от ненависти до любви

      Водитель уже давно уехал, оставив нашего героя возле какого-то знаменитого столичного бара, хотя сейчас пафосность этого места волновала парня меньше всего. Почему-то сегодня рука не тянулась к такому привычному жгучему бокалу виски, возможно, та ночь, ставшая результатом такого опьянения, хотя разве может это послужить оправданием?       Матвеев нетерпеливо посмотрел на экран телефона, но перед глазами появилась такая же картина, как и несколько часов назад.       «0 сообщений»       «0 пропущенных»       Отчего-то стало обидно, что ей всё равно, где он и с кем. Но неожиданно пришло понимание: он не в праве осуждать её, ведь он сам ни разу не спросил у неё, что с ней и как. Так по какому праву он может обвинить её?       Матвеев устало потёр переносицу, собираясь с мыслями, однако его слух привлекла незатейливая мелодия, оповещавшая парня о звонке. Руки потянулись к телефону, а мозг ужасно для самого себя пронзила догадка, он хочет, чтобы позвонила именно она, спросила где он.       Но иллюзия разрушилась, как только он взглянул на экран. Звонила Кристина, только вот отвечать не очень-то хотелось, наверное поэтому Матвеев и сбросил вызов. А затем пальцы быстрым движением набрали номер отца.       Парень не ожидал, что он ответит, однако его ожидания оказались неверными, трубку сняли буквально через несколько минут. И Дима услышал такой знакомый, холодный голос своего отца, словно лёд, не дающий трещину никогда.       — Здравствуй, папа, — немного с сарказмом в голосе произнёс Дима, сделав особый акцент на слове «папа», порой ему самому становилось смешно, от такого обращения, однако хотелось иногда притвориться счастливой семьёй.       — Что-то случилось? Есть причина по которой ты отвлекаешь меня? — Это было сказано грубо и жёстко, настолько, что внутри Димы что-то вновь оборвалось, что-то важное. Он хотел спросить, попросить совета, однако до него вновь нет никому ни малейшего дела. Парень устало выдохнул, облокачиваясь на барную стойку.       — Извини, — спокойно ответил парень, стараясь придать голосу твёрдость. — Я забыл насколько ты занят. Я хотел уточнить детали завтрашнего приёма, впрочем вышли мне данные сообщением.       Вызов был сброшен, Дима не стал дожидаться очередной колкой реплики отца, быть может, потому что внутри итак всё колотило от обиды и горечи. Перед ним всё также стоял бокал несчастного виски, но он не притронулся к нему, бросая лишь смятую купюру и направляясь в сторону выхода.       Сейчас хотелось домой.       В тот дом, которого нет.

