This is Not an Act of Spite / Это Не Акт Злобы

"Таббо." Тишина. "Таббо." Ещё немного тишины. "Таббо." Вздох, но Томми всё ещё игнорируют. "Таббо, – жалуется Томми, –я голоден." "Агх, – Таббо отрывается от математики. Математика, на которую Томми не мог даже смотреть, не желая блевать, – Boo boy." Ранбу отрывается от своей книги, бросая на обоих пустой взгляд. Как будто он предпочел бы быть буквально где-угодно, кроме этого места. "Да." "Приготовь еду," - говорит Таббо, оглядываясь на свою математическую работу. "Почему я?" "Потому что мы тебя ненавидим," — невозмутимо говорит Томми, "Нельзя ли нам просто что-нибудь заказать?" Таббо и Ранбу смотрят на него, слегка обиженные тем, что он вообще об этом подумал. "Похоже на то, что мы можем себе это позволить?" - говорит Ранбу, и Томми вздыхает. "Я голоден." "Ты можешь прожить один день без еды," - говорит Ранбу. "У нас буквально ничего нет, денег тоже". "Ранбу". Ранбу смотрит на него немного сочувственно, но в первую очередь устало. Какая-то усталость, которая глубоко въелась в его кости, и если бы Томми этого не чувствовал. "Смотри, у нас ничего нет. Завтра мне заплатят, тебе заплатят…" "Через неделю," — вздыхает Томми. "Куда мы вложим наши деньги до тех пор?" "Мы можем протерпеть", — говорит Таббо, отрываясь от математических расчетов. "Просто купи хлеба и одну из тех пачек сосисок… Это будет около десяти долларов, и мы справимся". Ранбу долго смотрит на Таббо, потом он кладет книгу рядом с собой. "Питаться этим? Разве Томми не вегетарианец?" "Нет," — одновременно упрекают Таббо и Томми. "Мы не можем позволить себе быть вегетарианцами", — добавляет Таббо в конце. "От мяса его тошнит, — возражает Ранбу, что является хорошим аргументом, — он не может просто есть его неделю". "Все в порядке, — говорит Томми, — бывало и хуже. Я просто буду немного слабее… Я не буду выходить в патрули или что-то по типу этого." Ранбу вздыхает, но снова берет книгу и смотрит на Томми. "Вероятно, мы можем позволить себе немного рамена… или что-то в этом роде". "Возможно, — говорит Таббо, — надеюсь". Они не могли позволить себе больше, чем несколько чашек рамена. Три… затем им нужно было отложить остальное на аренду, счета, а затем положить немного на сберегательный счет… который медленно (очень медленно) рос, они надеются, что его можно будет потратить на что-то еще в один прекрасный день. Дни тянутся для Томми и его интересной диеты. С каждым днем ​​ему становится все хуже и хуже. Среда была хорошим рабочим днем. Он закончил монтаж видео (это заняло целый день) и не ел ничего в столовой, потому что его живот весь день опасно скручивало. Четверг… было немного хуже. В какой-то момент он разговаривал с Уилбуром, но чувствовал себя слишком плохо, чтобы даже что-либо замечать, и даже не делал никакой работы. Он сидел в своем кабинете и старался, чтобы его не вырвало слишком сильно. Он знал, что пятница не будет хорошей. Еще до того, как она началась. "Привет!" — радостно говорит Кристин, и Томми улыбается. "Оу… ты выглядишь неважно, тебе нужно домой?" "Должен получать деньги," — выдавливает Томми, его желудок переворачивается и чувствуется полная тошнота. "Грязь никогда не прекращается". Кристен улыбается и кивает: "Заходи". Томми так и делает, цепляясь за свою сумку и делая несколько осторожных шагов. Пытаясь не допустить, чтобы прилив… что бы ни разлилось. Было достаточно легко скривиться и продолжить путь в офис. Он выполнял порученную ему работу и начал разбираться в том, какие социальные сети они используют. За чем должны были следить аккаунты