This is Not an Act of Spite / Это Не Акт Злобы

“Черт возьми”, — говорит Фил, расхаживая взад и вперед перед Томми и Уилбуром. Они на больничном этаже, ноги Томми свисают с края кровати, пока медик рассеянно осматривает его. Ребра до сих пор адски болят, а в остальном… все в порядке, ему раньше было хуже, и он больше не получал травм. Так что это он переживет, пока медик проверял его и Уилбура. Уилбур каким-то образом получил порез на носу. (Томми понятия не имеет, как, на каком этапе всего этого Уилбур мог получить порез. “Крыша…” — это все, что сказал Уилбур, а затем вздрогнул, как будто это, блять, всё объясняло.) "С тобой все в порядке?" — спрашивает Уилбур, вырывая Томми из его мыслей. “Я имею в виду… случилось много вещей, но ты хорошо с этим справился.” "Я в порядке." Фил останавливается, хлопая в ладоши. “Какого хрена?” — говорит он фальшиво-радостным тоном. “Что ж,” — Томми хлопает в ладоши, подстраиваясь под тон. “Какие-то парни решили атаковать башню”. Он снова хлопает в ладоши, чтобы соответствовать энергии Фила. “И им было больно, они кричали и собирались стрелять в нас”. Уилбур подавляет смех рядом с ним. “В общем, пацан правду говорит”. “Уилбур, заткнись,” — добавляет Техно, и Фил благодарно улыбается ему. Техно… смотрит прямо на Томми, и он проигнорирует это, оставит на потом. Проблема его из будущего, так сказать. Томми болтает ногами, главным образом потому, что он смотрит, как Фил ходит туда-сюда, а во-вторых, потому что он нихрена ни в чем не смыслит. "Почему?" — спрашивает Фил, смотря в небо. "Для чего Ты Меня оставил?" “Что за хуйня?” Томми говорит: “Разве это не… Шекспир или что-то в этом роде”. Уилбур поднимает бровь с кровати напротив него. “Ты ведь закончил старшую школу… верно?” "Да!" — говорит Томми, и на этот раз он даже не лжет. Он учился онлайн в старшей школе, все время и все такое. Его диплом… где-то, наверное, используется как гребаная подставка. Слушайте... это дом мальчиков-подростков. Чего вы ожидаете? Уилбур выглядит… сомнительно, если не сказать больше. “Ах, да? Как найти площадь прямоугольного треугольника?” “Ой,” — рявкает Томми. “Ты не знал, что такое постоянство объекта.” "Я знал!" "Нет. Ты в отрицании”. “О чем ты, черт возьми?” “Отрицание”. — повторяет Томми. “К тому же, это зависит… от правильного угла. Может, Пифагор… может, sin, tan, cos, все такое дерьмо. Очень, очень зависит. Половина произведения гипотенузы на высоту, проведенную к гипотенузе.” Фил вздыхает: “Мальчики!” "Да?"- Уилбур отвечает, ухмыляясь, как говнюк, и Томми делает то же самое. “У нас только что три человека напали на башню”. “Хах," — отмахивается Томми, “Правда? Уилбур, ты слышал его?” “На башню напали?” — спрашивает Уилбур, имитируя потрясение, а Томми сдерживает смех. “Вау… кто-то должен был сказать мне”. “Подожди,” — хмурится Томми, думая о том, как он зашёл в башню. Он прошел две проверки безопасности, и Кристин дала ему ключ-карту, которая затем дала ему доступ ко всему. Но до этого он не смог бы никуда войти, кроме фойе, и после этого его бы быстро сопроводили. “Как они проникли внутрь?” — спрашивает Томми. Тишина и осознание окружают их на ужасно долгое мгновение. “Ох,” — говорит Фил, быстро бледнея. "Ох!" “Не знаю,”- невозмутимо отвечает Техно, сверля глазами и глядя на Томми. “Почему ты не скажешь нам, Томас?” “Воу!” Уилбур встает, “Что, блять, это должно значить?” “Ты знаешь, что я имею в виду, Уилбур,” — говорит Техно угрожающе ровным тоном. “Ты сам сказал, Томми хорошо с этим справился.” “Какого хрена?” — говорит Томми, но его тут же игнорируют. “Слишком хорошо,” — продолжает Техно, все еще глядя на Томми. “Что за девятнадцатилетка делает это так, как будто это ничего не стоит?” Томми внутренне вздыхает. Здесь очень четкий план действий… очень, очень четкий. Техно прав, у большинства девятнадцатилетних были бы психические расстройства. Не просто сидеть здесь, как будто это еще одна среда, потому что… для Томми это своего рода еще