***

      На другом конце города в том же пустующем доме сидела Соня. Время приближалось к вечеру, однако Дима так и не появился на пороге. Она хотела позвонить, но вовремя одёрнула себя, ей было неважно где он, и по большому счёту с кем. Лишь бы его отец не узнал об этом, объясняться с ним вновь девушка не хотела.       Матвеева так и прождала его в гостиной, сидя на удобном кресле, в то время, как сон наступал на веки, несмотря на ещё не настолько позднее время. Девушка не услышала, как открылась дверь, и в комнате раздались чьи-то смутно знакомые шаги, её глаза закрылись и сон полностью поглотил её, сморённую сегодняшним днём ещё до его прихода.       Дима же тихо вошёл, аккуратно снимая обувь и проходя внутрь. В квартире как и всегда было тихо, ничто не нарушало тишину, только почему-то на кухне горел свет. И Дима, словно мотылёк устремился туда, открывая дверь. Однако его ждал лишь ужин, заботливо приготовленный его женой, а ведь ему это даже не пришло бы в голову.       Матвеев слегка улыбнулся, устремляя свой взор на стол, где его уже ждали такие простые, но тем не менее вкусные блюда: сваренные макароны и котлеты, а чуть подальше от них тарелка с блинами. Стало как-то приятно, и весь осадок, который накопился за день почему-то иссяк, будто его вовсе и не было.       Только вот самой Сони парень не увидел, и это немного напугало его. Где она может быть в столь позднее время? Парень сделал ещё несколько шагов, быстро оказываясь в гостиной, которую поглотил полумрак. Однако даже в этой кромешной темноте глаза отыскали знакомую худенькую фигуру девушки. Она спала, устало прикрыв глаза и съёжившись клубочком в кресле, видимо, желая согреться. Неожиданно это вызвало у Матвеева новую улыбку.       Дима подошёл поближе, садясь на корточки перед креслом, медленно и внимательно рассматривая свою жену. Сейчас не было и следа от той железной леди, каковой она выглядела всегда, она была другой. Милой что ли. Рука сама потянулась к её лицу, смахивая непослушные пряди, выбившиеся из аккуратного хвоста.       Он не знал сколько просидел так, может быть несколько минут, может быть и несколько часов. Парень не смог бы ответить на вопрос: Почему он делает это? Просто это казалось таким правильным, таким близким, как никогда. Его голова опустилась на её колени, но Соня даже не почувствовала этого прикосновения, лишь только сильнее сморщила миленький и аккуратненький носик.       Впервые за несколько лет Диме стало по-настоящему уютно, даже тепло, будто они — настоящая семья, словно и не было тех совершённых им ошибок. Однако Матвеев прекрасно понимал, что стоит ей только открыть глаза, как в них он снова увидит такое знакомое презрение, поэтому хотелось просто побыть с ней так чуть-чуть подольше. Пусть даже на считанные пару минут.       И не надо было больше ничего, даже эта тишина больше не раздражала, становясь какой-то поразительно нужной. Сколько бы Дима просидел так? Сложно ответить, но осознание, что Соне действительно неудобно спать в таком положение отрезвило его.       Матвеев ещё раз взглянул на её лицо, коснулся волос, а потом аккуратно, стараясь не разбудить, поднял девушку на руки. Нежно и бережно. Её голова приникла к его груди, а аккуратный носик коснулся шеи, будто желая согреться.       Её дыхание размеренно и нежно щекотало кожу шеи, что вызывало у Матвеева очередную улыбку. Тихими, медленными шагами парень продвигался к её спальне, стараясь не потревожить её сон.       Это всё было таким хрупким, словно стеклянным. Коснёшься и всё разобьётся, разлетевшись на тысячи маленьких осколков, наверное, поэтому парень отчаянно старался не потерять тот маленький кусочек счастья, поселившийся в его душе. Ведь стоит только свету осветить комнату — всё исчезнет, как мираж.       Дима осторожно опустил Соню на кровать, накрывая лежавшим рядом пледом. Он вновь присел возле кровати, смотря на неё, а потом одним лёгким движением взял её руку в свою, сжимая сильнее.       Холодная.       Он горько усмехнулся. Снежная Королева.       Его веки устало закрывались, сон затмевал разум. И единственное, что ему осталось лишь молча уйти, только стоя в дверях, оглядываясь на неё. И шепот, еле слышный, сорвался с его губ:       — Как же мне растопить этот лёд между нами?       А через секунду послышался такой знакомый звук захлопывающейся двери.

***

      Однако, чтобы не произошло ночью, всегда наступает утро. Мы не всегда встречаем его радостно, порой нам просто всё равно и мы ждём, когда наступит следующий. Этого же и ждала Соня. Она привычно открыла заспанные глаза, смотря на яркий свет в окне.       Однако лёгкая улыбка, проступившая на лице, тут же исчезла. Она не помнила, как оказалась в спальне, ведь она ждала Диму, и кажется уснула в кресле. Неужели он… Ответов на вопросы не было, как и желания их искать. Возможно, поэтому Соня, откинув плед, встала с кровати, на ходу ища телефон, лежавший где-то на тумбочке.       Хотелось просто уйти. Уйти отсюда, навсегда, не оставляя следов и стирая всё это из памяти.       Матвеева нашла свой телефон на тумбочке, стоящей возле кровати. На секунду в голову пришла мысль о том, что в квартире может находиться её муж, и хоть даже сама возможность этого была неприятна Соне, стоило всё же узнать это наверняка.       Девушка несмелыми шагами направилась в гостиную, но её глаза так и не увидели Диму, быть может это к лучшему. Она знала, что им следовало поговорить, однако сил на этот разговор не было. Они оба это понимали, потому и избегали друг друга, прячась за тысячами масок.       Глаза Сони опустились в пол, а руки уже набрали привычный номер Саши. Хотелось закончить приготовления к этому вечеру пораньше, чтобы не вспомнить об этом лишний раз. Послышались гудки, которые стали ужасно раздражать Матвееву, но она постаралась успокоиться.       — Да, — ответил вполне бодрый голос Саши на другом конце, видимо, девушка уже давно проснулась, Соне стало как-то неловко, однако она постаралась это скрыть.       — Привет, готова сходить со мной на шоппинг? — Уточнила Соня, хотя даже её голос, внешне спокойный, но внутри дрожащий, выдающий какую-то внутреннюю муку. — Это же такое удовольствие для женщин.       — Ой, для кого удовольствие, а для кого наказание! — Звонким голосом рассмеялась девушка, однако услышав такой расстроенный голос Сони, постаралась как-то развеселить её, это стало для неё уже привычным. — Я вообще бы лучше пошла голой и поэпотировала всю публику.       — Очень смешно! — Грубо произнесла девушка, не скрывая своего раздражения. Хотя откуда взялась эта грубость она не знала. — Я серьёзно тебя спрашиваю, можно было ответить без твоих этих советов.       Матвеева сама не понимала, откуда взялась эта злость и лёгкая раздражительность. Сейчас её откровенно бесило абсолютно всё, и эта весёлость Саши, её тон, собственная беспомощность — всё будто смешалось в одну большую претензию к этому миру.       — А я не могу без юмора, и хватит бесится и хмуриться. Морщины будут! — Саша ответила более спокойным тоном, хотя нотка обиды проскочила и в её душе.Зачем она тут распинается, пытается понять кого-то? Лезет в чужие проблемы, хотя у самой чёрт знает что делать со своей жизнью? Однако девушка попыталась подавить это в себе, списывая это всё на характер Сони, который всегда был аскетичным, да и действительно в её положении — такая злость неудивительна.       — Может и будут, ладно проехали. Сможешь подъехать к торговому центру «Future Line»? — всё тем же ледяным тоном спрашивала Соня, обдавая всё вокруг себя холодностью.       — Без проблем, думаю встретимся там через полчаса, идёт? — В ответ на эту грубость, Саша отвечала мягкостью, не желая лишний раз ссориться, надеясь, что Матвеева просто перебесится и всё пройдёт.

