Аномалия

Вопреки ожиданиям, Чанбин, с которым они расстались не на самой хорошей ноте, вёл себя более, чем дружелюбно. Он первым подошёл к ним и подал руку Хёнджину, крепко пожал протянутую в ответ ладонь, а затем перевёл изучающий взгляд на угрюмо мнущегося в стороне Феликса. Демонстративно выпустив колючки, блондин ожидал оскорблений или издевательских эпитетов в свой адрес, но Со смог его удивить. Неловко почесав взлохмаченный затылок, он подмигнул Ли, а затем, точно так же, как и Хвану, протянул ладонь в знак приветствия. Феликс инстинктивно отшатнулся, успев поймать на себе растерянный взгляд Хёнджина, и с мрачным видом поджал губы. По ощущениям с момента их прощания с Чанбином минула целая вечность, наполненная вереницей ярких событий, смертельно-опасных приключений и удивительных знакомств. И Ли честно считал, что если и не простил Чанбина за тот унизительный удар, то хотя бы смог о нём позабыть. Как оказалось, забыть такое было невозможно. Переносица учтиво отозвалась эфемерной болью, напоминая о пережитом унижении, и Феликс едва удержался, чтобы не коснуться её пальцами. Со продолжал стоять с протянутой рукой и изумлённо хлопать ресницами, и парню всё сильнее хотелось наорать на него или от души толкнуть. Неужели он не понимал, почему Ли не отвечал на его рукопожатие? Как так вышло, что для Со всё это оказалось настолько простым — вначале ударить и оскорбить человека буквально ни за что, а затем успешно делать вид, что всё осталось в прошлом? — Ты чего, всё ещё дуешься на меня? — словно прочитав его мысли, удивлённо хмыкнул брюнет. — Да ладно тебе, ну было и было! Феликс вздрогнул, словно от пощёчины, и низко опустил голову, пряча побледневшее лицо от Чанбина. Не то что бы он ожидал извинений, хотя в глубине души и рассчитывал на них, но после данной реплики, нагло обесценивающей пережитые им горечь и обиду, парень и вовсе был готов развернуться и покинуть станцию. Лишь до сих пор расхаживающие за стеклянной дверью бандиты мешали ему щёлкнуть замком и выйти наружу. — Почему он со мной не разговаривает?! — с разочарованным видом повернулся Со к Хёнджину. — Это же я уговорил остальных вас впустить! Разве это не заслуживает благодарности?! — Ты ударил его, — вкрадчиво напомнил капитан. — И что с того?! — искренне возмутился не разделяющий трагизма ситуации Чанбин. — Парни вечно друг с другом дерутся. Это нормально! — Это была не драка, а избиение, — глянув на парня исподлобья, холодно процедил Хёнджин. — Вы даже не в одной весовой категории, чтобы ты мог себе позволить размахивать кулаками! Феликс не мог не признать, что поддержка капитана оказалась чертовски приятна. Видимо тот до сих пор ощущал вину, что не заступился за него в прошлый раз, и теперь всеми силами пытался это исправить. С другой стороны, парень отчётливо понимал, что им не стоило ссориться с Чанбином. В конце концов, тот в любой момент мог распахнуть настежь дверь и выдать их головорезам, и Феликс предпочитал потоптаться на остатках своей гордости, чем рисковать их с Хваном жизнями. — Всё нормально, не стоит! — схватив капитана за рукав, твёрдо шепнул он. Покосившись на блондина, Хван возмущённо раздул ноздри и ненадолго прикрыл ресницы, чтобы успокоиться и взять себя в руки. Чанбин всё это время хмуро смотрел себе под ноги и пинал носком кроссовка отломанный кусок плитки. — Ладно, забыли, — растерев ладонями осунувшееся из-за долгих скитаний лицо, нехотя выдавил Хёнджин. — А как ты тут, вообще, оказался? Мы думали, что ты не покинешь тот дом. — Пришлось, — с готовностью подхватив новую тему и не став раздувать конфликт, тоскливо протянул парень. — Я ведь там всё для жизни обустроил! Разных вещей и припасов натащил, укрепил окна и двери, даже канализацию хотел починить! По ночам на крышу поднимался, разводил огонь, сидел в шезлонге и пил пиво, пока остальные, несчастные и бездомные, бродили где-то там внизу. Надеялся, что так и продолжу жить. Знаете, как герой блокбастера. Со временем может и девушку себе нашёл, и сразу бы