Любой ценой!

Глава Ⅵ

Всё строится на почве лжи

Не бывает абсолютной правды. Любая правда — это полуправда. И попытка выдать её за абсолютную правду открывает дорогу злу.

Альфред Норт Уайтхед

1 ДЕНЬ ДО

      — Пожалуйста, проверьте правое ухо, — через микрофон говорила девушка. — Там должна быть ленточка с именем.       «Да, это Тора».       — Фух, справились, — улыбнулась Киара.       «И это всё? — через динамик в ухе послышался пронзающий крик, который намеревался порвать барабанные перепонки. — Да когда уже будут серьёзные миссии!»       — Наруто! Не кричи в микрофон!       Смахнув левой рукой невидимый пот со лба, девушка посмотрела на небо через крону деревьев, сквозь которые прорывались лучи солнца. Очередная миссия была закончена, и теперь команда номер семь должна была отправится в штаб и доложить об успехе, а также вернуть сбежавшую кошку.       — Ребята, вы молодцы, — похвалил своих учеников Какаши. — Отправляемся к хокагэ.

***

      — Итак, вашей следующей миссией будет... — начал говорить Хирузен, читая строки на белом листке. — ...работа в доме престарелых, съездить на поручение в другое селение, а также помогать на сборке урожая.       — Нет! — провопил Наруто во весь голос, параллельно завёл руки перед собой, тем самым образуя крест. — Уж спасибо, но я хочу задачи посерьёзней и интересней, а не эти детские игры.       «Узумаки, какой же ты всё-таки балбес!» — пронеслось в мыслях Киары.       «Я согласен», — подумал Саске.       «Он всё время вопит…» — недовольно выразилась Сакура у себя в голове.       Касагири хоть и было стыдно за своего напарника, однако не могла не согласиться с его словами. Ей тоже хотелось поучаствовать в более опасных миссиях, дабы испытать свои силы. Безусловно, она понимала, что это может закончиться плачевно, но девочка была готова к этому. Она наблюдала за тем, как лисёнок перечит взрослым, пытаясь отстоять свою позицию. После полученного удара по голове от Какаши к нему обратился Третий. Пожилой мужчина начал рассказывать юным генинам о важности таких простых заданий, а также о рангах остальных миссий. Все старались его слушать, но уже в скором времени вся команда номер семь перестала обращать внимание на пояснения лидера деревни.       — А ну-ка, тихо!       — Просим прощения, Третий хокагэ, — проговорила наследница и несильно поклонилась. Хоть эта личность и вызывала у неё отвращение, перечить уважению к старшим она не могла.       После недлительного диалога Хирузен Сарутоби улыбнулся своим мыслям. Вожак решил, что сможет выдать им миссию ранга выше, чем D. Когда сообщили об этой новости, глаза у всех сокомандников загорелись огоньком азартности. Они будут сопровождать гостя деревни. Глава попросил войти объект миссии. На пороге стоял мужчина средних лет, что шатался при каждом действии.       — А? Это что за детский сад? — возмущался явно выпивший мужчина, ведь в руках он держал бутылку крепкого спиртного. — Чёрт с вами. Я Тазуна — архитектор. Вы будете защищать меня по пути на свою землю, где я должен построить мост. — Смерив всех грозным взглядом, он продолжил: — Я надеюсь, вы сможете сопроводить меня без происшествий. А также будьте готовы защищать меня ценой собственной жизни.       Последняя сказанная фраза мужчиной не понравилась юной куноичи. Сложив руки на груди, она искоса посмотрела на объект миссии. Дурное предчувствие разлилось в районе солнечного сплетения, поднимаясь всё выше и обволакивая другие участки тела. Ей казалось, что архитектор что-то скрывает, но быстро отмела эти мысли, ведь нетрезвый человек может много чего наговорить.

