Остатки зимних костров

Прошло две недели с момента ночевки у Антона. За все это время он ни разу не спросил у Ромы, что тогда с ним произошло: почему его внешний вид стал болезненно бледным, и с чего вдруг произошел такой сильный эмоциональный скачок. Рома мысленно искренне благодарил друга за то, что он не торопит его и не требует объяснений, а просто терпеливо ждет нужного момента, когда Рома все ему расскажет. С утра после ночевки парни даже не обсуждали произошедшую ситуацию, и тогда Пятифанов почувствовал неимоверное облегчение, так как не хотел затрагивать эту тему и засыпал с мыслями о том, чтобы на завтра Антон не вспоминал о случившемся. Петров лишь молча положил несколько таблеток успокоительного в карман толстовки Ромы, пока тот не видел. Лекарство Рома обнаружил только когда вернулся домой, и таблетки случайно выпали на пол во время того, как он переодевался. Парень не смог сдержать улыбки: таков был Антон – всегда заботится о других, но часто забывает о себе. Рома понял это еще в далеком шестом классе, поэтому всегда старался проявлять в ответ такое же внимание к Антону. Казалось бы, мелочи, возможно, даже немного странные, но Рома всегда брал с собой шарф, который он никогда не носил, но который Антон часто забывал надеть, а потом чуть ли не синюшный ходил и содрогался от холода, при этом говоря: «мне совсем не холодно». В такие моменты Рома просто доставал шарф из рюкзака и накидывал его на Антона, отвечая: «пиздишь, как дышишь». Очень романтично. Эта, если можно так сказать, «традиция», сохраняется у них до сих пор. Антон так и не научился носить шарф. Но, кто знает, возможно, он намеренно его не надевал. Бяша даже успел запечатлеть на полароидную камеру момент, когда Рома укутывал Антона, и, конечно, Пятифан оставил это фото, а Антон подписал его следующим образом: «дружба с тобой такая же теплая, как этот шарф». В тот момент эта полароидная фотография стала у Ромы самой любимой.

***

В течение двух недель не происходило ничего особенного. Школа, дом, домашка, прогулки с друзьями, все было как обычно. Наступил февраль. «Через неделю мне останется жить всего пять месяцев», – пронеслась мысль в голове Ромы во время того, как он сидел на уроке алгебры. Парень пустыми глазами смотрел на учителя и на доску, которая вся исписана непонятными и сложными для восприятия формулами. Он не слышал ни единого слова преподавателя, пребывая где-то глубоко в своих мыслях. Почему время стало нестись еще более быстро? Как успеть осуществить все задуманное за такой короткий отрезок времени? Как принять тот факт, что с каждым днем ты все ближе и ближе к своей смерти? Ответов на эти вопросы у Ромы не было, и он не думает, что сможет их найти. Он оценивает ситуацию объективно, опираясь исключительно на логическое мышление, а не на эмоции: времени осталось очень мало. Как говорится, «не можешь изменить ситуацию, измени свое отношение к ней». «Смысл об этом думать, если я все равно не смогу отсрочить момент своей смерти? Все мы когда-то умрем, просто с кем-то это произойдет через семьдесят лет, а с кем-то через пять месяцев. Ну и какая, нахуй, разница? Лучше провести это время с пользой, а не тратить его на размышления, которые ничего мне не принесут», – уговаривал себя Рома, закрывая глаза на тот факт, что периодически тревожность накатывает на него с новой силой. Из мыслей Рому выдернула записка, что прилетела в него из другого конца класса. Рома, обернувшись, поймал на себе взгляд Полины, которая являлась отправительницей записки. Наклонившись за бумажкой и развернув ее, парень увидел следующее: «Приходи завтра ко мне в гости. Антона с Бяшей я уже пригласила, они идут <3». «Не оставлю же я этих гавриков, сдохнут без меня через пять секунд», – пронеслось в голове Ромы. Он обернулся в сторону Полины и улыбнулся ей, как бы говоря, что приглашение принято.