стало веселее! Пока Чанбин увлечённо рассказывал о своих несостоявшихся планах, Хёнджин не переставал с беспокойством поглядывать на Феликса. Тот же, стиснув зубы, едва сдерживался, чтобы не возмутиться подобной заботой. Право, он же не был девчонкой и вполне мог сам за себя постоять. И если Ли не ударил Со в прошлый раз, то это не значило, что он не мог сделать этого в будущем. — Ну, а потом над районом пролетел истребитель, сбросил листовки, и я понял, что пришло время валить. Сел на машину, объехал ближайшие станции метро, и эта оказалась единственной, куда меня согласились впустить, — сложив руки на груди, закончил свой невесёлый рассказ парень. — А с остальными станциями что? — удивлённо протянул Хван. — Почему тебя нигде не впускали? — Как тебе сказать? Кто первый пришёл, тот и хозяин. Никто не хочет открывать дверь посторонним, все боятся, да и правильно делают. На каких-то станциях уже с первых дней после вспышки начали люди жить, они там целые поселения разбили, такие тем более никого чужого не впустят. А эти, — Чанбин указал себе за спину, — почти все оказались здесь прошлой ночью. Как увидели листовки, так и начали срочно искать укрытие. И лишь оказавшись здесь я понял, как нас таких — не желающих до последнего покидать Сеул — много. И я вам больше скажу: если дом, в котором я живу, останется в целости после зачистки, то я вернусь туда! — Но почему? — недоумённо нахмурившись, пожал плечами Хёнджин. — В укрытии же безопаснее! — В моём доме тоже безопасно, — рубанув ладонью воздух, твёрдо отрезал парень. — Сами посудите, зачем оно мне нужно? Буду жить в этом укрытии по навязанным кем-то правилам; делать то, что мне не хочется; жить в какой-нибудь крохотной каморке, потому что места на всех не хватит. А тут у меня огромный дом и целый город в моём распоряжении! Глаза Чанбина сверкали так ослепительно, что их блеск был заметен даже в сумраке станции. И становилось понятно, что парень действительно верил в то, о чём говорил. Что свободная жизнь в полуразрушенном и пустынном Сеуле, полном опасностей и приключений, казалась ему куда более привлекательной, чем скучное нахождение в укрытии. И что самое главное, он мог справиться с такой жизнью даже в одиночку, будучи для этого достаточно смелым, мужественным и ничем не обременённым. — Ну, а вы как здесь оказались? — вынырнув из мира пока ещё несбыточных грёз, перевёл взгляд на собеседников Чанбин. — Я вам честно скажу, что когда увидел вас по ту сторону двери, то не поверил своим глазам! Так и сказал остальным — я их знаю, это нормальные парни, впускайте их! — Спасибо тебе за это, — искренне поблагодарил его Хёнджин. — Если бы не ты, я бы не знаю, что эти типы с нами сделали… — А кто эти люди? — продолжал допытываться Со. — Да на нас тут один головорез со своей сворой охоту объявил, уже который день за нами гоняются, — полушутливым тоном заявил Хван. — Мы от них, они за нами. Так и бегаем туда-сюда! Чанбин хохотнул, хотя в его глазах не было видно ни тени веселья, и подозрительно покосился на незнакомцев — те как раз неспешно поднимались по лестнице на поверхность, изредка оборачиваясь и кидая мрачные взгляды на дверь. — А где все остальные? Вас же больше было! — опомнившись, обеспокоенно уточнил Со. — Они уже в укрытии, — крепче вцепившись в лямку рюкзака, висевшего на плече, ответил Хёнджин. — Мы бы тоже там были, если не эти уроды! Капитан не вдавался в подробности их скитаний с Феликсом, а Чанбин, согласно кивнув, не стал ничего выпытывать. Приняв ту версию событий, что ему озвучили, он важно кивнул, подумал о чём-то своём, а затем, опомнившись, пригласил парней пройти дальше, заодно устроив им небольшую экскурсию под сумрачными сводами некогда оживлённого подземного перехода. Включив карманный фонарик, Со уверенно повёл их в глубину станции — туда, откуда доносились приглушённые голоса остальных людей. Сразу же вырвавшись вперёд на пару шагов, он махнул рукой, зовя парней за собой, и больше не оборачивался. Стоило совсем немного отойти от