SBI, чтобы хорошо выглядеть, и читать об алгоритмах больше, чем он мог попросить за всю жизнь. В целом, это было довольно хорошее начало дня. Которое разлетелся вдребезги, когда Томми заставил себя встать из-за стола и метнуться в ближайшую ванную. Потом он приземляется на землю, и все, что было у него в желудке, теперь в унитазе. Томми стонет, хватаясь за обе стороны унитаза, и снова шатается. Во рту у него привкус рвоты и общего чувства печали, и он снова стонет, чувствуя, как рвота поднимается в нем, и сжимает унитаз, костяшки пальцев белеют. Он вздыхает и оборачивается, прислоняясь к унитазу и тяжело дыша. Схватив телефон, он смотрит на себя, глядя в экран. Мягко говоря, он хреново выглядит, его волосы полностью испорчены, его конский хвост выскальзывает из-под резинки, его глаза уставшие, и он выглядит так, как будто он болен… что правда, но… дерьмо. "Дерьмо", — произносит Томми, и не то чтобы, что его тошнит, он вздыхает и испытывает боль. "Удача," — бормочет он, по большей части горько. "Думаю, я умру здесь." Некоторое время он сидит молча. Потом тяжелые шаги и стук в дверь. "Томми." Ах. Блэйд, великий, фантастический, единственный человек, который его здесь активно ненавидит и собирался с ним ссориться. "Я знаю, что ты здесь, я смотрел по камерам наблюдения". "Отвали, — говорит Томми, пиная дверь, — дай мне умереть спокойно". "Как бы я ни хотел этого, — говорит Техно, и кажется, что в этом предложении нет ни слова лжи, — я верю, что Уилбур убьет меня. С тобой все в порядке?" "Да. Я просто решил спрятаться здесь, ты такой умный." "Хорошо. В чем дело?" В… теле Томми, пока его избивали и оскорбляли во время патрулирования. При этом у него постоянно боли в ребрах и он часто оказывается весь в синяках. Его тело всегда смеется последним. Потому что именно в этот момент он дернулся и отчаянно повернулся, схватившись за унитаз, и его вырвало. Это был отвратительный звук. Техно шумит, он звучит так же болезненно, как рвота Томми. "Верно," — говорит Техно и вздыхает. "Что случилось?" "Я неправильно питался," — выдавил Томми, потрясенный своей честностью. Ему нужна ложь, и ложь нужна быстро. У него нет способностей, его зовут Томас Андерскор и ему девятнадцать. "Родители были какими-то птичьими гибридами, я не могу есть мясо". "Ох, — говорит Техно, — подожди… почему ты плохо ешь?" "Деньги," — выдавливает Томми и хватается за унитаз, его желудок переворачивается, но его не тошнит. "Мне что-то нужно… Я не могу просто есть хлеб". Техно вздыхает. "Больше нечего делать, кроме как ждать", — говорит он. Его голос… немного мягче, чем обычно. Не такая уж сильная разница, но достаточно, чтобы Томми заметил. "Я, блять, ненавижу это", — говорит Томми, имея в виду каждое слово. Там тесно, Томми сидит как-то странно, у него болит горло и болят руки от того, что он цепляется за край унитаза. Это его… третий день на работе, а такое ощущение, что все уже разваливается. "Вау, это было дерьмовое шоу", — смеется Томми, и он знает, как горько это звучит. "Я действительно проебал эту работу". "Не совсем, — говорит Техно, — всегда можно сделать хуже". "Спасибо. Действительно полезно". "Нет проблем," — добавляет Техно, и Томми слышит улыбку в голосе этого придурка. "Послушай… Тебя не уволили, даже если бы тебя уволили, ты бы получил рекомендательное письмо от одного из нас. Это гарантирует тебе большинство рабочих мест". Томми фыркает. Техно издает ни к чему не обязывающий звук. "Послушай, — говорит Техно, — меня уже тошнило в этой ванную. Это не лучший сортир. У нас есть лучше". "Поддерживаю," — размышляет