Аномалия

Идея о том, чтобы вновь спуститься на первый этаж, принадлежала Феликсу — уж очень сильно ему не хотелось спать в одном из коридоров, не имея ни малейшей защиты в виде закрытой двери, ни путей отступления в случае опасности. И несмотря на то, что Хёнджин отнёсся к словам Ли скептически, но проверить его теорию о наличии кладовок или подсобных помещений согласился. Тем не менее, парни всё равно неоднократно совершали остановки, чтобы проверить тот или иной этаж. Упрямо дёргали дверь за дверью, беспорядочно набирали коды на циферблатах, отливающих слабым белым свечением в темноте, и едва ли не синхронно вздыхали — шансы пробраться в одну из квартир стремились к нулю. О взломе они не думали — для этого у них не было при себе ни подходящих инструментов, ни времени, ни физических сил. Прежде чем преодолеть последний пролёт, Хёнджин, идущий впереди, поднял руку и резко остановился. Прислушавшись к звукам и не услышав ничего подозрительного, он медленно спустился по ступенькам и выглянул в холл. И лишь убедившись в том, что им ничего не угрожало, он обернулся к настороженному Феликсу и коротко кивнул. — Старайся держаться в тени, — шепнул напоследок капитан, после чего они разделились, чтобы не тратить зря время и быстрее закончить поиски. На улице стояла привычная для июля погода. Солнце, взошедшее на безоблачном небе совсем недавно, уже нещадно припекало — его жар чувствовался даже сквозь толстое стекло, из которого состоял фасад первого этажа. Ветра не было — ветви деревьев не шевелились, их листва оставалась неподвижной, медленно засыхая в невыносимой духоте, равно как и цветы, и трава на газоне, за которой теперь некому было ухаживать. Ли, следуя словам капитана, тщетно избегал прямых солнечных лучей — то низко пригибался к полу, передвигаясь едва ли не ползком, то срывался на бег, чтобы за секунды преодолеть опасную зону, то прятался за многочисленными горшками с декоративными деревьями, если ему вдруг казалось, что снаружи начиналась вспышка. Он понимал, что с осмотром нельзя было затягивать, и дело было не только в том, что весь первый этаж был залит солнечными лучами, от которых нельзя было полностью скрыться. Проблема заключалась ещё и в том, что их передвижения были хорошо видны как снаружи, так и из окон соседнего здания. Что случилось бы, увидь их кто-то? А если бы этим кто-то оказался Минхо или его банда? Отогнав от себя пугающие мысли, Феликс проскочил мимо лифтов и зоны отдыха, состоящей из пары удобных кресел и опрокинутого неизвестно кем журнального столика, и ненадолго остановился перед автоматом со снеками. Частично расколоченное стекло и почти пустые полки давали ясно понять, что здесь уже не раз хозяйничали и выгребали всё съестное, но всё же в глубине ящика парень заметил несколько ярких упаковок, за которыми и потянулся жадно, не в силах пройти мимо. Даже язык от усердия высунул и вслепую шевелил пальцами, чтобы поскорее нащупать шуршащую пачку и поудобнее её зацепить. — Эй, Ликс! От неожиданности дёрнув рукой, блондин всё же схватил то, за чем тянулся, и обернулся к Хёнджину — тот активно размахивал руками с другой стороны холла, привлекая его внимание. — Я нашёл! Распихав сладости по карманам худи и плюнув на излишнюю осторожность, Феликс помчался к Хвану со всех ног. Как следует разогнавшись, пока снаружи не началась новая вспышка, он влетел в чужие объятия, тут же заботливо пойманный сильными руками, и на секунду ткнулся носом в широкую тёплую грудь, расслабленно выдыхая. — Смотри, что тут есть! — не дав Ли возможности толком отдышаться, Хёнджин обхватил пальцами его запястье и потянул за собой. Толкнув плечом узкую неприметную дверь, находившуюся за разгромленной стойкой ресепшена, брюнет пропустил младшего вперёд, и тот оказался в крохотной подсобке, где стояла узкая односпальная кровать и тумбочка, а единственное окно было надёжно закрыто с помощью жалюзи. Шагнув следом, капитан закрыл за ними дверь и запер её на щеколду. Для надёжности подёргал за ручку, проверяя на прочность, а затем, успокоившись, скинул со спины тяжёлый рюкзак и повалился ничком на скрипнувшую под ним койку. — Как же я устал! — глухо пожаловался в подушку Хёнджин, после чего перевернулся на спину и внимательно посмотрел на нависающего над ним Ли. — Ты молодец, что предложил спуститься. Не придумав ничего лучше, чем пожать плечами, Феликс вытащил