двери, как темнота жадно сгустилась вокруг троицы, оплетая непослушные и напряжённые тела подобно гремучей змее. Казавшаяся совершенно непроглядной, она всё сильнее впивалась в кожу и сдавливала кости, и лишь одинокий луч фонарика местами разрезал её подобно лазеру, но не имел сил, чтобы полностью победить. Феликс, аккуратно вымеряющий каждый свой шаг и слепо размахивающий руками, никак не мог отделаться от дурацких мыслей. То ему казалось, что он находился на дне океана и вокруг него, лениво размахивая чешуйчатыми хвостами, проплывали гигантские чудовища. То представлял себя обитателем мрачной и влажной пещеры, из тёмной пасти которой в любой момент мог выпрыгнуть жуткий монстр с окровавленными клыками. И всякий раз, когда страх становился особенно непреодолимым, блондин оборачивался назад на всё уменьшающееся в размерах светлое пятно, и убеждал себя, что он не в воде и не в каменном капкане, что поверхность находилась совсем близко. И самое важное, он был здесь не один. Хёнджин шёл рядом, Феликс чувствовал его присутствие и исходящее от него тепло, и изредка, с замиранием сердца позволяя себе подобную вольность, они даже соприкасались кончиками пальцев, успокаивая друг друга. Троица неспешно миновала давно разграбленные киоски — в одних из них продавались снеки, в других сувениры, в третьих газеты и журналы. Сейчас — обесточенные, с разбитыми вдребезги витринами и перевёрнутыми полками — они навевали тоску и едва ощутимую ностальгию по прежней жизни, к которой уже нельзя было вернуться. Вышагивая по широкому переходу, каждый звук в котором превращался в гулкое эхо, Хёнджин и Феликс то и дело выцепляли из темноты безмолвные символы прошлого — красочные баннеры, рекламирующие авиакомпанию; пластиковые стенды с подробно нарисованной на ней схемой метро; огромные фотографии селебрити, размещённые здесь когда-то их фанатами за бешеную цену. Интересно, что теперь со всеми ними стало — и с фанатами, и с их кумирами, и с улыбчивыми белозубыми стюардессами? — Заметили, что тут совсем нет тел? — озвучил очевидный факт Чанбин. — Повезло же кому-то, кто в момент первой вспышки оказался под землёй. Феликс перевёл взгляд к теряющемуся в темноте потолку и мысленно согласился с Со. Действительно, люди, что находились в тот страшный час на станциях метро, вытащили счастливый билет. Но ведь и им самим повезло ничуть не меньше. Разве не было чудом, что в момент первой вспышки Чанбин находился в ванной, разбираясь с трубами, а не сидел за кухонным столом вместе с приветливой хозяйкой, решившей угостить его чаем? А не по чистому ли везению автобус с волейболистами, возвращающимися домой после соревнований, въехал в тоннель за минуту до начала ужасной природной аномалии? Их всех отделили от гибели считанные секунды, но самый главный вопрос до сих пор оставался открытым. Кому повезло больше — тем, кто погиб сразу, или тем, кто вынужден был выживать в новом, жутком, пережившем апокалипсис мире? При виде Чанбина и двух новоприбывших, люди, что сидели неподалёку от эскалатора, резко замолчали и переглянулись. Феликс попытался их сосчитать — человек пятнадцать, не больше. В основном это были мужчины, но также он увидел трёх женщин и девочку-подростка. Все они с любопытством рассматривали парней, но не спешили с ними заговаривать. — Познакомьтесь — это Хёнджин и Феликс! — любезно представил их Чанбин. — Как я уже сказал, я знаю их, они нормальные люди. — Здравствуйте! — неловко поздоровались парни, и некоторые из присутствующих ответили им вялыми кивками, в то время как остальные предпочли молча отвернуться. — Не обращайте на них внимания, — украдкой шепнул им Со. — Вы как вообще? Есть хотите? — Нормально всё, спасибо! — ответил за двоих Хван. Чанбин кивнул, не став настаивать, и отошёл к остальным, возобновившим негромкую беседу. Феликс проследил за ним внимательным взглядом, но не пошёл следом, вместо этого сбросив с плеча рюкзак и устало усевшись на холодный пол. — Ты как? Всё хорошо? — Хёнджин присел на корточки, оказавшись на одном с ним уровне, и взволнованно поджал губы. — Я в норме, — тихим голосом успокоил его Ли. — Что теперь делать будем? — Ничего, — Хван поймал парня за запястье и взглянул на время на его часах. — Подождём, когда закончится зачистка, а дальше — по обстоятельствам.