одна среда. Так что очевидный вариант здесь —… ну, сходить с ума. А Томми, он когда-то был сломанным ребенком. Он умеет имитировать слезы, блять, он умеет имитировать рыдания. Дело не в факте, а в том, когда он произошёл. На заднем плане Томми замечает другого героя. Дрим. Знаменит тем, что носит маску, и известен тем, что никогда никому не показывает свое лицо. Даже сейчас он носит ее и ярко-зеленый костюм, такой же уродливый, как и зеленый. Томми наклоняет голову. Мужчина разговаривает с другим медиком, но он осматривается… по крайней мере, Томми предполагает, что на самом деле не знает, куда смотрит мужчина, но он чувствует на себе взгляд. “Здесь что-то происходит”, — заявляет Техно и указывает пальцем на Томми. “И у тебя есть к этому какое-то отношение.” И Томми… Томми будет так сильно винить этого человека. Он позволяет нескольким слезам капать из его глаз. Затем пытается вытереть слезы так быстро, как только может, закрывая рот ладонью. Лишь бы реально выдать слезы. Вроде работает, учитывая, что никто не заметил. Но там следы слез. Дрим, должно быть, заметил, потому что он подходит и вклинивается между все еще спорящими Техно и Уилбуром. "Хей?"- Он спрашивает, его голос полон добротой. “Ты в порядке, малыш?” Томми кивает и вытирает глаза. “Да, да, это был тяжелый первый день.” Дрим смеется. “Смотри, что ты сделал!”- Уилбур кричит. “Ты заставил его плакать!” "Я?" — спрашивает Техно, а затем смотрит на Томми с приоткрытым ртом. “Да…, наверное, заставил. И я бы сделал это снова”. “Пожалуйста,“— вздыхает Фил, “Не сейчас”. Томми улыбается, и позволяет этому быть слезливым. Внутри он кудахчет. Это самое смешное, что он когда-либо делал за всю свою чертову жизнь. И однажды он наблюдал, как колено Таббо застряло в кружке (короче говоря, не пытайтесь втиснуть колено в кружку. В конце концов, повсюду будут осколки кружки). “Теперь ты в безопасности,” — говорит Фил, “И ты хорошо справился”. Томми видит прекрасную возможность. Если он собирается это сделать... он сделает это. Поэтому он заливается слезами. Затем немедленно сворачивается калачиком, прижимая руки к глазам и позволяя некоторым уродливым всхлипываниям вырваться изо рта. Черт. Он действительно выдает это. Слишком хорошо- “Я испугался,” — выдавливает Томми сквозь слезы и икоту, которые, возможно, уже не фальшивые. “И я угрожал кому-то пистолетом, черт возьми, я мог кого-то убить. Потолок мог кого-то убить!” “Эй, эй, эй,” — говорит Фил и приседает перед Томми. Его глаза такие мягкие, что Томми почти что стыдно. “Все в порядке, ты поступил правильно. Ты был действительно смелым”. Томми смеется, шмыгает носом и… черт возьми, он действительно больше не притворяется, что плачет. “Пфф,” — фыркает Томми про себя, “Никто такого раньше не говорил”. Выражение беспокойства на лице Фила было почти смехотворным, но от него Томми все же чувствовал легкое тепло и нечеткость внутри. Почти что безопасность. “Смотри, что ты сделал,” — шепчет Уилбур, а Томми делает вид, что не слышит. “Ты заставил ребенка плакать!” “Не говори мне, что это не подозрительно”, — говорит Техно, по-видимому, даже не отрицая, что заставил Томми плакать. “То, что он только пришел…” “Это был не он,” — с невероятной уверенностью отрезает Фил. “Есть ошеломляющее количество доказательств!” — кричит Техно. “На самом деле нет никаких доказательств того, что Томас каким-либо образом замешан в этом,”- Дрим вмешивается, заставляя всех смотреть на него: “Он был тем, кого я сразу же заподозрил, так как он здесь новенький и все такое.” Он берет планшет, который обычно висит у него на поясе, что-то делает с ним, прежде чем повернуть его так, чтобы его увидели все четверо. Это была запись с камеры Томми в день собеседования: “Он был больше сосредоточен на том, чтобы попасть на собеседование, чем на что-либо еще, он также чуть не уснул в приемной”. Он выключает планшет. “Кроме того, учитывая, что он угрожал застрелить кого-то ради Уилбура, я очень сомневаюсь, что