из кармана толстовки украденные из автомата угощения и протянул их удивлённому Хвану. — Мармеладные мишки, прямо как ты любишь. А Сникерс поделим пополам! О любви Хёнджина к мармеладу, пожалуй, можно было слагать легенды. В его рюкзаке постоянно лежали пачки с разноцветными жевательными сладостями, которыми он закидывался во время пар или после тяжёлых выматывающих тренировок в зале. Он угощал кисло-сладкими желейными медведями одногруппников, кормил ими с руки кокетливо хихикающую Джинсоль, щедро высыпал в ладони сокомандников. Даже Феликсу предлагал несколько раз, но тот упрямо отказывался — не столько из вредности, сколько из смущения. И теперь, видя перед собой драгоценное лакомство из прошлой жизни, Хван не прыгал до потолка от радости и даже не улыбался, безмолвно благодаря за угощение. Нет, он почему-то хмурился, а затем и вовсе схватил ойкнувшего Феликса за руку и резко притянул к себе. — Это что?! — прошипел он, закатав рукав толстовки и указав на глубокую царапину, из которой сочилась кровь. — Когда ты успел порезаться? — Прости, — изумлённо моргнув ресницами, стушевался Ли. — Наверное, я задел стекло, когда ты меня позвал. Я даже ничего не почувствовал! Выдернув запястье, блондин попытался неуклюже оттереть кожу от тёмно-красных разводов, в ответ на что Хёнджин раздражённо цокнул языком и потянулся к рюкзаку, в котором лежала предусмотрительно захваченная из дома аптечка. Усадив сопротивляющегося парня рядом с собой, капитан обработал собственные ладони антисептиком, лишь после этого принявшись обеззараживать чужую рану. Было довольно неприятно, но Феликс стоически терпел лёгкую боль, лишь позволяя себе временами покусывать губы и смотреть в потолок. — Нужно быть осторожнее, — отчитывал его Хван, откладывая в сторону очередной использованный ватный диск. — Если в рану попадёт инфекция, то всё закончится очень плохо. Это не шутки, Феликс! — А я и не смеюсь, — хмуро парировал блондин, глубоко внутри чувствуя себя бесполезным и глупым. Право, он так сильно хотел порадовать Хёнджина, а в итоге лишь доставил ему очередные неприятности. Что бы он вообще делал без капитана? Как бы спасался? Феликс и сам не заметил, как превратился для него в обузу, в неподъёмный камень на шее, тянущий ко дну. Вдруг в одиночку Хван бы успел намного больше — и дома побывал, и до укрытия в срок добрался? И не застрял бы в городе на неопределённый срок без возможности выбраться из него до начала зачистки. — Вот так, готово! — выдернув его из мрачных размышлений, деловито подытожил Хван. — Не болит? Шевелить рукой можешь? Феликс недобро покосился на собственную конечность, заботливо заклеенную жёлтым пластырем с нарисованными мультяшными медведями, и отрицательно помотал головой. Вернув аптечку в рюкзак, Хёнджин подхватил прежде отброшенную в сторону упаковку с мармеладом и ловко открыл её, предвкушающе заглянув внутрь. — М-м-м, как вкусно пахнет! — прикрыв ресницы, довольно простонал он. — Будешь? Блондин готов был привычно отказаться — на автомате, как делал всегда — но в последний момент передумал и неуверенно кивнул. Подхватив пальцами пару разноцветных фигурок, Хван поднёс их к робко прикушенным губам и изумлённо вздёрнул брови. — Ну же, открывай рот! — Зачем? Я и сам могу себя покормить! — требовательно протянул руку Ли, не желающий чувствовать себя жалкой заменой Джинсоль, которую ещё недавно точно так же кормили мармеладом. — У тебя руки грязные, — устало закатил глаза Хёнджин. — Ну же, давай! Тяжело вздохнув, будто ему предлагали не вкусное лакомство, а ложку отборного крысиного яда, блондин зажмурился для надёжности и приоткрыл губы. Хмыкнув, Хван вложил в его рот желейных медвежат, а когда Феликс, ощутив на языке приторную сладость, раскусил их, то совершенно неожиданно получил короткий, почти невесомый поцелуй. Распахнув ресницы, он тут же уставился на растерянного Хёнджина, но тот быстро отвернулся и неловко потёр шею, будто бы сам смутился своего поступка. — Что будем дальше делать? — попытавшись сгладить неловкость, лишь усилившуюся после минуты напряжённой тишины, задумчиво уточнил Феликс. — Отдохнём, а затем отправимся к ближайшей станции метро, — застегнул рюкзак брюнет. — Раз уж выйти из города у нас пока нет возможности, нам нужно сберечь себя до возобновления эвакуации. Ли кивнул, обдумывая слова капитана, а затем встревоженно поёрзал, на