***

Кто-то говорил совсем рядом. Говорил тихим, ровным голосом. Говорил, как соседка за стенкой, поздно вечером встречающая с работы мужа. Как полуночный диктор по радио, сонно зачитывающий прогноз погоды на завтра. Как пассажир автобуса, вполголоса треплющийся по телефону, чтобы не доставлять дискомфорта остальным. Феликс пытался уцепиться за обрывки фраз, сложить их в нечто внятное и логичное, но те упрямо избегали его рук, словно золотые рыбы, только выловленные из воды и тут же выскользнувшие обратно в реку. Открыв глаза, парень не сразу сообразил, почему смотрел на мир под непривычным углом. Но затем он ощутил в волосах длинные тёплые пальцы, аккуратно перебирающие пряди, а под щекой почувствовал мягкую ткань штанов, и воспоминания тут же вернулись, накатив на него, как волна на берег. Это всё ещё была утонувшая в темноте, освещённая лишь несколькими фонариками станция, наполненная незнакомыми людьми, сидевшими кругом в небольшом отдалении. И это всё ещё был Хёнджин, ничуть не возражавший против того, что Феликс задремал прямо у него на коленях. Вновь прикрыв ресницы, чтобы скрыть факт своего пробуждения от остальных, блондин прислушался к голосу мужчины, что говорил всё это время. Раз его слушали внимательно и не перебивая, выходило, что он говорил по-настоящему важные вещи. — …есть много стран, которые не пострадали так сильно, как наша и соседние. Из-за разницы в часовых поясах у них было время подготовиться, ведь пока у нас светило солнце, убивая всё живое на своём пути, у них стояла глубокая ночь, — делился с другими людьми мужчина. — Конечно, и у них есть потери, но они несопоставимы с нашими. — Интересно, а эти страны помогут нам? — спросил кто-то из присутствующих. — Сейчас все привыкают к новому миру. Солнце везде светит одинаково, и везде убивает. И всем нужно построить укрытия, организовать людей и их быт, взять под контроль весь этот растущий на глазах хаос. Каждый сам должен о себе позаботиться, а не ждать помощи извне, — не стал лукавить и подпитывать чужие надежды мужчина. Медленно открыв глаза, Феликс посмотрел на людей, сидевших в нескольких метрах от них с Хваном, и осторожно, не совершая резких движений, принял сидячее положение. Голова тут же предательски закружилась, благо капитан, заметив это, тут же приобнял его за плечи и помог прислониться к стене. Видимо успев за последние несколько часов привыкнуть к тихим новеньким, собравшиеся не только не прекратили разговаривать, но даже не посмотрели толком в их сторону. Даже Чанбин ограничился лишь коротким кивком головы, на который Феликс, спросонья, ответил слабой улыбкой, за что потом мысленно себя укорил. — Донхо, — обратилась к тому же мужчине одна из женщин, — ты же говорил, что ты врач? — Верно. — Почему ты так долго оставался в городе? — теребя шнурок толстовки, поинтересовалась она. — Врачи везде нужны, особенно в укрытии. — Ну, — Донхо, оказавшийся мужчиной средних лет с довольно неприметной внешностью, повёл плечами и поправил блестевшие на переносице очки, — я до последнего работал в хирургическом отделении нашей больницы. Огромная часть пациентов погибла в момент первой вспышки, в живых остались лишь несколько человек, и мы с медсёстрами их лечили чем могли и как могли. Генератор быстро навернулся, электричества не было, но у нас всё ещё оставались лекарства и инструменты, и мы делали всё, что могли. Иногда к нам привозили раненых в уличных столкновениях. Кто-то пострадал от рук бандитов, кто-то и сам был бандитом. Я всех штопал, всем помогал, и потому нас не трогали, а в качестве благодарности делились едой и иными припасами. Лишь сейчас, перед началом зачистки, я был вынужден перебраться сюда. И, честно, я всё ещё не знаю, что буду делать