он имеет какое-либо отношение к нападению”. Техно прищуривается на Дрима: “Это не доказывает его невиновности”. Дрим кивает: “Да, но это доказательство. Опять же, я очень сомневаюсь, что Томас замешан, то, что он не отреагировал сразу, ничего не значит, иногда тебе просто нужно, чтобы кто-то напомнил тебе о ситуации, чтобы ты вошел в состояние шока. Это нормально.” Выражение лица Техно меняется, но только на мгновение, затем оно снова становится невозмутимым. “Запоздалая реакция,” — говорит Фил и многозначительно смотрит на Техно. “Ты знаешь о ней.” Техно открывает рот, закрывает его, и вообще он похож на золотую рыбку. “Кроме того,” — добавляет Дрим, “Вот эти кадры… они немного нечеткие. Но мы можем отследить, где был Томас весь день. От прохождения контрольно-пропускных пунктов до… настоящего момента, действительно, немного неясно, когда на нас напали”. Он поворачивает планшет лицом к Томми. “На самом деле, единственная все еще работающая камера находится в коридоре. Но вы можете просто увидеть Томаса… он-эти пиксели,” — он указывает на немного другой цвет пикселей на экране. “Смотрите. Он такой маленький. Похоже, он чихнул и сломался пополам.” Томми сердито смотрит, а Дрим просто смеется. Все долго смотрят друг на друга. Не совсем уверенные, что сказать. Так что Томми просто смотрит на Техно. "Ты заставил меня плакать." Техно открывает рот, закрывает его и пожимает плечами. "Извинись," — говорит Фил, оглядываясь через плечо. "Что? Нет!" "Извинись," — повторяет Фил, и, если бы Томми не знал лучше, он бы сказал, что голос Фила звучит забавно. “Нет! Я не какой-то ребенок, ты не можешь просто заставить меня ладить с людьми, которые мне не нравятся”. Фил смотрит. “Я изменю пароль от аккаунта Нетфликс”. “Аргх. Ладно,” — Техно поворачивается и смотрит на Томми. “Томми… Мне очень, очень, очень жаль, что заставил тебя плакать, и я никогда больше этого не сделаю”. “Техно!” "Фил?" “Извинись нормально”. Техно топает ногой по земле и стонет. "Фил." Он невероятно долго растягивает слово, и Фил просто улыбается себе в руку. "Фил. Пожалуйста." “Извинись, приятель.” Техно делает глубокий вдох, и его лицо искажается, как будто он испытывает самую сильную боль, которую когда-либо испытывал. “Я… Техно, прости, что заставил тебя. Томас, как твоя фамилия?” “Андерскор”, — добавляет Уилбур, и на него смотрят несколько растерянных глаз. "Что? Я брал у него интервью”. “Ты запомнил её?” — спрашивает Томми и усмехается. “Ну да. Томас Андерскор.” Техно делает еще один глубокий вдох и снова морщится. “Томас Андерскор, за то, что заставил тебя плакать. Несмотря на то, что ты невероятно сомнителен… и несмотря на то, что кроме тебя и Уилбура не было свидетелей, ты ненадежен, а Уилбур был занят.” “Есть кадры с камеры”, — говорит Дрим и неопределенно указывает на пустой планшет. ”Однако все это глючит, на видео появляется куча красных точек… это действительно, очень странно, если честно. Но это было сделано раньше”. "Красные пятна?" — спрашивает Техно, останавливая свои извинения. "Хах?" “Эх,” — машет рукой Фил, — “камеры здесь ненадежные… это как минимум, нам действительно следует инвестировать в камеры получше”. Томми морщится и несколько раз моргает. "Подожди, что?" “Ну, на самом деле мы не рассчитываем, что люди попадут внутрь-“ — начинает Техно. Фил смотрит на него. “Прости, что заставил тебя плакать,” — бормочет Техно, “Вот. Счастлив?” “Извини,” — усмехается Томми, слегка наклонив голову. “Я не расслышал тебя.” Техно в основном дуется, и Дрим посмеивается про себя. Уилбур улыбается, глядя в свою руку, а Томми… переживает лучшее время в своей жизни. “Ты слышал его,” — пожимает плечами Фил. Техно открывает рот. "Мне жаль. Томми,"- он хрипит, как будто каждое слово причиняет ему боль и пронзает ногу или что-то в этом роде. Затем Техно смотрит на Фила с пустым выражением лица, но почему-то все еще обиженным. "Я тебя ненавижу." А Томми… Томми позволяет себе рассмеяться. (Даже если