Любовь без памяти

День уже близился к концу, а Мэг всё ещё никак не могла выполнить план по продажам косметики, хотя продала достаточно много. Просто план оказался неподъемным. Как же тяжело найти работу без документов. Из-за угла показалась заплаканная женщина. Тушь стекала по её щекам грязными дорожками. Она остановилась возле стэнда и попросила: — Можно смывку? — Конечно. У вас нет аллергии? Давайте, я вам помогу, — без задней мысли предложила Мэг. Женщина была слишком расстроена, чтобы сопротивляться, и покорно устроилась на стуле для клиентов. Мэг принялась за работу. — Разрыдалась, как дура! Чёрт! Ненавижу! — всхлипывала женщина. Это была симпатичная пышечка с большой грудью и округлыми бёдрами. Щекастое личико обрамляли белые локоны. Сатиновое бордовое платье сидело на ней идеально, подчёркивая достоинства и скрывая недостатки. Видно, стоило оно не мало. — О, слёзы лучше не сдерживать. Уж поверьте эксперту в этом деле, — попыталась утешить её шуткой Мэг. — И повод-то пустячный. Самый глупый из возможных! — Это не делает его менее болезненным. — Зачем я вообще согласилась встретиться с ловеласом из Тиндера? Зачем повелась на красивые слова! — Ох уж эти кибер-романы, — с сочувствием заметила Мэг. — Они никогда ничем не хорошим не заканчивались. — Нет, мне знакомые рассказывали, что они даже так замуж выходили. Но, видимо, не я. Он обозвал меня коровой обозвал. Сказал, что не сядет со мной за один стол не сядет, потому что боится, что я его съем, — пожаловалась она. — Вот урод! Это вообще легально? Сам-то небось не Аполлон вот ни разу. — Помесь Райана Гослинга и Джонни Деппа, — нехотя созналась женщина. Мэг протянула ей платок, и так громко высморкалась. — Ну, и чёрт с ним! Внешность не главное. Как его зовут? Закончив стирать косметику с её лица, Мэг потянулась за телефоном и открыла Тиндер. — Рокет Айс. — А с фантазией у него явно не очень, — Мэг показала с десяток аккаунтов с таким ником. Женщина выбрала тот, где на фото парень, задрав футболку, показывал кубики пресса. — Мачо, — хмыкнула она и принялась набирать комментарий. «Девчонки, не ведитесь на красивую обёртку. Парень любит буллинг и страдает фэтшеймингом. Давайте научим его, как вести себя с дамами!» — Что ты делаешь?! — испугалась женщина. — Восстанавливаю справедливость, — Мэг нажала кнопку отправить. — Комментарий скоро удалят, но до этого он успеет получить свою минутку славы. — Ты смелая. Не боишься, что он отомстит? — Вычислит по айпи? — улыбнулась Мэг. — У меня заброшенный аккаунт. Давно завела, искала кого-то, но… так и не нашла. — Неужели? У тебя же такая внешность, такая фигура! — Значит, не хватает чего-то другого для счастья, — Мэг пожала плечами. — Хочешь, макияж сделаю? Будет хороший повод перестать плакать. — Только если нюдовый. Всё равно мне уже ничего не поможет, — она снова всхлипнула. — Не наговаривай на себя. Отлично ты выглядишь. Как голливудская дива. Просто парень оказался идиотом. — И когда-нибудь я обязательно встречу своего принца. Но не сегодня, — вздохнула она. — Сегодня я буду вынуждена сидеть за столиком в кафе одна, потому что как дура взяла на себя труд заказать его для нас двоих. — Знаешь, как говорят умные люди? Как только девушки научатся ходить в кафе и кино одни, то сразу научатся ценить себя и обретут счастье. — У тебя получилось? — У меня есть дочь. Так что одна я уже никогда не буду. Но тебе точно стоит попробовать, — Мэг кокетливо ей подмигнула. — Дочь есть, а мужа нет? Сколько ей лет? — Пять. Мужчины, кибер-романы… до добра не доводят. Но Хезер я ни на что не