автомате принявшись цеплять ногтем край пластыря. — А что, если на станции мы встретим Минхо или его людей? Они же тоже где-то поблизости и наверняка спустятся в метро перед началом зачистки! — Я не исключаю такого варианта, — поморщившись, развёл руками Хёнджин. — Но вот ты знаешь ещё одно относительно безопасное место, в котором можно переждать зачистку? Лично я — нет. Феликс не нашёл, что ответить, потому что капитан был прав — во всём Сеуле не существовало более защищённого места, чем подземные станции метро. И расклад для них при любом исходе выходил чертовски печальным — либо они рисковали сгинуть в городе, часть которого меньше, чем через сутки, грозила обратиться в пепел, либо погибнуть под землёй от рук вездесущего Минхо и его банды, которые и не думали прерывать затянувшуюся охоту. Это ведь было так весело, правда? Устроить сафари в каменных джунглях, где вместо диких зверей приходилось целиться в убегающих людей. — Мы будем осторожными — ради друг друга и ради всех тех, кто ждёт нас в укрытии, — растрепав ладонью светлые волосы, ободряюще улыбнулся Хван. Феликс ткнулся затылком в тёплую руку, будто ласковый кот, с урчанием бодающий своего хозяина, а затем, наплевав на смущение, улёгся щекой на оказавшееся невероятно удобным, будто созданным специально для его головы плечо. Страх, что Хёнджин мог его оттолкнуть, не нашёл своего подтверждения — напротив, капитан приобнял его за спину, позволив с комфортом устроиться и прикрыть глаза. — Хёнджин? — жмуря ресницы, тихо позвал Ли. — Как ты думаешь, все наши в одном укрытии? — Не знаю, — рассматривая выкрашенные бледно-зелёной краской стены, отозвался Хван. — Хочется верить, что да. — Я тут просто подумал, — блондин нервно намотал на палец шнурок от худи и нахмурился, — вдруг нас с тобой поделят? Тебе скажут ехать в одно место, а мне в другое? И тогда мы уже больше не увидимся. — Эй, с чего вдруг такие мысли? — капитан отстранил от себя парня и аккуратно поймал за щёку, вынудив посмотреть в свои глаза. — Мы с тобой идём в комплекте. Куда ты, туда и я! Феликсу очень хотелось поверить уверенным обещаниям Хвана, но глупые страхи, одолевающие всё сильнее, мешали это сделать. Вдруг их действительно насильно разделят и они окажутся в разных, далёких друг от друга местах? И тогда Ли уже не сможет ни увидеться с Хёнджином, ни праздно поболтать с ним, ни даже молча полюбоваться его профилем издалека. Они будут разделены километрами дорог, не смогут созвониться или даже обменяться почтовыми письмами, потому что все эти способы связи теперь казались пережитками прошлого, для поддержания которого не осталось ресурсов. Но может оно и было к лучшему? Не видя Хвана, не сгорая от чувств к нему, не наблюдая за его счастливым воссоединением с Джинсоль, Феликс мог быстрее им переболеть и начать жить заново. Да, это было бы мучительно сложно. Но разве не больнее было видеть чужую любовь и понимать, что его время с Хёнджином безвозвратно закончилось? — Ты грузишься, да? — проницательно прищурился брюнет. — Мало тебе проблем, так ты несуществующие теперь выдумываешь? Хотя в чужом голосе не были ощутимы ни раздражительность, ни обида, Феликс всё равно предпочёл выдавить слабую улыбку. Хван был прав — нечего было переживать о далёком будущем, которое, вполне возможно, могло и не наступить. Им бы в суровом настоящем не потерять друг друга. — Давай ложиться? — закинув в рот очередную порцию мармелада, предложил Хёнджин. — Ты у стенки или с краю? — У стенки, — отодвинув свой рюкзак подальше от кровати и скинув запылённые кеды, Феликс забрался с ногами на матрас и откатился на свою половину. Стянув худи и оставшись в футболке, Хван улёгся на спину и уставился в потолок. Ли повернулся на бок, к нему лицом, и подложил ладонь под щёку, открыто рассматривая разметавшиеся по подушке тёмные волосы, ровно вздымающуюся грудную клетку и увитую венами ладонь, лежащую на животе. Места чертовски не хватало, парням приходилось тесно жаться друг к другу, к тому же в подсобке стояла ужасная духота и Феликс неоднократно успел пожалеть, что не снял собственную худи. Вот только раздеваться в присутствии Хвана — даже частично — казалось ему чертовски смущающим. — Спи, — перевернувшись на бок и оказавшись лицом к лицу с блондином, прошептал капитан. — Я пытаюсь, — нерешительно отведя взгляд и теряясь от столь тесной близости, выдохнул Ли. Он