дальше. С одной стороны, я нужен в укрытии. С другой, если не я, то кто будет лечить всех тех, кто решит остаться в городе? И что-то мне подсказывает, что таких людей будет немало. Чанбин, всё это время увлечённо грызущий орешки, вдруг подозрительно свёл брови на переносице и даже перестал жевать. Донхо, покосившись на него, вопросительно дёрнул подбородком, и лишь после этого Со озвучил посетившую его мысль. — Ты сказал, что в больнице с тобой были медсёстры и пациенты, но почему ты пришёл сюда один? — стиснув в кулаке полупустую шуршащую пачку, Со просканировал взглядом мужчину и замолчал в ожидании ответа. Остальные, переглянувшись, также сосредоточили всё внимание на ничуть не растерявшемся Донхо. — Часть пациентов, к сожалению, скончалась, а остальные выздоровели и разошлись кто куда. Что касается медсестёр, то одна из них уехала домой, чтобы найти родных, и больше не вернулась, а вторая погибла во время одной из вспышек. Так что последние несколько дней я работал в больнице совершенно один. — Вот как? — разочарованно протянул Чанбин. — Жаль, что так вышло. Казалось, что беседа с Донхо получила своё логическое завершение. Разговор тут же переключился на обсуждение грядущей зачистки и её последствий, а также дальнейших планов всех собравшихся, и сам Феликс, заскучав, уже хотел встать и прогуляться по станции, чтобы получше осмотреться, как Хёнджин, вскинув руку, внезапно заговорил, привлекая к себе всеобщее внимание. — Извините, Донхо, но можно задать вам вопрос, как врачу? — вежливо полюбопытствовал Хван и дождался хоть и удивлённого, но всё же согласного кивка мужчины. — Возможно, как доктор, вы знаете чуть больше о том, что происходит снаружи? Почему солнце нас убивает и как оно это делает? Донхо нахмурился — то ли не желал отвечать, то ли не мог подобрать правильных слов — и задумчиво потёр колючий от проступившей щетины подбородок. Его молчание длилось довольно долго, а когда он наконец заговорил, то все люди одновременно затаили дыхание, боясь пропустить хоть слово. — Я и сам не раз задавался этим вопросом. И чтобы лучше в нём разобраться, даже вскрывал нескольких погибших от вспышек человек, — сдавленным голосом признался мужчина. — Конечно, то, что я сейчас скажу, лишь моё мнение, не подтверждённое научными доказательствами, но лучшего объяснения я не смог найти. Лично мне кажется, что люди гибнут от невероятного по силе солнечного удара. Каждый из нас мог стать жертвой солнца и в былые времена, но тогда было намного проще оправиться от возможных последствий. Сейчас же, в моменты вспышек, сила солнца достигает невиданных размеров и убивает практически моментально. Прямые солнечные лучи буквально расплавляют мозг человека — я видел это своими глазами во время вскрытий. Феликс шокированно округлил глаза и покосился на не менее потрясённого Хёнджина. Да что там, все без исключения были удивлены подробностями, рассказанными Донхо, и не находили в себе сил прокомментировать услышанное. Блондин невольно вспомнил, как ещё несколько часов назад они с Хваном бежали по залитой солнечным светом улице. А что, если бы вспышка началась в тот момент, когда они не были защищены тонированными стёклами автомобиля или навесом перед входом в метро? Постоянно соприкасаясь со смертью, они начали привыкать к чувству опасности и в какой-то момент позабыли о том, что могли погибнуть в любую секунду. К их гибели могла привести короткая цепочка случайностей, и тогда бы их мозг, хранивший в себе столько ценной информации, трепетных и трогательных воспоминаний, важных мыслей и образов дорогих людей превратился бы в расплавленную жижу, а они сами так и остались лежать на асфальте, проиграв в неравной битве с солнцем. — Вы слышите это?! — внезапно встрепенулась девочка, приподнявшись со своего места. — Что слышим? — дружно завертели головами окружающие её взрослые. Донхо вскинул руку, призывая всех замолчать, и в абсолютной тишине до них донеслись приглушённые крики и стук в стекло — кто-то явно пытался пробиться