Томми, но делает паузу. "Какой из них лучший?" "Тот, что в моей квартире, — смеется Техно, — в квартире Уилбура… ладно, слишком много места, чтобы сидеть у стены. Дом у Фила не очень, туалет у него отдельный и все тесно. Те, что в башне, не очень хороши." "Вы не живете вместе?" — слабо спрашивает Томми. "Мы все взрослые люди, Томми, конечно нет". "Вы все лжете СМИ," — выдавливает Томми, и его желудок снова опасно сжимается. "Теперь ты скажешь мне, что у вас нет семейных обедов". "Это правда", — добавляет Техно, и это звучит очень весело. "Иногда мы просто сидим на вершине башни и едим китайскую еду. Ты боишься высоты?" "Нет." "Круто, просто проверяю. Зная Фила, в какой-то момент он тебя туда позовет". "С нетерпением жду этого." Томми размышляет. Он чувствует, как поднимается рвота, и останавливается, двигаясь так, что ему немного лучше, и давится… к его большому отвращению, его ничего не рвет, только слюна, и он стонет от напряжения, которое давит на горло. Ух ты. Он чертовски ненавидит это. "Ты в порядке," — говорит Техно, и дверь открыта… каким-то образом, и Томми не собирается слишком много думать об этом. "Это всегда отстой". Томми пытается кивнуть, но его снова начинает тошнить, и он фактически наполовину опускает голову в унитаз. Это… не самое гламурное место, где когда-либо бывал Томми, но, по крайней мере, этот туалет чистый… и он не общественный. Это было не самое лучшее время в жизни Томми. Техно ничего не говорит, когда Томми вытаскивает лицо из унитаза, вместо этого он размахивает резинкой для волос и завязывает верхнюю часть волос с его лица. Томми бормочет "спасибо", но его слова снова заглушаются звуками рвоты Томми. Техно захватывает некоторые пряди волос, с которыми конский хвост не совсем справился. И Томми… на удивление нормально к этому относится. Его конский хвост переделывается, прядей становится меньше, и он стонет, цепляясь за унитаз, как будто от этого зависит вся его жизнь. "Я могу есть курицу", — размышляет Томми в момент затишья. "Разве ты не наполовину авиан?" "Родители были авианами, — говорит Томми, — ирония судьбы не ускользнула от меня". "Курица дешевая". "Недостаточно, блять, дешево, — бормочет Томми, — поэтому я здесь". Томми наклоняется вперед, и его снова рвет. Техно что-то бормочет позади него, но, учитывая, что лицо Томми было наполовину в туалете… он не слышал, что хотел сказать Техно. "Извини?" — спрашивает Томми, вытирая рот низом рубашки. Это мерзко, это точно, блядь, но все же не самая низкая точка в его жизни. Это достижение должно быть получено… в другой раз. "Нам нужно идти", — напряженно говорит Техно. "Это не может быть практичным для тебя". "Меня не вырвет в ведро". "У нас целый медицинский этаж. По крайней мере, тебе нужна вода." "Фу." Тем не менее, Томми позволяет Техно помочь ему встать на ноги и делает несколько осторожных шагов, а Техно идет за ним. Это осторожные шаги, и Техно выглядит так, будто собирается либо выругать Томми, либо поймать его, если он упадет. Томми очень надеется, что его поймают. "Тебе нужно следить за своей диетой, — говорит Техно, — тебе все еще нужен белок и прочее". "Я не люблю яйца," — выдавливает Томми, проходя мимо симпатичного горшечного растения. "Курица — это белок, — говорит Техно. "Тебе нужна курица". Томми смеется, и им вдвоем удается зайти в лифт. Если бы Томми не тошнило, это впечатлило бы его. "Тебя будет тошнить, пока ты не выведешь… что угодно из своей системы". Он кивает и хватается за решетку внутри лифта. Она звенит, все хорошо, как хорошо. Лифт трогается с места, и Томми