***

      Девушки встретились примерно через полчаса в том самом торговом центре, куда просила приехать Соня. Если честно, то Саша не имела ни малейшего желания ехать туда, а тем более разговаривать с подругой, однако она постаралась не думать об этом, что ввиду её отходчивости было не так уж сложно.       В основном девушки шли молча, иногда обмениваясь лёгкими и непринуждёнными фразами, не носящими большой смысловой нагрузки. Это было что-то вроде: «Мне кажется тебе подойдёт вот это платье или эти туфли.» Ничего более вразумительного они сказать друг другу не могли и вокруг чувствовалась излишняя холодность, обдавшая их с головы до ног.       — Мне, кажется, мы выбрали тебе достойный наряд, — наконец разрушила молчание Саша, остановившись посреди торгового центра. Голова ужасно болела, а от того количества разноцветных вещей рябило в глазах, и девушке просто хотелось уйти. — я, наверное, пойду.       Соня подняла на неё какой-то испуганный взгляд карих глаз. Конечно, она понимала, что сама была не права, но извиниться — ей было ещё труднее, возможно, поэтому она не нарушала всеобщего молчания, думая что всё разрешиться само собой, но этого не случилось.       — Ты обиделась? — с грустной интонацией в голосе уточнила Матвеева, прекрасно зная правильный ответ, однако надеясь на то, что ошибается.       — Скажем так, я выполнила свою роль на сегодня, чего ты и хотела. Я пойду, — всё это было сказано ровным и спокойным тоном, без тени какой-то надменности, просто усталости. Саша понимала, что не может обижаться на Соню, но сейчас жутко хотелось побыть одной.       Матвеева ещё раз посмотрела на девушку, и впервые сама поняла, что единственный близкий ей человек, сейчас просто развернётся и уйдёт, оставив её одну. Допускать этого не хотелось, но язык будто онемел.       — Как скоро ты уезжаешь? — неожиданно произнесла Соня, продолжая идти в нужном направлении, за ней последовала и Саша. на самом деле, этот вопрос волновал девушку давно, но она как-то не решалась задать его.       Саша задумалась, словно что-то прикидывая в голове, на это ей понадобилось буквально пару минут, а после она ответила ожидавшей её слов Соне.       — Недели через две, если всё будет хорошо, — девушка улыбнулась, запуская руку в волосы и взъерошивая их, это просто помогало успокоиться.       — Почему нельзя остаться здесь? Думаю, что тут образование не хуже, чем в Питере.       — Знаю. Но я так решила, мы ведь не анализируем поступки друг друга? — Саша усмехнулась, что-то явно вспоминая, а потом чуть слышно добавила. — Ты сама так говорила.       — Я не анализирую, просто искренне не понимаю.       — Знаешь, ты как-то спрашивала почему я начала курить, помнишь? — Соня непонимающе кивнула, но не перебила, ведь сама не любила этой дурной привычки. — Тогда я тебе ответила, что мне так легче. — Саша задумалась, бегло оглядев витрины магазинов. — Вот и сейчас, мне так легче.       — Если бы я попросила, — Соня на секунду замолчала, словно обдумывая свои слова, но всё же пересилив себя, решила их произнести, — ты бы осталась?       — Нет, — это был твёрдый, уверенный, даже обдуманный ответ. Одноклассница Сони не любила долгих слов и рассказов, всегда говорила кратко. Матвеева понимала, что дело не в деньгах, да и Саша не попросила бы.       — Хм, вполне в твоём стиле. Без лишних раздумий.       На это заявление девушка лишь усмехнулась, нащупывая в кармане пачку сигарет, и стараясь вновь улыбнуться заразительной улыбкой, чтобы вернуть прежнее настроение.       — Это точно, а теперь пойдём-ка из этого рая шопоголиков. А то у меня опять разовьются комплексы фигуры, потому что я опять не влезу в очередные джинсы.

