Аномалия

К дому Джинсоль было решено пробираться окольными путями, избегая как центральных улиц, так и особо крупных скоплений магазинов, возле которых наверняка крутились подозрительные личности. Двигались они чётко и слаженно, без остановок, бесшумно следуя друг за другом и умело прячась в тени домов и деревьев. Иногда Хёнджин останавливался, доставал из рюкзака карту, чтобы свериться с маршрутом, и остальные, пользуясь короткой передышкой в несколько секунд, пытались за это время отдышаться и вытереть с лица пот. Несмотря на то, что каждый из них предпочёл бы добраться до семьи Ким на машине, с этим вариантом с самого начала возникли большие проблемы. Безусловно, главнейшей из них были забитые автомобилями дороги — невозможно было набрать приличную скорость, когда на пути каждые несколько метров возникали новые препятствия, которые нужно было объехать, да ещё и в кромешной темноте. Кроме того, не меньшие трудности вызывал и поиск подходящей машины. Первое время они, полные надежд, бросались едва ли не к каждому автомобилю. Смело распахивали двери, совали любопытные носы в сумрачные салоны, чтобы тут же отпрыгнуть назад от дикой вони и встревоженного роя мух. Затем они начали поступать умнее. Включали фонарики, светили в стёкла, мысленно или вслух подсчитывая количество тел в салоне, и понуро шли дальше. Нет, Феликс, как и остальные парни, смог бы пережить такую поездку. Мертвецов можно было вытащить, стёкла опустить, а вокруг лиц обмотать куски ткани, но вот Джинсоль, и без того всхлипывающая без остановки, закатила целую истерику, когда Хёнджин робко предложил подобный вариант. — Ты же сейчас пошутил, да? — прищурившись, недобро процедила она. — Ты ведь не можешь всерьёз предложить мне подобное! — Милая, но так мы сможем быстрее добраться к твоей маме, — явно чувствуя состояние девушки на порядок лучше остальных, миролюбиво объяснил свою точку зрения Хван. Джисон, отвернувшись от Джинсоль, показательно провёл ногтем большого пальца по горлу и закатил глаза, и не ошибся — уже через секунду та взорвалась. — Я не собираюсь ехать на одной машине с мертвецами! — зажмурившись, надрывно закричала Ким. — Я и так за эти дни увидела мертвецов больше, чем за всю свою жизнь! Они мне снятся каждую ночь, я не могу отмыться от их запаха, а ты мне предлагаешь ещё и сесть в такую машину?! Да ты сдурел! Хёнджин всеми силами пытался её успокоить, но девушка явно была не в себе — она вырывала руки, замахивалась на бойфренда, и продолжала вопить так громко, что её, вероятно, слышал весь квартал. — Если так хотите, то давайте, садитесь и проваливайте отсюда, а я как-нибудь дойду одна! — в завершение эффектно выплюнула Ким, после чего, сев на корточки, оглушительно зарыдала. Глядя на то, как Хван тут же бросился её успокаивать, Феликс лишь поморщился и опустился на бордюр спиной к парочке. В такие минуты он искренне жалел, что не родился девушкой. Будь он женского пола, и тоже имел бы право на истерики. И его бы точно так же слушали, виновато опустив голову, а потом прижимали к себе и шептали на ухо милые глупости. Вот только он был парнем, а парням нельзя было открыто рыдать над тем, как им разбили нос и публично записали в пидарасы. Даже если болело и снаружи, и внутри, нужно было переваривать это в одиночку, а затем проглатывать — и обиду, и разочарование, и осевшую ржавым налётом на зубах тоску. Потому что так было принято. И кто такой Ли Феликс, чтобы эти традиции нарушать? Нос действительно до сих пор болел — блондин периодически его ощупывал и морщился. Всё же эта саднящая боль, как и оставшийся на месте удара отёк, были лучшими свидетельствами его наивности, абсолютно неуместной для нового мира. Он посчитал Чанбина нормальным? Допускал мысль, чтобы остаться с ним? Решил, что его компания была лучше той, что сейчас его окружала? Тогда вот тебе, получай, расписывайся за собственную недалёкость. Сейчас Феликс чётко понимал, что как бы его ни воротило от романтичных отношений Хёнджина и Джинсоль, находиться вместе с ними всё равно было безопаснее, чем в обществе Со или кого бы то ни было ещё. И это была большая удача, что Чанбин показал своё истинное лицо прежде, чем Ли совершил непоправимую ошибку и выбрал его компанию. Когда зарёванная Джинсоль, заметно успокоившаяся в объятиях бойфренда, тихо извинилась перед парнями, они, наконец, смогли пойти дальше. Отчаянно радуясь тому, что на девичьи визги