Мы ждем перемен

Пасмурное утро совершенно не располагало быть бодрой, но я летала по дому на крыльях счастья, предвкушая будущий день. Мама уже ушла, потому поделиться своей радостью я могла максимум с ее цветами. Но они молчали в ответ на мои размышления о планах пригласить прогуляться Ромку и Бяшу. — Надеюсь, что ребята будут не против вместе пройтись, может, даже зайти в гости, — раздумывала я, опрыскивая очередное растение. — А вдруг они у них уже есть планы, и я туда уже не вписываюсь?.. Как бы узнать?.. Ай, ладно, пофиг, спрошу прямо. Если пошлют, то пошлют, ничего не потеряю! Довольно покивав самой себе и закончив последние сборы, я выдвинулась в школу. Шел мелкий мокрый снег, поэтому я не рисковала доставать плеер и пришлось просто напевать знакомые мотивы, чтобы не заскучать: А над городом ночь, а над ночью луна И сегодня луна каплей крови красна… Вдруг, потянув меня на себя, кто-то закрыл мне глаза мне мозолистыми теплыми пальцами: — Угадай кто, на! — громко раздалось над ухом. Легко узнаваемый незнакомец посмеивался и тяжело дышал прямо в затылок. Как назло я выбежала сегодня без шапки. — Ой, я даже не знаю! — засмеявшись, я накрыла ладони Бяши своими и попыталась их убрать, на что он ответил, что «ждет ответа, на!». — Бяшка, отпусти уже! — Прально, молодчина, Оленька, — похвалил меня он и, довольный своими действиями, сунул руки в карманы. Обойдя меня, Бяша встал рядом. — А ты че так рано в школу топаешь? — А ты чего? Да еще и один, — парировала я и улыбнулась. — Много знать будешь, Оленька, скоро состаришься, — наклонившись ближе тихо сказал Бяша с заговорщической ухмылкой. От него веяло легкостью и смехом, потому я тоже улыбнулась и предложила дальше пойти вместе. Не зря же Бяша оказался возле моего дома в такую рань и увиливал от ответов. — Так уж и быть, — позволил он манерно и рассмеялся, получив тычок. — Если не хочешь — не надо, — обиделась я притворно и отвернулась. В ответ на это Бяша только посмеялся и, закинув руку мне на плечи, повел в школу. Убрал он ее только после моей просьбы и, видимо, до этого вообще не собирался этого делать. Бяша много шутил, рассказывая о их с Ромкой летних приключениях и клятвенно обещал взять меня с ними в эти каникулы. Рядом с ним хотелось дурачиться и вообще прогулять эту дурацкую школу, ведь чему там вообще научат? Скучным анализам и примерам если только. Но мама расстроиться, нельзя так с нею… Мы пришли первыми, поэтому, оккупировав подоконник, решили поиграть в морской бой. И тут Бяша совершил фатальную ошибку, потому что эта игра — мой конек. И естественно он расстроился после второго по счету проигрыша. — Ты мухлюешь, на! — Бяшка отшвырнул от себя листок и надулся. — Ниче я не мухлюю, это ты играть не умеешь! — возмутилась я в ответ, собирая бумагу и ручки. — Нет, мухлюешь! — он скрестил руки на груди и приготовился отстаивать свою позицию. Я думала, наш спор будет вечным, но после того, как Бяша увидел в окно своих друзей, он умотал курить за школу. Напоследок он показал мне язык и пообещал отыграться. Я ответила тем же. Без него резко стало скучно, хотелось поскорее отсидеть все уроки и пойти гулять. Но в классе мальчишки не появились, а на последующих уроках учителя то и дело затыкали им рты, не давая перекинуться и парой слов. Я уже думала о том, что сегодня точно не произойдет ничего из ряда вон, как на последней перемене мерзкий Семен устроил Антону подлянку. Его громкий голос, казалось, захватил весь коридор, когда тот прилюдно унижал Антона, повалив на пол. Катькин голос вторил Семену тише, но даже более ядовито, то и дело повторяя, что «Антон — извращенец!». Я попыталась вмешаться, заступиться за моего нового друга, но Бяша с Ромкой, ухватив меня под руки, не давали этого сделать. — Ты гляди, как подружка твоя заливается, — гнусавил Семен, придавив Антона к полу. — Че, уже успели шуры-муры за гаражами провернуть? — Базар фильтуруй, Сема, — холодно пригрозил ему Ромка. Его рука чуть сжалась, сдавив мое плечо, когда он услышал слова Семена. — Вот именно, на, — поддакнул ему Бяша по-хозяйски. — Оленька своя вообще-то, на. Я непонимающе мотала головой, глядя то на одного, то на другого парня, и