променяю. — Значит, ты смелая и независимая. — Ах, если бы. — Может, сходишь со мной в кафе вместо парня? — предложила женщина. — Ну, чтобы я так глупо не выглядела. Скоро у тебя перерыв? — Меня скоро уволят, — мрачно хмыкнула Мэг, заканчивая макияж и показала клиентке зеркало. — Ну, как? Нравится? — Шикарно! Как в салоне! — причмокнула женщина от удовольствия. — Вот уж неправда. Сейчас, кстати, я должна разразиться долгой речью о качестве моего товара и всучить тебе не меньше половины своего ассортимента. Но, по секрету, это всё обман. — Вижу, ты прямо горишь желанием уйти. — Никудышный из меня консультант, — хихикнула Мэг и принялась собирать товар, чтобы закрыть стэнд. Всё равно план не выполнит, так что нечего время терять. Позвонила хозяйке, сказала, что отказывается и вечером привезёт выручку. Как только послышалась ругань вперемешку с угрозами, повесила трубку. Неприятно, но… как-нибудь переживёт. — Маргарет Каннингхэм, — представилась она вымышленным именем, на которое получила поддельные документы, и протянула руку новой знакомой. — Можно просто Мэг. — Элеонора О’Салливан. Можно просто Нора. Вместе они отправились в кафе на нижнем этаже молла. Нора долго листала меню, прежде чем с печальным вздохом заказать салат и томатный фрэш. — Диета, чёрт бы ее побрал. Не знаю, сколько мне надо голодать и торчать в спортзале, чтобы перестать быть коровой. Сколько себя помню, у меня всегда были лишние килограммы вокруг талии. В школе меня постоянно из-за этого буллили. Из солидарности с ней Мэг тоже заказала себе только салат с содовой. — Ты здесь, в Сиэтле в школу ходила? — Да, всю жизнь здесь провела. Даже колледж выбрала недалеко от дома. Вот такая я трусиха. Всегда мечтала путешествовать, но дальше пригорода нос высунуть боюсь. А ты? — Только приехала из самой что ни на есть глуши. Для меня здесь всё в новинку. Жильё не очень, с работой не клеится, ребёнка в школу устроить не могу. Так что… могут принять тебя в свой «клуб неудачниц», если хочешь. Но наверняка у тебя тоже есть отдушина. На ней и надо сосредоточиться. Ну? — У меня хорошие родители. Во всём меня поддерживают. И работа замечательная. Обожаю свою работу. Я менеджер по подбору персонала в «Оушен гейз». Слышала о таком? — Сеть семейных ресторанов и отелей по всему побережью? Кто же не слышал! Моя дочка мечтает побывать в вашем музее кукол. — Это как раз по-соседству с нашим административным зданием. Хочешь, могу достать для вас билеты. — О, только не думай, что я из корысти тут. Нет! — Да это. Всем сотрудникам их бесплатно раздают, — отмахнулась Нора. — И для тебя место тоже могу поискать, если хочешь. У нас очень хороший, экологичный офис и идеальная репутация. Мы поддерживаем продуктивную атмосферы и создаем все условия. У нас даже есть своя начальная школа для детей сотрудников. — О, ты умеешь рекламировать намного лучше, чем я, — Мэг почувствовала, как щёки заливает румянец. — Я совершенно серьёзно. Мы придерживаемся высоких стандартов качества и деловой репутации. Я могу помочь тебе устроиться. Только скажи, какое у тебя образование и опыт. Мэг тяжело вздохнула и отвела взгляд. — В этом и проблема. У меня из документов только ID. Поэтому мне так сложно устроиться. Но я всё умею: уборщицей, официанткой, горничной. Кем угодно, лишь бы платили. А то моя подушка стремительно заканчивается, и ко мне вот-вот нагрянут социальные службы, и это будет катастрофой. — Ладно-ладно, я поняла. Но… от кого ты прячешься? — вдруг понизила голос и проницательно спросила Нора. — Ни от кого. Просто трудный период в жизни. Пожалуйста, не