чувствует, как рвота подступает к его кишкам. Он наклоняется, и перед ним пихают мешок для рвоты, который Томми сжимает так, будто весь мир зависит от него, и его рвет, кажется, в тысячный раз. Томми поднимает взгляд, и Техно выглядит одновременно озабоченным и самодовольным, несмотря на то, что выглядит довольно бледным. "Отвали, — выдавливает Томми, он бросает взгляд на рвотный мешок, затем смотрит на Техно и слегка улыбается. "Я, блять, ненавижу тебя." Техно пожимает плечами, и лифт открывается. Медицинский этаж каждый раз, когда Томми был здесь (трижды… это, мягко говоря, тревожно), был, по крайней мере, немного занят. Суетящиеся люди и множество травм, от царапин… до людей, спрятанных за гигантскими простынями и тихим шепотом. Да… Томми не любил это место. Техно вздыхает: "Хорошо. Тебе нужно сесть. Наверное, тебя немного вырвет. Я куплю тебе KFC". "У меня его так давно не было", — задумчиво говорит Томми и улыбается. — Наверное, когда я был маленьким." "Давай перейдем от того, как это расстраивает. Ты заслуживаешь цыпленка." Томми смеется, это коротко, прежде чем он сядет на кровать. В окружении рвотных мешков. Техно замечает Уилбура и подходит к нему. Оба продолжают поглядывать на Томми, и Уилбур вздыхает, закатывает глаза и смотрит на свой телефон. Они продолжают говорить, изредка поглядывая на Томми. И примерно через десять минут бедный стажер входит с ведром, полным жареной курицы, и Томми делает вид, что не замечает, пока ведро фактически не вываливается на кровать. Томми кладет его себе на колени и начинает заниматься ей. Если его все это вырвет, то он не будет слишком расстраиваться. Курица… такая вкусная, он так давно не ел курицу. Не говоря уже о KFC, самом жирном и нездоровом заведении. "Мы не можем сообщить Филу", — говорит Уилбур, подходя ближе. "У нас не может быть повторения Великого инцидента с курицей 2018 года". "Нет," — слегка вздрагивает Техно и качает головой. "Если Фил узнает… мы обречены". "Что?" — спрашивает Томми с набитым жареной во фритюре курицей ртом. "Хах?" Техно качает головой: "Не беспокойся об этом. Уилбур, держи Фила подальше от медицинского этажа…" "Почему?"- слышится голос Филзы Майнкрафт, говорит сам мужчина. И Техно, и Уилбур подпрыгивают. Уилбур визжит, Техно вытаскивает нож откуда-то (откуда он взял нож). Затем Техно перемещается так, что оказывается перед Томми, и Томми не может видеть Фила. "Фил!" — восклицает Уилбур. "Привет!" "Что вы скрываете? — сразу говорит Фил, и если Томми мог его видеть, он представил, как Фил пытается смотреть сквозь них. "Техно… Уилбур… кто прячется за вами двумя?" Техно и Уилбур переглядываются. "Почему ты так думаешь?" Уилбур отступает в сторону и загораживает Филу обзор. "Честно, Техно, есть здесь кто-нибудь?" "Неа." — говорит Техно, и Томми представляет, как неловко звучит это Техно. "Никого. В самом деле… пошли, идем в патруль. Ага. Патруль. Фил вздыхает и берет Уилбура на руки, как ни в чем не бывало. Он ставит его обратно на землю и смотрит на Томми, открыв рот. Техно затыкает уши и перепрыгивает через кровать. Уилбур выглядит… испуганным. Томми кусает ножку и ухмыляется Филу. "Привет." "Ты… наполовину авиан, — говорит Фил. — В твоих записях сказано, что ты наполовину авиан". "Верно," — усмехается Томми и кусает куриную ножку. "Значит, я не могу есть мясо." "Ты ешь курицу!"