на станцию любой ценой. — Кого там опять принесло? — пряча остатки орехов в карман, нахмурился Чанбин. — Проверим? Не на шутку испугавшийся Феликс первым делом посмотрел на время — до начала зачистки оставалось чуть больше полутора часов. Солнце уже село, а это значило, что оставшиеся в городе люди могли свободно по нему перемещаться. Так кем были те, кто пытались сейчас прорваться на станцию? Обычными горожанами, что надеялись переждать зачистку в надёжном и безопасном месте? Или врагами, что пришли по их с Хёнджином души? — Ты куда? — мгновенно схватив вставшего на ноги Хвана за рукав, нахмурился Ли. — Так надо же узнать, кто там! — растерялся брюнет, указывая на уже спешащую к дверям шумную толпу. — Ты сдурел? — вкрадчиво осадил его парень. — А что, если там Минхо? Хочешь пулю в лоб получить?! Хёнджин хотел было возразить, но что-то помешало ему это сделать. Вместо этого он запустил свободную руку в волосы и с беспокойством посмотрел на сворачивающих за поворот людей. Рядом с ними осталась лишь пожилая женщина, растирающая опухшие лодыжки и явно не имеющая ни сил, ни желания, чтобы вставать с места и куда-то идти. — Тогда я тем более должен пойти туда и отговорить остальных впускать на станцию кого бы то ни было, — наклонившись к Феликсу, доверительно прошептал капитан. — Ладно, как скажешь. Только мы пойдём туда вместе! — скрепя сердце согласившись со словами старшего, вскочил на ноги блондин. Прихватив с собой фонарик и крепко взявшись за руки, они добежали до поворота и с опаской выглянули из-за угла. К счастью, люди, выстроившиеся у двери, не спешили открывать замок, но и не расходились, упрямо светя в лица парней, находившихся по ту сторону стекла и что-то истошно кричавших им. Феликс не мог их толком рассмотреть с такого расстояния, но подходить ближе так и не решился, и Хёнджина от себя не отпустил. — Что вы хотите? — взяв на себя роль лидера, громко спросил Донхо. — Кто вы такие? Сложив ладони у рта, незнакомцы что-то ответили, но слов было не разобрать. Призвав остальных замолчать, Донхо прижал ухо к щели между створками и вслушался в чужой крик, тут же изменившись в лице. Потрясённо повернувшись к остальным, он махнул рукой себе за спину и нахмурился. — Они говорят, что они спасатели. Что эвакуация возобновлена и можно покинуть город… Шок, продолжившийся лишь пару секунд, тут же сменился нездоровым возбуждением. Кто-то бросился к двери, чтобы тут же её открыть, но Донхо оттолкнул этого человека и закрыл замок своей спиной, призывая всех успокоиться и принять взвешенное решение о том, как именно стоило поступить. — Да чего тут думать?! Они сейчас уйдут и всё! — истерично возмущалась одна из женщин. — Вот именно, — решительно кивнув, поддержал её пожилой мужчина. — Даже если они не спасатели, а просто хотят переждать на станции зачистку, то мы же не звери, чтобы отказать им! — А почему бы тогда им прямо не попросить о помощи? Зачем врать про спасателей? — в сердцах фыркнул Со. — Вы как хотите, конечно, но я бы больше никого сюда не впускал! Потеряв всяческий интерес к происходящему, Чанбин решительно развернулся и зашагал в обратном направлении. Но стоило ему увидеть выглядывающих из-за угла парней, как он невольно замедлил шаг и беспокойно обернулся к двери. — Вы чего? Узнали кого-то? — тихо уточнил брюнет на всякий случай. Феликс, до боли стиснувший пальцы Хёнджина, отрицательно помотал головой и нахмурился. — Просто мы тоже считаем, что этих людей не нужно впускать, — впервые за весь день добровольно заговорил он с Чанбином. — Никакие это не спасатели, откуда бы им здесь взяться! Криво ухмыльнувшись, Чанбин обернулся к шумной толпе, сунул два пальца в рот и оглушительно засвистел, едва не доведя впечатлительного блондина до сердечного приступа. — Парни говорят, что это те бандиты! Отойдите от дверей, пусть они проваливают! — нещадно переврав слова Феликса, крикнул на расстоянии Со. — Да какие же это бандиты, если они говорят, что спасатели! — сердито топнула ногой всё та же нервная