спрашивай. Ничего криминального, можешь не переживать. Нора пожала плечами, но выспрашивать не стала. Они просидели в кафе, пока не пришло время отдавать выручку хозяйке стэнда и забирать дочку у няни. Болтали обо всём, что приходило в голову. Мэг училась рассказывать всё и не открывать ничего одновременно. Договорились встретиться завтра за час до окончания рабочего дня в административном здании «Оушен гейза» на Франклин авеню, чтобы отыскать какое-нибудь место. Конечно, ей несказанно повезло свести такое знакомство. Нужно сделать всё, чтобы не потерять его впустую. Всё ради хоть какой-то работы! На Франклин авеню красовалась новая застройка из стекла и бетона футуристических форм. Чуть в стороне на берегу большой отель с бассейнами и водяными горками. Рядом небольшой парк развлечений и океанариум, несколько ресторанов, модные бутики, детский центр. Роскошные особняки, затерявшиеся посреди всего этого благолепия. Чистая туристическая зона — не чета бедному кварталу, где она снимала квартиру по дешёвке и без документов. Как будто два разных города. Нора встретила Мэг у вращающихся дверей административного здания, над которым висела большая вывеска «Оушен Гейз Корп». И указатель в сторону отеля. — Ты вовремя, — улыбнулась она. — Я как раз закончила интервьюировать соискателей. Есть время подыскать что-то для тебя. Идём! Они вошли в просторный холл, обставленный стиле минимализма и хайтек. Повсюду глянцевые поверхности и галогенные лампы. С потолка зорко следят глазки камер. Широкая стойка администраторов с новыми мониторами. Турникеты, пропускающие сотрудников по карточкам, к лестницам и лифтам за пределами холла. Всё серьёзно! Нора перекинулась парой фраз с коллегами и подтолкнула оробевшую Мэг вперёд, во чрево большой и страшной корпорации. На лифте они поднялись на двадцатый этаж, верхний в этом здании, и зашагали по толстому коричневому ковру, положенному явно, чтобы глушить шаги, вдоль длинного коридора с дверями по обе стороны. С другого конца к ним двигалась большая делегация людей, одетых в солидные костюмы. Мэг неуютно повела плечами. Нора замерла возле двери, на которой висела табличка с её именем. Провела по замку карточкой и поманила Мэг внутрь. — У меня отдельный кабинет для интервьюинга. Очень удобно. Не люблю кубиклы в открытых офисах. Могу позволить себе шиковать, — похвасталась Нора, подходя к столу. Кабинет был небольшим, но светлым и просторным. Окна на всю стену выходили на озеро. Можно было разглядывать стоявшие на причале яхты. Мэг придерживала дверь, разглядывая сквозь узкую щель приближающуюся делегацию. — Шесть лет назад на этом месте находился неблагополучный район наркопритонов. Мы выкупили его и построили на его месте туристическую зону. Сейчас это одно из самых посещаемых и одновременно безопасных районов в Сиэтле, — воодушевленным голосом рассказывал идущий впереди делегации мужчина. — Сейчас наши рестораны есть только в Сиэтле и Портленде. Но мы планируем расширяться южнее, в сторону Лос-Анджелеса, где я работал раньше и имею прочные деловые связи. Высокий широкоплечий брюнет с яркими синими глазами. Лет тридцать пять на вид, а виски уже седые, сильно контрастируют с иссиня-чёрными волосами. Из-под строгого чёрного костюма выглядывает белый воротник глухо застёгнутой рубашки и удушливо повязанный галстук с темно-зелёными сатиновыми полосками. На гладко выбритом лице с мужественной квадратной челюстью несколько шрамов: сбоку от подбородка, в углу правой щеки, на переносице и на высоком лбу у самой кромки волос. Сглаженные, едва заметные, но