прикрыл трепещущие ресницы в ту же самую секунду, когда Хёнджин плавно подался вперёд. Облизнув искусанные горячие губы, он позволил Хвану прижаться к ним, ласково подцепить зубами верхнюю и легко за неё потянуть. Не встретив сопротивления, брюнет тут же переключился на нижнюю, а затем и вовсе углубил поцелуй, нырнув языком в тёмную и влажную глубину чужого рта. У Феликса от переизбытка незнакомых ощущений закружилась голова. Он не испытывал ничего подобного прежде — ему ещё не доводилось лежать в одной постели с небезразличным ему человеком и столь упоённо и сладко целоваться. Они ведь могли сделать, что угодно, потому что находились в этой душной каморке лишь вдвоём. И не было рядом ни ревнивой Джинсоль, отслеживающей каждый шаг своего бойфренда; и не было родителей, грозивших вернуться в самый неподходящий момент. Здесь находились лишь Хёнджин, напирающий всё сильнее, и Феликс, не имеющий ни сил, ни желания, чтобы остановить это сладкое безумие. По позвоночнику блондина пробежали крупные мурашки, когда горячая ладонь забралась под футболку и огладила худосочные бока. Прогнувшись в спине, он сильнее прильнул к Хвану, запрокинул голову и гортанно простонал, ощутив влажные губы на своей шее и ключицах. Феликс задыхался, жадно хватал воздух, но тот всё равно не поступал в лёгкие, застревая где-то в горле. И он хрипел и задыхался, но не отталкивал от себя распалённого парня. Ли тонко вскрикнул, когда чужое колено оказалось между его бёдер, а длинные пальцы огладили ягодицы, задавая нужные направление и темп. Крепко зажмурившись, блондин начал толкаться, громко стонать и бестолково отвечать на непрекращающиеся поцелуи. Хёнджин жарко дышал ему в ухо, усиливал хватку и судорожно подавался вперёд. Звёзды перед глазами прыгали и кружились, осыпались с неба одна за другой, и Феликс без устали загадывал желания. Чтобы это не заканчивалось. Чтобы длилось вечно. Чтобы они всегда были друг у друга. Закусив зубами костяшку пальца, блондин простонал особенно чувственно и затих. Хёнджин, отстав на несколько долгих секунд, вжался в него со всей силой и шумно выпустил воздух из лёгких, тут же обмякнув и ослабив хватку. Его подрагивающие ладони так и остались лежать на маленьких круглых ягодицах, и Феликса это вполне устраивало. Они пролежали в обнимку несколько минут, расслабленные, но всё ещё мелко дрожащие. Блондин лениво шевелил коленом, упираясь в чужую ногу, но не отталкивая её от себя, а оглаживая. И Хёнджин, не скрывающий расслабленной хитрой ухмылки, изредка двигал крепко стиснутым бедром, выбивая жалобные всхлипы из чувствительного парня. — Кажется, где-то у меня лежали влажные салфетки, — зарывшись носом в белоснежные пряди, неожиданно вспомнил Хван. — Угу, — спрятав пылающее лицо за длинной чёлкой, глухо отозвался Ли. — Думаю, что они бы нам сейчас точно не помешали. — Но, если честно, мне так лень за ними тянуться, — разочарованно протянул брюнет и тихо рассмеялся, ещё крепче прижав к себе младшего. — Гораздо приятнее обнимать тебя! Феликс смущённо ударил его кулаком между лопаток и заглянул в тёмно-карие, похожие на растопленный шоколад глаза. И всё же, пусть это не закончится никогда. Пусть это волшебство между ними продлится вечность.

***

Впервые за долгое время Феликс спал настолько крепко, что даже не видел снов, поэтому когда его грубо толкнули в плечо, он проснулся далеко не сразу. Злобно отпихнув пяткой того, кто посмел его столь бесцеремонно разбудить, парень лишь сильнее обхватил руками подушку и возмущённо простонал, тут же ощутив, как на его рот опустилась рука. Резко распахнув ресницы, блондин ощутил тело, навалившееся со спины, и попытался его сбросить, но хватка лишь усилилась, а в ухо ударил знакомый шёпот. — Тихо, это я! Здесь кто-то есть! Мгновенно обмякнув, Феликс в страхе осмотрелся — к счастью, это была всё та же подсобка, и за спиной находился именно Хёнджин, а не кто-то другой, что пусть хоть немного, но успокаивало. Махнув рукой и дав капитану понять, что он пришёл в себя и верно оценил обстановку, Ли ощутил, как ладонь с его губ исчезла, и тут же жадно втянул ноздрями воздух. Покосившись на наручные часы, показывающие третий час дня, он задумчиво нахмурился и покачал головой. Судя по духоте, погода снаружи если и изменилась, то лишь в сторону повышения температуры, и соваться на улицу в такое пекло было подобно смерти. Так кто же