— Фил кричит. "Ты наполовину авиан". "Э… не совсем." "Фил," — начинает Техно, выглядывая из-за кровати. "Это его выбор…" "Кто приказал?" — спрашивает Фил. "Почему отчасти… авиан ест курицу." "Я не люблю яйца", — добавляет Томми, кладет одну из костей в ведро и снова ухмыляется Филу. "Что случилось, Фил?" "Я уволю тебя". Томми поднимает бровь. Теперь… его тело смеется последним. Потому что его рвет… на обувь Филзы Майнкрафт. Это немного забавно. Немного. Впрочем, не так уж и много, потому что Томми никогда не смирится с этим. Его вырвало на своего кумира. На Филзу Майнкрафт, единственного мужчину в мире. Это он. Это его самый ужасный момент. Не тогда, когда умерли его родители, или когда он думал, что потерял Таббо в торговом центре, или когда Ранбу телепортировал его, а Томми вырвало на их ковер. Это. Рвота на Филзу, блядь, Майнкрафт. Он собирается убить Техно. Найти острый стул и ударить им Техно. Уилбура тоже. Фил смотрит на Томми, потом на свои туфли. Потом снова на Томми, а потом еще раз на его туфли. С усталым вздохом. "Ты издеваешься надо мной." "Филза Майнкрафт, мне очень жаль". Уилбур закрывает рот рукой и смеется. Техно отвернулся и схватился за живот, Томми не мог сказать, находит ли он это таким же забавным, как Уилбур. Томми не может не улыбнуться. Это немного забавно. Фил открывает рот, закрывает его и вздыхает. "Мне нравились эти туфли". "Я принесу тебе новые." "Ты не можешь себе их позволить", — хором говорят Уилбур и Техно между приступами смеха Уилбура. "Черт, — говорит Томми, — Филза Майнкрафт… Мне очень жаль". Фил вздыхает: "Давай, приятель, давай перенесем тебя куда-нибудь, где поудобнее". Вот как Томми бросили на диван в жилой части SBI в башне. (Этаж 69, подумал Уилбур, очевидно, что объективно смешно, и любой, кто говорит иначе, ошибается. Это пик юмора в лучшем виде, и Томми смеется, когда они поднимаются в лифте.) Он на диване. С ведром. У Фила новая пара обуви. Фил бормочет себе под нос, расхаживая взад-вперед. Пауза. Открывает рот, чтобы накричать на Техно и Уилбура. Снова закрывает рот и продолжает бесконечный процесс Фила, пытающегося найти слова, чтобы сказать. "Ему нужно питание", — отмечает Техно. "Если он не любит яйца… лучше всего курица. Чтобы он мог есть без рвоты на твои туфли." Фил останавливается и смотрит на Техно. Техно увядает и смотрит на свои ботинки, бормоча что-то, чего Томми не совсем слышит. Уилбур передает стакан воды Томми, который выпивает его и крепче сжимает ведро. Он не собирается снова блевать на Филзу Майнкрафт. Никогда. Фил вздыхает. "Это курица!" "Все в порядке, — говорит Томми, и Фил смотрит на него. "Курица хороша". Фил издает сдавленный звук, как будто пинают кошку. "Это чертов цыпленок!" "У тебя есть с этим проблемы?" — говорит Томми, и его грубо прерывает рвота в ведро. (Не на ботинках Филзы Майнкрафт, так что в этом отношении у него все в порядке.) Он снова вытаскивает голову из ведра и смотрит на Фила. "Курица хороша. Я буду продолжать есть её". Фил звучит так, как будто он испытывает настоящую боль. "Ладно," — фальшиво радостным голосом говорит Фил, и Томми… немного пугается. "Хорошо. Ешь свою курицу, убийца." Томми медленно кивает и в ответ рвет в ведро. К счастью, рвота в конце концов замедляется. Так что Томми устроился на диване, держа свое ведро, пока Уилбур молча не забрал его у него и не пошел убирать. Техно сидит на сиденье напротив Томми. "У тебя есть бесплатная еда в столовой", — говорит он, и Томми моргает, глядя на него. "Хм?" "Бесплатная еда", — говорит Техно и даже не смотрит на Томми. "Хорошо? Возьми нормальную еду… хотя бы здесь. У них есть салаты, булочки и прочее". "Верно." Томми говорит и кивает. "Спасибо". "Пф, — смеется Техно, — без проблем. Ты слишком мало весишь для девятнадцатилетнего". "Хм?" "Твоя масса