Аномалия

Феликс проснулся резко, с болезненным стоном, будто вынырнул не из сна, а из тёмной мутной пучины, успевшей затянуть его на самое дно. Некоторое время он смотрел усталым бессмысленным взглядом в серый потолок, а затем покосился на соседнюю подушку — та ожидаемо была пуста. Осторожно присев на скрипнувшем под ним диване, он вытер ладонью испарину, проступившую на лбу от невыносимой духоты, и зажмурился, пережидая лёгкое головокружение. Вместе с этим блондин прислушался к звукам, которыми была полна квартира. Уловил разговор, доносившийся из кухни, в который был вплетён басовитый голос нового знакомого и более тонкий, принадлежащий Джисону. Оба парня чем-то увлечённо грохотали и изредка посмеивались, но отдельные фразы на таком расстоянии было невозможно разобрать. Из ванной же доносился плеск воды — не такой, когда струя бешено хлещет из крана, разбиваясь брызгами о дно раковины, а куда более тихий, приятно ласкающий слух. Как звук спокойной полноводной реки на рассвете, подёрнутой лёгкой рябью и несущей свои воды к горизонту. Как звук дома, в котором, после долгих лет уединения, наконец, просыпаешься не один. Тряхнув тяжёлой головой в попытке выбросить из неё лишние мысли, Феликс поднялся, неловким движением поправил одеяло, на всякий случай сунул руку под подушку, ожидаемо не отыскав там ножа, и направился к выходу из гостиной. По пути парень слегка замешкался, проверяя время — шёл третий час дня, и пропустил тот момент, когда в дверном проёме выросла высокая фигура. И если бы Хёнджин, вставший на его пути, не выставил вовремя ладони, уперевшись ими в плечи блондина, они бы точно ощутимо стукнулись лбами. — Прости! — тут же отскочив назад, смущённо пролепетал Ли. — Всё в порядке, — с оттенком лёгкого удивления успокоил его Хван. — Ты как? Выспался? — Ну, вроде да, — парень дёрнул плечом, не став вдаваться в подробности, и тут же ткнул пальцем в сторону дивана. — А нож?.. — Я его убрал, — и, в доказательство своих слов, Хёнджин ткнул пальцем в сторону рюкзака, лежащего у стены. — Ты пошёл умываться? Я могу полить тебе на руки водой, самому не слишком удобно это делать. Отказываться от помощи такого рода было бы странно, поэтому Феликс согласно кивнул и зашагал вслед за капитаном. В ванной комнате, как и вчера, тускло горели ароматические свечи, источающие тошнотворный, приторно-сладкий запах жасмина. Одна из них была поставлена на стиральную машину, а вот вторая возвышалась на краю раковины, между стаканом с зубными щётками и тюбиком пасты. Огонёк её трепетал от любого движения, но, на удивление, не угасал, даже когда на него попадали капли воды, с шипением тонувшие в густом раскалённом воске. Пока Феликс торопливо чистил зубы, елозя щёткой внутри рта, Хёнджин стоял вплотную к нему с кружкой в руках и со смехом рассказывал свой сон. Блондин, растерянный из-за их внезапной и волнительной близости, едва разбирал произнесённые Хваном слова, но всякий раз начинал усердно улыбаться, когда взгляд того останавливался на нём, а сам брюнет будто бы замирал в ожидании чужой реакции. Своё замешательство объяснить было легко — капитан, из-за небольшой площади помещения, где и развернуться толком было нельзя, чтобы ничего не задеть, вынужден был буквально дышать ему в висок. Он обдавал Ли запахом мяты, цветочного мыла и едва уловимого парфюма. Каждое движение, что совершал Феликс, так или иначе вынуждало его касаться Хёнджина, поэтому он даже вдыхать старался поверхностно, через раз. Но когда пришло время согнуться над раковиной и подставить ладони под воду, льющуюся из кружки, что Хван сжимал, Ли понял, что ловушка захлопнулась окончательно и отступать дальше было некуда. Он умывался торопливо, чтобы побыстрее закончить с этой изощрённой пыткой, одним махом выбивающей почву из-под ног, и не обращал никакого внимания на летящие во все стороны брызги. Хёнджин же продолжал ему что-то рассказывать — увлечённо, радостно, не замечая, как парня рядом с ним трясло. — Ты будешь бриться? — подав блондину слегка влажное полотенце, на всякий случай уточнил капитан. — Нет, моя щетина растёт не столь быстро, — отмахнулся было Феликс, и едва не вскрикнул, когда подушечка чужого пальца нагло ткнулась в его скулу и проехалась по коже. — А мне