просила отпустить или помочь Антону. Но Ромка только качал головой, а Бяша пожимал плечами. — Врежь ему уже, Антон! — взмолилась я, понимая безнадежность положения. Но я опоздала, потому что кулак моего обретшего силу друга уже впечатался в прыщавую рожу Семена. Он этого явно не ожидал, я злорадствовала. — Так тебе и надо! Ромка и Бяша тут же отпустили меня, преградив Антону дорогу. А Семен, злобно потирая щеку, пообещал: — Тебе — пиздец! По спине побежали мурашки. Нельзя допустить, чтобы он поймал Антона после школы. Мало ли, что Семен носит в карманах. Там может быть даже не только кастет, но и нож. А это уже не похоже на простые школьные издевательства. Я твердо решила для себя, что не буду приглашать Рому и Бяшу гулять. С их стороны было подло дать Семену издеваться над бедным Антоном и не позволить мне вступиться. Почему-то стало невероятно стыдно из-за того, как хорошо ребята обращались со мной и как плохо они поступали с ним. На уроке я игнорировала любые попытки поговорить, хотя Бяшиному упорству можно было позавидовать. Ромка просто смотрел, как я разрисовываю завитушками поля тетради, и молчал. Было непонятно, о чем он думает. — Антош, мы можем пойти сегодня домой вместе? — подошла я к другу после занятий. — На меня вчера чуть не напали собаки, и я очень боюсь одна, — пришлось соврать, потому что он бы точно отказался. — Оль, ты не обижайся, но я боюсь, что Семен может и до тебя докопаться. Может, попросишь кого-то другого? Какой же Антон тактичный! Интересно, как у него дома общаются, и кто его родители, что у них сын таким супердипломатом вырос? — Можно с тобой, ну пожалуйста. Я больше ни с кем тут не общаюсь… да и все уже разошлись, — надавила я и Антон сдался, слабо улыбнувшись. — Спасибо, Тоша! — Меня сестра также зовет, — улыбка стала шире, мне показалось, что это добрый знак. — Вы даже похожи чем-то. У нее тоже глаза голубые, волосы светлые, короткие. — Нам обязательно нужно с нею познакомиться! Может, на выходных можно увидеться? — Я спрошу у родителей, думаю, они не будут против, — отвечал Антон, надевая куртку. Завязывая шнурки, я молилась об этом, но еще больше желала, чтобы Семен укатил куда-то подальше, оставив нас в покое. Однако день был явно не мой, потому что не успели мы дойти и до середины пути, как перед нами выросла грузная фигура в потрепанном полушубке. Семен скалился и всем видом источал угрозу. Я неосознанно придвинулась к Антону, он напрягся, но оставался спокойным. Позади курили Ромка с Бяшей, с какой-то животной жадностью оглядывая будущую жертву. — Ну здорово, Антошка, — Семен скрестил руки на груди и высокомерно задрал голову. — Не вышло сдрыснуть, да?! — тут же уничижающе спросил Ромка. — Ты еще и девчонку с собой взял, красава, Антошка, — Семен обнажил желтые зубы в оскале, предвкушая расправу. — Пусть посмотрит, с кем надо дружить, а с кем нет, да, пацаны? — он облизнул губы, похабно глядя на меня. Хотелось одновременно провалиться под землю и съездить по его физиономии. — Уж явно не с тобой, — голос чудом не дрогнул. — И с нами ты уже дружить не хочешь? — Ромка спросил приветливо, с улыбкой, но в голосе слышалась какая-то скрытая угроза. Я молчала, боясь собственного ответа: я очень хотела с ними дружить. Но не дать Антона в обиду хотелось больше. Прикусив губу, я смотрела Ромке прямо в глаза, надеясь на его проницательность. Он молчал вместе со мной, Бяша тоже не произнес ни слова, но явно был недоволен тишиной. Ее нарушил Семен: — Да Оленьку нашу мы, наверное, потом проводим, — Семен потер руки в предвкушении. — А она нас всех потом хорошенько поблагодарит, да, Оленька? Ты же хочешь сделать своим друзьям приятно? Кулаки непроизвольно сжались, дыхание участилось. От стыда щеки запылали ярче солнца, а глаза увлажнились от обиды. Но сдаваться сейчас означало только одно — стать обедом для этого поехавшего, а это было против правил. — Я думаю, ты и сам справишься, — голос предательски выдал страх, но мне было все равно. Главное сейчас не дать себя в обиду. Тем более, что Ромка и Бяша смотрели на своего дружка скривившись, с явным неодобрением. Это придало сил, и я продолжила. — Или может тебя так часто заставляют