у него болят ребра.) После того как он сдержал свой смех, Уилбур тоже ухмыльнулся. “Ты должен пойти домой, приятель,” — говорит Фил, “Это был долгий день. Ты заслужил выходной”. “Я подвезу его!” — говорит Уилбур, вставая с кровати и широко улыбаясь. Томми сопротивляется желанию застонать и проводит рукой по лицу. “На башню один раз напали, и мне пора домой?” "Да." "Верно," — вздыхает Томми, "круто." Фил фыркает, и Уилбур широко улыбается, прежде чем взять Томми за плечи и слишком крепко его обнять. Так. Это был и длинный, и короткий рассказ о том, как Томми посадили в машину. Со Спектром…, знаете, настоящим супергероем. Машина была навороченная, электрическая и всё такое дерьмо, заряжающаяся. Это была также гладкая машина, выглядевшая очень модно, и она должна была торчать, как чертов неоновый жираф в Арктике. Жаль, что Уилбур был дерьмовым водителем. На самом деле, он был таким дерьмовым в вождении, этот гребаный Таббо. Таббо Андерскор, который не умел водить, и которому никогда не разрешали иметь водительские права (легально тоже, так сказало правительство. Долгая история). Он бы заплакал из-за того, как водил Уилбур. Он водил так, как будто это был Марио Карт. "Ты дерьмово водишь!" — кричит Томми, хватаясь за приборную панель. "Я вожу, как нормальный, блять, человек!" “Ты подрезал другую машину! Вот почему нам нужно есть богатых!” Уилбур фыркает и крутит руль так, что Томми врезается в дверь. Томми визжит, из-за, ауч, из-за его ребер, но также в основном для веселья и чтобы позлить Уилбура (два зайца, один выстрел и все такое дерьмо). "Черт возьми!"- Уилбур визжит в ответ. “Я даже не так уж и плох!” “Поверь мне,” — смеется Томми, смесь страха и… да нет, просто страха. “Ты плох! Я ездил с человеком, который, по словам правительства, никогда не получит права, и- aаа!” Его снова швыряет в дверь. Это действительно не может быть хорошо для его бедных, бедных, невинных ребер. Они останавливаются, и Томми слегка подбрасывается вперед на своем сиденье, ремень безопасности ударяется о него спереди. "Ебать!" — кричит Томми и долго не может прийти в себя. Он тяжело дышит и смотрит на Уилбура, как на сумасшедшего. Уилбур просто… выглядел немного сумасшедшим. “Вот дерьмо,” — смеется Уилбур, и его лицо светится. “Мы должны быть мертвы”. “Ты так ехал… специально?” “Ага,” — усмехается Уилбур, затем его лицо хмурится. “Твои ребра в порядке?” “Ага,” — улыбается Томми, слегка морщась. "Я в порядке." Уилбур не выглядит убежденным, но медленно кивает. “Техно не имел это ввиду”, — говорит Уилбур, не глядя на Томми. “Все эти обвинения, он знает, что несет чушь, но… годы на этой работе вызывают некоторые проблемы с доверием. Он хуже, чем остальные из нас, но… он это не имеет в виду. Техно также не умеет извиняться”. "Шок." Томми невозмутим, а Уилбур фыркает. “Да,” — говорит Уилбур. “Он просто боится, что мы пострадаем, и без обид, но на тебя легче всего наброситься, когда здесь есть неизвестный фактор.” “Кто-то изнутри помог им”, — задумчиво говорит Томми и выглядывает в окно. “Кто был в это время в башне?” “Не обращай внимания,” — Уилбур кладет руку Томми на плечо. Это мимолетно, но прикосновение приятно. “Дай нам разобраться, просто… делай свою работу и получай удовольствие. Ты молод.” Томми кивает и отводит плечо, чтобы оттолкнуть руку Уилбура. Он смотрит вверх и вокруг. Квартира… выглядит не очень. Томми клянется, куски разваливаются. Один из почтовых ящиков у стены плохо закрывается, там лежат газеты, клочки бумаги и… дверь на лестничную площадку неплотно закрывалась. Он морщит нос. “Ты живешь так?” — спрашивает Уилбур. Томми долго смотрит на него, отстегивает ремень безопасности и медленно открывает дверь. “Ну, не все из нас получают зарплату героя. Или не были усыновлены каким-то незеритовым миллионером, который также оказался одним из величайших героев в мире.” “Хорошо,” — говорит Уилбур. “Хорошо, хорошо, твоя взяла”. “Я живу от зарплаты до оплаты, Уилбур”, — смеется