всё равно удивляют при такой холеной внешности. Почему она не может оторвать от него глаз? Почему так завороженно рассматривает каждую деталь его внешности? Почему его глубокий грудной голос так будоражит, словно в нём слышится эхо какой-то тайны? Почему так хочется, чтобы он убрал с лица это скорбное, мёртвое выражение и улыбнулся? Словно его искренняя счастливая улыбка была самым красивым зрелищем, которое она могла увидеть. Пройдя мимо двери, он вдруг замер и повернул к ней голову, будто почувствовал, что за ним следят. Почти встретился с ней взглядом, но она испуганно затворила дверь и прижала руку к бешено колотившемуся сердцу. — Что с тобой? — спросила Нора над самым ухом. Мэг даже не заметила, как она встала рядом. — Ничего. Просто… Кто это был? Нора удивлённо глянула на дверь: — Бен Эванс, мой босс. Создатель «Оушен гейз». Проводит экскурсию для инвесторов. Он политический активист. Благодаря его кампании в Сиэтле отказались легализовывать наркотики и установили более серьёзные наказания за их сбыт. Удивлена, что ты про него не слышала. — Я же тут недавно, — Мэг задумчиво пожала плечами и посмотрела в сторону, пытаясь собрать расстроенные чувства в кулак. — Извини за неуместное любопытство. Надеюсь, у тебя не будет проблем? — Вряд ли. Он очень хороший начальник. Ладно. Хватит обсуждать босса. Или не хочешь работать на такого человека? — Ещё как хочу! Да и какой у меня выбор? — Хорошо. Официантки и горничные вне моего ведения. Но могу предложить тебе должность секретарши у одного из старших менеджеров. Умеешь работать с орг. техникой? — Да. На самом деле у меня есть опыт работы в офисе. Раньше я была ассистентом директора в небольшой фирме. Но рекомендаций предоставить не могу. Придется верить на слово. — Даже название компании не скажешь? Мэг упрямо качнула головой. — Ладно. Завтра я ещё поспрашиваю в других отделах. Может, найдут для тебя что-то более подходящее и хорошо оплачиваемое. Разносить кофе — всё-таки не работа мечты. — Для первого времени сойдёт. Надо за что-то зацепиться. Нора принялась перебирать сложенные в аккуратную стопку бумаги. — Одиннадцать. Всего одиннадцать. Как жаль. Мэг с любопытством заглянула ей через плечо. — Что это? — Ответы на тесты соискателей на должность пресс-секретаря. Двенадцать — счастливое число. Но столько кандидатов не набралось. Слишком много отсеялось по резюме. — А хочешь, я заполню? — весело предложила Мэг. — Будет двенадцать. — Они сложные. К тому же, ещё надо написать черновик выступления на заданную тему. И времени до закрытия не так много осталось. Без диплома и рекомендаций их не примут. — Да я же для смеха, а не всерьёз. Просто попробую свои силы. Получится счастливое число. Или тебя отругают за то, что один из соискателей оказался очень плох? — Нет. Бывает, даже квалифицированные люди заваливают тестовые задания из-за волнения или плохого самочувствия. Ладно. Попробуй, если хочется. Уверена, тебе быстро надоест. Мэг быстро отметила ответы в тесте и взялась за выступление. Оставалось всего полчаса, поэтому она торопилась, как могла. Поставила последнюю точку и постаралась более-менее структурировать речь, когда Нора начала нетерпеливо сопеть над ухом. — Время вышло. Сдаём контрольные! — учительским голосом велела она. Мэг нажала сохранить и выключила компьютер. — Надо торопиться, а то на нас будут коситься. Завтра всё распечатаю и подсуну боссу вместе с другими документами. Господи, на что ты меня подбиваешь? Они коснулись друг друга костяшками кулаков. — Девчачья сила! — Девчачья сила! И весело рассмеялись. Нора подала