***

12 ЧАСОВ ДО

      Наследница собирала походный рюкзак. Он не был больших размеров, однако мог вместить в себя достаточное количество необходимых вещей. Девушка положила еду, воду, сменную одежду и ещё несколько вещей. Боеприпасы сложила в набедренную сумку, ведь по пути могло произойти много чего, а необходимые предметы обороны должны находиться при себе. Посмотрев на прикроватную тумбочку, она заметила книгу, что ещё не была начата. Подумав, что некое «путешествие» — отличный вариант для того, чтобы начать ознакомление, она аккуратно взяла рукопись. Это была не художественная литература, а их клановое чтиво. Единственное, что она смогла забрать тогда.       — Я обязательно доберусь до правды, — произнесла вслух свои мысли Касагири, крепко сжав плотный картон.       Вход в квартал был закрыт для всех, даже для единственной представительницы клана. Сколько бы раз она ни приходила с просьбами о том, чтобы ей дали пару минут на осмотр, каждый раз получала чёткий отказ. Но она не собиралась сдаваться. Киара не любила нарушать правила, но, если того требуют обстоятельства, она пойдёт на любые риски, дабы достичь конечной цели. И мысли о том, чтобы незаметно проникнуть в клан, вновь и вновь возвращались к ней.       — Потом, — запихивая книгу в сумку, проговаривала наследница, — всё потом.       Выходя из квартиры, она заперла ту на ключ и бросила его же в передний карман рюкзака. Закинув вещи на плечи, она направилась к воротам, ведущим к выходу из деревни. Спустя минут двадцать быстрого передвижения, она заприметила знакомые лица, что ждали только её.       — Все готовы? — Удостоверившись, что никому ничего не надо, Хатаке выдохнул, и они начали свой «поход» в Страну Волн.       — Как же здорово! — практически пропел улыбающийся Наруто.       — Ты чего такой счастливый? — подхватывая настрой своего друга, поинтересовалась Киара.       — Да я первый раз в жизни выхожу за пределы деревни! — не унимался парень, рассматривая окружающую среду за воротами. — Наконец-то!       После таких радостных восклицаний, послышался раздражительный и грубый баритон, что исходил от объекта, который им требовалось сопровождать. Улыбку Касагири как рукой сняло, ведь ей было неприятно оттого, что Узумаки вновь задевают. Он как ни в чём не бывало потягивал напиток с едким запахом. Наследница сжала кулаки. Злость накрыла её, заставляя разум мыслить в другую, более отрицательную сторону. Все колкие и хамские фразы роем вскружили в голове, но ни одну из них она не осмелилась сказать. Не в её это репертуаре.       — Даже тогда я не буду уважать тебя, мальчишка.       — Прошу прощения, но вам следует последить за своим языком, — всё же ненависть к этому мужчине достигла своего пика, из-за чего Касагири не удержалась от высказывания. — Мы взялись за это задание; рискуя своими жизнями, идём сопровождать вас. Так что проявите уважение и не смейте презирать Наруто.       После сделанного глотка Тазуна обратил унизительный взгляд в сторону девушки. Ему явно не понравилось то, в какой форме к нему обратилась эта глупая и несмышлёная девчушка.       — Юная леди, это вам стоит держать всё при себе, — грубо, резко отвечал архитектор. — Никто из вас не имеет права так общаться со мной, потому что я — ваш клиент.       Только Киара хотела возразить заявлению мужчины, как тяжёлая рука сенсея легла на её плечо. Она тут же перевела своё внимание на Какаши, что лишь одним глазом просил её о молчании. Наследница чувствовала, что и сам учитель был не особо рад таким фразам. Ей ничего не оставалось, кроме того, как послушаться указания Хатаке и не доставлять ему ещё больше проблем.       Тазуна двинулся вперёд, оставляя команду позади. Сакура и Саске спустя пару мгновений пошли следом, Узумаки также не отставал. Убрав свою руку, Какаши последний раз посмотрел на свою ученицу и поспешил за командой. Только Касагири осталась стоять, почувствовав на себе чей-то колкий взгляд. Она тут же обратила внимание на дерево, откуда, как ей казалось, излучалась эта удушающая аура. Но никого там не оказалось. Тряхнув головой, словно это помогло бы избавиться от незваных мыслей, она побежала к уже отдаляющейся группе.       — В Стране Волн нет ниндзя? — Услышала вопрос девочка, подоспевшая к своей группе.       — Да, Сакура, — ответил на вопрос своей ученицы Хатаке. — Однако в других странах и селениях есть шиноби, но у каждого свои традиции и обычаи.       