Томми, выходя из машины. “Ты выигрываешь в долгосрочной перспективе”. "Хах?" Томми смотрит на Уилбура, закрывая дверцу машины, когда Уилбур выходит со своей стороны. “Ну… любые медицинские счета меня разорят”, — говорит Томми, подходя к двери и дергая ее, чтобы открыть. “На самом деле что угодно… у моих соседей тоже нет страховки”. Уилбур моргает, глядя на него: “Конечно, ты получаешь медицинскую страховку, линчевательскую, злодейскую и геройскую страховку…, работая с нами. Тебе нужно получить еë, верно?” “Возможно, не обязательно,” — Томми придержал дверь открытой, и Уилбур поморщился, глядя на лестницу. Смотрите. Лестница была не из лучших. Только одна ступенька разваливалась, и та была достаточно цела, чтобы Томми мог взобраться на нее. Ранбу мог перешагнуть через нее, Томми мог наступить на опоры под ступенькой. Таббо… Таббо боролся, это точно. Он вскарабкался и добрался до своей двери. “Черт возьми, ты живешь так?” — снова спрашивает Уилбур, сморщив нос от некоторых сомнительных пятен. “Не прикасайся к ним,” — добавляет Томми, делает паузу, дергает ручку двери и вздыхает. “Бля, она заперта.” "Ох?" “Не волнуйся, есть пожарная лестница. Сейчас вернусь.” Томми бежит по лестнице и слышит шаги позади себя. Оглянувшись через плечо, он смотрит на Уилбура, который следует за ним с телефоном наготове, и ухмыляясь. “Нужно получить доказательства, понимаешь”. Томми вздыхает и отходит назад. Здесь несколько мусорных баков, поставленных с единственной целью — взобраться на пожарную лестницу, чтобы отпереть дверь. Он поднимается по пожарной лестнице, прежде чем пройти небольшое расстояние до окна. Он открывает его, перед тем, как посмотреть на Уилбура, который пытается подняться по пожарной лестнице и выглядит как рыба. Томми смеется. “Ты выглядишь чертовски глупо.” Уилбур смотрит на него: “Как, блять, ты сделал это так легко?” “Смотри,” — Томми приседает, но руки не подает. Вместо этого просто улыбается Уилбуру. “Ты богатый ребенок, можно увидеть это по твоим глазам и гримасам, которые ты корчишь. Скажем так, я вырос, будучи посыльным через окна, чтобы отпирать двери”. "Ты меня пугаешь." "Хорошо." Томми усмехается и протягивает руку. В конце концов они оба оказываются внутри, а Уилбур ходит, все оценивая. “Не могу поверить, что ты так живешь”. Томми оглядывается, там довольно чисто. По крайней мере, для них это не… отвратительно, просто несколько вещей разбросаны повсюду. Уилбур оглядывается и берет пульт (который был ненадежно положен на стопке мисок, тарелок и столовых приборов, что Томми собирался помыть). Включается телевизор, и канал новостей отходит на задний план. Его гребаный диплом используется для поддержки части книжной полки. Он мычит, забавляясь про себя. “Вот мой диплом,”— добавляет Томми и указывает на книжную полку. “Поддерживает книжную полку, можешь почитать, если хочешь”. Уилбур делает это или, по крайней мере, приседает и делает вид, что читает. Он корчит лицо и гримасничает. “Это… относительно.” “Вот как я живу. Ты ходил в частную школу?” "Ага." "Сколько она стоила?" “Фил сказал… около пяти тысяч за семестр.” Томми тихо свистит и закатывает глаза. "Блин… ешьте богатых. Этим можно оплатить столько арендной платы”. Уилбур смотрит на него в замешательстве. “Хорошо, есть классовые различия”. “Я бы, блять, так и сказал,” — бормочет Томми, отпирая входную дверь и указывая на Уилбура. “Ладно, приятель, иди нахуй из здания. Ты подвез меня, поднялся по пожарной лестнице. Показал огромные социально-экономические различия и то, что ты привилегированный богатый белый ребенок”. Уилбур улыбается, и улыбка не достигает его глаз. "Мне жаль." “О, иди нахуй с этим,” — говорит Томми, кладет руки Уилбуру на плечи и начинает толкать. “Мне не нужно твое ебанное сочувствие, здесь так обстоят дела”. Он начинает толкать Уилбура, и Уилбур подчиняется и идет к двери. “Линчеватели начинают объединяться”, — говорит репортер по телевизору, и Уилбур замирает. Томми тоже, но, как он предполагает, совсем по другой причине. Томми смотрит на репортера. Он прочищает горло и проводит рукой по волосам. “Сообщения со всей страны говорят, что линчеватели… начинают создавать команды. Подобно SBI или Dream Team, они начинают работать вместе. Кто стоит за этой сплоченной сетью, пока неизвестно.” Уилбур морщится. Томми улыбается. “Почему ты улыбаешься?” — спрашивает Уилбур. “А почему бы и нет?”