Запах специй.

…я достал до кольца, значит я умею летать…

Горячая вода — это лучшее, что случалось в её жизни. Пар нежно покрывал светлую кожу мокрыми пятнами, пробирался в нос и глубоко в горло. Очищал. Горячая вода имела свойство дарить ощущение полного обнуления. Она смывала лучше любой другой температуры слои пыли и чужих взглядов. Гермиона чувствовала себя по-настоящему чистой, выходя из душа, а лучше из наполненной до краев пеной и морской солью ванны. Вечерние банные процедуры сразу после работы — особенный и отчаянно любимый ею ритуал каждых суток. Этот час за дверями небольшой, но невероятно светлой ванной комнаты, делал с девушкой что-то совершенно необычное. Волшебство без единого взмаха волшебной палочкой. Воздух вокруг Гермионы наполнился запахом шампуня на растительной основе с прополисом. Он обволакивал вместе с тем и её тело, оставаясь мягким шлейфом на остаток вечера. Девушка не спеша покачивала из стороны в сторону, контролируя в отражение зеркала равномерность маски, которую она нанесла на уставшее лицо пару минут назад. Под нос бывшая гриффиндорка напевала ненавязчивую мелодию песни, которую услышала сегодня впервые, когда спускалась по улице на обед в кофейню рядом работой. Сок граната в сыворотке, которую она нанесла на волосы смешивался с запахом шампуня, преобразовываясь в сладковато теплый аромат. Настроение Гермионы было похоже на меняющиеся медленно огоньки в гирляндах. Её аура пахла мандаринами. Махровый халат на голое тело создавал для девушки ощущение дома. Еще больше, чем это уже успел сделать цитрусово-пряный запах, распространяющийся вместе с дымом зажжённой Малфоем ароматической свечи. Апельсин с нежными нотками корицы въедался в сознание и разбивал на мелкие осколки любые тревоги. Декабрь выдался морозным в последние дни перед рождеством. Он как никогда имел стойкий вкус хвои. Флирт, читающийся во взглядах между молодыми людьми, тоже имел это настроение — игристое вино. Драко стоял в домашних штанах и широкой длинной майке у барной стойки, легко поглаживая рыжего кота, лежащего на столе, вытянувшись во весь рост, по длинной пушистой шерсти. Кот мурчал, подставлял голову под большую горячую ладонь парня. На столе рядом уже стояла бутылка любимого Гермионой вина и два бокала. Взгляд светлых серых глаз упал на вышедшую девушку. Мокрые волосы, некрепко завязанный пояс белого халата, голая, еще немного мокрая после душа, шея и улыбка. Нежная. От Гермионы Грейнджер пахло уютом и, неизменно для Драко, персиками. Объятия стали еще одним неотъемлемым ритуалом их квартиры. Маленькие женские ладони поглаживали широкую мужскую спину, а Малфой дарил короткие, частые поцелуи в макушку. Телом чувствовалась любовь. Дым кальяна наполнял комнату запахом малинового цитруса. Делая состояние счастья еще более густым. Гермиона сидела в одном из кресел, поставленных рядом с низким столиком, и делала длинные затяжки. Впускала никотин и вкус ягод глубоко в легкие. Позволяла дыму обволакивать её внутренности и туманить голову. Сильно. Расшатывать её сознание и погружать в ощущения цвета аметиста. Драко, в свою очередь, делал затяжки, ничуть не уступающие по продолжительности, но выпускал изо рта клубы дыма почти сразу. Он медленно поднимал голову и наблюдал за поднимающимися вверх серыми лепестками. Завораживало. Просекко пузырилось в длинном бокале. Аристократ подал один своей даме, а второй пригубил сам. Вкус конкретно этого вина был несменяемо любимым. То ли от того, что, не взирая на другие, более дорогие игристые вина, этот оставался незабываемым для Гермионы, то ли, потому что его Малфой пил исключительно в компании жены. Поэтому невольно относился к