Затем сенсей принялся рассказывать о других странах и скрытых деревнях. Касагири знала эту информацию, так что слушала не особо желанно. Однако ход этого разговора навёл её на мысль, что с дальнейшими расспросами команды она сможет по эмоциям Тазуны понять, грозит ли им опасность. В миссии ранга C не должны были повстречаться опасности, но нервозность архитектора и ранее сказанные слова скрывали за собой истину.       — Получается, что никаких ниндзя нам не повстречается на пути? — обернулась назад Киара, чтобы посмотреть на учителя и Сакуру. Но боковым зрением она следила за мышцами на лице мужчины.       — Да, всё будет хорошо.       Как она и предполагала: Тазуна пуще прежнего встревожился, отводя взгляд в сторону. Крепко сжатые руки и пот, выступавший со лба, выдавали того с потрохами. Это не просто миссия с сопровождением, а задача на выживание. Видимо, за ним кто-то следит. Наследница вспомнила ощущение, когда на неё как будто бы кто-то смотрел. Теперь она сложила два плюс два и поняла, что это были шиноби, которые хотели убить строителя. Но для чего?       Проходя по мосту, Касагири немного отстала от своих друзей и поравнялась с Какаши. Он обратил на неё внимание. Её беглый взгляд, брошенный в сторону мужчины, сказал всё за девушку, и учитель немного сбавил шаг.       — Сенсей, — шёпотом обратилась Киара к Хатаке. Он наклонился к ней, чтобы лучше расслышать девочку. — За Тазуной охота.       Учитель немного приподнял бровь в удивлении. Он, конечно, знал, что его ученица — способная девушка, но и подумать не мог, что та заметит странное поведение, а также слежку. Хотя, возможно, слежку она и не заметила, но, сопоставив ряд фактов, смогла вычислить истинные намерения.       — Я знаю, — также тихо ответил Какаши.       — Но почему он не сказал об этом? — в негодовании произнесла ученица. — Я почувствовала чей-то взгляд ещё в самом начале нашего пути, а затем его реакция на мой вопрос подтвердила мои мысли, — приложив пальцы к подбородку, она слегка понурила голову. — Он ставит под опасность нашу команду!       — Киара, — обратился по имени Хатаке, чтобы отвлечь девочку от суждений, — нам нужно быть готовыми защититься. Я, как лидер группы, буду сражаться. Ваша цель — оборона.       Согласно кивнув, она продолжила идти бок о бок с учителем, не намереваясь уходить от него. Наследница не стала перечить, ведь теперь понимала, что опасность возросла в несколько раз, из-за чего поручение могло стать провальным. Лезть на рожон неумелым генинам нельзя ни в коем случае. Но говорить об этом другим не стала. Тогда бы всё стало ясно раньше времени.       Проходя мимо лужицы, она бросила на ту взгляд. В груди засело волнение, из-за чего ладони стали мокрыми. Пройдя её, она почувствовала жжение в районе поясницы. Угроза витала в атмосфере, накаляя и без того жаркий воздух. Услышав шелест, она хотела сложить руки в печати, но осознала, что правый сустав не в силах функционировать.       Железные цепи встретились с телом сенсея. Режущее сцепление разорвало на куски Какаши. Шок парализовал мышцы, ставя на них печать. Нападавшие быстро побежали в сторону Узумаки, что впал в ступор. Саске, выхвативший из сумки сюрикен и кунай, пригвоздил длинную железную конструкцию к дереву, лишая возможности передвижения неизвестных. Но те, сломав цепь, решили наброситься на Тазуну и Наруто. Решив как-то помочь, Касагири рефлекторно побежала на одного из мужчин, занося ногу для удара. Стопа пришла ровно в цель. Однако другой нападавший вот-вот должен был настигнуть остальную группу. Касагири понимала, что не успеет. Но вмиг из ниоткуда взявшийся учитель без особого труда справился с мужчинами, не дав закончить начатое.       — Саске, Киара и Сакура, молодцы, — похвалил своих детей Хатаке. — Прости, Наруто, что вовремя не успел. Не хотел, чтобы ты пострадал. Но такого я от тебя не ожидал.       Лисёнок в состоянии шока смотрел на группу. Он и в правду ничего не смог сделать. Его до безумия напугали мужчины, что сейчас бессознательно повисли в руках Какаши. Саске решил подлить масла в огонь и пошутил над мальчиком. Разгневавшийся Узумаки хотел броситься и разорвать на части появившуюся ухмылку на лице соперника, но спокойный голос учителя остановил его:       — Успокойся. — Парень перевёл свой взгляд. — У них были отравленные когти, поэтому тебе нужно обработать рану. Лучше не двигайся, иначе яд будет распространяться быстрее. — Закончив с указаниями для ученика, он обратился к объекту их миссии: — Мистер Тазуна, а с вами нужно поговорить.       