никто не сбежался, они прошли ещё около километра в полном молчании, каждый думая о чём-то своём, прежде чем наткнулись на группу людей. Первыми их заметил Чонин. Дёрнув брата за рукав, он указал пальцем в темноту, и тут же все, не сговариваясь, присели на корточки и затихли. Стараясь не высовываться, они всмотрелись в несколько тёмных фигур, бредущих по противоположной стороне улицы — те явно о чём-то спорили, поэтому не особо внимательно следили за обстановкой. Дождавшись, когда они скроются за одним из домов, Хван махнул рукой и первым шмыгнул в узкий переулок. Логика этого решения была понятна — после нескольких встреч с другими людьми, закончившихся большими неприятностями, хотелось всячески избежать новых знакомств. От того они и совершали большие крюки, постоянно отклоняясь от маршрута, и боязливо прислушивались к каждому шороху. Переулок привёл их на задний двор безымянной забегаловки. Всё, что здесь находилось, так это дурно воняющие контейнеры с мусором, да старенький серебристый хёндай со вмятиной на передней дверце. Именно к ней и бросился Джисон, чтобы обойти по кругу и посветить фонариком в окна. А когда убедился, что внутри никто не находился, то дёрнул на пробу за ручку, но та ожидаемо не поддалась. — Хёнджин, — помешкав, позвал друга Хан, — может мы взломаем её? — Да ты что? — сунув руки в карманы широких спортивных штанов, насмешливо фыркнул брюнет. — А у тебя есть опыт в подобных делах? Или ты думаешь, что это так просто — соединить вместе два проводка, и мотор заведётся? — Ну, попробовать-то можно! — обиженно пнув пыльное колесо, отозвался парень. — Послушайте, — Феликс, впервые заговоривший с того момента, как они покинули дом Чанбина, тут же привлёк к себе всеобщее внимание. — Хозяин машины наверняка работник этого заведения. И если автомобиль до сих пор тут, то и он тоже наверняка там. — Предлагаешь нам его найти? — прищурившись, тут же подхватил чужую мысль Хёнджин. — Ладно, давайте попробуем. Оставив Чонина и Джинсоль ждать их снаружи, парни втроём зашли в кафе и осмотрелись. Задняя дверь привела их в узкий коридор, заставленный пустыми ящиками и чёрными мешками с мусором. Миновав их, они разделились — Джисон направился проверять раздевалку, а Хёнджин с Феликсом решили быстро осмотреть кухонную зону. Двигаясь мелкими шажками, Ли обошёл всю комнату по кругу, но так никого и не встретил — помещение оказалось абсолютно пустым. Впрочем, это лишь усиливало сюрреализм всего происходящего. В круг света от фонаря, будто кусочки пазла, попадали свидетельства прошлой жизни — разделочная доска с засохшим, нарезанным на дольки помидором, и брошенным рядом ножом. Раковина, полная грязных кастрюль и половников. Оставленная кем-то белая керамическая кружка с остатками кофе. Казалось, что вот-вот, и входная дверь хлопнет, и сюда вернётся усталый повар или запыхавшаяся официантка с ворохом новых заказов. И тогда это место вновь оживёт. Зашкворчит масло на сковороде, зажурчит вода из крана, хаотично захлопает дверца холодильника. Но нет, в этом месте, как и во всей столице, отныне царила гробовая тишина, нарушаемая лишь глубокой ночью. Феликс, впавший в задумчивость, совершенно не услышал приближающихся шагов, и когда его плеча осторожно коснулись, не успел совладать с инстинктом самосохранения. Он резко развернулся, и бита, которую парень всё это время держал наготове, врезалась в чужой бок — не сильно, но всё равно достаточно ощутимо, чтобы ненароком напугавший его Хван громко охнул и согнулся пополам. — Твою мать, Ликс! — сдавленно простонал он, и блондин тут же бросился к нему. — Хёнджин, прости меня, пожалуйста, я не хотел! — робко залепетал парень. — Дай я посмотрю, что там! — Нахрена ты вообще с этой битой таскаешься?! — хватая ртом воздух, отчитал его Хван. — Боишься, что на тебя зомби нападут?! — А ты зачем меня напугал! — Так я ещё и виноват?! Брюнет, наконец, разогнулся, и Феликс тут же запустил пальцы ему под футболку, чтобы ощупать рёбра. В сердито прищуренные глаза он старался не смотреть, тем более, что ощущение горячей кожи на чувствительных подушечках полностью захватило его внимание. Пришлось как следует постараться, чтобы вспомнить, зачем его рука вообще оказалась под чужой тканью, и приступить к осмотру. Нахмурив брови, Хван подозрительно молчал, пока пальцы Ли неловко елозили под его одеждой. Он не совершал попыток отстраниться, не задавал вопросов, и это