данному виду виноградного напитка с особым трепетом. После второго глотка комната погрузилась в магию, которой можно было коснуться. Нежные поцелуи в губы. Касание пальцами шеи. Так, как она, не умела целоваться ни одна девушка, которая встречалась ему на жизненном пути. Он искренне чувствовал счастье, потому теперь помнил только её поцелуи с привкусом меда. Вечер пятницы погрузился в сияние гирлянд, которые Гермиона развесила по всем стенам их небольшой квартиры. Ель пахла семьей. — Как прошла твоя поездка в Берлин? — задала вопрос Гермиона, сделав еще глоток из своего бокала. На кухонную столешницу Драко поставил новую, привезенную как раз из Германии, разделочную доску ручной работы цвета махагон. Рядом появились пачка спагетти, огромная красная луковица, два сладких перца — желтый и красный — морковь и сельдерей. — Благоприятно, — отозвался тихим голосом Драко. Он согнал кота со стола и протер поверхность. — Мы заключили новую сделку — еще один наш магазин откроется в столице, — начал рассказ аристократ. Параллельно он виртуозно начал нарезать на мелкие кубики красный лук. — Милая, доставь, пожалуйста, пару зубчиков чеснока. Я встретил на улицах прекрасного Берлина Забини, — продолжал парень всё таким же низким, умиротворенным голосом. Не обращая внимание на спускающийся с губ дым кальяна, Гермиона встала с кресла и достала из нижнего ящика требуемый мужу овощ. Мелкие дольки были отправлены прямиком под быстрые движения ножа. Сколько девушка не наблюдала за тем, как готовит молодой аристократ, она не могла насмотреться. Это было отдельным видом наслаждения для её души. — Блейз пригласил нас в гости. — В Италию? — удивленно переспросила девушка. Она положила рядом с Драко еще одну доску, на сей раз цвета клена, и взяла универсальный нож. Позаимствовав из-под рук мужчины перцы, она начала нарезать их мелкими кубиками, как учил её Малфой. — Именно, сказал, что угостит собственно произведенным вином, — мужской голос приобрёл игривые нотки и усмешку. На лице блондина засветилась улыбка, смягчая острые черты лица. — Даже обещал самостоятельно приготовить для нас ужин, — быстро достав из шкафа сковороду, парень включил плиту. Кусочек сливочного масла начал таять на нагревающейся поверхности. — Я буду наблюдать за появлением кулинарного шедевра от еще одного мужчины? — задала риторический вопрос девушка и взялась за длинную палочку сельдерея. Её голос стал нежно-сладким, а бедрами она толкнула своего молодого человека в бок. Игривая кошка. Драко усмехнулся и кинул на жену колкий взгляд ревности. Ироничный. В раскаленную сковороду Малфой закинул нарезанный лук и чеснок, а следом, пока овощи не успели достаточно прожариться, профессионально нарезав в несколько мелких и быстрых движений широкого ножа, морковь. Деревянную лопатку он аккуратно вручил Гермионе, без слов оставив её помешивать овощи, а в другую ладонь протянул почти полный бокал вина. Начало пахнуть невыносимо вкусно. Стойкий аромат жареного красного лука с нотками раздавленного чеснока делал что-то абсолютно невиданное с сознанием Грейнджер. Этот запах не имел в девичьей голове никаких ассоциаций, а просто оставался необъяснимо обожаемым. С новой затяжкой Драко Малфоя комната погрузилась в плотные клубы дыма. Приобрела такое настроение, точно за окном март и итальянское солнце. Дым не успел потерять свою серость, как аристократ уже быстрым движением рук погружал нарезанный перец и сельдерей в сковороду. В этот момент близость с женой имена наиболее короткое расстояние за прошедшие часы их вечера и блондин ликовал. Иногда казалось, что сколько бы не прошло времени рядом с этой женщиной он будет влюбляться в её запах