Киара помогла сенсею привязать шиноби к дереву. Касагири не могла успокоиться, после нападения она всё время смотрела на архитектора, что лишь больше затревожился. Ненависть лилась по венам, оставаясь во всём теле. Крепко сжав кулаки, девочка сдерживалась от порыва эмоций. Нападавшие пришли в себя спустя какое-то время. Яростным взглядом они прожигали наследницу и Хатаке.       — Каким образом вы обнаружили нас? — хрипло проговорил один из мужчин.       — Лужа, — решилась на объяснения Киара. — Когда я проходила мимо, то почувствовала в районе поясницы жжение. Словно кто-то смотрел на меня, — девочка из-подо лба посмотрела на связанных. — Тем более дождей не было довольно давно, из-за чего образование таких луж невозможно.       — Тогда почему вы сразу не стали защищать меня? — голос Тазуны поначалу дрогнул, но затем перерос в агрессию.       — Мне важно было увидеть, на кого они нападут в первую очередь, — заговорил Какаши, поскольку ранее заданный вопрос был предназначен для него. — Проще говоря, кто являлся их целью: мы, команда ниндзя, или вы — архитектор, строивший мост, — мужчина не смел отводить взгляд от объекта задания. — В своей заявке вы не указали о том, что вас преследуют шиноби. По меньшей мере эта миссия становится рангом B.       Киара не стала дальше слушать разговоры группы. Её мысли погрузились в пучину тьмы. Хоть они и победили, однако едкое предчувствие чего-то опасного засело под рёбрами, не давая и возможности глотнуть свежего воздуха. Кисти мелко подрагивали, а ладони стали мокрыми. Ей казалось, что если сейчас зажечь спичку в месте, где она стоит, то непременно произойдёт взрыв, ведь воздух в этот момент казался доверху заполненным горючим.       Отвернувшись от людей, наследница смотрела прямо в лесную чащу. Дышать было тяжело, практически невыносимо. Виски сдавливало необъяснимой силой, что намеревалась раздробить череп своей мощью. По её телу прошлось уже знакомое жжение. На неё кто-то смотрел. Именно этот факт и не давал покоя душе, которая только что пережила нападение. Киара пустила чакру к глазам, тем самым активируя Кьюринган. В этот же момент стволы деревьев перестали быть непроглядным барьером. Перед силой доудзюцу они были беспомощны. Её острый взгляд тут же зацепился за силуэт.       Сердце пропустило удар.       Она не смогла рассмотреть человека, что стоял перед ней на дальнем расстоянии, однако интуиция подсказывала ей, что девочка знает неизвестного. Зажатые ладони обессиленно повисли возле туловища, не смея больше шевелиться. Мысли готовы были прорваться наружу, не в силах больше терпеть такое давление. Последний раз она пугалась так только от Чинэтсу. Однако даже сейчас Киара гордо стояла перед страхом, что ранее считала самым худшим из всех.       — Кая, всё в порядке?       Наследница тут же среагировала: резко развернулась, занося левую руку для удара. Однако чужая рука крепко перехватила кулак, что собирался достичь цели. Только спустя пару минут Касагири осознала, что перед ней стоял Учиха.       — Прости пожалуйста, — виновато отозвалась девочка. Парень ослабил хватку, после чего девичья рука опустилась. — Переволновалась.       — Врёшь ведь. — Касагири тут же подняла опущенную голову. — Расскажи.       Только сейчас заметив в отражении чужой повязки активированные глаза, она мысленно ударила себя по лбу. Не то чтобы она не доверяла Саске, но не хотела погружать его в свои переживания. Ей хотелось защитить его, укрыть от злобы этого мира. Но никак не окунать в ванну с кровью убитых. От перенапряжения у наследницы свело мышцы, после чего она покосилась назад. Но крепкая рука мальчика, схватившая за предплечье, не дала упасть девичьему телу.       — Саске, давай потом, — попросила девочка, отворачивая голову в сторону.       Но вместо ответа Учиха лишь сильнее сжал тонкую руку. Киара попыталась вырвать её из хватки, но сделала себе лишь больнее. Неприятно поморщившись от жгучей боли, она бросила яростный взгляд на державшего.       — Да что с тобой не так?! — почти криком спросила Касагири. Но тут же несколько голов повернулись в их сторону, отчего девочке стало противно от самой себя. — Я не хотела…       — Потом, — только и сказал парень, отпустивший напряжённую Киару.       Ей стало безумно стыдно за своё поведение. Девочке казалось, что она разрушает всё вокруг себя. Она хотела заботы, но делала всё для того, чтобы отвернуться от неё. Мечтала о том, чтобы никто из родных не страдал, но собственными руками создавала алгию в её чистом виде. Из-за скопившейся тревоги в груди дышать стало тяжело. Немедля наследница стала выполнять упражнение, чтобы восстановить респирацию. Она обязательно должна извиниться перед наследником, но, как тот и сказал, позже.