***

Рома с Антоном стояли возле входа в школу, ожидая Бяшу, который застрял на дежурстве в гардеробе. Парни вели непринужденную беседу, как вдруг сзади послышались шаги. – Пацаны, я конкретно встрял, на, – проговорил Бяша, втискиваясь между друзьями и обнимая их двумя руками за шею, начиная вышагивать по направлению выхода с территории школы. – Ты потерял жвачку со вкладышем? – улыбнулся Антон, по всей видимости не восприняв всерьез слова друга. – Хуже. – Что может быть хуже этого? – усмехнулся Рома. – Кажется, мне нравится Полина, – раздосадованно ответил Бяша. Рома с Антоном переглянулись, и у обоих глаза были похожи на два огромных блюдца. Друзья ожидали услышать что угодно, но точно не это. – Ты угараешь? – засмеялся Рома, все еще не в силах поверить в сказанное. – Ромыч, ну вот нихуя не смешно! – возмущенно воскликнул Бяша. – Что мне делать, на? – Ну ты посмотри на себя: какой ты статный, красивый мужчина, – начал Рома. – Я, если честно, удивлен, что Полина все еще не стоит перед тобой на коленях. Антон отвесил смачный подзатыльник Роме, из-за чего тот болезненно заойкал сквозь смех. – Ромыч, ну ты так-то тоже статный и красивый, но почему-то кое-кто все еще перед тобой не на коленях, – ехидно улыбнувшись, произнес Бяша, еле сдерживаясь, чтобы не посмотреть на Антона. Рома, кажется, готов был окунуть Бяшу головой в снег, лишь бы он заткнулся. Пятифанов многозначительно посмотрел на него, пока Бяша противно хихикал. – Ну давай, становись, сучка, – спас ситуацию Пятифанов, подойдя к Бяше и надавив ему на плечи, опуская вниз и из последних сил сдерживая порыв смеха. – Я вам не мешаю? Может, засосетесь еще? – хохотнул Антон, смотря на то, как между его друзьями искры разлетаются в разные стороны. Рома с Бяшей переглянулись и, не раздумывая ни секунды, слились в жарких объятиях, инициируя поцелуй. Они гладили друг друга по спине, после чего Рома зачем-то стянул с Бяши шапку, и Бяша то же самое проделал в ответ. – Крепкая мужская дружба, – вынес вердикт Антон. Антон продолжал наблюдать за развернувшейся перед ним картиной, а затем заметил, как физрук вышел из школы и пошел по направлению к парням. Петров решил, что для учителя это будет довольно интересное зрелище, поэтому не стал останавливать ни о чем не подозревающих друзей. Сам же прикрыл рот рукой, чтобы случайно вслух не засмеяться и не спалить контору. Проходящий мимо них физрук приостановился. – Мальчики, я, конечно, все понимаю, весна скоро, гормоны шалят, но я почему-то сдерживаюсь и не бросаюсь на нашего трудовика средь бела дня, – сказал мужчина и пошел дальше, в то время как Антон в тот же момент чуть не лопнул от смеха. Рома с Бяшей сразу отошли друг от друга, наблюдая за тем, как громко гогочет Антон. – Тоха, ну ты и предатель, на, – констатировал Бяша, натягивая шапку. – За такие шутки в зубах бывают промежутки. – Ты, видимо, уже отхватил когда-то? – сквозь смех произнес Антон, вытирая слезы, что выступили из-за смеха. Рома не выдержал и заржал, проговаривая «хорош, Тошик», в то время как Бяша стал передразнивать их, после чего зачерпнул горсть снега и слепил из нее снежок. – Останешься без двух дополнительных глаз, на, – хохотнул Бяша и, замахиваясь и отходя чуть назад, чтобы бросить снежок, вдруг почувствовал, как Рома подставил ему подножку, и Бяша тут же свалился в сугроб, нелепо размахивая руками и вскрикивая. Раздался громкий смех Ромы и Антона. Быстро среагировав, Бяша взял за ногу Рому и потянул на себя, от чего Пятифанов потерял равновесие и плюхнулся рядом с Бяшей. Пока парни скидывали друг на друга снежную лавину, Антон отвлекся на уведомление, пришедшее на телефон. Поля «Вы можете подходить ко мне через час» 15:32