кажется, что пора. — Ты так думаешь? — густо покраснев, уточнил Ли. — Да. Вдруг захочешь с кем-нибудь поцеловаться, а без щетины это делать намного приятнее. Хёнджин рассмеялся — легко и беззаботно, а блондин, пребывающий в крайней степени изумления, поднял на него растерянный взгляд. Он что, флиртовал с ним? Намекал на что-то? Догадался о его чувствах, а теперь открыто потешался? Вопросы в голове множились со скоростью света, и чем больше их появлялось, тем сильнее Феликсу хотелось вытолкать брюнета из ванной и с грохотом захлопнуть дверь прямо перед его носом. — Извини, это была не слишком удачная шутка, — расценив его реакцию по-своему, виновато признался Хван. — Просто Джисон всё утро твердил о том, что ты запал на этого Чанбина, вот я и подумал… О чём именно он подумал, капитан предпочёл не уточнять, да в этом и не было никакой нужды. Какие вообще могли быть разговоры с человеком, который сходу давал понять, что не испытывал не то что бы ревности, но даже искреннего уважения к чужим чувствам. Гипотетическая влюблённость Феликса в другого парня стала для Хёнджина всего лишь поводом для шутки, да ещё и не особо весёлой. Эта новость не вызвала в нём ни раздражения, ни любопытства, ни желания откровенно поговорить, чтобы прояснить возможное недопонимание между ними. Он просто отшутился, занялся банальным сводничеством, как когда-то делал и Крис, в очередной раз сетуя над тем, какую одинокую жизнь для парня двадцати двух лет вёл Феликс. Но если забота Бана вызывала в блондине лишь лёгкую усталость и желание отмахнуться, то реакция Хёнджина полоснула по живому. — Ты прав. Я на него запал, — подняв взгляд на своё отражение в зеркале, глухо отозвался Ли. — Возможно, я даже останусь с ним. — В смысле с ним? Ты шутишь? — моментально растеряв былую весёлость и слегка замешкавшись, напряжённо уточнил капитан. Вместо ответа блондин протянул руку, осторожно отобрал у старшего полупустую кружку с водой, и указал подбородком на дверь — мол, иди, дальше я без тебя справлюсь. И тот, хмуро переступив с ноги на ногу, не стал спорить и вышел. Настроение оказалось безнадёжно испорчено, поэтому Феликс никуда не спешил, дав себе время успокоиться и собраться с мыслями. Он долго и с усилием скоблил щёки острым лезвием, стараясь не думать о красных полосах, проступающих на нежной тонкой коже, и строил планы относительно своего ближайшего будущего. Там, в своих фантазиях, Ли был куда смелее, чем в реальности. Ему бы точно хватило мужества, чтобы пойти своей дорогой — храбро и решительно, отрёкшись от глупых надежд, связанных с Хёнджином. Тому Феликсу не нужно было обстоятельно доказывать, что ничего у них не получилось бы — ни в этой вселенной, ни в сотнях тысяч других. Как они были двумя параллельными, двигающимися пусть и синхронно, но в разном направлении, так ими и остались. И этот факт ничто не могло изменить. Закончив со всеми процедурами, и без того растянувшимися на вечность, блондин с неохотой выбрался в коридор и осмотрелся. Голоса и смех по-прежнему доносились с кухни, и мысль о том, чтобы спрятаться от них в гостиной, становилась заманчивее с каждой секундой. Но стоило парню лишь сделать шаг в сторону неплотно прикрытой двери, как из-за его спины раздался весёлый голос Хана. — Эй, Феликс, ты есть-то будешь? Только ты ещё не завтракал. Точнее, не ужинал, — Джисон абстрактно взмахнул рукой, и, не дождавшись ответа, вновь скрылся на кухне. Тяжело вздохнув, Феликс всё же ненадолго скрылся в гостиной. Сменив футболку на чистую и пригладив перед зеркалом влажные пряди волос, он с неохотой прошёл на кухню и замер на пороге. Первым, что бросилось ему в глаза, оказалась мускулистая задница Чанбина, туго обтянутая тканью комбинезона — тот рылся в нижних ящиках кухонного гарнитура, пока Джисон нетерпеливо крутился возле него. Хёнджин же, забравшийся с ногами на угловой диван, задумчиво смотрел в одну точку и вертел в пальцах зажигалку. Усевшись по левую руку от капитана, аккурат туда, где стояла очередная банка консервов, любезно открытая специально для него, Феликс попытался сосредоточиться на еде и не реагировать на кряхтенье Со, явно что-то выискивающего в чужой тумбе. — Мы нашли в одном из шкафов переносную газовую плитку и хотели сварить на ней