***

4 ЧАСА ДО

      — Какаши-сан. — Мужчина повернул голову в сторону звавшей. — Можно с вами поговорить?       — Присаживайся.       Группа сопровождения и архитектор перебирались в Страну Волн на тёкибунэ. Ученица аккуратно присела рядом с учителем в носу судна, а остальные люди расположились по центру и в конце, чтобы вес распределился по всей поверхности. Опираясь на левую руку, девочка оглядела водную гладь, по которой стелился непроглядный туман. Видимость была низкой, из-за чего бдительность и чутьё были на остроте.       — Я знаю, что вы хотите узнать про руку, — продолжая смотреть на штиль, незаурядно начала Киара. — И не только про неё.       — Да, ты права, — подтвердил ранее сказанные слова сенсей, — но я не собираюсь заставлять тебя.       — Просто пообещайте, что вы никому не расскажете то, о чём услышите, — отвернувшись от «красочного» пейзажа, она встретилась с глазом, что внимательно изучал её эмоции на лице. — Только если не посчитаете нужным рассказать.       — Обещаю, — одно простое слово, а столько философии, связанной с ним.       И так наследница начала шёпотом рассказывать о всём с самого начала, ведь все события так или иначе были взаимосвязаны. Но впервые за все дни, что она контактировала с Чинэтсу, Киара поняла простую истину. Даже не замечая, как во время рассказа параллельно составляла свои догадки, девушка пришла к, казалось бы, логичному, но и в то же время ужасающему умозаключению. Касагири Киара и Учиха Чинэтсу были связаны узами.       — Эй, всё хорошо? — Почувствовав на своём плече чужую руку, наследница пару раз моргнула. — Ты резко замолчала.       — Простите, — девочка провела свободной ладонью по лицу, пытаясь прийти в себя после шокирующего факта. — Я только сейчас осознала, что мы с Чинэтсу не просто два разных человека…       — Что ты хочешь сказать? — Хоть и Какаши уже сам догадался до всего, однако хотел, чтобы его ученица сама додумалась и не побоялась рассказать об этом.       — Ведь не просто так она… внутри меня?.. Не знаю, как это назвать! — постаралась как можно тише возмутиться девочка. — Здесь всё очень запутанно и сложно. Нас явно что-то объединяет, только вот что… Не думаю, что это что-то из разряда «общее тело» или прочее. Это, конечно, всё на догадках и интуиции строится, но мне кажется, тут всё намного глубже и мрачнее устроено.       Касагири понимала, что если она прямо сейчас продолжит рассуждать на эту тему, то точно ничем хорошим это не закончится. Прямо сейчас разговаривать с Хатаке и продолжать «расследовать преступление» она не собиралась, поэтому, оставив эту аутентичность на дальнейшие приёмы пищи, девушка переключилась на другую почву для размышлений.       — Ты боишься её? — задал интересующий вопрос Какаши.       — Нет, она не пугает меня, — тяжело вздохнув, наследница сжала левую ладонь в кулак, — но страшит меня другое. После нашей битвы я поняла, что Чинэтсу не нужна моя смерть. Даже если брать теорию о том, что в том измерении я не могу умереть, в любых развилках Учиху интересует нечто другое.       — Я думаю, ты понимаешь, что она не просто так контактирует с тобой, — задумчиво проговорил учитель. — Как ты и сказала, что-то явно интересует её больше, чем сама ты. — Мужчина повернул в сторону ученицы голову и спросил: — Ты говорила, что тебя пугает другое, значит, есть предположение того, что может случится. Ведь так?       Касагири также посмотрела на Хатаке. Нервозные и резкие движения выдавали волнение девочки. Она понимала, что сенсей живёт не первый десяток лет, что он джонин и первоклассный шиноби, но иногда его проницательность рушила стержень внутри человека, заставляя того говорить начистоту. Именно такое ощущение она испытывала сейчас. И, казалось бы, он не сказал чего-то того, что могло бы вызвать такой резонанс эмоций, но наследнице всё равно стало не по себе. И от всех предыдущих слов учителя, и от догадки, если таковой её можно считать.       — Не то чтобы это предположение, скорее, обычная тревога… — Киара не смогла больше поддерживать зрительный контакт, из-за чего опустила голову к согнутым коленям, после чего продолжила: — Я боюсь, что, условно через три года, когда моё тело достигнет пика своих возможностей, Чинэтсу каким-то образом сможет заполучить моё тело.       — Звучит вполне логично, — приятный баритон коснулся ушей девочки, после чего вновь заиграл рядом с ней: — Только если объяснять её цель, — мужчина также отвернулся от ученицы, решая не бурить ту взглядом. — Но ты говорила про связь…       — Да, говорила, — наследница грубо перебила учителя, из-за чего ей сразу же стало неловко, но решила «загладить вину» пояснением: — Но какой сейчас смысл разделывать на доске сырое мясо?       Какаши планировал что-то сказать ей, и он уже был готов, однако не стал выражать свои мысли вслух. Последняя сказанная фраза ученицей была полна противоречий, ведь «разделывание сырого мяса» имело истину для некоторых вещей. Но если не вырывать предложение из контекста, то сказанное было истинно.