Тошка «Понял. Купить что-то?» 15:33

Поля «Смотрите сами, но только без алкоголя. Маленькие вы еще:)» 15:33

Тошка «Ну мам((((» 15:34

Поля «Не мамкай)» 15:35 – Парни, идемте, купим что-нибудь по пути к Полине, – окликнул друзей Антон, пока те устраивали бои без правил на снегу. Услышав Петрова, друзья подскочили и направились в сторону ближайшего магазина.

***

Придя в гипермаркет, парни стали бесцельно шарахаться по магазину, пытаясь решить, что они купят. Глаза разбегались от изобилия различных вкусностей, что располагались на полках. Рома с Бяшей, недолго думая, направились в отдел с алкоголем. Антон поплелся следом за ними. – Вы же понимаете, что вам это не продадут? – проговорил Антон, в то время как друзья положили глаз на небольшой стеллаж с пивом. – Да не ссы, – протянул Рома. – У меня все схвачено. – Что схвачено? Рома, лукаво улыбнувшись, полез в карман крутки и достал поддельное водительское удостоверение, где была указана дата рождения, свидетельствующая, что Рома является совершеннолетним гражданином. – Откуда это у тебя? – округлил глаза Антон, рассматривая небольшую пластиковую карточку. – Секрет фирмы, – проговорил Рома, в то время как Антон передал права в руки Бяши. – Ромыч, ну ты даешь, на! – обрадовался парень, с восхищение смотря на друга. – У нас теперь безлимит по покупке пива! – Ага, ты только денег достань побольше, тогда точно безлимит будет, – улыбнулся Рома, рассматривая верхние полки стеллажа. – Вон там стоит пиво, которое я хочу. Заразы, запихнули его на самую верхнюю полку... Антон оглядел пространство вокруг них, и увидел стремянку, которая стояла возле стеллажа с коньяками. Петров направился туда, взял стремянку и притащил Роме. – Мог и не напрягаться, принцесса, сказал бы, я бы сам донес. Но спасибо, – хмыкнул Рома, пока Бяша закатывал глаза на неудачную попытку флирта, а Антон, довольный, расплывался в улыбке. – Педики, на, – гоготнул Бяша, на что Антон слегка толкнул его в плечо. Рома, установив стремянку, полез наверх. Почти дотянувшись до нужной бутылки, он почувствовал, как конструкция неожиданно вышла из строя, утратив свое изначальное предназначение. Рома заметил, что лестница «обмякает» под его ногами и косит в сторону, из-за чего Рома отклоняется вместе с ней. Он услышал, как друзья в испуге стали выкрикивать его имя, но единственное, что Пятифанов успел сделать – это ухватиться за одну из полок стеллажа, от чего почувствовал, как стеллаж начал наклоняться в его сторону. В следующий момент Рома ощутил, как Антон с Бяшей подхватили его и оттащили к себе, а стеллаж с грохотом упал вниз, и вместе с ним, соответственно, весь ассортимент пива. Грохот разнесся по всему отделу с алкоголем. Возможно, по всему магазину. Ребята несколько секунд в ступоре смотрели на то, что устроили, а после Рома подхватил несколько жестяных уцелевших банок пива, запихнул их под куртку, схватил друзей за руки и помчался к выходу из магазина, пока продавцы не успели прийти на шум. Адреналин кипел в крови, сердце бешено колотилось, но Роме нравилось это чувство. Он ощущал себя живым. Ощущал себя обычным подростком, который устроил разгром в магазине вместе с друзьями, а после пытается сбежать от ответственности. Это было превосходное чувство. Добежав до выхода, парни уж было хотели открыть дверь, как вдруг она распахнулась прямо перед их носами, и на пороге появился никто иной, как лейтенант Тихонов. – Куда спешим, мальчики? – ухмыльнулся он, смотря на перепуганные и слегка бледные лица подростков. – А мы, это... к Полине... – выдавил Антон, надеясь, что их спокойно выпустят из магазина. – А