Trapeze Swingers [Редактируется и переписывается]

«And looking back, all I can say about all the things he did for me Is, I hope I'm at least half the dad that he didn't have to be Yeah, I hope I'm at least half the dad that he didn't have to be» © Brad Paisley — He Didn't Have To Be

Жизнь — суровая штука, без второго отца не обойтись, на этот случай и существуют крестные отцы. Итальянская шутка

Малфою решительно не нравилось всё происходящее — и с каждым новым днём это чувство лишь усиливалось. Определение очага заболевания и его последующее устранение шло своим чередом. Путём расчётов, консультаций с французским представительством магического правопорядка и разрушителями проклятий из родного, но такого далёкого сейчас Лондона, Малфою с командой удалось выяснить, что у них здесь теракт международного масштаба. Настроение от этих выводов лучше не стало. Грейнджер лучше не становилось. Часы мерно тикали в тишине, пока Джим, Тим и остальные оболтусы гоняли по деревне вышедших на охоту дэвов. Малфой сверлил взглядом котёл с зельем и то и дело тянулся к мобильному телефону. Целительские руны, обрамлявшие Гермиону, вспыхивали в темноте, всё сильнее вгоняя его в тревогу. Мешалка из рябинового дерева мерно помешивала противоядие — всё чётко по рецепту и по наущению профессора Снейпа. Его профессора. Малфою хотелось кофе с виски. Можно без кофе. И того задушевного сидения на кухне особняка на Гриммо с Куницей и Поттером, после которого кошки, скребущие на душе, ненадолго успокаивались. Однако до желанного покоя было как до Аляски. А выпутываться из дерьма следовало прямо сейчас. Малфой сжал переносицу и всё-таки набрал домашний номер матери и профессора — тот самый, который сегодня утром прислал с Патронусом Поттер. Герой он и в Африке герой, как бы Драко сейчас ни раздражался. — Снейп слушает, — несколько старомодно отозвались на том конце провода. Драко сжал зубы, собираясь с духом. Когда он в последний раз разговаривал с родителями по-человечески? Когда он вообще с кем-то общался без приказов и возмущений? — Профессор, доброй ночи. У меня дело безотлагательной важности, мне очень нужна консультация Мастера зелий, — на одном дыхании выпалил Малфой, хотя всё внутри него кричало совсем другие слова. И совсем другому человеку. «Папа, помоги мне». Совсем как тогда, в роковой рассвет Битвы за Хогвартс, когда Волдеморт своей костлявой рукой обнимал его за плечи, а Люциус Малфой стоял и беспомощно наблюдал за этой сценой. — Говори, — коротко бросил в трубку Снейп. Малфой трясущейся рукой призвал блокнот с записями и принялся надиктовывать. — Чем нейтрализовать пыльцу янтаря и вытяжку корня мандрагоры, если в зелье уже дана повышенная доза аконита? — Попробуй стабилизировать базу добавлением бронзовой куркумы, а обезболивающим компонентом может послужить простой имбирь. В ваших широтах его сейчас легко достать, — профессионально пояснил Снейп, пока Драко пытался одной рукой накарябать на упаковке от вчерашнего кебаба необходимую дозировку и не уронить при этом телефон в котёл. — Я уйму справочников здесь перебрал, а на деле всё оказалось так просто! — посетовал Малфой. — Потому что ты, как и твоя излишне упрямая напарница, пытался идти длинным путём, — ответил профессор. И Малфой мог бы поклясться, что слышит привычную издевательскую усмешку в его тоне — ту самую, которую тщетно пытался заслужить в детстве, когда профессору случалось учить его зельеварению. Собравшись с духом, Драко бросился в атаку: — Профессор, подождите! Скажите, что вам известно о модифицированной версии Перуанского порошка? У нас тут, понимаете, ситуация… Он не успел выложить свою версию событий. Встревоженный голос Снейпа перебил: — Постой, Драко. Слушай очень внимательно. Ты не знаешь — потому что был ещё слишком юн, чтобы разбираться в интригах приближённых Волдеморта, — но наша последняя операция напрямую касалась Перуанского порошка. Я лично разрабатывал формулу. В Хогсмиде должен был состояться последний рейд… Если бы всё прошло успешно, мы бы атаковали маггловский Лондон, а за ним и всю Британию. Малфой похолодел. И дело было даже не в том, что Снейп говорил об этом так спокойно, словно перечислял ингредиенты для Костероста. Нет: его крестный был лучшим в своём деле, и только мастер, подобный ему, мог обратить разрушительное действие проклятья вспять. — К чему привязан летучий порошок? Что служит триггером? — Тёмная метка. Будь то клеймо, которое у нас ещё осталось, или кинжал — вроде тех, которыми любила швыряться Беллатрикс, — или заклинание Морсмордре. Как часто за последние недели Метка вспыхивала в вашей деревне? — Каждые два дня. — Я свяжусь с Поттером, пусть запрашивает подкрепление и вызывает разрушителей проклятий. Дело двух-трёх дней — и яд доберётся до вас всех. — К тому же у нас тут бродят дэвы и весёлая компания Пожирателей смерти, — вслух посетовал Драко, забывшись на минуту. Не впервой ему было влипать в переделки, но потеря Грейнджер как лучшего боевого мага Департамента могла изменить ход всей операции. Кстати, о ней: — Почему магия первой атаковала Грейнджер? Почему не меня — носителя Метки? — Статус крови и шрам от кинжала Беллатрикс. Перуанский порошок набросился на остаточную тьму, как гончая на след, и отравляет её с каждым часом всё сильнее. К тому же, если я правильно понял Поттера, твоя подруга неплохо так помогла себе сама — нелегальными зельями от депрессии. — Чёрт бы побрал её упрямство! — не выдержал наконец Малфой. — Я должен сейчас ловить рехнувшихся дэвов и местную фауну духов со своей командой, а вместо этого работаю сиделкой при Гермионе! Я не знаю, сколько она так протянет, но её нельзя оставлять ни на секунду. Показатели состояния постоянно меняются, проклятье влияет на сознание. Она то ли борется с магией, то ли с собственными кошмарами — но, профессор… крестный… я впервые с таким сталкиваюсь. Я не могу так просто сдаться. Снейп на том конце провода надолго замолчал. Не часто им с Драко удавалось поговорить вот так — без упрёков, без детской обиды и презрения. И что бы там мальчишка ни говорил в минуты ярости и недовольства, он был и навсегда останется его сыном. Тем самым ребёнком с глазами как у Нарциссы, которого Снейп не раз вырывал из лап смерти. Вырвет и сейчас. — Тьму можно одолеть только тьмой — что бы там герои ни воображали о всепобеждающей силе света. Вы связаны с мисс Грейнджер, как бы ты сейчас ни злился. Надо либо нейтрализовать Метку и её шрам, либо объединить тьму — и тогда проклятье нейтрализует себя само. Малфой ещё обдумывал сказанное Снейпом, когда полумрак комнаты разорвал пронзительный вопль Грейнджер — и она забилась в конвульсиях. Поспешно отсоединяясь, он тем не менее успел услышать последнюю фразу: — Сын, береги себя.