До-бемоль

      Катя       Опустив голову, я смотрю, как тает полупрозрачный слой ноябрьского снега под подошвой. Итак, я делаю шажок за шажком, вырисовывая ботинками сердечко на асфальте. Скоро его совсем видно не будет.       Но вообще-то это очень удивительно, что сейчас я думаю о наступающей зиме, а не о том, что меня ждёт встреча с Валей и Лилей. В последние дни только это и занимало все мысли! Как будто бы мне это приснилось, и теперь я то и дело прокручиваю все события в голове, чтоб не забыть. Погодите, а это точно реально?!       Я резко вытаскиваю из кармана телефон и открываю чат с Валей.       6 ноября       17:46       DANCINTILLIDIE       Катя, привет! Это Валя К. из До-бемоля. Я создаю группу и хочу предложить тебя посотрудничать с нами. У тебя очень милая песня получилась! Может, пару-тройку текстиков сможешь написать для нас?       6 ноября       17:51       cathieee       ЧТО       Всё-таки реально. Именно это я написала вместо приветствия. И именно это отражало всю глубину моих эмоций. Ещё никогда мне не поступало подобных предложений! Стоило мне только пару раз появиться в «До-бемоле», и то скорее в виде упоминания и эпизодической роли младшей сестры, — так сразу столько внимания. И, честно говоря, это озадачивало, а не окрыляло.       Как Валя может быть во мне уверена? Она ведь слышала только одну мою песню. Потому что в мире существует только одна моя песня! А если я соглашусь, не справлюсь и подведу её?       Однако сегодня я так или иначе стою у Валиного подъезда и жду, пока подойдёт Лиля и проводит меня до нужной квартиры. А всё по одной крайне бестолковой, необдуманной, простой причине: музыка меня ужасно увлекает.       6 ноября       18:36       cathieee       хорошо!.. я хотела бы попробовать!...       В какофонии из свиста машин, воя сигнализаций, чьих-то разговоров и шума ветра внезапно я различаю цоканье, и кто-то цокающий явно приближается ко мне. Из-за угла появляется Лиля, одетая в необычайно милое для серо-панельного фона розовое пальтишко. Она вообще как будто вне сезона и времени: с лентами в двух пушистых рыжих хвостах, обильно нарумяненным лицом и в туфлях Мэри Джейн.       — Привет, — она здоровается первая, потому что я стесняюсь. В конце концов, у них с Кариной что-то произошло, а Карина — моя подруга.       — Приветик!       — Не замёрзла? У тебя пуховичок такой лёгкий.       Я уверенно мотаю головой, но мельком оглядываю себя.       — Всё хорошо.       Общение получается немного неловкое, но я не беспокоюсь об этом. Лиля вводит код от домофона и придерживает для меня дверь, а затем мы добираемся до третьего этажа. Стоит нам оказаться на лестничной площадке, как сразу становится понятно, что здесь стопроцентно обитает Валя: в недрах одной из квартир слышится надрывное гитарное соло.       Лиля по-доброму усмехается себе под нос и звонит. Долго звонит, до тех пор, пока это «трррр» не становится единственным звуком, доносящимся из-за двери.       Замок щёлкает. Нам открывает совсем не та Валя, которую я привыкла видеть на сцене: сейчас на ней лишь халат, на голове взрыв на макаронной фабрике, а запястье обвивает резинка-пружинка. Настоящая рабочая остановка.       — О. Вы как раз вовремя, — Валя хрипловато усмехается и откашливается, приглашая нас внутрь.       У неё очень маленькая уютная квартирка, в полутьме которой сложно разглядеть детали интерьера. Но на стенах то и дело отблёскивают какие-то глянцевые плакаты, как те, что вырывают из серединок журналов.       — У меня тут есть, э-э... немного лимонных вафель и чай. Будете?       — Опять вафли, — закатывает глаза Лиля и смеётся. — Будем-будем.       Чайник у Вали находится прямо в комнате — так же, как и разные кружки. Чистые. Надо же, я никогда бы не подумала, что такая с виду строгая, опрятная, крутая девушка живёт в подобном творческом хаосе. Даже не знаю, как скрыть своё удивление.       — Катюш, ты с сахаром любишь или без? — Лиля добродушно приподнимает широкие брови.       — Я с сахаром. С двумя ложками.       Валя с энтузиазмом подслащивает мне чай.       — О. Я тоже без сахара не могу, а эта коза говорит, что сладкий чай похож на...       — Так, — Лиля резко её обрывает. — К тебе Катя впервые пришла, а ты такое впечатление создаёшь!       — Ладно-ладно. Можем ближе к сути.       Валя делает смачный глоток кипятка и, отставив кружку подальше к бумажкам и блокнотам, берёт в руки гитару.       — Я тут мотивчик один сочинила... Лиля уже слышала. А ты, Кать, оцени и, если будет что сказать, то — милости прошу.       Валя вздыхает и заносит руку над струнами, а затем очень внезапно начинает наигрывать что-то, на первый взгляд, доброе и милое, но к кульминации окрашивающееся в контрастно резкие тона. Похоже, этот мотив мы с Лилей слышали, когда поднимались по лестнице. Когда Валя ударяет медиатором по струнам, они словно искрятся, и в темноте крошечной захламлённой комнатки эти искры в тысячу раз ярче, чем на сцене «До-бемоля». В конце она закольцовывает мелодию, играя то же, что и в начале, и на этих тихохоньких нотках моё сердце замирает.       — Ух ты... — почти шепчу я и тут же сглатываю. Раньше я смотрела на это из зала и восхищалась, а теперь эта гитара в паре метров от меня.       — Неплохо, да? — Валя усмехается и возвращает инструмент на подставку. — Мне вот очень нравится. Но у меня нет никаких идей насчёт текста. По-твоему, о чём бы могла быть эта песня?       Обе с нескрываемым интересом смотрят на меня, а я тушуюсь, потому что чувствую себя, будто на собеседовании в офис.       — Ну... — я заношу руку за голову и почёсываю затылок. — Я не знаю, о чём. Но мне нравится, что она очень обманчивая: сначала звучит как-то наивно, по-девчачьи, что ль... А потом так темпераментно, что от привычной мелодии остаётся только воспоминание. А пото-о-о-ом... потом мы снова слышим фрагмент из начала и понимаем, что это всё связано.       В конце я не забываю добавить глупый смешок. Не специально, он скорее инстинктивно вырывается из груди: мне всё ещё неудобно так открыто говорить о чувствах, которые вызывает обыкновенная мелодия. А особенно неловко окажется, если Валя написала это утром, а я выкатила целую рецензию!       — Если ты правда так думаешь, то спасибо большое, — Валя улыбается, надкусывает вафлю и протягивает мне руку. — Мы точно сработаемся.       Я обхватываю ладонь Вали и легонько её покачиваю, переводя взгляд на Лилю. Она складывает руки на груди и в очередной раз закатывает глаза, но, очевидно, беззлобно.       — Вас правда не смущает, что у меня есть только одна песня?.. — с надеждой спрашиваю я.       — Как будто бы у нас их больше, — смеётся Лиля и отделяет две части вафельки друг от друга, слизывая только крем. — Набросков полно, а до ума ничего не доведено. Нужно пытаться что-то менять. Вот, например, появилась ты... И ты правда круто чувствуешь то, что она пишет.       Эти слова заставляют меня краснеть. Я не могла даже мечтать о том, что однажды мне скажут столько хороших и мотивирующих вещей.       — Тогда, если вы мне пришлёте минусовку этой песни, то я буду слушать её до тех пор, пока меня не осенит на новый текст!       Лиля и Валя заметно смущаются.       — Боюсь, всё, что у нас есть — это лишь то, что Валя сейчас наиграла, — объясняет Лиля, прислоняясь губами к кружке.       — Даже Лилиной ритм-партии ещё нет, не говоря о басе и ударных, — Валя пожимает плечами и облокачивается о шкаф. — Так что будем отталкиваться от моей мелодии и твоего будущего текста.       — Ого... Ответственная у меня миссия, — в горле мгновенно пересыхает, а горячим чаем я, похоже, только усугубляю ситуацию.       — У нас всех сейчас ответственная миссия, — Валя оттопыривает указательный палец и качает им в такт своим словам. — Первое и самое важное: написать хотя бы одну песню. Второе: найти кого-то на бас и ударные. Третье: организовать первое живое выступление.       