додумался добраться сюда в разгар дня, не взирая на все риски? И, самое главное, зачем? Бесшумно скатившись с кровати, Хёнджин подошёл к двери и прислушался — кто-то ходил по холлу совсем рядом с подсобкой, и хруст стекла под чужими ботинками казался оглушительным. И хотя голосов пока не было слышно, становилось очевидно, что это был не один человек. Торопливо натянув кеды, Феликс подошёл к Хвану со спины и вопросительно дёрнул подбородком. Помедлив, капитан развёл руками и вновь прижался ухом к двери, чтобы услышать хоть что-то, что могло бы послужить ответом на вопросы. — Ну что, поднимемся наверх? — раздалось так близко, что оба парня невольно отшатнулись, чудом не потеряв равновесие. — Думаешь, в этом есть смысл? — без особого энтузиазма отозвался более далёкий голос. — Вот честно, меня эта гонка уже достала! Сегодня ночью зачистка начнётся, а мы всё этих пацанов ищем! Парни многозначительно переглянулись, одновременно догадавшись о том, по чью именно душу пришли незнакомцы, после чего Хёнджин плавно запустил ладонь себе за спину, потянув за рукоятку торчащего из-за штанов пистолета. — Угу, ты это при Минхо скажи! Вспомни, что он сделал с Джихёном — молча пристрелил его, как собаку! А я, знаешь ли, ещё пожить хочу. — Да он же на всю голову больной, — вяло отмахнулся второй голос. — Ну, не скажи, — встал на защиту лидера тот, кто находился едва ли не вплотную рядом с подсобкой и лишь чудом игнорировал её наличие. — У них с Уёном был спор, и Уён проиграл. Всё было честно. А теперь Минхо просто хочет закончить начатое. Феликс содрогнулся при упоминании имени их второго врага и нервно запустил пальцы в волосы. — Честно? Ты сейчас серьёзно?! — возмущённо выпалил второй собеседник. — Да Минхо специально подговорил наших не затягивать слишком сильно верёвки, чтобы пацаны могли сбежать! — Угу, а Уён оставил своего хмыря в автобусе, чтобы подстраховаться и не позволить засранцам смыться, и чем всё закончилось? — закономерно возразил первый. — Нет, дружище, Минхо честно победил в споре, и банда Уёна по праву отошла ему! Для нас это тоже в плюс — уж лучше быть в одной упряжке, чем соперничать друг с другом. С самого начала было понятно, что два лидера не уживутся и один сожрёт другого. — То есть ты допускаешь мысль, что Уён не просто так оказался на улице в момент вспышки, и это было дело рук Минхо? — усмехнулся более далёкий голос. — Допускаю, — прозвучал твёрдый ответ. — Уён бы всё равно не стал подчиняться Минхо, и плевать ему было на результаты спора. Он бы устроил бунт и всё закончилось кровью, а так лидер просто заранее избавился и от него, и от возможных проблем. Тряхнув болезненно гудящей головой, Феликс шокированно уставился на не менее удивлённого чужими откровениями Хёнджина. Выходило, что если бандиты за дверью говорили правду, то Уён уже был мёртв, а Минхо не собирался отступать от цели. Вот только где в этот момент находился он сам? — Выгляни в окно, — едва слышно шепнул Хван. Феликс кивнул и на носочках добрался до подоконника. Встав сбоку, чтобы свет не зацепил его, он слегка отвёл в сторону жалюзи и выглянул наружу — солнце светило, как обычно, а на ярко-голубом небе по-прежнему не было видно ни облака. Стараясь не высовываться слишком сильно, Ли подался вперёд, рассматривая соседний дом и пустынную площадку перед ним. Машины не было видно, но она определённо существовала, ведь не добрались же эти типы досюда пешком? Так что, скорее всего, она была припаркована у главного входа, находившегося на другой стороне. — Там ничего нет, — сообщил Феликс, пока незнакомцы продолжали расхаживать по холлу и обмениваться короткими фразами. — Ладно, — кивнул Хван. По-прежнему не опуская зажатого в руке пистолета, Хёнджин настороженно возвышался у двери и кусал губы. Ли не знал способен ли был парень выстрелить в случае необходимости, но наличие у них оружия всё равно придавало большей уверенности. — Слушай, а может скажем ему, что тут никого нет? — не теряя надежды, предложил второй голос. — Не станет же он за нами проверять! — А если станет? — закономерно возразил собеседник. — Давай хоть видимость создадим, что мы искали. Да и если мы вернёмся быстро, то он точно что-нибудь заподозрит. Парни, уже было вздохнувшие с облегчением, вновь ожесточённо стиснули зубы — рано было расслабляться и праздновать победу. И каков же оказался их ужас, когда ручка