рамён, — скосив на него взгляд, зачем-то пояснил Хван. — Только вот она не работает. — Правда? Очень жаль, — стерев каплю соуса с губ, сухо отозвался Ли. — Но Чанбин сказал, что разберётся с этим. — Отлично же! — Верно. Не став продолжать неловкий разговор, завязавшийся между ними, Феликс сосредоточил всё внимание на еде, не особо чувствуя её вкус, и едва не подпрыгнул, когда Чанбин закричал дурным голосом. Выудив из глубин ящика два небольших газовых баллона, парень с победным кличем потряс ими над головой, а затем с грохотом водрузил на стол. — Ну, я же говорил вам, что у этой леди должны быть запасы всего на свете! Теперь наша плиточка точно заработает! — радостно потёр ладони воодушевлённый Со. — Эй, мелкий, не давись ты этой рыбой, сейчас рамён сварим! Хлопнув Феликса по плечу широкой ладонью, парень схватил один из баллонов и принялся прикреплять его к плитке взамен старого, давно закончившегося. Джисон же, хитро посмеиваясь, примостился на край дивана, из-за чего Ли, против воли, пришлось придвинуться ближе к Хёнджину. — Эх, Чанбин, до чего же ты рукастый парень! Вот повезёт кому-то! — рассыпался в похвалах Хан. — У тебя как, кстати, дела с личной жизнью? Есть кто? Сердито округлив глаза, Хёнджин перегнулся через опешившего Феликса и ударил друга по колену, но тот даже ухом не повёл. — Да как тебе сказать, — ничуть не обидевшись на бестактный вопрос, задумчиво отозвался Со. — Нравилась мне одна девчонка с работы, из отдела кадров. Я к ней недавно даже подкатил, на свидание позвал, но она сказала, что у неё уже есть парень. А я человек понятливый, нет значит нет. — Как же жаль! — пихнув блондина локтем в бок, печально воскликнул Джисон. — Ну, ничего страшного, у тебя ещё всё впереди. Ты ведь такой молодой, красивый, хозяйственный! Хан беззвучно заржал над своими же словами, а Феликс вскользь подумал о том, как это было бы прекрасно — просто взять и воткнуть вилку ему в бедро. Водрузив кастрюлю на заработавшую плитку, Чанбин открыл пачку рамёна, с наслаждением втянул запах сухой лапши, и ненадолго присел за стол, дожидаясь, когда вода закипит. Блондин же доел остатки своих консервов, проглотил последний хлебец, не оставив после себя ни единой крошки, и откинулся на спинку дивана, понимая, что сбежать из кухни у него всё равно бы не получилось — Хёнджин и Джисон надёжно отрезали пути для побега сразу с двух сторон. — Слушай, а ты чего всё в комбинезоне-то ходишь? — вновь привязался к Чанбину с расспросами неугомонный Джисон. — Так у меня и одежды больше никакой нет, — удивлённо развёл руками парень. — Я как был в рабочей форме, так и хожу в ней. — Эх, ты! Банок с консервами набрал, а шмоток нет! — смешливо пожурил его Хан. — Феликс, вот как ты думаешь, какой стиль подошёл бы Чанбину? Ли раздражённо прикрыл глаза, борясь с желанием послать этого болтуна, куда подальше, но Со неожиданно заинтересовался поднятой темой и с любопытством покосился на блондина. — А ты в этом разбираешься, да?! В последний момент проглотив готовую сорваться с языка язвительную реплику, Феликс мило улыбнулся и пожал плечами. Нет, он не был экспертом в одежде, и Джисон отлично это понимал. Большую часть гардероба Ли составляли огромных размеров худи и толстовки, потому что в них ему всегда было комфортно и тепло. Он не носил ни рубашек, ни стильных пиджаков, кожаным ботинкам предпочитал кеды, и у него даже не было длинного пальто — обязательного атрибута каждого уважающего себя парня. Феликс помнил, как они с Крисом однажды поехали по магазинам, чтобы купить себе по такому же. И если Бан не нашёл подходящего размера, то Ли просто разочаровался, не получив ожидаемого эффекта — пальто хоть и было красивым, но отчётливо подчеркнуло его крохотный для парня рост. То ли дело Хёнджин — вот кто был одним из главных модников университета. На нём одинаково прекрасно сидели как толстовки, в которых он ходил на тренировки, так и мягкие пушистые свитеры, делающие его по-домашнему уютным и милым. В понедельник он мог надеть строгую рубашку и очки в чёрной оправе, превратившись в отличника и просто хорошего парня, а во вторник завалиться на занятия в кожаной куртке, натянутой поверх майки, и с растрёпанными волосами, демонстрируя тёмную сторону своего характера. Но