Вы куда? Бяша повернулся к Антону и слегка пнул его ногой, как бы говоря о том, что вопрос был явно лишним. – А я мимо проходил, – улыбнулся Тихонов. – Ладно, идите, не смею вас задерживать. Лейтенант уж было хотел пропустить парней, но тут послышались крики продавщицы, которая стремительно приближалась к ним. – Константин Владимирович, а Вы как раз вовремя! – закричала женщина лет сорока. – Эти мальчишки перевернули стеллаж с пивом, да еще украли несколько банок, я по камерам видела! Хотели уйти безнаказанными, представляете?! – Вот, блять... – прошипел Рома, зажмурив глаза. – Ах, вот оно что... – протянул Тихонов, оборачиваясь в сторону школьников. – Все так и было? – Да это у них тут стремянка тупая, на! – начал оправдываться Бяша. – Ромыч только залез на нее, а она тут же вниз полетела! И Рома вниз полетел! И все упало! Тихонов перевел взгляд на Рому. – Пятифанов, ты опять за свое? Тебе не хватает того, что ты уже на учете стоишь? – строго произнес он. – Да че я сделал то?! – возмущенно крикнул Рома, состроив удивленное лицо. Тихонов тяжело вздохнул, прикрыв рукой глаза, а со стороны Бяши с Антоном послышались смешки. – А вам-то что весело? Вы вместе с Пятифановым по статье о воровстве пойдете, – проговорил лейтенант, посмотрев на друзей. – Да мы то че сделали?! – в голос воскликнули парни. – Сообщники вы, вот что! – проговорил Тихонов. Рома не смог сдержать улыбки. – Дядь Кость, может мы это... договоримся? – тихо сказал брюнет. – Пятифанов, какой я тебе дядя? Ты что, взятку мне предлагаешь? Я сейчас тебя еще и ко второй статье припишу. – Ну пожалуйста, на! – протянул Бяша. – Пожалуйста-пожалуйста, мы больше не будем! – Да, мы обещаем, что не побеспокоим Вас больше! – подключился Антон. Все трое стали уговаривать полицейского, и выглядели они как маленькие щеночки – жалостливые глазки и миловидный вид, будто это не они только что перевернули стеллаж с пивом и, конечно, не они спиздили несколько банок. – О, господи... – Тихонов тяжело вздохнул. – Если я вас поймаю еще раз... Ребята кинулись обнимать лейтенанта, и тот слегка улыбнулся. Отпрянув, Рома произнес: – А Вы это... пива нам не купите, а? – Пятифанов, ты совсем оборзел? Я, будучи полицейским, не собираюсь малолеткам алкоголь покупать! – Ну дядь Кость... – Пятифанов! Рома грустно вздохнул, и Антон с Бяшей тоже немного приуныли. – Господи, дети... давайте сюда то, что украли. Рома поспешно достал из-под куртки четыре жестяных банки пива. – Это первый и последний раз, ясно вам? Друзья быстро закивали и остались стоять у выхода из магазина, наблюдая за тем, как лейтенант направился в сторону кассы вместе с продавщицей, пока та возмущенно размахивала руками и что-то говорила по поводу случившейся ситуации. – Ну ты, Рома, даешь... – протянул Антон. – Ты с ним уже так сроднился за все разы, что попадал в участок? – Да, мы друзьяшки, – хохотнул Рома. Через пару минут Тихонов вернулся к школьникам. – Держите, – он протянул им пакет с алкоголем. – Но никому ни слова, ясно вам? Ребята послушно кивнули. – А как быть с разгромленным стеллажом? – спросил Антон. – Мы же должны заплатить, по идее. – У вас есть деньги? – с ухмылкой поинтересовался полицейский. Парни замотали головой. – Вот и я о том же. Я все улажу, идите отсюда уже, чтобы глаза мои вас больше не видели. Друзья поспешно покинули магазин, направившись в сторону дома Полины. – Ой, ну пиздец... – тихо проговорил Антон, закинув голову назад. – Че, Тоша, испугался? Ты теперь тоже правонарушитель, – смеялся Рома. – Как мамочке в глаза смотреть теперь будешь? – Иди нахуй, Ром, – усмехнулся Петров.