снова и снова. Безумно тянула эта густая соленая карамель и персики. Освободив руки, он приобнял девушку со спины, и поцеловал в плечо. Шею. Щеку. Вызвал парочку волн приятной дрожи по рукам Гермионы. Атмосфера вокруг преобразилась в золото. Захотелось закружить юную леди в медленном танце, время остановить на пару мгновений, но овощи уже отдавали свой лучший запах. Поэтому Малфой вытащил заранее приготовленный фарш и, отпустив любимую отдыхать в теплом кресле, добавил его в сковороду. Краем глаза мужчина следил за готовностью блюда, отсчитывая мысленно минуты до того, чтобы добавить томатную пасту, выудил из шкафа кастрюлю и, наполнив её водой, изящно поставил на следующую конфорку. — А мне сегодня писала Джинни, — продолжила их неторопливый диалог ровным голосом Гермиона. Рыжий кот запрыгнул на её колени и, свернувшись, прикрыл глаза. Животному тоже по душе приходились такие вечера, когда преобладал неяркий теплый свет ламп, смешение нескольких запахов и любовь, которая касалась даже светлых квартирных стен. — Она написала, что окончательно подала на развод с Гарри… — Давно пора, — ухмыльнувшись произнес Малфой. Он вытащил с винной полки открытое красное полусладкое и щедро залил им фарш. Вкус уже почти ощущался на языке. — Малфой, вина не было в прошлый раз, — легко рассмеявшись, протянула Грейнджер. Драко коротко пожал плечами и отправил пустую бутылку в корзину с мусором. — Я хоть и всем сердцем люблю Гарри, но их брак уже давно перестал не то, чтобы даже пылать любовью, просто иметь хоть какой-то общий сладковатый запах, — с сожалением продолжала девушка. Она выпускала никотиновый дам почти сразу, не давая задерживаться ему надолго в горле. Но зато четко ощущала этот абсолютно прекрасный вкус малины. — Она спасала их семью, как могла, но даже твои ароматические свечи с амортенцией не помогли. Горячий воздух над плитой сменился ярким запахом помидор и итальянских специй. Остро. Стойко и до одурения вкусно. В кастрюле закипела вода с солью и Драко виртуозно бросил спагетти внутрь. Вино помогало мужчине готовить, определенно. Создавало настрой и придавало процессу игривости. Точно. — Может взять её с собой в Италию? — обернувшись на жену, спросил аристократ. Он выгнул бровь и сделал глубокий глоток игристого напитка. Гермиона не сдержалась от улыбки. Она представила встречу саркастичной Джинни Уизли и слишком любившего флиртовать Блейза Забини. Это касалось слишком страстным сюжетом. — Мне кажется, что Блейзу будет чем удивить и заинтересовать мисс Уизли, — поиграв вновь бровями, продолжил свои уговоры Малфой. Гермиона только вновь затянулась. Эта идея имела ярко-фиолетовый оттенок. Она нравилась Гермионе Грейнджер своей любовью к Джинни. И не нравилась тем, что Драко буквально предложил ей свести её лучшую подругу и его лучшего друга вместе, хоть и не сказал об этом прямо. В квартире божественно пахло фаршем в томатном соусе с нотками красного полусладкого. Эти ароматы звучали предвкушением. Девушка смотрела на мужа, который раскладывал по тарелкам еду. Поздний ужин, который будет разделен с еще парой бокалов вина. Дым кальяна неизменно насыщал помещение своим вкусом. — Тебе впору открывать свой собственный ресторан, дорогой, — наконец приступив к трапезе, поделилась мыслью Гермиона. Малфой, сидевший напротив в кресле, растянулся в довольной улыбке. — Я не хочу готовить для кого-то другого, любовь моя. Квартира была наполнена уютом. И самой красивой любовью, которую только приходилось знать Малфою. На их безымянных пальцах левой руки сияли обручальные кольца. Девушка, которая каждый его прожитый день превращала в самый незабываемый цветной сон, носила его фамилию.