***

0 ЧАСОВ СПУСТЯ

      Кровавые слёзы лились из закрытых век, ведь солнце беспощадно терзало чувствительные глаза. Она не понимала: кровь ли это или обычные слёзы? Он забрал все жизненные силы с собой, оставляя на ней тяжёлую ношу из эмоций и чувств. Повторил то же самое, что совершил несколько лет назад.       Его слова крутились в голове, запрещая другим мыслям взять верх над сбродом тьмы. Мрак всегда находился на дне, но сейчас закрывал солнце и белоснежное небо от истерзанной души. Миллионы вспышек боли отзывались при любом движении, и, как казалось ей, от одной лишь мысли могло загореться пламя алгии.       Она не знала, где шла. Пару раз моргая, она видела открывающуюся перед собой обычную тропу, усеянную лужами крови, затем чёрную пустоту, которая не должна была иметь цвета. Фантомный шум резал уши, а слух, что в один миг стал острым из-за слепоты, смешался с мигренями, вызывая ещё больше сильных позывов.       «Я помогу, доверься мне!»       Послышался женский голос, что и вправду помог ей. Но даже так не смогла дать отпор ему. Шаткий фундамент, что она выстраивала на протяжении нескольких лет, пошатнулся, а затем и вовсе канул в лету, унося за собой отчаявшуюся душу.       «Зачем тебе эти глаза, раз не можешь с их помощью защитить остальных?»       Снова и снова разносились слова эхом в помутнённом рассудке. Голос презирал, унижал, оскорблял. Но не тот, что для неё стал «родным», а тот, который она предпочла вычеркнуть из списка «родных». Ей было плохо, невыносимо больно. Она истерила, кричала, но не слышала ничего, кроме иллюзорных звуков и адских слов.       Крупицы воздуха резали лёгкие сильнее, чем субтильные иглы. Туман, что постелился непроглядной пеленой, замораживал дрожащие конечности. Казалось бы, холод должен был притупить боль, но он наоборот разжигал спичку на нежной коже.       Она приоткрыла глаза. Небо застелило свинцовыми тучами, что должны были вот-вот пролить слёзы над чужим горем. Но вместо этого на неё начали падать снежки, что образовывали завораживающий танец. Руками, не замечая боли, обняла исхудавшее туловище в попытках сохранить тепло, что ещё не успело потухнуть внутри тела. Вмиг понизившаяся температура стала замораживать мокрые волосы и одежду, продолжая пуще прежнего сковывать движения.       Оторвав взгляд от неба, она заметила лежащие вокруг неё сугробы, что ещё давным-давно впитали в себя чистую, никем не осквернённую юшку. Клубы пара выходили изо рта, согревая мёрзлый воздух. Дышать стыло невыносимо. Гортань резало от хлада, что заставляло сжимать больное место.       Она согнулась пополам, продолжая умирать в груде фирнов и пурги. На порошу капала свежая кровь, что медленно скатывалась по застывшим щекам. Совсем изнеможённое тело рухнуло, сминая под собой снег. Она скрутилась клубком, пытаясь хоть как-то отогреть себя.

Вскоре брошенная душа ушла в беспросветную тьму…