***

– Ну наконец вы пришли, я уже заждалась! – открыла дверь Полина, запуская друзей в дом. – Где вас носило так долго? – По магазинам ходили, на, – проговорил Бяша, лукаво улыбнувшись. – Что детки-конфетки купили? – Полина в открытую пользовалась статусом того, что она среди них самая старшая, и не упускала момента чуть постебать друзей. – Слушай, теть... – ответил Рома, доставая банку пива из пакета. – Это тебе. Он кинул банку в руки Полины, и она с легкостью поймала ее. – Так я и думала, – улыбнулась Полина. – Ладно, заходите уже, что встали как истуканы? Орава из четырех человек тут же завалилась в гостиную, развалившись на диване и единогласно открыв баночки с пивом. Полина предварительно заказала большую пиццу, которой точно хватит на всех четверых, поэтому первым делом друзья принялись трапезничать и обсуждать прошедший день. Парни в красках рассказали Полине о пережитых в магазине приключениях, в ответ она посмеялась и сказала, что ни капельки не удивлена. – Хотите анекдот? – сказал Рома, сложив ноги на колени Антона, из-за чего Пятифанов занял половину дивана. – Ну давай, удиви нас, шутник, – саркастичным тоном ответила Полина. – Спрашивает один клоун у другого: «у тебя есть справка, что у тебя нет ВИЧа?», второй клоун отвечает «да, конечно, есть», и первый клоун ему говорит: «забудь». Все трое молча смотрели на Рому, пока тот едва сдерживал смех от собственной шутки. Сам пошутил, сам посмеялся, как говорится. – Бля, Ромыч, ты, конечно, крутой, но моментами какой-то конченый, на, – заключил Бяша. А вот с комментария Бяши засмеялись все. Даже Рома, в огород которого только что прилетел камень. После еще нескольких шуток-за-триста от Ромы, ребята принялись обсуждать другие различные темы, например, теорию квантового бессмертия, квантовое самоубийство и все в таком духе. Обстановка была приятной и комфортной: на улице уже постепенно смеркалось, комнату освещал теплый желтый свет, и время, что Рома проводил в компании друзей, было для него бесценным. В подобные моменты он ощущал неимоверную легкость, из жизни будто пропадали все проблемы, которые грузили до этого, а в голове было лишь одно: «я счастлив». Он совершенно забывал о том, что произошло, и просто наслаждался жизнью.