***

      Вечер неумолимо приближался. Соня давно уже была дома, где до сих пор не было её мужа. Она собиралась позвонить ему, чтобы напомнить о встрече, но неожиданно на её телефон пришло короткое сообщение, которое она тут же решила прочитать, подразумевая, что оно от Димы.       «Я не успею заехать домой, встретимся уже на месте. Не опаздывай».       Сухое сообщение, написанное в официально-деловом стиле. Впрочем, нечему удивляться, их отношения с самого начала и были такими. Но каждый раз получая такие уведомления, что-то внутри колотило от обиды, и что-то внутри ломалось с треском. Может быть, гордость?       Матвеева привычно оглядела себя. Дорогое платье, дорогие туфли, только вот девушка, увиденная ею в отражении, не была ей самой. Да, все эти побрякушки безусловно украшали, подчёркивали достоинства, красивый макияж, прекрасная причёска. Но как же она была от всего этого далека. Словно чужая, потерявшая себя.       Времени долго думать над этим попросту не было. Такси уже подъехало, да и сама девушка уже была полностью готова физически, но не морально. На улице было тепло, но внутри холодно. Она вышла на улицу, не накинув куртки, потому что было всё равно. Машина стояла близко, и ей не пришлось долго идти, боясь промёрзнуть.       Пару минут и за окном уже одна за одной сменяются картинки улиц и домов. А ей и дела особого до этого нет. Просто привычка.       Не проходит и получаса, как машина приезжает в нужное место, Матвеева уже привычно отдаёт деньги за такси, привыкая хоть немного тратить полученные ей деньги, только удовольствия это больше не доставляет.       Матвеева вошла в ресторан, который сразу же удивил её убранством и дороговизной оформления. Правда, всё это девушка считала излишней помпезностью и способом выделиться среди других богатых отпрысков. Как глупо. Ведь эти деньги могли бы спасти чью-то жизнь. Только им разве есть до этого дело?       Соня прошла внутрь, учтиво улыбаясь и рассматривая интерьер, отмечая какие-то чересчур вычурные детали. Однако беглый взгляд остановился на красивой картине, написанной каким-то современным художником, но, к своему сожалению, девушка не могла вспомнить автора. Хотя долгое время увлекалась живописью, потому как и сама хорошо рисовала, но это дело вскоре пришлось забросить, за не имением свободного времени.       — Софья, ты уже здесь? — знакомый голос, вырвал Матвееву из мечтании. И единственное, что оставалось девушке — обернуться.       Перед её глазами предстал Андрей Николаевич, как и всегда он было прекрасно одет: дорогой костюм, лаковые туфли — всё это просто говорило о статусе их обладателя. Его тон был сдержанным, но если прислушаться, то можно было услышать его благосклонность.       — Да, я недавно приехала, — спокойно ответила Матвеева, осматриваясь вокруг и оставив пустые попытки — отыскать Диму. — А мой муж уже здесь?       — Да, он кажется уделяет время дочери Прохорова, — с натянутой улыбкой ответил Андрей, снисходительно глядя на девушку.       Соня усмехнулась, значит мисс Прохорова, стоит знать имя девушки, с которой встречается любимый муж. Она ещё раз взглянула на отца мужа и по его лицу поняла, что ему явно не нравится общение сына с этой девушкой.       — Кристине? — уточнила Софья, мило улыбаясь. Она хотела продолжить, но вскоре увидела пристально наблюдавшую за ними женщину и поспешила обдумать свои слова, чтобы не подставлять под удар Андрея. — Да, она присутствовала на нашей свадьбе. Они с моим мужем — друзья, я нахожу её довольно милой и эрудированной девушкой. Правда, отмечаю её наивность, однако это скорее её достоинство.       Матвеев восхищённо посмотрел на неё, искра удивления поселилась в его взгляде. Он победно улыбнулся, аккуратно подхватывая её под локоть и ведя в сторону официанта, разносившего напитки.       — Твой отец не лгал, когда отмечал ваш ум, — отметил отец Димы, заглядывая в глаза девушки, при этом принимая из рук официанта два бокала с шампанским.       — Мой отец очень редко лжёт. Странно, учитывая то, что он — бизнесмен. А, впрочем, вы ведь не об этом хотели со мной поговорить, верно? — Обычно Матвеева не могла позволить себе такой раскрепощённый тон в отношении партнёра отца, но сейчас преимущество на её стороне, поэтому можно вести себя так. — Давайте без прелюдии, дело ведь в Кристине?       — Проницательность — черта многих умных женщин, тебе она тоже присуща. — Секунда — и Матвеев — старший протянул ей бокал дорогого шампанского, при этом деликатно раскланиваясь со знакомыми.       — Боюсь, что вы приумножаете мои способности. Но тем не менее мне это приятно. А теперь, можно откровенно, вас ведь беспокоит не моральный облик своего сына и его верность мне. Так в чём же причина? — Соня немного отпила шампанского. Его вкус резко ударил в горло, заставляя немного поморщиться.       — Как жаль, что ты — не моя дочь. Однако иметь такую девушку в союзниках дорогого стоит. Теперь к важному, — Андрей устало потёр переносицу, допивая содержимое своего бокала, видимо раскидывая в голове свой план действии. — Хотя если честно, я не понимаю, что он нашёл в Кристине, вы намного симпатичней, да и в уме она уступает вам. Тем не менее, мы имеем то, что имеем. Она — не только любовница моего сына, но и дочь одного из моих друзей, который уж очень хочет занять моё кресло и лишний раз воспользоваться моими деньгами. Однако возможностей у него фактически нет, и я абсолютно уверен, что резкая любовь его дочери к моему сыну не более, чем просто способ меня подставить.       — Теперь понятна причина столь резкого желания нашей свадьбы. Вы фактически убивали 2 зайцев: привязывали к себе моего отца и контролировали сына. Ведь даже при условии, что Кристина будет с ним в близких отношениях, у них не будет таких возможностей вам навредить. Вы настолько не доверяете своему сыну?       — Я скорее доверюсь тебе. Потому как Дима слишком импульсивен, его характер и вспыльчивость губят его. Возможно, это моё упущение.       — Тогда, чего же вы хотите от меня? — спросила Матвеева, действительно пока ещё слабо понимая смысл этого разговора. — Я не смогу влюбить его в себя, да и мои слова — пустой звук для него. Чем же могу помочь вам?       — Единственное, что вы должнв сделать — сохранить семью перед обществом, и не допустить развода, в период этих пяти лет. Всегда помни об этом, Соня.       — Я поняла вас. Позвольте, я поговорю со своим мужем, будет странно если мы весь вечер будем находиться в разных местах.       — Конечно, ты весьма рассудительна, — Андрей приложил руку девушки к своим губам, запечатлев на ней короткий поцелуй. — Мне тоже пора.       Софья покинула общество Андрея, проходя внутрь зала, пытаясь глазами отыскать Диму, однако это получилось не сразу. Но после нескольких попыток ей всё же это удалось.       Он стоял неподалёку от Кристины, с которой они, видимо, уже ничего не обсуждали. Она сделала пару шагов навстречу, и Дима заметил её, при этом кивнув. Но не успела она сделать ещё шаг, как откуда-то резко послышался звук, а затем на большом экране висящей на стене плазмы отобразились какие-то снимки.       Соня подошла ближе и на этих кадрах смогла узнать своего мужа, только в объятьях какой-то белокурой девушки. Конечно, её лица было не видно, но от этого легче не становилось. Все люди оживились, и всё больше и больше подходили к экрану, перешептываясь, делая какие-то выводы, смотря на Дмитрия и Софью. По всему было заметно, что отец мужа был в полной растерянности.       Только в этой ситуации Матвеева поняла, что надо действовать быстро и решительно, пока не были сделаны окончательные выводы, которые повлекут за собой ненужные сплетни. И тем самым может пострадать её отец, а допустить это было никак нельзя.       Единственным верным решением сейчас было привлечение внимания к себе, но как это сделать? Времени на долгие раздумья не было, поэтому Софья подошла ближе к мужу, при этом заразительно улыбаясь и презрительно смотря на Кристину, которая неловко смотрела на Диму, который был в ещё большей прострации.