слегка приободрило блондина, с трудом сдержавшего охватившую его дрожь. — Тут больно? — осторожно надавив на ребро, шёпотом уточнил он, и Хёнджин медленно помотал головой. — А вот тут? — Ну, так, — неопределённо прокомментировал капитан. — Синяк, наверное, будет. — Главное, чтобы кости были целые! Приподняв футболку, Феликс посветил фонариком на усыпанную родинками светлую кожу, и ещё раз провёл по ней пальцами, хотя в этом не было никакого смысла. И то ли Хван этого не понимал, то ли сам пребывал в не меньшем замешательстве, но он по-прежнему не двигался, а на его коже, прямо там, где её касался блондин, проступали мурашки. И это было так глупо — стоять почти вплотную к чужому бойфренду. Касаться его, что-то там проверять, возомнив себя опытным врачом, хотя и дураку было понятно, что от столь смазанного удара не могло случиться никаких переломов. Но Феликс всё равно это делал, не в силах отстраниться, и дурел от осознания того, что Хёнджин ему это позволял. — Жить буду? — выдохнул Хван прямо в светлую макушку, и зависший Ли тут же вскинул на него взгляд. Тёмно-карие глаза смотрели на него неожиданно пронзительно и ясно, будто знали что-то наверняка, но Феликс не успел расшифровать этот взгляд, в ту же секунду зажмурившись от ударившего прямо ему в лицо ослепительно-яркого потока света. — Кхм-кхм, я вам не помешал? — издевательски постучал по дверному косяку Джисон. — Вы уж извините, что прервал эту трогательную сцену, но нас там, как бы, ждут. Феликс тут же вспыхнул, стыдливо отдёрнул руки от раскалённого тела Хвана и отвернулся в противоположную сторону, в то время, как тот, ничуть не смутившись, лишь огорчённо покачал головой. — А нечего за нами подсматривать! — назидательно ткнул он пальцем в сторону друга. — Между прочим, Феликс мне чуть ребро не сломал! — О, так это был медицинский осмотр? — натянуто хохотнул Джисон. — А я уж подумал… — Да заткнись ты! — не выдержав, огрызнулся Ли. — Мне казалось, что случай с Чанбином научил тебя держать язык за зубами, но не тут-то было! Хёнджин, видимо решивший переключить их внимание на что-то другое, спешно подошёл к одному из кухонных шкафов, демонстрируя найденные внутри консервы, но распалённые нарастающим конфликтом парни даже не взглянули в его сторону. — Очень интересно! С чего бы это я должен молчать, если ты лапаешь моего друга? Его там девушка на улице ждёт, а ты руки распускаешь! — возмущённо рявкнул Джисон, и Феликс мысленно проклял себя за то, что вообще допустил мысль о том, чтобы приблизиться к Хвану. Право, мало ему было недавнего конфликта с Со, закончившегося унизительным ударом в нос? Ещё захотелось? Так бери, получай, только отплёвываться не забывай! Нет, Хан был не из тех, кто мог закрыть глаза на подобное. Он совершенно точно планировал растрезвонить об увиденном всем и каждому, щедро добавив выдуманных подробностей, и особенно он был бы рад поделиться этим с Джинсоль. А уж та бы не упустила случая сделать всё возможное, чтобы настроить Хвана против него. — Я всего лишь проверял всё ли в порядке с его рёбрами, — переведя взгляд на биту в своих руках, обречённо выдохнул Феликс. — Удар был сильный. — Ну, конечно, так я и поверил! Ты сам признался, что тебе нравятся парни. А что, если этот парень… — Да прекрати уже, Джисон! — в сердцах крикнул капитан, на мгновение прекратив складывать консервы в рюкзак. — Что ты к нему привязался?! Я сам попросил его проверить мои рёбра! Сам! На удивление, произнесённая Хёнджином откровенная ложь подействовала — Хан тут же притих, даже втянул голову в плечи, но злобно коситься на Феликса, пока друг не видел, не перестал. Решив переключиться на кое-что более насущное и важное, чем ссора с Феликсом, Джисон положил перед капитаном несколько связок ключей, найденных в раздевалке, и что-то коротко шепнул, в ответ на что Хван согласно кивнул. Они покинули кухню первыми, ненадолго заглянули в зал, но вскоре вернулись в коридор. Ли же всё это время продолжал стоять на прежнем месте и медленно умирать от стыда и ненависти к самому себе. Его даже посетила малодушная мысль о том, чтобы сбежать, но он вовремя себя одёрнул — подобные истерики были уделом девушек, а он и так упал в глазах Хана ниже некуда, чтобы разыгрывать подобные драматичные сцены. Не дожидаясь, пока его позовут, Феликс подошёл к парням, по-прежнему глядя куда угодно, только не им в глаза, и покинул забегаловку вслед за ними. Чонин и