***

Вдоволь наевшись пиццы, одноклассники стали думать, чем можно заняться. Антону с Ромой, по всей видимости, разговоры наскучили, поэтому парни решили помериться силой. Бяша с Полиной уже предвкушали, что от дома Полины ничего не останется, но, тем не менее, они просто сели на диван и стали наблюдать за происходящим. Парни встали в боевую стойку, расположив руки перед собой и переваливались с одной ноги на другую. Пока Антон размышлял, какой удар нанести Роме, Пятифанов быстро подошел к Антону и обхватил его вокруг пояса. Петров пытался высвободиться из хватки друга, но все попытки были тщетны. В один момент Рома поднял Антона и, пошатнувшись, врезался в плазменный телевизор, что стоял на тумбе, и плазма тут же начала падать. Бяша, быстро среагировав, подбежал к телевизору и поймал его, но при этом случайно толкнул друзей в сторону, от чего те с грохотом упали на пол. – Я уже второй раз смягчаю твое падение, – прохрипел Антон, пока Рома с него вставал, одновременно с этим помогая другу подняться. – Бяша расставил приоритеты – спас телек, но повалил нас. Друг, называется, – усмехнулся Рома. – А я вот Бяше очень благодарна. Спасибо тебе, – пролепетала Полина, поцеловав Бяшу в щеку. Парень оцепенел на несколько секунд, не отводя взгляда от девушки. – Бяша сейчас дух испустит, – хохотнул Рома. – Гляди, как покраснел. Антон не удержался и засмеялся, пока Бяша порывался вмазать Роме, но последний резко рванул и побежал в коридор, пытаясь скрыться от разгневанного Бяши. Парни носились по всем коридорам и комнатам, звонко смеясь и в шутку выкрикивая различные ругательства. Кажется, Рома давно не чувствовал себя настолько живым. Вот так просто проводить время с друзьями, вести себя как маленькие дети и получать от этого огромное удовольствие. Он продолжал убегать от Бяши, и чувствовал, что живет, а не существует. В один момент Бяша нагнал Рому и запрыгнул ему на спину, закрыв руками его глаза. – Бяша бля, если я упаду, виноват будешь ты, – выкрикивал Рома, пытаясь снять с себя парня. – Им точно по семнадцать лет? – смеялась Полина, обращаясь к Антону. – Бяше шестнадцать лет и десять месяцев, – улыбнулся Петров. – Ну да, это все объясняет. Бяша спрыгнул с Ромы, и теперь Рома гонялся за ним. Парни ловко огибали препятствия в виде мебели, что попадались им на пути, продолжая играть в догонялки. В один момент Антон с Полиной решили принять небольшое участие в их игре. Полина достала пищевую пленку, и ребята наклеили ее на дверной проход, что вел в гостиную, зная, что парни обязательно туда прибегут. Антон предварительно достал телефон, чтобы запечатлеть сие зрелище на видео. – Слышишь? Бегут сюда, – в предвкушении произнесла Полина, не отводя взгляда от входа в комнату. Первым бежал Рома, соответственно, весь удар пришелся на него. Парень в порыве беготни потерял бдительность и не заметил пленку, вмазавшись в нее и тут же испугавшись неожиданного препятствия. – Тоша, бля! – вскрикнул Рома, снимая с себя пленку. Бяша тут же остановился, согнувшись пополам от смеха. – Ромыч, видел бы ты свое лицо, на! – не мог успокоиться парень, заливаясь, словно соловей. – Вам рот будто вешалкой растянули, – проговорил Рома, смотря на довольные лица Антона и Полины, которые явно были удовлетворены результатом своих деяний. Успокоившись, Рома с Бяшей развалились на диване, почувствовав накатившую на них усталость. Ребята тяжело дышали, пытаясь прийти в себя после догонялок. – У меня есть интересная идея, – проговорила Полина, лукаво улыбнувшись. – Мне уже страшно, – ответил Антон. – Давайте сыграем в «семь минут в раю»? – предложила девушка. Парни молча уставились на нее. – Это че, на? – после двухсекундной паузы спросил Бяша. – Рандомно выбираются два человека, их запирают в кладовке на семь минут, и там они могут делать все, что хотят, – хитрая улыбка не спадала с лица Полины. У Бяши тут же выступил легкий румянец, что не укрылось от Антона и Ромы, из-за чего они одновременно усмехнулись. – Я в деле, – тут же ответил Бяша. – Эти двое тоже. Антон с Ромой молча кивнули, и Полина пошла в другую комнату, принеся оттуда