тела ближе к пятнадцатилетнему", — легко пожимает плечами Техно. "Ешь больше." "Ох," — говорит Томми и слабо улыбается. Будет весело, чтобы попробовать и поиграть. Спасибо Генри. "Генри, чертов стукач." Техно снова пожимает плечами: "Я понимаю, что в Логстедшире может быть тяжело… но очень редко бывает так плохо. Тебе девятнадцать, верно?" "Ага," — говорит Томми, и его голос ломается. Надеюсь, Техно думает, что это потому, что он смущен, а не потому, что боится выдать себя. "Да, мне девятнадцать." Томми, возможно, придется снова разрыдаться. Это то, что он вполне может сделать. Техно наклоняет голову, а лицо ничего не выдает. Томми смотрит на него и ерзает под взглядом Техно. "Что происходит?" - Техно спрашивает, "Здесь происходит нечто большее". "Не имеет значения". "Хорошо." И на этом они заканчивают, и Томми никогда не был так благодарен кому-либо за всю свою чертову жизнь. Тишина… была тяжелой, Техно все еще поглядывал на него каждые несколько секунд, а Томми обнимал его ноги и обнимал их. Единственный шум — это новостной канал, шум сзади, шум, на который Томми не обращает особого внимания. Томми сморгнул слезы с глаз. Он не плачет снова. Техно откашливается, и Томми поворачивается так, что смотрит на него. "Я видел это видео, — говорит Техно, — которое ты смонтировал и снял. Это было действительно хорошо." "Спасибо." "Ты хороший работник." "Никто не проверял, черт возьми, умею ли я редактировать, — размышляет Томми, — ты же не просил видео для приложения. Или что-то в этом роде… Уилбур даже не закончил интервью". Техно просто смотрит на него: "Не жди разъяснения, я понятия не имею, почему тебя наняли". "Круто, — бормочет Томми, — приятно знать." "Я почти уверен, что Уилбур сражался за тебя", — говорит Техно, как будто это само по себе не разрушает его мир. "Фил… хотел нанять кого-то еще, я тоже, но Уилбур настоял. Теперь у нас есть склонный к несчастным случаям работник, который неплохо справляется с монтажом". Томми улыбается, это коротко. И что удивительно, Техно улыбается в ответ. "Не думай, что я до сих пор не считаю тебя изворотливым," — говорит Техно и кладет ноги на кофейный столик. "С тобой что-то происходит, Томас Андерскор, и я не слишком привязан к тебе, чтобы понять это." Томми смеется и качает головой. "Техно, ты в порядке?" — тихо спрашивает Фил, словно убеждаясь, что никто больше не услышит. И теперь, когда он думает об этом, Техно выглядит довольно бледным, таким бледным бывает, когда видишь что-то чрезвычайно отвратительное, и от этого тебя тошнит. Техно только кивает Филу. "Угу," — говорит Уилбур, отходя назад и стряхивая воду с рук. "Почему в новостях сейчас говорят только о линчевателях?" Томми впервые смотрит на телевизор, конечно, это новостной канал, рассказывающий о линчевателях и о том, как они становятся более сплоченными, и о том, что у них есть потенциал либо свергнуть правительство, либо спасти тысячи жизней людей. Это не совсем редкость. На уроках Томми приводил доводы за (или против) этичности мстителей. Конечно, в мире, где есть герои, линчеватели и злодеи, эти вещи обсуждаются в школах. "Линчеватели — это круто", — говорит Техно. "Ты предвзят". "Да. Работаешь без правительственных ограничений, — говорит Техно, — не так много юридических лазеек, которые нужно обходить. Если хочешь внести как можно больше изменений, линчеватель — это то, что нужно". "Ты герой", — невозмутимо говорит Уилбур и садится на место рядом с Техно. "Я также люблю деньги, — говорит Техно, — я имею в виду… технически я не работаю на правительство. Я работаю на