Джинсоль, сидевшие на капоте машины, тут же нетерпеливо вскочили и засыпали их вопросами. Гордо продемонстрировав им ключи, Хёнджин направился к автомобилю, а Феликс, беззвучно чертыхнувшись, остался стоять на крыльце и кусать губы. Пальцы, сжатые в кулак, ощутимо жгло от недавних прикосновений, но теперь это была не приятная боль, а ослепительная судорога. Будто бы он не гладкой кожи касался, а опускал руки в серную кислоту и держал в ней до тех пор, пока те не покрылись уродливыми пузырями. Блондин не удивился, когда услышал тарахтенье заработавшего мотора — Хёнджин уже сидел за рулём, поправляя под себя зеркала, а Чонин с Джисоном торопливо забрасывали рюкзаки в багажник. — Я буду его навигатором! — обогнав в последний момент недовольную Джинсоль, Хан запрыгнул на переднее сиденье рядом с другом, и принялся деловито разворачивать карту. — Между прочим, я бы тоже могла им быть! — постучав костяшками по стеклу, сердито процедила Ким, но всё же послушно уселась сзади. — Феликс, ты идёшь? — радостно позвал его Чонин, и парень заторможенно кивнул. Бросив свой рюкзак к остальным, блондин захлопнул багажник и последним забрался в салон. Заметив, что все остальные уже пристегнулись, он также нащупал в темноте ремень безопасности и щёлкнул пряжкой. Хёнджин, обернувшись, окинул друзей довольным взглядом, и неожиданно серьёзно кивнул. А затем, тронув автомобиль с места, аккуратно выехал из узкого дворика в тот самый переулок, по которому они пришли сюда совсем недавно. Благодаря ярко-горящим фарам, они смогли без проблем выехать на дорогу и повернуть на север — туда, где и находился дом Джинсоль. Пожертвовав высокой скоростью ради всеобщей безопасности, Хёнджин двигался по шоссе довольно медленно, но зато умело избегал многочисленных заторов на их пути. И лишь когда им попадались относительно свободные участки асфальтного полотна, он ненадолго ускорялся, чтобы вскоре вновь мягко притормозить. — Вот тут сворачивай направо, — то и дело сверяясь с картой, раздавал указания Джисон. — Тогда мы срежем этот угол и сразу выедем на нужную улицу. Хван не спорил, всецело доверившись другу, и послушно выворачивал руль в нужном направлении. Главным открытием, которое ожидало их на пути, стал тот факт, что далеко не они одни передвигались по ночному городу на автомобилях. Чем ближе они приближались к центру столицы, тем чаще на их пути попадались машины. Были это и совсем новые спортивные авто, явно угнанные прямиком из разграбленных салонов, и изрядно помятые джипы. Кто-то и вовсе гонял на автобусах, подобных тому, в котором они ехали с соревнований, а потом жили несколько дней в тоннеле. Некоторые водители их игнорировали, другие сигналили и махали руками в знак приветствия, а третьи, явно самые отбитые, нарочито провоцировали — иногда пугая, а порой по-настоящему оставляя царапины и вмятины на дверцах. — Бро, только не останавливайся! — провожая взглядом очередного отморозка, шипел Хан, и сосредоточенный Хёнджин лишь крепче сжимал пальцы на руле. На одном из перекрёстков они встретились с очередной машиной. Хвану пришлось притормозить, чтобы пропустить их вперёд, и пожилой мужчина, сидевший за рулём, подслеповато высунулся в окно, чтобы поблагодарить его кивком головы. — Вы, случайно, не в центр едете? — также сбавив скорость, уточнил он. Феликс невольно покосился на пассажиров чёрной тойоты — заплаканную женщину, видимо, супругу мужчины, и подростка на заднем сиденье, прижимающего к лицу окровавленное полотенце. — Да, а что такое? — также проследив взглядом за незнакомцами, напряжённо поинтересовался Хван. — Опасно там, — неопределённо дёрнул плечом водитель. — Слишком много бандитов, они все проезжающие машины тормозят. — Зачем это? — перегнувшись через капитана, вступил в диалог любопытный Джисон. — Вещи забирают! — тяжело вздохнул незнакомец. — Мой сын попытался с ними поспорить, так ему всё лицо разбили, еле оттащили его! Спасибо, хоть машину нам оставили. Напоследок узнав у мужчины название улицы, на которой было совершено нападение, парни тут же склонились над картой, выстраивая новый маршрут. Не особо вслушиваясь в чужой бурный спор, Джинсоль заёрзала на сиденье и тоскливо выглянула в окно. А затем, схватив за руку сидевшего рядом Чонина, указала пальцем на неприметное здание, расположенное прямо за деревьями. — Видишь это? Это музыкальная школа, в которую я ходила в детстве! — с гордостью сообщила