На каждый пункт я понятливо киваю, однако, когда Валя заканчивает говорить, кое-что остаётся невыясненным.       — А кто из вас поёт? — ни о чём не подозревая, я хлопаю ресничками.       Лиля и Валя хлопают точно так же, улыбчиво переглядываясь друг с другом. В этот момент я всё-таки начинаю беспокоиться.       — Ты.       — Я?! — я чуть ли не отскакиваю в стену от неожиданности. — Вы же даже не слышали, как я пою! Почему я?!       — Как это почему? Только автор стихов может достойно их спеть. В этом я убеждена, — Валя постукивает указательным пальцем себе по лбу.       — Но я пою только в душе, — я надуваю щёки и, нахохлившись, пытаюсь спрятаться в горловине своего свитера. — По-дурацки пою в душе!       — Знала бы ты, как по-дурацки пела я, когда только присоединилась к своей старой группе, — Валя вздыхает и улыбается, но как будто бы натягивает эту усмешку. Неужели у неё было всё настолько плохо, что даже смеяться над этим получается с трудом? — Главное не навык, а стремление. Навык развивается прямо пропорционально стремлению.       — Вы вроде такие серьёзные, а вроде готовы взять кого попало... То есть меня, — я недоверчиво хихикаю. Нет, я практически не сомневаюсь в Лиле и Вале, но в себе...       — Слушай, если так боишься нас разочаровать, то давай ты просто... споёшь что-нибудь? — предлагает Лиля. — Если нам не подойдёт, то разойдёмся прямо на берегу.       Она отодвигает компьютерное кресло и садится перед Валиным ноутбуком, разворачиваясь ко мне вполоборота.       — Выбирай песню.       Хоть я себя и не вижу, но представляю, как моё лицо становится серьёзным. Обычно я очень серьёзная, когда мне страшно. Нет, Лиля права, это лучше для них, чем брать кота в мешке, и лучше для меня, чтоб не питать иллюзий, но я же совсем не готова!       — Оу... ладно... Я бы хотела что-то типа...       Я нервно стучу пальцами по столу, а затем вбиваю название в строку поиска, добавляя «караоке». Это самая обычная глупенькая популярная песня, которую я слушала по пути сюда. Уж лучше покажусь какой-то недалёкой, чем нагоню лишнего пафоса.       Всё время, что идёт моё внезапное прослушивание, я пялюсь в экран и слежу за текстом, хотя знаю его наизусть. Сейчас куда легче смотреть на буквы, чем на лица Вали и Лили.       Мне вдруг вспоминается тот совершенно неожиданный сон, когда мы с ними выступали на сцене. Естественно, проще играть на синтезаторе, тем более в собственных грёзах, чем петь. Вокалист — это лицо группы, тот, кто берёт на себя основное внимание толпы. А тут не то что толпа, а две доброжелательные девчонки меня в угол загоняют!       Вот только в том сне я видела перед собой не толпу, а бесконечную россыпь звёзд. Светящийся голубоватым отблеском ноутбук, кружки с чаем и обёртки от конфет не имеют ничего общего со сказочным пейзажем из сна. Так же, как Лиля в милом пальто не имеет ничего общего с зелёными мусорными баками, слякотью и облезшими лавочками. Так же, как Валя с искрящейся гитарой не имеет ничего общего с жёлтыми следами от чая на кружке, пыльным полом и завывающим за окном ветром.       Как много удивительных контрастов. Мне хотелось бы увидеть больше подобного.       Музыка продолжается в активных хлопках Вали и Лили. Я улыбаюсь, ощущая, как ощутимо щиплет щёки, и переминаюсь с ноги на ногу.       — Ну вот. В конце расцвела, — улыбается Лиля. — Очень милый голосочек у тебя.       — Во-во. И стремления хоть отбавляй, как мне показалось, — усмехается Валя и одобрительно кивает. — Берём тебя.       Мы ещё немного смеёмся над тем, как забавно сосредоточенно я выглядела, пока пела, и добиваем остывший чай с вафлями. Тишину вдруг разбавляет звонкое уведомление.       11 ноября       19:06       DANCINTILLIDIE добавила вас в чат «группа девчонок»