женщина. — Нам эвакуироваться надо, а не сидеть в метро, как крысам! — Да на них даже формы нет, алло! — покрутив пальцем у виска, вступил в перепалку Со. — Никто не возобновит эвакуацию за два часа до зачистки! — Да много ты понимаешь! Ты воо… Договорить женщина не успела. Замок щёлкнул, и люди, на момент чужой стычки позабывшие про дверь, стремительно обернулись. Резко успокоившийся мужчина, находившийся по ту сторону стекла, невозмутимо толкнул створку, и девочка, тайком открывшая замок, робко отошла, пропуская его. Опомнившись, Донхо направил луч света от фонарика в чужое лицо, и Феликс ощутил, как его сердце, мучительно сжавшись, пропустило удар. Это был он. Минхо. И это был не грёбаный обман зрения, не чёртов мираж, иначе бы потрясённый Хёнджин, задержавший дыхание, не пятился назад и не тянул за собой оцепеневшего, с трудом переставляющего ноги Феликса. Этот монстр фатально и неотвратимо настиг их. Подобно охотничьей ищейке, напавшей на след, он тянул чувствительным носом, определяя верное направление. Ловушка, нависшая над ними, в очередной раз была готова с треском захлопнуться, и в глубине души Феликс был уверен — это была их последняя встреча. Убегать и дальше им бы никто не позволил, ведь любой удаче рано или поздно приходил конец. Вот и их закончилась. — Где они? — вкрадчиво поинтересовался Минхо, когда Хёнджин и Феликс уже торопливо мчались по переходу в обратном направлении. Чанбин, явно не желавший рисковать и мгновенно припустивший следом, быстро поравнялся с парнями и жестом показал бежать за ним. — Кто они? Кого вы ищете? — допытывался вдалеке Донхо, пока все трое, обогнув изумлённую женщину с больными ногами, сбегали вниз по неподвижному эскалатору, ведущему прямиком к пустынной, погребённой под мусором платформе. Вместо ответа прозвучал короткий выстрел. Кто-то в страхе закричал, кто-то взвыл от боли, но мгновенно затих. Феликс, молниеносно перебирающий ногами, не хотел знать в кого целились, кого ранили или убили. Он малодушно убегал от опасности, источником которой стали они с Хёнджином, и от ответов, к которым был не готов. Сколько ни отрицай очевидного, но ведь это они привели сюда головорезов. Это из-за них люди, благородно протянувшие руку помощи, оказались на грани смертельной опасности. И Феликс, равно как и Хван, вместо того, чтобы помочь и защитить их, отплатив за проявленную доброту и сдавшись в руки бандитов, подло убегали. Первым оказавшись на платформе, Чанбин пулей добежал до ближайшей открытой створки, выходящей на пути, и с разбега спрыгнул вниз, тут же взвыв от боли и матерясь. Всё ещё растирая конечность, парень посветил фонариком в обе стороны, а затем протянул руки, помогая Феликсу спуститься. Понимая, что сейчас было не лучшее время, чтобы любовно пестовать старые обиды, Ли вцепился в чужие влажные ладони и прыгнул в пустоту, довольно неуклюже приземлившись на шпалы, но, к счастью, ничего себе не повредив. Хёнджин спустился последним, не забыв напоследок обернуться и убедиться в том, что за ними не было погони. — Куда дальше? — откинув тёмные пряди с лица, прохрипел запыхавшийся капитан. — Понятия не имею, — развёл руками растерянный Чанбин. — Давайте туда! Сорвавшись на быстрый бег, они побежали в правую сторону от станции, не забывая каждые несколько метров оборачиваться и проверять наличие хвоста, которого, на удивление, до сих пор не было. Это казалось странным, ведь не нужно было обладать великим умом, чтобы понимать, куда именно ринулись беглецы в поисках спасения. — Что это за уроды, мать вашу? — прохрипел Со, то и дело запинаясь о препятствия в почти полной темноте. Из глубины шахты, прямо за их спинами, раздались ещё несколько оглушительных выстрелов и истошных женских криков, и Хёнджин, бежавший последним и собиравшийся что-то ответить, резко остановился и посмотрел назад. — Ты чего? — со страхом обернувшись, обратился к нему Феликс. — Нам надо уходить! Хван нахмурился, стиснул стёсанные на костяшках кулаки, словно готов был прямо сейчас