она. — Мой дом находится совсем близко отсюда. — Круто же! — лучась искренней радостью, весело заключил Ян. — Получается, что уже совсем скоро ты сможешь обнять свою маму! — А если нет? — улыбка медленно сползла с побледневшего лица, и Джинсоль коротко выдохнула, чтобы не расплакаться. — Сейчас ведь я не знаю наверняка жива она или нет. И, конечно, я надеюсь на лучшее. Но что, если она умерла? Или её нет дома? Что мне тогда делать?! — Джи, любимая, успокойся, твоя мама в полном порядке, — плавно тронув автомобиль с места, обернулся к ней Хёнджин. — Ты не можешь этого знать! Решив не спорить с девушкой, Хван покорно отступил, тем более, что теперь ему требовалось с особенным вниманием сконцентрироваться на дороге. К счастью, Ким также не стала развивать тему, вместо этого высунувшись в окно и глядя на пролетающие вдоль обочины знакомые ей места. Все окна в салоне были открыты, и прохладный ветер свободно забирался под одежду и трепал волосы. Феликс не чувствовал холода, но его бесили отросшие пряди, то и дело попадавшие прямо в глаза, поэтому он придерживал чёлку ладонью, а веки держал прикрытыми. И, видимо, этот факт не ускользнул от внимательного Хёнджина, потому что в какой-то момент он позвал блондина по имени, а когда тот распахнул глаза, то увидел протянутую ему руку, на пальце которой висела резинка. — Бери, у меня их две, — не отрывая взгляда от дороги, произнёс капитан. — Да у меня тоже есть, просто она осталась в рюкзаке, — неловко пробормотал Ли. — Спасибо! Поймав на себе мрачный взгляд Джисона, Феликс малодушно от него отвернулся и собрал пряди в пучок, тут же с облегчением вздохнув — теперь действительно стало легче. — Так странно, что нам больше не попадаются машины, — с подозрением отметил Чонин, когда они преодолели очередной квартал. — Тот мужик нас предупредил, что здесь небезопасно. Тем более, что мы едем чёрт знает где, чтобы объехать центральные магистрали, — ткнув пальцем в карту, отмахнулся от младшего Хан. — Видимо, мы единственные ненормальные, кто решил сюда сунуться. Расслабься! Вот только эти слова совсем не подействовали. — И всё же, может нам стоит проделать остаток пути пешком? — продолжил гнуть свою линию Ян. — Джинсоль, мы ведь уже в твоём районе, не так ли? До рассвета осталось часа два, у нас в запасе уйма времени, чтобы всё успеть! — Послушай, — посмотрев в зеркало заднего вида, обратился к брату Хёнджин, — если мы будем передвигаться пешком, то это ещё опаснее. На машине у нас есть хотя бы минимальный шанс улизнуть от бандитов, а далеко ли ты убежишь с тяжеленным рюкзаком за спиной? Феликс осознанно не участвовал в разгоревшемся споре, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Положа руку на сердце, меньше всего его сейчас волновал способ передвижения по городу, и он бы с лёгкостью поддался мнению большинства. Сказали бы выйти из машины? Да без проблем. Приказали бы ехать дальше и не рыпаться? Как скажете. Всё, чего сейчас по-настоящему хотелось парню, так это оказаться в каком-нибудь тихом месте без лишних глаз и ушей. Просто посидеть в одиночестве, ни о чём не думая и не переживая. Может быть немного поспать. Или просто посмотреть в тёмный потолок. И не грузиться, не волноваться, ни о чём не беспокоиться — хотя бы на несколько часов. — Знаете, что для меня самое непонятное во всём этом? — положив голову на плечо Чонину, устало поинтересовалась Джинсоль. — Почему люди ведут себя так? Правильнее же было бы объединить силы и помогать друг другу, а не промышлять воровством и разбоем. Мы же цивилизованные люди! — Мы перестали быть цивилизованными в тот момент, когда солнце начало убивать людей, — украдкой посмотрев на девушку, покачал головой Хёнджин. — Так устроен человек. В минуты опасности каждый думает лишь о себе и своих близких, всех остальных записывая во враги. Особенно в первые дни, когда всё настолько непонятно. — А дальше, типа, будет лучше? — саркастично усмехнулся Джисон. — Вполне возможно, — поддержал точку зрения брата Чонин. — Когда люди привыкнут к новым условиям жизни, то начнут сбиваться в общины по интересам. Будут такие маленькие поселения, живущие отдельно друг от друга и по своим законам. — Мелкий, ты не в «Ходячих мертвецах». Жизнь — это не грёбаное голливудское кино! — развернувшись к Чонину, угрюмо припечатал Хан. — Мы сейчас находимся в таких условиях, с которыми человечество прежде ещё никогда не сталкивалось. И судить