больше всего Хвану шли пальто. Он часто надевал их весной. Всего их было три — Феликс считал — чёрное, светло-серое и кофейно-коричневое. В серое он был влюблён больше всего. Чувствуя себя мелким воришкой, блондин подолгу стоял на лестничной площадке, выходящей окнами на курилку, и когда там появлялся неспешно бредущий на занятия Хёнджин, тут же прятался за стеной, чтобы тот его не заметил. Капитан выбивал сигарету из пачки, щёлкал зажигалкой, глубоко затягивался, изредка стряхивая пепел себе под ноги, и иногда подносил к губам стакан с кофе. Полы его пальто развевались на ветру, но ему никогда не было холодно. Стоя там, между вторым и третьим этажом, Феликс представлял, как он выбегал ему навстречу, нырял в приветливо распахнутые специально для него объятия, прижимаясь к такому тёплому и уютному Хвану, а тот накрывал его сверху тканью пальто, укрывая от апрельской промозглой сырости и ветра. И в реальности дверь действительно хлопала, и к Хёнджину на самом деле спешили за порцией нежности, вот только не Феликс, а она. — Увы, я не эксперт в моде, но думаю, что тебе бы подошёл спортивный стиль, — прищурившись, Ли оценил фигуру тут же приосанившегося Чанбина. — Джинсы, джоггеры, толстовки — да, в этом ты будешь классно смотреться. — Правда? Обычно я носил рубашки и брюки. Мне казалось, что так я выгляжу старше и солиднее! — Нет, они тебе тоже должны быть к лицу! — тут же замахал руками Феликс. — Но сейчас, будем откровенны, удобнее будет именно в джоггерах и худи. — Это точно, — Со осмотрел унылым взглядом свой замызганный комбинезон и тяжело вздохнул. — Может пройдёмся ночью по округе? Вдруг тут есть какой-нибудь магазин одежды, который ещё не успели полностью вынести? — Даже если он и существует, то боюсь, что самого красивого и дорогого там уже не осталось, — с улыбкой парировал Ли, и Чанбин весело рассмеялся, запрокинув голову. — Что ж, я привык довольствоваться малым! Позже, когда рамён, щедро посыпанный приправами, уже бурлил в кастрюле, Чанбин отлучился на минуту, чтобы сходить в туалет. Джисон же умчался в гостиную, уговорив Хвана поделиться с щедрым Со ещё одной бутылкой пива. Оставшись наедине с Хёнджином, Феликс неловко поднялся и подошёл к шкафу, в котором хранились остатки чистой посуды. Достав четыре тарелки, он принялся расставлять их на столе, при этом чувствуя на себе цепкий взгляд капитана. Тот ничего не говорил, никак не комментировал действия Ли, но и глазеть на него не переставал, будто ждал чего-то. — Что такое? — не выдержал первым блондин. Хван коротко пожал плечами и медленно отвернулся к наглухо закрытому окну. — Ты действительно решил с ним остаться? — Ещё точно не знаю, но, возможно, что да, — излишне резко открыв ящик со звякнувшими внутри столовыми приборами, твёрдо ответил Феликс. — Почему? Он что, так сильно тебе понравился? Ты же совсем его не знаешь! — Хёнджин возмущённо выбрался из-за стола и подошёл вплотную к парню. — Ты уверен, что хочешь этого? Тебе нужно искать Криса и… того парня, который тебе нравится. Ведь он тебе всё ещё нравится? Блондин быстро покосился на дверь, убедившись, что они всё ещё оставались на кухне вдвоём, и поднял робкий взгляд на нависающего над ним Хвана. — Почему тебя это так сильно волнует? Это из-за Криса? Ты считаешь, что обязан заботиться обо мне в его отсутствие? — Дело не только в Крисе. Я, правда, сильно за тебя переживаю, — капитан положил горячую ладонь на плечо парня и крепко стиснул пальцы. — Тебе не стоит оставаться здесь. Я хочу, чтобы ты пошёл с нами. Хёнджин смотрел в карие глаза Феликса прямо и требовательно, не ослабляя хватки, не позволяя ему в очередной раз вырваться и убежать. И Ли, задрав голову до боли в шее, ответно всматривался в его лицо. Они были сейчас так волнительно близко. Почти так же, как холодной весной, только тогда на месте Феликса стояла Джинсоль. Интересно, будь сейчас на Хване надето пальто, распахнул бы он его полы, заворачивая в них трепещущего и дрожащего блондина, или так и не переступил бы незримой границы, прочерченной между ними? — Глупости, — зажмурившись, пробормотал Ли. — Что ты сказал? — наклонился ещё ниже капитан. Так невыносимо сильно хотелось его оттолкнуть, чтобы снова начать дышать полной грудью и адекватно мыслить, но