Фила, а он работает на правительство". "Юридическая лазейка, — вздыхает Уилбур, — да-да, ты постоянно ее объясняешь". Техно пожимает плечами (похоже, он часто так делает) и оглядывается на телевизор. Томми тоже. "Я их ненавижу", — говорит Уилбур, и в его голосе звучит некое… презрение, Томми решает, что Уилбур никогда не узнает, что Томми — мститель. "Я их ненавижу, они неуравновешенные, опасные, и у них нет никаких систем, чтобы защитить людей от них". "Они мне нравятся», — говорит Томми, и Техно смотрит на него, он не выглядит удивленным как таковой. Больше просто любопытным. Однако Уилбур смотрит ему в глаза. "В Логстедшире никто не патрулирует." Уилбур на мгновение выглядит слегка виноватым. "Я почти уверен, что люди собирают патрули в Логстедшир. Я, по крайней мере, сегодня вечером пойду, я не знаю, что делают другие". "Сегодня у меня выходной", — говорит Техно и благодарно вздыхает. И Томми старается не думать слишком много о том, что Уилбур сегодня патрулирует Логстедшир. Типа… он действительно старается не думать об этом. Даже когда он возвращается домой. Он старается не думать об этом. Он не ест свою еду, (его силы уже сильно ослабли от ужасного питания, ему не нужен такой негатив в жизни. Лучше вообще не есть.) Он старается не думать об этом. Когда он надевает капюшон (и закрепляет его на голове, он не новичок), медленно надевает красные тонированные очки на лицо и маску на рот. Он очень, очень старается не думать об этом. Логстедшир известен тем, что повсюду линчеватели, и он не хочет, чтобы кто-то из его друзей попал в плен. Пурпулд, Слаймсикл, Аурелиан, он очень надеется, что они в порядке и не станут мишенью. Когда он надевает перчатки и наматывает повязку на свою бейсбольную биту,(Он использует ее только тогда, когда его силы исключительно слабы) он очень, очень старается не думать о Уилбуре (о Спектре, они чувствуются двумя разными людьми). Который патрулирует его родину… готовый арестовать его или кого-то из его друзей в любой момент. Пытаясь не думать об этом, он сидит на крыше здания. Его способности сильно ослаблены. Он едва может поднять крышку от бутылки. Он полагает, что это побочный эффект плохого питания, для него это плохо кончается. Голос Таббо проникает в его ухо. "В одном из заводов собирается что-то интересное. Он в «Киноко»". "Киноко?" — повторяет Томми. Таббо вздыхает: "Я просто дам тебе послушать". В его ухе возникают помехи, а затем Томми начинает различать голоса. Они зернистые… в лучшем случае и неслышимые в худшем. "Скоро будет большая драка", — говорит кто-то, и Томми изо всех сил пытается понять это. "Они возвращают старые вещи… Я рад это видеть". Томми чувствует… тихое чувство страха в животе. Отлично. Отлично. Там какая-то подпольная драка, которую он не сможет вовремя подавить. "Ха," — говорит новый голос, чуть выше и с другим акцентом. "Как они собираются их вернуть? Обоих." Это нехороший знак. "Понятия не имею, — говорит первый голос, — ни один герой не будет об этом беспокоиться. Только не с этими странными атаками на задницу… Штаб героев подвергся нападению пару дней назад, не так ли это странно?" "Да…" — говорит другой человек. "Это странно. Я надеюсь, что все в порядке". "А мы - нет! Мы не поддерживаем героев". "Там также есть рабочие." Томми вздыхает, ему больше нечего сказать. Послушайте, эти парни не кажутся полными придурками. Затем он смотрит вверх. Напротив него, на другом здании, стоит Спектр. На какое-то славное мгновение ему кажется, что они просто будут смотреть друг на друга. Но затем Спектр прыгает вперед. Ну… дерьмо.