о том, как всё будет дальше развиваться, по американским сериалам — ну, такое себе развлечение. — Тем более, что в нашей вселенной нет никаких зомби, — мягко рассмеялась Джинсоль, разворошив волосы надувшегося Чонина. — Да ну вас! — взбрыкнул парнишка, и, подняв взгляд от сцепленных в замок пальцев, тут же сорвался на испуганный крик. — Тормози! Хёнджин и Джисон, увлечённые разговором и столь неосмотрительно отвернувшиеся от дороги, тут же в ужасе уставились на застывшего в свете фар человека — тот стоял прямо на их пути и даже не пытался отскочить из-под колёс нёсшегося прямо на него автомобиля. — Гони дальше! — заметив в тени дома ещё несколько фигур, завопил Феликс. На принятие решения у Хвана была всего пара секунд, и когда он, зажмурившись под истошные крики друзей, не стал останавливаться, а, наоборот, прибавил скорость, человек, наконец, опомнился, и в последний момент отпрыгнул на тротуар. — Ты сдурел! — в попытке дотянуться до бойфренда, крикнула Джинсоль. — Это ловушка! — перебив её, крикнул Феликс, и, в доказательство его слов, одна из припаркованных машин, мимо которой они проехали, внезапно ожила, и, включив фары, погналась за ними. — Да твою ж мать! — в сердцах выругался Джисон. — А теперь держитесь крепче, — процедил Хван, и резко свернул направо. Хёндай ощутимо тряхнуло, Феликс навалился на Чонина, а тот, в свою очередь, повалился на ойкнувшую Джинсоль. С трудом вернув себе равновесие, они обернулись назад — белоснежный джип с преследователями и не думал отставать, уверенно сев им на хвост. — Да что им надо! — взвизгнула Ким. — Может остановимся и отдадим им вещи? Мы всё равно уже почти у меня дома! — А если они захотят чего-то ещё? — схватившись за ручку на потолке, чтобы иметь хоть малейшую точку опоры, возразил Джисон. — Ну, уж нет! — Карту смотри! — не отрывая взгляда от дороги, рявкнул Хёнджин. — Куда мы, вообще, едем?! — А я знаю? Как я должен следить за ней в таких условиях! — психанул парень. Выругавшись себе под нос, Хан всё же попытался подсветить фонариком карту, но стоило капитану резко свернуть в очередной раз, как тот вылетел из руки и укатился куда-то под ноги. — Джи, где мы? Это же твой район! — летя вперёд на бешеной скорости, крикнул всклокоченный Хван. — Я понятия не имею, где мы! — не отрывая взгляда от джипа, рассеянно отмахнулась девушка. Окажись они в Сиднее, который Феликс знал, как свои пять пальцев, и он бы с радостью помог Хёнджину выбраться из лабиринта незнакомых улиц. Но сейчас они находились в Сеуле, и помощи от Ли можно было не ждать. И это чувство собственной бесполезности в критической ситуации больно било по нервам. Джип, который всё это время преследовал их на почтительном расстоянии, внезапно начал резко сокращать разрыв и приближаться. Хёнджин тоже это заметил и попытался перекрыть дорогу, но мощный удар, пришедшийся прямо на багажник, резко отбросил их вперёд. Машина жалобно заскрипела, взвизгнула колёсами по асфальту, оставляя на нём чёрные полосы, и помчалась вперёд изо всех сил. — Ублюдки! — оскалился Хван, и вновь не позволил джипу обогнать их, надёжно встав на его пути. Следующий удар пришёлся в заднюю дверцу со стороны Феликса — хёндай ощутимо тряхнуло, а на железе осталась глубокая вмятина. — Они обгоняют нас! — заголосила паникующая Джинсоль. — Ну же, сворачивай! Вот только сворачивать было некуда. Сцепившись боками и высекая искры, обе машины неслись вперёд на сумасшедшей скорости, снося на своём пути абсолютно всё, и ни одна из них не думала сдаваться. — Тормози, парень! — крикнул водитель джипа, когда опустил тонированное стекло. Им оказался молодой мужчина, и он находился в салоне явно не один, о чём свидетельствовал громкий гогот, слышный даже за гулом двигателей. — Вы нарушили границы нашего района. Вы едва не сбили нашего человека. Вы посмели сбежать от нас. И вы будете за это наказаны! — с наслаждением озвучивал полный список их преступлений незнакомец. — И знайте, что чем больше километров вы проедете, тем хуже окажутся для вас последствия. И в доказательство своих слов, автомобиль слегка отклонился в сторону, чтобы тут же ударить в бок хёндай со всей дури. Машина вылетела на тротуар, пролетела несколько метров вдоль здания, чиркая металлом по кирпичам, а когда Хёнджин попытался вернуться обратно на дорогу, то их путь уже преграждал джип, в который они и врезались на полном ходу. Ударившись лбом о спинку переднего