двери, за которой они прятались, плавно повернулась. — Это что? — Не знаю. По ходу дверь закрыта изнутри. — Выбьем её? Феликс спешно отскочил назад и Хёнджин, отшатнувшись следом, выставил вперёд руки с подрагивающим в них пистолетом. Дверь, опасно прогнувшись от мощного удара извне, жалобно заскрипела, и Ли, наткнувшийся бёдрами на тумбочку, безвольно на неё опустился. Первая мысль — сбежать через окно — тут же оказалась решительно отброшена. Это бы заняло слишком много времени, да и куда бежать, когда солнце могло взбеситься в любой момент? А если спрятаться под кровать? Но проём был слишком узкий и там бы едва хватило места для кого-то одного. К счастью, Хёнджин нашёл выход куда быстрее. Без лишних слов и объяснений нырнув в угол комнаты, он дал Феликсу знак оставаться на месте, и тот даже не успел толком возмутиться, потому что хлипкая дверь, не выдержавшая очередного толчка и едва не слетевшая с петель, широко распахнулась, спрятав за собой затаившегося в углу Хвана. На пороге подсобки возвышались двое молодых парней — едва ли старше самого Феликса. Они потрясённо смотрели на сидевшего на тумбочке блондина, а тот, широко распахнув глаза, заходился в мысленном крике от охватившего его ужаса. Неужели смерть, столько времени блуждающая за Ли по пятам, настигла его? Как так вышло, что для него всё должно было закончиться так? — Пожалуйста, не убивайте меня! — медленно начав поднимать дрожащие руки, взмолился блондин. Незнакомцы переглянулись, словно решали что-то, а затем неохотно перешагнули порог. — Где второй? — грубовато уточнил один из них. — Хёнджин? — пытаясь потянуть время, уточнил Феликс. — Я не знаю жив ли он… — В смысле? — красноречиво указав на два рюкзака, изумился более высокий из парней. — Он оставил меня здесь с вещами ночью, а сам ушёл к стене, но так и не вернулся! Вы были там? Они все погибли, да?! — слёзы сами полились ручьём, и выглядели настолько натурально, что бандиты заметно расслабились, перестав видеть в Ли достойного соперника. — Что вы хотите со мной сделать?.. — Для начала доставим к Минхо, а там он пусть сам с тобой разбирается, — пожал плечами всё тот же парень, подходя ближе. — Нам придётся связать тебе руки, так что лучше не сопротивляйся. Блондин увидел краем глаза, как второй парень потянулся за тонкой бечёвкой, торчащей из кармана джинсов, а дверь за ним бесшумно приоткрылась, выпустив из тени сосредоточенного Хёнджина. Время словно остановилось. Резко выкрутились до минимума все звуки и цвета, сделав картинку бесшумной и чёрно-белой. И в этом застопорившемся кадре Феликсу что-то говорили, заставляли опустить руки, а он лишь надеялся на то, что Хван знал, что делал. Что Ли не зря доверил ему свою жизнь. Мир пришёл в движение в тот момент, когда парень с верёвкой, вскрикнув от прицельного удара по затылку, пошатнулся и мешком упал на пол. Второй, что всё это время находился едва ли не вплотную к Феликсу, резко обернулся, на автомате потянувшись за оружием, но Ли его опередил — он вцепился зубами в его предплечье со всей дури, тут же ощутив солёный привкус крови на языке и услышав надсадный вопль врага, и этой заминки оказалось достаточно, чтобы Хёнджин совершил ещё один прицельный удар уже по второй голове. Убедившись, что оба бандита были без сознания, парни спешно связали их той самой бечёвкой, которую те принесли с собой, а затем прошерстили их карманы на поиск ключей от автомобиля. Отыскав нужное, они подхватили рюкзаки и едва ли не бегом покинули подсобку, обернувшись лишь у самого выхода — парни по-прежнему неподвижно лежали на полу, но дышали. Толкнув стеклянную дверь и быстро посмотрев на небо, Хёнджин указал на припаркованную совсем рядом машину с затонированными стёклами, и первым сорвался с места и запрыгнул за руль. Феликс, чуть помедлив, побежал следом — Хван предусмотрительно распахнул для него дверцу и буквально за шкирку затащил в салон. — Так, отлично, — бормотал себе под нос капитан, пытаясь дрожащей рукой завести автомобиль и встревоженно поглядывая по сторонам. — Всё хорошо, тут никого нет, — осмотревшись, успокоил его Феликс. — Куда мы едем? — Понятия не имею, — честно признался Хван под урчание заработавшего, наконец, двигателя. — Просто сваливаем отсюда подальше! Не особо аккуратно вывернув со двора, парень выехал на дорогу и вдавил до упора педаль газа. Особо выбирать маршрут не приходилось — позади находилась забитая автомобилями развязка, а впереди не менее переполненные трассы. Если бы они смогли проехать по ним несколько километров, то это бы уже было огромной удачей. — Извини, что заставил тебя так рисковать, — неожиданно произнёс Хёнджин, выворачивая руль на повороте. — Просто в тот момент мне это показалось единственно возможным выходом. — Всё в порядке, не переживай об этом, — похлопав его по колену, натянуто улыбнулся Феликс. — Я даже не успел толком испугаться! Он зажмурился, когда их автомобиль чудом избежал столкновения с автобусом, и крепче вцепился в ручку над дверью. — Я так и не смог выстрелить, — не отрывая взгляда от дороги, сдавленно признался Хван. — Хотел, но не смог. Пусть они и подонки, но я не хочу, чтобы на моих руках была их кровь. — И это тоже правильное решение! — поддержал его Феликс. — Мы не убийцы! Переведя дыхание, Ли устремил напряжённый взгляд на шоссе, по которому они неслись на бешеной скорости, и на мгновение ощутил себя персонажем компьютерной игры. Нет, с этим чувством не смогли бы справиться никакие, даже самые продвинутые гаджеты и способы погружения в виртуальную реальность. Потому что лишь сейчас, именно в эти секунды, всё происходящее вокруг них являлось до боли настоящим. Это была бешеная гонка со множеством испытаний, требующая стальной выдержки и молниеносной реакции. Здесь не было ни сотни уровней, отличающихся по сложности, ни трёх жизней в запасе. Была лишь одна, и этот факт здорово взвинчивал и без того распалённое сознание. Если бы они расстались с этой единственной жизнью, то для них всё было кончено. Ведь эту игру не поставишь на паузу, не запустишь заново, не пройдёшь ещё раз, ломая пальцы о клавиатуру. Либо ты выиграл, либо закончился. Обратного хода не существовало. Хёнджин понимал это ничуть не хуже. Превратившийся в туго натянутую струну, он больше не разменивался на слова и взгляды. Слившись воедино с ревущим мотором, он гнал вперёд, выжимая из него максимум, а Феликс всё ещё не понимал какого чёрта они неслись на такой скорости. Он хотел попросить Хвана затормозить или хотя бы немного сбавить обороты. Им нужен был конкретный план, какой-то маршрут, а не бесцельная поездка по городу от невидимых преследователей. Куда более здравым казалось спрятаться, а не искать на голову новых приключений. И Ли уже готов был озвучить свои мысли, когда их машина, повернув в очередной раз, едва не столкнулась со мчащимся навстречу джипом. — Твою мать! — увильнув в последний момент, выругался капитан. Заглянув в зеркало заднего вида, парни увидели, как джип, проехав немного вперёд, принялся неуклюже разворачиваться, а затем, сев им на хвост, начал быстро набирать скорость. — Да быть этого не может! — несколько раз ударив кулаком по рулю, яростно взревел Хёнджин. Обернувшись назад, Феликс прищурился, всматриваясь в такое же тонированное, как и у них самих, лобовое стекло. Неизвестно, кто за ним прятался — сам Минхо или кто-то из его головорезов, но эти люди определённо не собирались отставать, верно сложив дважды два. — Ликс, я не знаю, что мне делать! — в панике закричал Хёнджин. — Куда мне ехать?! Ли вновь сел ровно, напряжённо размышляя над повисшим в воздухе вопросом. Их преследователи гнали быстро и уже в ближайшее время должны были с ними поравняться. Кроме того, существовал риск, что таких машин по району разъезжало достаточно. Что бы они стали делать, если им на хвост села ещё одна? Нет, парням нужно было укрытие — и от солнца, и от бандитов, охотившихся на них. — Там метро! — увидев нужный знак в конце улицы, встрепенулся Феликс. — Давай туда! — Ты с ума сошёл?! — не спеша поддерживать столь отчаянную идею, небрежно фыркнул Хёнджин. — Оно сейчас закрыто, нас никто не пустит внутрь! — Но мы ведь не знаем наверняка! — Это безумие! — упрямо мотал головой Хван, то и дело поглядывая в зеркало на стремительно приближающийся автомобиль. — Они в любом случае нас догонят, но так мы хотя бы попытаемся от них спрятаться! — нервно выкрикнул Феликс, и капитан, поморщившись, всё же согласился с ним за неимением лучших вариантов. Когда брюнет разогнался до максимальной скорости, а мир за стеклом потерял чёткие очертания, младший предпочёл закрыть глаза и покрепче стиснуть зубы. Голова шла кругом, сердце бешено стучало прямо в горле, а тело, поддаваясь опасным манёврам, то и дело заваливалось из стороны