ринуться в бой, и упрямо покачал лохматой головой. И что бы он там себе ни надумал, блондин заранее знал, что ему это не могло понравиться. — Я должен вернуться! — твёрдо, без каких-либо сомнений в голосе заявил капитан. — Нет! — морально готовый к подобному выпаду, яростно выпалил Ли. — Я должен! — повысил голос Хван, после чего схватил шокированного Феликса за плечи и легко встряхнул. — Ты хоть понимаешь, что этих людей убивают из-за нас с тобой? Блондин поджал дрожащие губы и прищурился, чтобы вернуть зрению утерянный фокус. Понимал ли он, кто был виноват в происходящем? Безусловно. Готов ли был рисковать собой или Хёнджином ради спасения остальных? Нет. — Я тебя не отпущу, — упрямо процедил Ли. — Твоё геройство сейчас абсолютно неуместно! — Серьёзно, Хёнджин, валим! — решительно встал на сторону блондина Чанбин. — Я согласен, их там жалко, но неужели ты хочешь погибнуть? Тебе что, совсем не для кого жить?! — А им? — прохрипел парень, обречённо махнув рукой себе за спину. — Им разве не для кого жить? А как мне самому дальше жить, если я сейчас уйду и даже не попытаюсь их спасти?! Разъярённо зарычав, Феликс метнулся к Хёнджину и со всей силы ударил его кулаками в грудь. Капитан опасно покачнулся, лишь в последний момент поймав равновесие и не завалившись на спину, и исподлобья взглянул на взбешённого блондина. — Это подло! — не замечая бегущих по щекам слёз, истерично выкрикнул Ли. — То, как ты поступаешь со мной, это чертовски подло! — Эй, тише, тебе ведь не нужно уходить со мной, — выставив перед собой руки, спокойно и даже чуточку ласково заговорил с ним Хван. — Чанбин поможет тебе спрятаться, а утром, когда зачистка закончится, ты доберёшься до укрытия. И когда ты увидишь наших, то обязательно передай им, что я их очень люблю. — Заткнись! Оставь этот сопливый бред для более подходящего случая! — злобно затопал ногами Феликс. — Раз уж тебе так хочется поиграть в героя, то мы вернёмся на станцию вместе! — Да вы издеваетесь! — всплеснув руками, в сердцах возмутился Чанбин. Прекрасно понимая, что мог передумать и струсить в любой момент, Феликс оттолкнул со своего пути изумлённого Хёнджина и торопливо зашагал в обратном направлении. Его всего трясло — от нервного напряжения, страха за будущее и суеверного ужаса, застилающего глаза. Он ведь столько времени убегал от Минхо и его верных псов, а теперь сам добровольно им сдавался. Так ради чего тогда всё это было? Что бы там ни говорил Хёнджин, но Ли не мог уйти без него. Он знал это с самого начала и смирился со своей судьбой задолго до нынешней ночи. Он готов был идти на любые жертвы, закрывать его своей грудью от пуль и солнечных лучей. Готов был втолкнуть Хвана в последний вагон уходящего поезда, оставшись в одиночестве на путях, чтобы встретить рассвет. Потому что любил. Потому что не мог иначе. Потому что было проще умереть самому, чем научиться жить без него. — Стой! Руки Хёнджина обхватили его поперёк груди, в которой бешено билось сердце, и потянули назад. Спина соприкоснулась с напряжённым телом капитана, и Феликс, не выдержав, разрыдался, обмяк и лишь благодаря рукам Хвана не упал на землю. — Тише, мелкий, — крепко прижав его к себе и ткнувшись сухими губами в ухо, сдавленно прошептал Хёнджин. — Ты прав, нам нельзя сдаваться! Не после того, через что мы прошли. Феликс чувствовал — капитан тоже плакал. Он слышал его сдавленные всхлипы, ощущал, как вздрагивали пальцы, ослабляя хватку. Ему тоже было больно и страшно. Его тоже грызла вина. Но, как и блондина, вела вперёд надежда. Надежда на то, чтобы дожить до утра. Надежда добраться до укрытия, увидеть своих близких и самому произнести слова любви, адресованные им. К счастью, они всё ещё оставались друг у друга. Всё, что было им нужно — это успокоиться и придумать план. Это удавалось им всегда, и в этот раз тоже должно было получиться. — Эй, парни, быстро идите сюда! — успев уйти вперёд на несколько десятков метров, вдруг замахал фонариком поражённый Чанбин. — Вы только посмотрите, что я нашёл!