брюнет будто специально загонял его в угол, лишая воли, отрезая от мира своей широкой спиной и воинственно горящим взглядом. И плевать, что для Хвана в этой сцене не было ничего необычного и смущающего — он на самом деле мог плохо его расслышать, и чужие ошибочные выводы уж точно не должны были его волновать, вот только глупому сердцу этого не объяснишь. Оно, ненормальное, прыгало от счастья, стучало в рёбра с бешеной силой, отдаваясь вибрацией по всему телу, и кружилось, будто лист, сорванный с ветки и подхваченный ветром. — Прости, но ты бы не мог от меня отойти? — глядя себе под ноги, смущённо поинтересовался Феликс. Судя по округлившимся глазам Хёнджина, он лишь сейчас заметил, что зажал блондина в углу между холодильником и подоконником. Но вместо того, чтобы послушно отпрянуть, он упрямо нахмурил брови и сжал губы в ровную полосу. — А что? Я тебе неприятен? Феликс не мог с точностью сказать, что разозлило его больше всего — нагловатый тон капитана, столь бесцеремонно ворвавшегося в его личное пространство, или его искреннее недоумение сложившейся ситуацией, но ответ слетел с губ прежде, чем он успел его хоть как-то отфильтровать. — Я тебе не Джинсоль, чтобы меня по углам зажимать! — оскорблённо прошипел Ли, и, оттолкнув со своего пути опешившего Хвана, поспешил прочь. В дверях он столкнулся с Чанбином — тот попытался было его остановить, напомнив про рамён, но Феликс лишь отмахнулся, чтобы спустя мгновение запереться в ванной. И уже там, в одиночестве крохотной комнатушки, он сполз по стене на пол и спрятал горящее лицо в коленях, прижатых к груди.

***

После долгих обсуждений, в которых сам Феликс осознанно не принимал никакого участия, было решено привести Чонина и Джинсоль в квартиру Чанбина, чтобы, как следует отоспавшись, продолжить запланированный маршрут уже следующей ночью. Клятвенно заверив, что его брат и девушка не доставят никаких проблем, Хёнджин получил согласие Со и тут же рассыпался в искренних благодарностях. Они вышли из дома в половине одиннадцатого, когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, а по улицам начала разливаться спасительная прохлада. Хван тут же нетерпеливо закурил и глубоко затянулся, выдохнув дым в звёздное небо, и Ли стоило огромных усилий, чтобы отвернуться и не глазеть на него. После дурацкой сцены на кухне они больше не перекинулись ни словом, даже не косились без особой нужды в сторону друг друга. Когда Феликс вернулся на кухню, пожаловавшись на внезапную боль в животе, парни уже доели рамён. Свою порцию разбухшей лапши он проглотил в одиночестве, в то время как остальные перебрались в гостиную и уже там продолжили разговор. — Мне пойти с вами? — ткнув пальцем в соседний дом, предложил свою помощь Чанбин. — Вдруг какие проблемы будут? Я помогу разобраться! — Не нужно, мы с Джисоном справимся, — отмахнулся Хван, словно бы нарочито подчеркнув, что собирался идти вдвоём с Ханом. Не став с этим спорить, Чанбин порылся в кармане комбинезона и вытащил из него ключ от подъездной двери, вложив его в руку капитана. — Это дубликат, если что, но всё равно не потеряйте, — деловито произнёс он. — Код от квартиры: три-семь-девять-один. Запомните? — Зачем ты нам всё это говоришь? Неужели настолько доверяешь? — впервые за весь день оказавшись достаточно серьёзным, удивился Джисон. — Просто не хочу, чтобы вы под дверями сидели, пока я домой не вернусь, — шутливо отмахнулся Чанбин, остановив взгляд на угрюмом Феликсе. — Так что, пойдёшь со мной на поиски одежды? Может и тебе что присмотрим! Блондин помедлил пару секунд, но не дождавшись ни возражений со стороны Хвана, ни подколок от Хана, согласно кивнул головой. Всё равно это было лучше, чем наблюдать счастливое воссоединение Джинсоль со своим бойфрендом. О да, этого дерьма он насмотрелся на жизнь вперёд. Поправив лямки рюкзака, болтающегося за спиной, Чанбин первым спрыгнул с крыльца и зашагал в одном ему известном направлении. Феликс хотел было поспешить следом, но в последний момент передумал и обратился к капитану, смотревшему в противоположную сторону. — Тебе бита нужна? — Обойдусь. Понятливо кивнув, Ли побрёл за ушедшим Со, кусая губы от обиды и горечи, но в последний момент не выдержал и обернулся, буквально на секунду. Хван, слегка