Мэг конверт, в который надо было вложить ответы. Без задней мысли она надписала его «Бен Эванс» с вензелями на заглавных буквах. Без задней мысли. Просто захотелось выделиться. Мэг пообещала прислать резюме на электронную почту. Нора проводила её на улицу и на этом они распрощались. По пути домой надо было зайти в супермаркет, там вроде обещали большие скидки, потом забрать дочку из садика и передать плату хозяйке квартиры, пока ещё оставались хоть какие-то деньги. Полная чернокожая женщина сидела на диване перед телевизором и дожевывала кусочек пиццы с пеперони. — М-м-м? — обернулась она на стук двери. — Отсрочку давать не буду. Плати либо уходи. — Да-да, вот всё, как договорено, миссис Селия, — Мэг положила плату на столик. — А что-то ты улыбаешься? Неужто богатого мужика заарканила? — Работу нашла. В «Оушен гейз». Так что квартплату задерживать точно не буду и никуда не съеду. Можете не переживать! Селия развернулась к ней всем своим массивным телом. — Это там где Тёмный рыцарь заседает, что ли? О, нет, деточка! Я теперь, наоборот, ещё больше переживать стану. — Тёмный рыцарь? Как Бэтмен, что ли? — Я в ваших комиксах не разбираюсь. В газетах его так называют. Ну, борец с наркотиками и организованной преступностью. Бен Эванс. — О! Так зачем же его бояться? Я была у него в офисе. Очень приличное здание, везде камеры, полная безопасность и прозрачность — так они сами говорят. — А ты меньше слушай! Обложка красивая, начинка гнилая. Я как увидела его фотографию, так сразу и узнала. Захаживал он сюда раньше часто, лет шесть назад. Другим именем назывался, на машинах со скрученными номерами ездил и наркотиков вовсе не гнушался. Помню, пару раз с ним на улице сталкивалась. Так в глаза страшно было заглядывать — тёмные такие, мутные, лицо зверское. А теперь весь чистенький, борется, значит. Но только затем, чтобы под себя всех подмять. Небось на ужин в своих ресторанах героин пополам с кокаином подаёт под видом высокой кухни! Ну да, тётушка Селия — большая поклонница теории заговоров. Все её слова надо делить на десять. — Вряд ли. Об этом бы быстро стало известно. В любом случае, уволюсь, если замечу что-то подозрительное. Выбирать-то особо не из чего. — Слишком ты легкомысленная, деточка. Сразу видно, в большом городе никогда не жила. В наркобизнес легко попасть, но очень трудно выйти. — Будь по-вашему. Попытаюсь разузнать о нём больше, чтобы вы не волновались, — успокоила её Мэг и поспешила обратно к дочке. Хезер хоть и была смышлёна по годам и постоянно требовала, чтобы её считали взрослой и не боялись оставлять дома одной, но всё же она могла что-нибудь учудить по неосторожности. Не стоило бросать её надолго одну. *** Босс позвонил в десять и попросил занести ему тесты и резюме соискателей. Стандартная, отработанная много раз процедура. Нора и сама не понимала, почему вдруг так разволновалась. Может, поговорить с ним о Мэг? Он подскажет, как ей помочь. Только вот её отношения с начальником не были настолько близкими, чтобы она могла о чём-то спрашивать. Хотя он всегда проявлял дружелюбие. Грубостей не позволял, даже когда случались неприятности. Когда Нора вошла, он внимательно вглядывался в монитор. Дочитывал присланные речи? Кивнул в ответ на приветствие и сказал: — Дай мне третьего, седьмого и… двенадцатого. Да, определённо двенадцатого. Чёрт, как неудобна эта новая методика — выбирать кандидатов без имён и фото. — Зато никто не заподозрит вас в предвзятости, — улыбнулась Нора и подала ему документы. Он просмотрел ответы на тесты, пролистал резюме и остановился на