сиденья, Феликс на несколько секунд потерялся в пространстве. Он слышал сквозь шум в ушах, как захлопали дверцы. Уловил приближающиеся голоса. Даже принялся слепо размахивать кулаками, когда в салон заглянул один из типов и потянулся к нему руками. Короткая борьба закончилась бесславно — парню врезали в челюсть, а затем, перерезав ножом ремень безопасности, выволокли из салона и бросили на асфальт. Стесав о его поверхность ладони, блондин попытался проморгаться, и вздрогнул, когда рядом с ним швырнули Чонина и рыдающую Джинсоль. — Этих сюда же тащите! — закурив, отдал приказ водитель джипа. Спустя минуту все пятеро стояли на коленях, положив руки за голову, и молчали, прекрасно осознавая, что дальнейшая борьба была лишена всякого смысла. Да, головорезов было меньше — их оказалось всего лишь четверо. Зато они были выше и крупнее, а ещё имели оружие — на каждом из них висела кобура с пистолетом. — Ну, и? Стоило оно того? — язвительно усмехнулся незнакомец, выглядевший чуть более худосочным на фоне своих мускулистых напарников. — Сколько мы сил на вас потратили, сколько бензина сожгли. А всё ради чего? Рюкзаков с дерьмом в виде консервов?! Да ваше единственное богатство — это девчонка! Тип грубо намотал на кулак волосы Джинсоль и вздёрнул её голову, вынуждая посмотреть на себя, чем Хёнджин тут же возмутился, за что и был наказан метким ударом под дых, опрокинувшим его на спину под отчаянный вопль Ким. — Твоя, что ли? — схватив хрипящего Хвана за футболку и рывком вернув его в сидячее положение, хитро прищурился незнакомец. — Да ты не бойся, мы же не насильники какие-нибудь. Всего лишь обычные стражи порядка. Троица за его спиной язвительно заржала, а Феликс обречённо зажмурился, мучительно понимая, что они вновь угодили в какое-то редкостное дерьмо. Страх, что всё это время мирно дремал под гнётом кипящего в крови адреналина, сонно потянулся, расправляя прямо под рёбрами свои крючковатые перепончатые лапы, заполняя собой всё, распирая изнутри, а потом принялся карабкаться наружу, цепляясь острыми коготками за трахею, застревая в ней и неловко выталкивая себя наверх. Чёрт возьми, они ведь оказались так близки к цели, к которой столь уверенно шли, и вот теперь их опять отбросило на несколько уровней. А это значило, что нужно было вновь подниматься, встряхиваться, строить новые маршруты, и идти, идти, идти, пока очередные отморозки, встретившиеся на их пути, не возомнили себя божествами, имеющими право вершить судьбы остальных. — Вам повезло, что до рассвета осталось совсем немного времени, — указав на светлеющее на горизонте небо, холодно отчеканил мужчина. — Поэтому мы разберёмся с вами по-быстрому. Во-первых, мы забираем всё ваше барахло. Да, это не то, чем мы надеялись поживиться, но в наше время ни одна консерва лишней не будет. Ну, а во-вторых, вы должны самостоятельно выбрать того, кто ответит за всё случившееся. — В смысле? — ошарашено взглянул на главаря Джисон. — Как мы должны выбрать?.. — Ну, всё просто, — затянувшись сигаретой в очередной раз, пожал плечами головорез. — Был же кто-то из вас, кто сказал остальным: «Давайте не будем тормозить, вдруг оторвёмся?» Так кто это был? Вот пусть он и отвечает. — А как именно отвечает? — не унимался Хан. Вместо ответа незнакомец протянул руку к кобуре, ловким движением вытащил из неё пистолет и показательно взвесил его на ладони. — Да не было таких! — обогнав Хана на долю секунды, гневно заговорил Хёнджин. — Это было наше общее решение! — Даже так? То есть, наказывать будем всех пятерых? — в предвкушении уточнил мужчина. — Молчи, Джисон! — с явной угрозой в голосе, потребовал Хван. — Мы сами так решили — все вместе! — Нет, Джисон, скажи нам, чьё это было решение? — настаивал на своём глумящийся тип. — Кого мы будем наказывать, м-м-м? Глядя в чужие глаза, полные холодной ярости, замаскированной под шутливыми ремарками, Феликс отстранённо размышлял над тем, кем этот мужчина являлся ещё неделю назад. Работал ли он банковским клерком, проводящим в офисе пять дней в неделю, а вечер пятницы — в баре с коллегами, или сидел на шее родителей, годами не выбираясь из своей комнаты? Был ли он заботливым семьянином или заядлым холостяком? Пил ли кофе по утрам, признавался ли в любви, кормил ли бездомных кошек, любовался ли рассветами? Кем он был в школьные времена — обидчиком или жертвой? Что это был за человек, который всего лишь за несколько дней