делать кому-то приятно, что ты каждую перемену бегаешь сосать старшеклассникам в туалете?! Это был опасный маневр, который мог стоить мне многого, но удача, совсем недавно пославшая меня далеко и надолго, вдруг повернулась ко мне. Когда Семен начал описывать, что и где он со мной сделает, Ромка дал ему подзатыльник, причем сделал это очень резко и с силой. — Ты пасть закрой, я тебе еще раз повторяю, — Ромка злился, ноздри раздувались, а рот скривился. — Или тебе последние мозги отшибло? Дальнейшие разборки проходили без моего участия, потому что Ромка попросил Бяшу, подержать меня в стороне, чтобы я не попала под удар. Я отчаянно сопротивлялась, а Бяша уговаривал меня не лезть, крепко прижав к себе. В какой-то момент, не выдержав, я разрыдалась в голос. Сил стоять не осталось, и я упала бы, если бы не Бяшины руки. Ромка, шумно выдохнув, приказал Семену заканчивать и восстановить его уже пошатнувшуюся репутацию. Я не знаю, что происходило дальше. Я просто плакала, уткнувшись в Бяшино плечо. Он гладил меня по голове, уверяя, что все будет хорошо и скоро все это закончится. Я не верила, от отчаяния плача все больше. В какой-то момент и Бяша ушел, и я, закрыв лицо и уши руками, зарыдала еще больше. — Оль, все хорошо, — рядом вдруг оказался Антон. Он ободряюще сжал мое плечо. — Семен ушел. — Что?.. — непонимающе спросила я, посмотрев на него. Антон был цел и невредим. Только очки его куда-то пропали. Почему он не пострадал? Я же видела, что Семен настроен устроить ему крепкую взбучку. Переведя взгляд на другую сторону дороги, я, ошеломленная, замерла. Рома и Бяша избивали Семена. Яростно, дико, с азартом. Они что-то кричали про линзы и про драку по понятиям, но было абсолютно непонятно, почему вдруг член их банды резко превратился во врага. Я не могла сказать ни слова. И я молчала, когда Ромка и Бяша смущенно отрапортовали Антону, что «толстяк стащил линзы». Они хвалили моего друга, называя его Майком Тайсоном. И это не укладывалось в голове. С чего такая смена настроений? — Оленька, ты как? — Ромка откололся от разговора и присел передо мной на корточки. Он выглядел обеспокоенно, но был явно доволен тем, что сейчас произошло. Я ничего не ответила, кулаком растерев последние слезинки по щекам. От слез и промокших колгот стало невероятно холодно. Я не замечала этого раньше, но они были насквозь мокрыми. Ромка аккуратно поднял меня на ноги и, заметив дрожь в теле, стянул с головы шапку, надев ее на меня. — На, вот, а то совсем замерзла, — он улыбнулся очень по-доброму. И это не взялось с человеком, которого я видела десять минут назад. Тот человек так бы не поступил. Он, скорее, посмеялся, скинув в какую-нибудь канаву домерзать. — Ребят, надо Оленьку домой отвести, а то она щас в ледышку превратится. — Да тут недалеко, на, — Бяша тоже мне улыбнулся. Его улыбка не пугала так, как Ромина. — А потом и Тоху домой закинем, на. — Ага, а то он как слепой котенок, — засмеялся Ромка. Он забрал мой рюкзак и сменку, закинув к своим на плечо, и, бережно обхватив за плечи, медленно повел в сторону ребят. Бяша было хотел подойти, но Ромка мотнул головой и тот, послушавшись, остался идти рядом с Антоном. Всю дорогу они обсуждали произошедшее и то, что от Антона такого никто не ожидал. В какой-то момент я перестала слушать ребят, задумавшись о том, что теперь будет. Как теперь они будут общаться? И что будет с Семеном? Вдруг он сделает еще что-то подобное?! — Ты не боись, Оленька, — Ромка наклонился к моему лицу, заглядывая в газа. — Тоху теперь никто не тронет, это была проверка на вшивость. Ну или на храбрость, как хошь зови. Он теперь у нас в банде. Я вздохнула устало. Надеюсь, что Ромка не врет. Тогда я бы могла дружить со всеми ними. И все было бы хорошо… — Да, на! — Бяша хлопнул Антона по плечу так, что он чуть не упал. — Ой бля, прости, забыл, что ты без линз. Ромка только посмеялся над ними, крепче прижав меня и чуть ускорив шаг. До дома мы дошли быстро и я, бросив короткое «пока» скрылась за дверью. Хотелось просто успокоиться в одиночестве и еще немного поплакать. Это все было как-то чересчур… Хорошо еще, что мама возвращается поздно и не увидит меня в таком состоянии…