сгорбившись и спрятав руки в карманах спортивных штанов, уже вышагивал к дому, где оставил накануне брата и возлюбленную. Джисон шёл с ним нога в ногу и говорил что-то без остановки, не прекращая при этом жестикулировать. — Мелкий, не отставай! — свистнув, поманил его к себе Чанбин, и Ли невольно пришлось ускориться. Первое, что Феликс понял, оставшись наедине с Со, так это то, что парень прекрасно ориентировался в улицах опустевшего города. Он знал, в какой переулок нужно было свернуть, чтобы не нарваться на таких же искателей, как они сами. Умело избегал наиболее открытых пространств и массовых скоплений тел. Двигался тихо, будто тень, словно являлся вовсе не сантехником, а воином из высокотехнологичного будущего, отправленным сюда, чтобы предотвратить ужасную катастрофу. Несмотря на то, что Чанбин подсознательно вызывал доверие, Феликс всё равно долго не мог расслабиться. Он то и дело хватался за биту, внимательно прислушивался к шорохам, и испуганно шарахался от любой тени. Со это неожиданно веселило, но почему-то блондин не чувствовал себя униженным. Напротив, он искренне улыбался в ответ, с каждой минутой всё сильнее успокаиваясь. — Жаль, что я ещё не очень хорошо выучил этот район, — пожаловался парень спустя полчаса. — Живи я здесь, и нам бы не пришлось столько времени искать магазин одежды! Феликс лишь усмехнулся в ответ на чужие слова, потому что лично для него прогулка вышла куда полезнее, чем он ожидал. Да, на их пути не попадались бутики, зато они заглянули в несколько пусть и изрядно разграбленных, но всё ещё не опустошённых полностью аптек. Они набрали там бинтов, антибиотиков, первых попавшихся под руку таблеток, справедливо рассудив, что в будущем с ними могло приключиться всякое. На выходе в одной из них им попалась почти нетронутая стойка со всякой мелочью. Ценники, уведомляющие покупателей о распродаже, уже были неактуальны, поэтому парни решили ни в чём себе не отказывать. И если Чанбин, стыдливо поиграв бровями, набил себе карманы презервативами, то Феликс прихватил несколько витаминных батончиков и упаковку пластырей с мультяшными героями. — А у тебя, Феликс, есть девчонка? — прошагав мимо салона красоты, расположенного на первом этаже одного из домов, поинтересовался Чанбин. — Нет. — А что так? Ты же симпатичный! — Ну, есть парни гораздо привлекательнее меня, — не особо желая продолжать данный разговор, отрезал Ли. — О, а что это там такое?! Чанбин тут же затормозил, подслеповато прищурился, всматриваясь в едва читаемую в темноте вывеску, а затем обречённо махнул рукой. — Не, там очередная аптека. Что у них тут за район такой? Только лечатся и стригутся! Они плутали по улицам ещё довольно долго, пока не вышли к торговому центру. В обычное время здание было ярко освещено огнями и сиянием неоновых вывесок, сейчас же, в кромешной тьме, казалось пугающей угольно-чёрной громадой из фильма ужасов. Место пристанища для зомби, призраков, кровожадных маньяков — это место идеально вписывалось в любой из сюжетов. Несмотря на то, что в центре находилось всё то, что они безуспешно искали последнюю пару часов, заходить внутрь парни всё равно не рискнули, предпочтя спрятаться в кустах на другой стороне дороги. После недолгих наблюдений они убедились, что внутри здания находилось много людей — часть из них стояла в стеклянных дверях и громко переговаривалась, другие же вальяжно расхаживали по забитой автомобилями парковке, и знакомиться с ними ближе не захотелось ни Со, ни Феликсу. — Уходим, — шепнул Чанбин, и Ли с облегчением метнулся подальше от этого места. На обратном пути они заглянули в пару продуктовых магазинчиков, но полки там оказались почти пусты. Забрав с собой всё то немногое, что ещё осталось, парни неспешно побрели назад — от рассвета их отделяло прилично времени. — Что ж, видимо, я буду ходить в этом комбинезоне до скончания своих дней, — печально констатировал Со. — Да ладно, не драматизируй, — со смехом отмахнулся Феликс. — Можешь пока взять что-нибудь из наших вещей. Конечно, ты крупнее Хёнджина, но он часто носит вещи на несколько размеров больше, и он может что-нибудь подобрать для тебя. — О, это мило, — парень пихнул блондина кулаком в плечо, и поднял задумчивый взгляд к усыпанному звёздами