полностью потерял свой облик, возомнив себя полноправным хозяином нового мира? Какую скучную жизнь он проживал, раз теперь, подобно персонажу компьютерной игры, устраивал гонки и показательные расправы над неугодными? Впрочем, сейчас, находясь в шаге от гибели, задаваться этим вопросом было уже не столь важно. Феликс, внутри которого дрожал каждый нерв, жмурил слезящиеся глаза и отчётливо понимал, что его сдадут — почему-то принятие этого факта совсем немного, но успокаивало, и тешило осознанием того, что чужое признание не станет предательски вогнанным в спину ножом. И становилось совсем неважно, кто в конечном счёте произнесёт его имя — насмерть перепуганная Джинсоль, затаивший на него обиду Джисон или сам Хёнджин, желающий защитить своих близких людей. В любом случае, они сказали бы правду. Ведь это он, Ли Феликс, крикнул Хвану не тормозить. Это его слова подстегнули капитана прибавить скорость и не останавливаться. Трудно было молчать, когда на тебя столь отчаянно и холодно давили, практически тыча в лицо дулом пистолета. Когда засыпали вопросами — быстрыми и агрессивными. И так хотелось выплюнуть чужое имя, доказав свою невиновность, и бежать отсюда, пока чужая милость не сменилась гневом. Вариант убежать самому Феликс не рассматривал — ему бы просто не позволили этого сделать. И он, в любое мгновение готовый принять пулю, всё ждал, когда перед глазами начнут проноситься кадры из жизни, но вместо этого видел лишь одну картину — тёмную пустынную кухню и свои пальцы на белоснежной коже. Ну, почему он ему не признался? Тогда бы не о чем было жалеть. Феликс, прибитый к земле грядущим приговором, не сразу обратил внимание на гул — пока ещё далёкий, но стремительно нарастающий. На время потеряв друг к другу всяческий интерес, все девять человек повернули головы в ту сторону, откуда ещё недавно приехали, и сосредоточенно замерли. Тьма по-прежнему оставалась тьмой, земля не дрожала и не покрывалась трещинами, но шум продолжал усиливаться, приближаясь к ним неконтролируемой взрывной волной. Первой на её приближение отозвалась сорванная с ветвей листва и смятые картонные стаканчики. Они покатились по асфальту, а затем, подхваченные шквалистым порывом ветра, закружились в воздухе. Тут же завибрировали стёкла — тонко, мелко и звонко. В разгорячённые лица ударил холодный ветер вперемешку с дорожной пылью — предвестник нарастающей какофонии — и тут же, оглушённые и ослеплённые, люди в страхе распластались по земле и закрыли головы руками. Скрежет и грохот стояли ужасные. Что-то шумное и крупное, охваченное яркими огнями, пролетало над ними на бешеной скорости, одно за другим. В страхе уставившись на чёрное небо, на котором больше нельзя было различить ни звёзд, ни луны, Феликс не сразу понял, что это было. И лишь когда последняя махина, почти коснувшаяся железным брюхом крыш домов, помчалась дальше, блондин признал в ней истребитель — один из многих. — К чёрту, сваливаем отсюда! — приказал тип, едва гул двигателей стих, и вместе со своими подельниками бросился к джипу. Они забыли и про рюкзаки, и про людей, которых ещё недавно планировали наказать по придуманным ими же законам. Толкая друг друга, мужчины забрались в салон, и машина тут же лихо развернулась, помчавшись назад. Оставшись впятером, они некоторое время продолжали в замешательстве стоять на коленях, а затем, один за другим, медленно поднялись, всё ещё пытаясь осмыслить только что случившееся с ними. Лишь Феликс, чудом избежавший гибели, всё никак не мог набраться сил, чтобы встать на дрожащие ноги. — Кто это был? — указав на вновь спокойное ночное небо, сдавленно прошептала Джинсоль. — Почему они нас не спасли? Они же нас видели! — Не нравится мне всё это, — Хёнджин покачал головой и бросился к лежащим на обочине рюкзакам. — Берите вещи и уходим отсюда! — Ты уверен? — продолжая с грустью смотреть вслед улетевшим истребителям, уточнил Джисон. — А вдруг они за нами вернутся? Раздражённо цокнув языком, капитан выразительно уставился на друга и покачал головой. — Ты же не думаешь, что эти отморозки сбежали отсюда просто так? — скептично отозвался он. — Мы не знаем, кто летел на тех истребителях и какую цель преследовал. Стиснув зубы и оперевшись на протянутую руку Чонина, Феликс, наконец, поднялся, и повёл плечами. — Хёнджин прав, — встав на сторону капитана, потянулся за битой блондин. — Давайте уходить, до рассвета осталось совсем немного.