Мария, которая до этого тоже неловко молчала, опустилась к нему, погладила по волосам и попыталась успокоить. - Что ты наделала? – снова напустилась на Мэг Энни. – Не пугай ребёнка и проваливай уже. Это дом жены Бена и их сына. Тебе здесь больше места нет! - Но Бен сказал… - в конец опешила Мэг. - Мама! – Риккардо умоляюще повернулся к Кармен, и та увела Тревора на кухню. – Мы решили пока не рассказывать мальчику про его настоящих родителей. Пусть Бен сам это сделает, если пожелает. А пока лучше продолжать обо всём молчать. Любое лишнее слово может скомпрометировать не только нашу репутацию, но и его жизнь. Надеюсь, ты понимаешь несмотря на… все обиды. - Понимаю, - сдалась она. Ещё понимала, что поступает трусливо и глупо, что надо бороться и отстаивать свои интересы, но сейчас ей просто не хватало сил. Каждый час без новостей подтачивал её дух, и она уже находилась на грани нервного срыва. Скандал с Торресами, да ещё в присутствии ребёнка и проведшей четыре года в плену женщины добил бы её окончательно. Лучше принять поражение и уйти достойно, чем раскрывать перед всеми свои раны. Мэг пошла наверх собирать вещи. - Проследите, чтобы она ничего не украла! – крикнула ей вдогонку Энни. - Замолчи! – не выдержала Мария и шикнула на неё. - Чего? Я же твоя подруга. Друзья для того и нужны, чтобы помогать и защищать там, где ты сама не сможешь. - А если её друзья начнут защищать её, что будет? Стенка на стенку? Я вообще-то полицейский и моя задача – такого не допускать, - осадил её Риккардо. Они ещё о чём-то приперлись, пока Мэг быстро закидывала вещи в чемодан, не обращая внимания, что они мнутся. Это не заняло много времени. В конце концов она переезжала сюда совсем недавно, всего месяц назад, с одним чемоданом. С ним же и уедет. Лишнего не брала. Незачем. Тем более, ей предстоит ещё быстро решать, куда ехать и что со всем этим делать. Её ждали на работе. Сегодня намечалось важное собрание, где она должна была вести протоколы и делать резюме для учредителей. А потом ещё предстояло разобраться с выбросом токсичных отходов в прибрежные воды возле стройки. Некогда горевать и плакать. В конце концов, работа – единственное, что у неё сейчас осталось. Единственное, за что можно удержаться в водовороте, который засасывает её на самое дно. Мэг закрыла чемодан и спустилась по лестнице. Мария устроилась на диване и неприкрыто любовалась интерьером: - Господи, тут почти ничего не изменилось. Как же я скучала! Вспоминала постоянно, как подбирала каждое украшение, продумывала разные решения. Рада, что Бен его не продал и не устроил капитальный ремонт. Только здесь я снова почувствую себя дома… и в безопасности. - Это потому что Бен любил тебя и тосковал все четыре года. Поэтому он примчался к тебе на выручку, как только узнал, что ты жива, а не остался с этой, - сидевшая рядом с ней Энни махнула в сторону лестницы. – Она прохода Бену не давала, вешалась на него, вот он и не выдержал. Прости ему эту слабость. Он о ней и вспомнит, когда вернётся. Мэг закалялась, чтобы Энни, наконец, прекратила злорадствовать. Все головы повернулись к лестнице. - Тебе помочь? – бросился к ней Риккардо, но Мэг лишь качнула головой и отстранилась. - Не надо. Мне не тяжело. Он одарил её встревоженным, виноватым взглядом. - Ты всё правильно делаешь, - каркнула над её ухом Кармен, когда та уже спустилась на первый этаж и направилась к выходу. – Вы всегда были проклятой парой. Уходи и забудь о нём. Забудь так крепко, чтобы ни его лица, ни даже имени не сохранилось в твоей памяти. Только тогда он сможет вернуться и жить дальше. Но смогу ли я? Хотя бы просто сдержать слёзы. Она не стала отвечать и ступила за порог. Кто-то дёрнул её за руку. Мэг обернулась. У двери стоял Тревор с заплаканными глазами и спрашивал: - Папы больше нет? Мэг не сдержалась и погладила его по непослушным чёрным волосам, которые явно достались ему от отца и… дяди. - Если мы все будем за него молиться, то он обязательно вернётся. Он ведь обещал. Он немного успокоился, и Мэг зашагала к припаркованной у дома машине. Всё, хватит об этом думать. Она себе запрещает. По крайней мере, до вечера. Риккардо обернулся к людям, оставшимся в доме. - С точки зрения закона мы поступили правильно, - твёрдо заявила Энни. - Это тебе твои два класса и коридор в юридической школе говорят? – съязвил он. – Зря вы так с ней. Она не заслужила. Как бы Бен к ней ни относился и кого бы ни выбрал в итоге, такое обращение с ней он никому не простит. - Если он вернётся. А если нет, то дом, все его деньги и заведения достанутся вам. И любые её притязания можно будет с лёгкостью оспорить в суде, - попыталась утешить подругу Энни, но все присутствующие одарили её настолько убийственными взглядами, что она предпочла всё же заткнуться и не нагнетать.