небу. — Жаль, что вы завтра уже уходите. Может всё-таки передумаете? — Им нужно добраться к родным, — со вздохом покачал головой Феликс. — А тебе разве не нужно? — удивился парень. — Ну, моя семья живёт в Сиднее, поэтому… Феликс растерянно замер, когда Чанбин резко остановился и вскинул руку. Повинуясь этому жесту, парень тут же замолчал и принялся вертеть головой во все стороны — он сам упорно никого не видел и не слышал, но Со в этот момент напоминал лесного зверя, почуявшего запах пороха. Чувство надвигающейся опасности ощутимо нарастало в воздухе. Чанбин, пошире расставив ноги и присев, готовился то ли к нападению, то ли к побегу. Ли же, обратившись в слух, наконец, понял, что именно насторожило Со в тишине полуживого города — это были едва различимые звуки шагов. Кто-то крался за ними, подобно охотнику, выслеживающему добычу. И этот кто-то прямо сейчас дышал им в спины. Резко обернувшись и на ходу сорвав с пояса биту, Феликс тут же зажмурился от вспыхнувшего и ударившего прямо ему в глаза ослепительного луча света. Он беззвучно чертыхнулся, прикрыл ладонью веки, но охотник, ловко напавший на их след, не собирался давать передышек. — Стой на месте! — грубо приказал мужской голос. — Биту положи на асфальт. Не спеша выполнять чужие требования, блондин прищурил слезящиеся глаза и вгляделся в чужую фигуру, надёжно скрытую за ослепительным сиянием фонарика. Чанбин же, что всё это время продолжал смотреть в противоположную сторону, вдруг витиевато выругался и покачнулся. — Твою мать, тут ещё двое! — шепнул он, и Феликс ощутил, как к его горлу подкатила тошнота. — Пацан, биту убирай, — требовательно повторил тип. — Или я сейчас сам её заберу и засуну тебе в задницу, понял? — Нам надо бежать! — едва слышно пробормотал Со. — Ты понял?! Блондин, не способный сосредоточиться в этот момент на обращённых к нему словах, беспомощно переступил с ноги на ногу и отчаянно пожалел, что не остался в эту ночь рядом с Хёнджином. Почему-то он был в этом железно уверен — рядом с Хваном он бы не влип в подобное дерьмо. — Нам нужны только ваши рюкзаки! — зычно крикнул голос из темноты. — Оставьте их на земле и проваливайте. Но вот если мы заметим вас в нашем районе хоть ещё один раз, то живыми вы уже не выберетесь, ясно?! — Разве мы сможем от них сбежать? — едва шевеля губами от ужаса, в отчаянии простонал Феликс. — Хватит шептаться! — взревел вышедший из себя мужчина. — Считаю до трёх и стреляю! Ли задержал дыхание и с ужасом ощутил, как рукоятка биты мгновенно стала мокрой от пота. Казалось бы, сколько раз за последние несколько дней он уже находился на грани жизни и смерти? Так почему происходящее всё ещё продолжало пугать его до чёртиков и лишать воли? Сейчас он готов был сделать всё, что у него просили — малодушно выкинуть биту в кусты, сдёрнуть с плеч рюкзак и вручить его отморозкам. Пусть бы у него забрали всё, раздели до трусов, а напоследок ещё и наградили парой унизительных оплеух, лишь бы оставили в живых и ушли. Феликс никогда не считал себя отчаянным храбрецом. За всю свою жизнь он дрался всего лишь пару раз, да и то в глубоком детстве. Став старше, он начал сознательно держаться в стороне от любых конфликтов, старался ни с кем не враждовать и не вступать в глупые споры, потому что меньше всего хотел, чтобы его трогали. Тем более, что у него перед глазами долгое время находился живой пример того, что могли сделать с человеком, если он становился неугоден толпе. Того одноклассника, которого дружно травили всем классом, звали Лео. Ли был похож с тем парнишкой — такой же мелкий и щуплый тихоня. Их главное отличие заключалось лишь в том, что за спиной Феликса стояли обеспеченные родители, а Лео родился в бедной семье. Над ним издевались три с половиной года — ровно до того момента, пока родители не перевели его в другую школу. И пусть сам Феликс никогда не присоединялся к воинственно улюлюкающей толпе, но он и не предпринимал ничего, когда Лео избивали за школой, тушили о его одежду окурки, а его самого макали головой в унитаз. Он наблюдал за этим со стороны, украдкой кусая губы, и напряжённо размышлял над тем, как поступил бы, если сам стал объектом всеобщей травли. Дрался бы до кровавых соплей, храбро отстаивая свою честь, или точно так