Wicked Game

      Шухуа почти никогда не задумывалась о том, что сегодня надеть. Их общий с Юци шкаф был забит повседневной одеждой на любой вкус и цвет, и обычно они просто вытаскивали из кучи вещей самые чистые и, чуть их погладив, шли в школу. Конечно, для Рождественского бала они могли бы найти привычные брючные костюмы, но Минни настояла на том, что в эти, – последние в их школьной жизни, – зимние танцы они просто обязаны всех поразить, появившись на публике в платьях. Она не предлагала нечто роскошное и очень дорогое, но привезла с собой несколько симпатичных платьев и чемодан с косметикой и аппаратами для волос.       – Твою мать… – Юци с трудом могла оторвать его от пола. – Ты хочешь сделать нам новые лица?       – Просто немного поработать над вашим имиджем, – с видом готовящегося к операции хирурга Минни достала из недр своей огромной сумки набор ножниц, бигуди, утюжки и несколько выпрямителей. Шу, увидев это, спряталась за спину сестры. – Кстати, можно даже покрасить волосы…       – Нет!!!       – Ладно-ладно, расслабьтесь, я просто шучу.       Минни, выпрямив Шухуа волосы, вплела в них несколько крупных белых бусин, очень похожих на жемчужины. Слегка припудрив лицо, Шу немного подкрасила глаза и накрасила губы красной помадой. Чёрное, – чуть выше колена, – обтягивающие платье идеально сидело на её стройной фигуре, подчёркивая её.       Юци нашла в шкафу, – среди чистых вещей, – нежно-розовое платье с оборками и высоким воротом. Немного подумав, они с Минни дополнили её образ жемчужными серьгами и лёгким макияжем с акцентом на таких же красных, как у Шухуа, губах и лёгком слое теней на веках. Волосы они распустили, но закрепили часть прядей бронзовой заколкой в виде лилии.       – Ну, почти идеально, – улыбнулась Минни.       – Почти? – С вызовом переспросила Юци, а потом опустила взгляд на свои колени и рассмеялась. На бледной коже красовался голубой детский пластырь с поросёнком Джорджем из «Свинки Пеппы». – Ну, мне в любом случае идёт.       Минни выбрала для себя обтягивающее платье с чёрным кружевным верхом и заплела волосы в косу так, чтобы её фиолетовые пряди красиво контрастировали с чёрными. Она тоже решила нанести немного теней и туши и накрасить губы красной помадой. Одежда отлично подчёркивала её подтянутую спортивную фигуру и красивые длинные ноги. Шу подумала, что если бы не встретила Суджин, то определённо влюбилась бы в неё.       – Можем ехать?       – Секунду, – Юци вытащила из-под кровати рюкзак. Что-то внутри неприятно звякнуло. – Вот теперь можем.       Они подъехали к школе за десять минут до начала. Юци, шепнув что-то на ухо Минни, ушла.       – Она сказала, что Миён ждёт её в женском туалете, и попросила отвлечь от него внимание.       – Серьёзно? Как мы, блять, должны это сделать?       Минни пожала плечами.       Выругавшись себе под нос, Шухуа с грацией львицы, впервые вставшей на каблуки, направилась ко входу в школу. Учителя придирчиво осмотрели их, проверяя, не слишком ли коротко платье и не пытаются ли они пронести алкоголь. Когда досмотр был закончен, их впустили внутрь.       – А где твоя сестра? – Равнодушно спросил учитель английского, проводя скучающим взглядом очередную ученицу.       – Она сказала, что отойдёт ненадолго. Кажется, у неё были дела. Я видела, как она болтала с кем-то через окно кабинета физики. Наверное, флиртовала с парнем.       – Вот как… – он жестом подозвал к себе пожилую преподавательницу литературы. Её лицо было искажено праведным гневом и пониманием, что алкоголя ей сегодня определённо не достанется. – А у твоей сестры было с собой что-нибудь?       – Только сумочка, сэр. Ну, знаете, такая, через плечо, на цепочке.       Мужчина строго посмотрел на неё, будто проверяя, врёт она или нет, а затем быстро направился по коридору к кабинету физики. Минни слабо улыбнулась.       – У тебя неплохо получается.       – Опыт, – мобильный в кармане куртки зазвенел, уведомляя о пришедшем сообщении. Сама Юци появилась через минуту. Довольная улыбка сияла на её губах, пока она довольно потирала руки. – Надеюсь, в этот раз мне не придётся лезть в вентиляцию.       – Нет, но вы должны будете нам немного помочь. Встретимся в женском туалете на первом этаже через пять минут, постарайтесь не попасться на глаза никому из учителей. Особенно ты, Шу.       – Эй!       