- Томми смотрит на телевизор, и он движется к тому, что кто-то еще говорит о влиянии этого. “Линчеватели похожи на героев… но никто не говорит им, что делать. Они быстрее, и у них меньше правил и предписаний”. “Вот что делает их такими опасными.” “Разве ты не видел то видео?”- Томми спрашивает, “Тот самый герой, ждущий у горящего здания, потому что у него не было разрешения от начальства, и вбегает Пурпурлд и выполняет за него работу героя”. Уилбур корчит лицо. “Кроме того,” - добавляет Томми, “Здесь никто не патрулирует.” "Подожди, что?" “Они не просто так называют Логстедшир ‘куда идут изгнанные'”, — размышляет Томми, и Уилбур выглядит слегка испуганным. “Иди и спи в своей шикарной постели.” Уилбур уходит. Томми на некоторое время остается один. Так что, как хороший сосед по комнате, он убирается. Посуда вымыта, вещи убраны. Обувь выставлена аккуратно, и Томми даже так заскучал, что начал смотреть, какая еда просрочена и как выглядят продукты на следующую неделю. В конце концов, он снова на диване, в слишком чистой квартире (он даже убрал свою комнату и убрал сторону Ранбу в общей комнате Таббо и Ранбу. Сторона Таббо осталась нетронутой… он научился после инцидента с горящей квартирой.) Вот так он оказывается перед ноутбуком Таббо, платя слишком много за программное обеспечение для редактирования и обработки. В основном от скуки, чтобы чем-то занять руки, пока он ждет возвращения двух других своих соседей по комнате. (Еще только три часа, Таббо обычно возвращается где-то в четыре, а Ранбу обычно возвращается около пяти или шести.) Что-то в редактировании было… почти расслабляющим, это никогда не было трудным, и Томми делал это с удовольствием. Между несколькими хорошими учителями и занятиями в последнем классе старшей школы это было веселое время. Дверь открывается, и в комнату, спотыкаясь, заходят Ранбу и Таббо. "Привет?" “Было нападение”, — Таббо задыхается, вцепившись в стену. “В башне. Мы должны были проверить тебя, ты в порядке?” “Ну и первый день”. “Ага,” — смеется Томми, “Я брал интервью у Фила, меня чуть не убил Техно, у меня появился собственный офис. На меня наставляли пистолет, потом я пригрозил кому-то пустым пистолетом, меня обвинили, я начал плакать, чтобы они отстали…, меня подвез домой Уилбур, было заперто, так что я прошел через пожарную лестницу, а Уилбур последовал за мной. Я выяснил, что он ненавидит линчевателей.” Ранбу тихонько присвистывает: "Тот еще первый день". “Да…” — бормочет Томми, “да, я бы сказал да”. “Я рад, что ты в порядке,” — говорит Таббо, “Я никогда в жизни не бегал так быстро. Ты не отвечал на сообщения”. Томми смотрит на свой телефон на диване и тянется за ним. Конечно же, много сообщений от Таббо и Ранбу. Есть даже одно от Уилбура. (Когда Уилбур получил его номер?) Он улыбается. “Спасибо, Таббо”. Таббо ворчит и топает к нему. Тем не менее он обвивает свои руки вокруг Томми и крепко его обнимает. “Я тебя ненавижу,” — ворчит Таббо. “Я украду твой бумажник”. И, учитывая, что Таббо дал ему это предупреждение, Томми догадался, что он уже был у Таббо. Когда Таббо отпустил, в одной руке он держал бумажник Томми, а в другой — свой телефон. “Нашел что-нибудь хорошее?” Таббо открывает бумажник и начинает его просматривать. “Старый добрый Таббо,” — бормочет Ранбу. Тишина успокаивается, она не неудобна, тишина никогда не была неловкой, когда дело доходит до них. Какое-то странное сочетание дружбы, семьи и заботы друг о друге. Томми расслабляется на диване. Зная его удачу, эта умиротворенность не будет оставаться такой долго.