же, как и одноклассник, унизительно рыдал, прикрывая руками разбитую голову? Яростно боролся, один против всех, или испуганно падал на колени, умоляя его не трогать? Сейчас, стоя посреди тёмной улицы, оказавшись один на один с неизвестными головорезами, он понимал, что не было в нём ни мужества, ни отчаяния. Что он, Ли Феликс, недалеко ушёл от слабака Лео, которого всегда в глубине души презирал. Когда Чанбин внезапно пихнул его в плечо и побежал, блондин не сразу сориентировался. Он обернулся, со страхом глядя на то, как быстро Со улепётывал прочь, и как за ним тут же погнались сразу двое преследователей. Тип же, который ещё недавно угрожал выстрелить, отчего-то не спешил доставать пистолет, и лишь посылал проклятия в спину беглеца, и это подарило Феликсу лёгкую надежду. Он сорвался с места молниеносно, помчавшись в противоположную Чанбину сторону, и опешившему от его прыти мужчине не оставалось ничего иного, как погнаться за ним следом. Не соображая толком из-за охватившей его паники, Феликс мчался вниз по улице, изредка оборачиваясь и проверяя местоположение своего преследователя. Тот не отставал от него, рвано светил фонарём в спину, стараясь не упускать из виду, но, к счастью, и не сокращал дистанцию. Ли не знал, сколько тому было лет, насколько выносливым он являлся, поэтому не спешил расслабляться. Совершенно не ориентируясь в одинаковых улицах и домах, парень несколько раз сворачивал, то перерезая на бешеной скорости тёмные дворы и детские площадки, то перелетая через брошенные посреди дороги машины и низкие декоративные заборы. Он искал себе укрытие, но, будто назло, ему попадались лишь многоквартирные дома с наглухо закрытыми подъездными дверьми. Нырнув в узкий загаженный переулок возле здания, когда-то бывшего баром, Феликс спрятался за мусорным баком, над которым шумно жужжали мухи, и положил ладонь на бешено колотящееся сердце. Дав себе несколько секунд передышки, он попытался восстановить дыхание и встряхнул гудящими от долгого бега ногами — право, если бы Крис и Хёнджин в своё время не гоняли его на тренировках, он бы в жизни не пробежал такое расстояние. Услышав приближающийся топот, блондин вскинул голову и затих, на всякий случай поудобнее перехватив биту. Мужчина находился совсем рядом — луч его фонаря мазнул по яркому граффити на противоположной стене переулка, но углубляться в него тип не стал и промчался мимо, видимо решив, что блондин убежал вниз по улице. Выждав ещё минуту, парень осторожно выбрался из укрытия и осмотрелся. Солёный пот заливал глаза, бежал вниз по вспотевшей шее, поэтому он стёр его рукавом толстовки и шмыгнул носом. Бесшумно дошагав до главной улицы, залитой рассеянным лунным сиянием, Ли помедлил и боязливо выглянул, но никого там не увидел — тип или убежал, или сидел в засаде, высматривая затаившуюся неподалёку добычу. Устало вздохнув, Феликс ткнулся затылком в шершавую стену и прикрыл глаза. А когда, чуть успокоившись, вновь распахнул ресницы, то отчётливо осознал, что совершенно не понимал, где именно находился — его окружали одинаковые на вид дома, опостылевшие аптеки с разбитыми окнами и брошенные посреди асфальта разбитые автомобили. Что на этой улице, что на соседней, что через квартал — везде его ожидало одно и то же. Где именно находилась квартира Чанбина? Как далеко он убежал от того места, где они с Хёнджином расстались в последний раз? Зачем он вообще потащился с этим Со? Он должен был остаться с Хваном, и тот бы непременно позаботился о нём! Стараясь не поддаваться вновь нахлынувшей удушливой панике, Феликс закусил ребро ладони, и тут же покосился на циферблат, проверяя время — до рассвета оставалось не больше двух часов. — Проклятие! — ударив кулаком по стене, в отчаянии процедил блондин. И отчётливо понимая, что надеяться ему было не на кого, Феликс сорвался с места и побежал. — Беги быстрее! Так, будто от этого зависит твоя жизнь! — неизменно кричал во время тренировок Крис. И он бежал — за тем, чья широкая спина мелькала далеко впереди, и отчаянно пытался его догнать. Даже понимая, что это невозможно. Отдавая себе отчёт в том, что был слабее. Но в этом было что-то — упрямо бежать, несмотря ни на что, и делать всё возможное, чтобы догнать свою мечту. Что тогда, что сейчас.