бумагу, ручку и небольшой пакетик. Девушка оторвала от бумаги несколько кусочков и написала на них имена присутствующих, затем свернула их и положила в пакет. – Итак, первыми идут... – девушка вытянула две бумажки. – Я и Антон. Рома тут же слегка напрягся, и Бяша сочувствующе глянул на него, сам при этом немного приуныв, но мастерски сделал вид, что ничуть не расстроен. Рома достал телефон и засек таймер, поставив его на семь минут, в то время как Полина с Антоном закрылись в кладовке. – Ну вот, остались двое рыцарей с разбитым сердцем, – Бяша приложил ладонь тыльной стороной ко лбу, откинувшись на спинку дивана. – Не нагнетай ты, – хмыкнул Рома, так же откинувшись на спину. – Почему время идет так долго? – Прошло тридцать секунд, на, – гоготнул Бяша. – Ты, кстати, когда Тоше признаешься? – Я не знаю, – мучительно протянул Рома. – Такой весь из себя гангстер, а в любви полный ноль, – Бяша откровенно потешался над другом. – Будто ты больно опытный в этом, умник. – Ромыч, соберись, на! – Бяша подскочил с дивана. – Не тупи, я тебя умоляю, я уже не могу смотреть на твои страдания, мне самому больно! – Драма квин, – констатировал Пятифанов, наблюдая за другом. На лице выступила легкая улыбка. – «Ах, дорогой Антон, я тебя так люблю! Я не могу без тебя жить, на!» – писклявым голосом проговаривал Бяша, расхаживая по гостиной. – Вот так надо! Почему я вообще должен организовывать твою личную жизнь? Рома не смог долго сдерживать смех. Но Бяша был прав, раз уж на то пошло. Пятифанов и сам понимал, что слишком сильно затягивает с признанием, вот уже год прошел, и за это время он так и не решился признаться Антону в чувствах. Его пугала мысль, что после его признания их с Антоном дружба пойдет под откос, Роме жаль было рушить все то, что строилось на протяжении четырех лет. Но с другой стороны... вдруг все окажется взаимно? Вдруг Антон испытывает то же самое по отношению к Роме? Когда Пятифанов думал о том, что они с Антоном могут быть вместе, на душе разливалось приятное тепло. – Если вы с Тошей окажетесь вместе в кладовке, ты обязан ему сказать, – заключил Бяша, сев рядом с другом. – Нет. – Нет? – Нет. Бяша устало вздохнул и прикрыл глаза. – Нервов на тебя не хватает, на, – тихо проговорил парень. – Я мазохист. – Я не слепой, на. В один момент Рома встал с дивана, направляясь в сторону ванны, сказав, что в комнате жарко и ему нужно умыться. Зайдя в ванну, Рома глянул на себя в зеркало. Оттуда на него смотрел парень с горящими глазами, легкой улыбкой и растрепанными волосами. Рома давно не видел себя таким счастливым. Он привык, что из зеркала на него смотрел парень со слегка бледным лицом и небольшими синяками под глазами из-за постоянного недосыпа. Но сейчас все ощущалось совсем по-другому. Жизнь кипела, и что-то стремительно расцветало внутри Ромы. Это что-то было таким нежным, но в то же время ярким и теплым, обволакивало каждую клеточку его тела, даря приятные ощущения и чувство покоя, которого Роме так сильно не хватало. Что может быть лучше этого? Рома открыл кран, набрав небольшое количество воды в руки. Приятная прохлада обволокла лицо. Подняв глаза и глянув в зеркало, Рома дернулся от увиденного, и в эту же секунду по телу прошла неприятная дрожь. Позади него стояла Катя, положив руки на плечи парня. Она ничуть не изменилась, была точно такой же, как раньше – маленькой девочкой двенадцати лет. Но при этом она была очень холодной и болезненно бледной. Рома чувствовал, как от ее рук исходил неприятный холод. Холод, который можно почувствовать, прикоснувшись к мертвому человеку. Он был другим, и ощущение от подобного прикосновения еще долго оставалось на руках. Катя смотрела Роме прямо в глаза через зеркало. На ее лице была легкая ухмылка, а взгляд казался пустым и пронизывающим, от чего казалось, что несколько холодных и острых кинжалов только что всадили прямиком в сердце парня. На Роме был надет черный капюшон, из-за которого в отражении он не видел своего лица. Руки были в крови, а в одной из них он держал нож-бабочку. Ужас поглотил его с новой силой. – Вот ты и показал свое животное нутро, трус.