последнем. — Почему такое худое досье? Где аттестат зрелости и рекомендации с прошлого места работы? — недовольно осведомился он. — О-о! — Нора испуганно вздрогнула от его серьёзного тона. — Это моя подруга. Она просто так речь написала. Хотела свои силы попробовать. Мне как раз до двенадцати не хватало. Ну, знаете счастливое число и всё такое. У неё нет образования и опыта. Не думала, что вы её выберете. Простите, что потратила ваше время. Она потупила взгляд, боясь, что впереди её ждёт серьёзная выволочка. Но босс ещё раз очень задумчиво перечила её работу. — Это странно. Речь у неё хорошо структурирована и обоснована. Ещё и взяла самую сложную тему «Почему общедоступные комнаты для приёма наркотиков не сократят количество преступлений в городе?» Получилось немного по-женски категорично. Но если представлять её под девизом «Дадим голосом всем», то будет самое то. Да и на вопросы она отвечает так, словно прекрасно знает кухню таких корпораций изнутри. Не верится, что у неё нет опыта. Где с ней познакомилась? — В молле два дня назад. Она продавала косметику на стэнде. Со мной случилась неприятность, и она помогла мне выпутаться. В благодарность я пригласила её в кафе, и она рассказала, что недавно приехала в город и нуждается в работе. — Да. В резюме она указала, что раньше жила на ферме в Неваде. Но такие знания… Это очень странно. — У неё есть пятилетняя дочь. У меня сложилось впечатление, что она от кого-то скрывается. Возможно, от отца ребёнка. Ну, знаете… она не захотела рассказывать, а я не могла настаивать. Понимаю, что это выглядит очень подозрительно, и нам не нужны неприятности. Просто мне хотелось помочь хорошему человеку в затруднительном положении. — А знаешь, добрые дела хорошо отражаются на имидже компании. Этот риск мы можем себе позволить, — смягчился он, но Нора с трудом верила в такую перемену. На трезвую голову Мэг действительно выглядела и вела себя подозрительно. — Вы слишком мягкий и добрый для акулы большого бизнеса. Не боитесь всё потерять из-за доверчивости и пары опрометчивых решений? — Со мной это уже происходило ни раз. И я как никто другой знаю, что такое затруднительное положение. В конце концов, жизнь не стоит жизни, если ты упускаешь все возможности из-за страха рискнуть. Возьмём твою подругу и номера три на испытательный срок. Его послужной список достоин должности репортера на центральном телевидении, а не пресс-секретаря в нашей скромной компании. Посмотрим, кто из них справится лучше. — Звучит, как социальный эксперимент. Бен ехидно дёрнул бровями и вернул Норе документы. Она уже направилась к двери, когда он заметил на полу конверт. — Что это? — поднял его и застыл с ошеломлённым видом. Провёл пальцем по надписи. — О, это моя подруга написала. Мило, не так ли? — Нора потянулась за конвертом, но он продолжал прожигать его взглядом. — Пожалуй, оставлю его себе. И… верни мне её резюме, пожалуйста. Так… ты сказала, у неё есть дочь? Сколько ей? — Около пяти лет, если я ничего не путаю. Она просила устроить её в нашу школу. А что случилось? Вы передумали? — Наоборот. Теперь я ещё больше заинтригован этой таинственной особой, — он пригляделся к первому листу резюме. — Маргарет Каннингхэм из Небраски. Нора не стала выспрашивать. Он никогда не отвечал больше, чем хотел. И вообще был как никогда откровенен в этот раз. Что произошло? Неужели его так захватил азарт при виде чужой тайны? Надо будет обрадовать Мэг. Главное, чтобы чего не вышло. Может, мистеру Эвансу и не страшно, что корпорация обанкротиться, но тогда и она, и многие другие потеряют работу.