в сторону. Хёнджин лихо объезжал крупные заторы на их пути и резко вилял несколько раз, минуя более мелкие препятствия. Его руки, надёжно обхватывающие руль, не дрогнули ни разу, и когда автомобиль, ни с чем не столкнувшись, затормозил в десятке метров от входа в метро, блондин готов был расцеловать их. Убедившись, что вспышка ещё не началась, Хван первым выбрался из салона и запрыгал вниз по ступеням. Феликс, обернувшись на дорогу, по которой гнал преследующий их автомобиль, тенью нырнул под спасительный навес и побежал следом. Длинная лестница заканчивалась крепкой стеклянной дверью, ожидаемо запертой наглухо, и по ней парни и начали дружно стучать, умоляя её открыть. — Пожалуйста! — наперебой кричали они, лупя по стеклу кулаками и подошвами. — Впустите нас! Совсем рядом взвизгнули шины и захлопали дверцы. Испуганные парни заголосили ещё громче, не отрывая взгляда от дороги и с секунды на секунду ожидая появления преследователей на лестнице. — Чёрт, вспышка начинается! — внезапно крикнул один из мужских голосов. — В машину, всё равно они никуда от нас не денутся! Дверцы вновь хлопнули, пряча людей от солнца, а мир вокруг стал молочно-белым, пожирая в себе, словно в едкой кислоте, очертания многоэтажных домов, разбитых вдребезги автомобилей и навечно погасших светофоров. Это были несколько спасительных секунд безвременья, и парни, защищённые навесом от губительного марева, вновь повернулись к стеклу, тут же шокированно округлив глаза — прямо за ним, в упор глядя на них и не спеша впускать, возвышались несколько мужчин. — Пожалуйста! — первым придя в себя, отчаянно взмолился Феликс. — Молю вас, откройте дверь! Хёнджин, будто бы лишившись дара речи, молча смотрел на незнакомых ему людей, перепрыгивая расфокусированным взглядом с одного лица на другое. Он наверняка понимал, что те не собирались их впускать. Если бы хотели, то давно щёлкнули замком и позволили пройти на территорию станции. Но люди медлили, будто видели в них врагов, и ставили на первое место свою собственную безопасность. — Пожалуйста, спасите нас! — из последних сил попросил незнакомцев Ли, с тревогой покосившись на начавший рассеиваться белёсый туман, а затем вновь повернулся к людям. Там, за стеклом, что-то неуловимо изменилось — толпа вдруг пришла в движение, плавно расступилась, пропуская кого-то вперёд, и прямо перед парнями промелькнуло сосредоточенное лицо, наполовину скрытое тенью. Затем в воздух взметнулась рука, указательный палец нервно ткнул на них, что-то доказывая непримиримой толпе, и в мёртвой тишине города, пережившего очередную смертоносную вспышку, внезапно раздался звук щёлкнувшего замка. Не успела дверь толком открыться, как Хёнджин буквально затолкал Феликса в узкий проём и нырнул следом. А затем, уже видя скатывающихся вниз по лестнице оскаленных преследователей, ожесточённо провернул замок. Бандиты всей грудью навалились на дверь, что-то крича и лупя по ней кулаками и рукоятками пистолетов, но их голосов почти не было слышно — толстое стекло надёжно скрадывало все звуки. Зато искажённые ненавистью и злобой лица были отчётливо видны, и Хёнджин, не выдержав, продемонстрировал им два средних пальца, шумно послав, куда подальше. Даже если они не слышали — плевать. И без того должны были догадаться, что за слова были им адресованы. Люди, шокированные столь вероломным появлением на станции чужаков, старались держаться от них на расстоянии и не вступали в диалог. И пока Хёнджин, не в силах взять себя в руки, хрипло дышал и не сводил мрачного взгляда с бандитов, Феликс поклонился незнакомым мужчинам. — Спасибо, что впустили нас! Мы очень вам благодарны! — вежливо выдохнул он. — Лучше бы не впускали, теперь точно проблем не оберёмся, — проворчал один из них, прежде чем зашагал в тёмную глубину станции, и остальные тут же потянулись за ним, недобро поглядывая на не внушающих доверия новеньких. Рядом с парнями остался только один человек, что стоял у стены вполоборота и ухмылялся, не спеша приближаться. Блондин, задержав дыхание, взволнованно всмотрелся в скрытое тенью и смутно знакомое лицо. Даже сделал шаг навстречу, чтобы лучше видеть, а когда узнал, то невольно ахнул. — Что такое? — резко обернулся Хёнджин, проследив за взглядом блондина и точно так же изумлённо затихнув. Там, в паре метров от них, возвышался не кто иной, как Чанбин, и не скрывал довольной улыбки.