С Суджин она столкнулась всего через пару минут. Учительница шла по коридору, следя за тем, чтобы никто из учеников не нарушал правила. Она выглядела потрясающе – брючный костюм, подчёркивающий красивые длинные ноги, белая рубашка с парой расстёгнутых пуговиц на воротнике, кроваво-красные губы, будто бы созданные для страстных поцелуев. Шу остановилась, чувствуя, как потеют ладони, а по телу медленно расползается странное тепло.       – Добрый вечер, мисс Со, – растерянно пробормотала Шухуа, отводя взгляд в сторону. Ей вдруг безумно захотелось завернуться во что-нибудь. На секунду она подумала, сможет ли провалиться под землю, но пол под ногами был слишком твёрдым.       – Добрый, мисс Е. Отлично выглядите.       – Спасибо. Вы тоже прекрасны. Впрочем, как и всегда.       – Мисс Е…       – Это не намёк, клянусь. Вы на самом деле просто великолепно выглядите. Я не… Я не…       – Мисс Е…       – Нет, дайте мне сказать. Я знаю, что вела себя, мягко говоря, странно с того момента, как мы увиделись после того… после того… инцидента. Да, инцидента. Но я обещаю, что такого больше не повторится, потому что я уважаю вас, и вы очень хорошо ко мне относитесь и вообще…       – Шухуа! – Когда девушка решилась поднять взгляд, то увидела, что Суджин широко улыбается. – Твоё платье. Вот, – она осторожно поправила лямку, скользнув кончиками пальцев по обнажённой коже в зоне декольте. Шухуа могла поклясться, что заметила на её лице лёгкий румянец. – Тебе очень идёт.       Шу хотела бы остаться с мисс Со ещё ненадолго, но телефон, который она переложила в сумочку, услужливо напомнил, что Юци, Миён и Минни уже ждали. С трудом выдавив что-то, отдалённо напоминающее улыбку, Е скользнула мимо Суджин в один из коридоров.       Когда Шу вошла внутрь, Миён как раз закончила доставать из вентиляции рюкзак Юци. Ещё один – её собственный – лежал на полу, Минни вытаскивала оттуда бутылки белого рома «Баккарди» со вкусом ананаса, хорошей, выдержанной текилы и пива «Гиннесс». Юци с недоумением смотрела на небольшие бутылочки, явно не понимая, что с ними делать.       – Какого чёрта здесь делает текила?! Ты хоть представляешь, что эти подростки устроят?!       – Определённо то, за чем будет очень весело наблюдать, – улыбнулась Миён. Узкие чёрные брюки подчёркивали стройность ног. Нежно-голубая рубашка красиво смотрелась на фоне её бледной, словно фарфор, кожи. – Кстати, она настоящая, прямо из Мексики, и парень, который её мне продал, почти час без умолку трещал о том, как она полезна. Он говорил, что в штате Наярит, на его родине, ею лечат всё – от цирроза печени до запоров, она, мол, и кровь очищает, и шлаки выводит, и бактерии убивает. Лекарство, а не алкоголь.       – Да плевать мне! Если они это выпьют, то от школы камня на камне не останется. Нет, убирай это обратно, потом как-нибудь вынесем.       – Вот совсем ты, малышка, не умеешь веселиться, – она встала, чтобы поцеловать Юци в губы. Шухуа поморщилась, чувствую, как лёгкие наполняются неприятным ароматом алкоголя. – Ладно, оставим твоих несчастных одноклассников больными и грустными. А что у тебя?       Сон быстро вытащила из карманов рюкзака с десяток небольших бутылочек дорогого ликёра, и Миён наклонила голову, признавая своё поражение.       – Как ты умудрилась достать такой хороший ликёр в этой дыре?       – Профессионализм и связи, детка, только профессионализм и связи.       Юци достала две бутылки аргентинского вина, несколько бутылок водки и дорогого рома. Шухуа попыталась в уме подсчитать, сколько это могло бы стоить, но быстро отбросила эту идею. Она была уверена, что Юци достала их почти за бесценок. Ей всегда невероятно везло, и она умела оценивать риски. Наверное, поэтому все опекуны, с которыми они жили, любили её больше.       – Ладно, теперь нам нужно отнести это в актовый зал. Минни, вы с Миён унесёте то, что было в её рюкзаке, мы с Шу займёмся тем, что в моём. У меня есть одна интересная идея.       – Юци Сон, я определённо влюбилась в тебя ещё сильнее, чем раньше, – Миён снова поцеловала Юци в губы, вызывая у Минни фальшивую гримасу отвращения.       – Просто проваливайте, пожалуйста, – пробормотала Шухуа.       – Я тоже тебя люблю, малышка Шу.       Когда они с Минни скрылись за дверью, Шу опустилась на пол рядом с Юци.       – Когда она успела напиться?       – Понятия не имею, – Юци с улыбкой победителя выудила из рюкзака серебристый клатч. Только присмотревшись, Шухуа поняла, что Сон держала в руке огромную фляжку. – Классная, да? Купила на гаражной распродаже пару дней назад. Старик, который её устраивал, кажется, очень любил выпить. Перелей сюда водку, а я сложу вино и ликёр в твою сумочку.       – А если кто-нибудь решит проверить нас по дороге?       – Тогда импровизируй. Расслабься, Шу, чем опаснее путь, тем слаще победа. Кстати, достань там ещё мои сигареты, пожалуйста.       К удивлению Шухуа, вместо сигарет среди обрывков бумаги и прочего мусора она увидела совсем новый ингалятор с ещё не отклеенной этикеткой. У Юци никогда не было проблем с лёгкими, но у Соён была астма, и Сон взяла за правило всегда носить с собой запасной ингалятор. Шу помнила, как часто её сестра жаловалась, что Соён не заботится о себе, постоянно либо теряя ингаляторы, либо вообще забывая взять их с собой.       «Как будто меня одну волнует её здоровье», – обиженно бурчала она, скрещивая руки на груди. – «Разве это так сложно – проверить, взяла ли ты с собой перчатки или зонтик, или ингалятор. Это ведь важно».       – Так вы с Соён снова общаетесь?       – Нет. Почему ты… – увидев в руках сестры ингалятор, Юци усмехнулась. – Это ещё с прошлого года. Он лежал в столе, я хотела выбросить.       – Он совсем новый. Если вы с Соён сошлись, ты можешь сказать мне. Я никогда не буду тебя осуждать.       – Мы не сошлись, и я её не люблю, просто сегодня такой день, когда может произойти много всякой херни, и я хочу быть ко всему готова, – она положила ингалятор к бутылочкам в свою сумку и закрыла её. – Ты закончила с фляжкой? – Кивок. – Хорошо, тогда идём.       Шу плелась по коридору за Юци, думая, может ли незаметно сбежать. Она чувствовала, как атмосфера между ними становится всё напряжённее, но продолжала молчать. Один раз Шу уже попыталась влезть в отношения сестры, и дело дошло до ссоры и даже драки. Больше ей этого не хотелось.       – Прости за грубость, но вся эта болтовня о Соён до сих пор действует мне на нервы. Я хочу выкинуть её из головы, но после сразу начинаю о ней думать. Я не знаю, что это.       – Всё в порядке, если что, ты в любой момент можешь поговорить со мной об этом. Я всегда только на твоей стороне.       – Спасибо, сестрёнка.

***

      Через час Шухуа, отделавшись от Юци, всё-таки сумела выйти из актового зала и медленно побрела в сторону женского туалета на первом этаже. Находясь в толпе, она уставала быстрее обычного. Обычно Юци была рядом, чтобы взять её за руку и увести в сторону, но сейчас она была слишком занята своей девушкой.       Войдя в женский туалет, Шу распахнула окно и закурила. От холодного декабрьского воздуха по коже бегали волны мурашек, но она не обращала на них внимания. Шухуа не сразу заметила, как кто-то накинул на её плечи пахнущий вишней пиджак. Тепло мгновенно окутало тело.       – Мисс Со? – Шу, растерявшись, выронила из пальцев сигарету. – Извините, это первый и последний раз, больше не повторится.       – Охотно верю, – слабо улыбнулась Суджин. Разогнав остатки табачного дыма, она выбросила потушенную сигарету и закрыла окно. – Что-то случилось?       – Просто устала от шума. А вы что тут делаете?       – Ищу алкоголь. Если ты сказала мистеру Коллару, что он в кабинете физики, то можно с уверенностью предположить, что искать его стоит в абсолютно противоположном месте, то есть – в этом крыле. А женский туалет – единственное место, дверь в которое всегда открыта, и на окна не смотрят камеры. Впрочем, я знаю, что его здесь нет, видела, как Юци выливает что-то в пунш из огромной фляжки, – Суджин усмехнулась и скрестила руки на груди. – Знаешь, очень дерзкое решение – пытаться выдать её за клатч, вас легко могут поймать.       Шухуа пожала плечами. Она была уверена, что мисс Со никому об этом не расскажет, но осторожность никогда не была лишней.       – Понятия не имею, о чём вы говорите.       – Конечно. Знаешь, когда у меня был выпускной, мои одноклассники пронесли алкоголь в таких специальных мешочках, замаскированных под галстуки, а я замочила в водке и текиле мармеладных мишек и выдала их за закуску. Безумный был вечер.       Суджин прислонилась к стене, и Шухуа позволила себе встать рядом, осторожно прикоснувшись к ней плечом. От неё приятно пахло чем-то сладким и тёплым, напоминающим вишнёвый пирог, и Шу невольно вспомнила об утре в её доме и о ней самой, одетой в самые обычные футболку и шорты. Сердце в очередной раз защемило. Могла ли она вообще думать о том, что такая женщина когда-нибудь даст ей шанс, доверится, согласится быть с ней? Шухуа подумала, что готова сделать всё, что угодно, лишь бы Суджин была счастлива. Но как Шу могла сделать её счастливой, если сама никогда себя такой не чувствовала?       – Мисс Со? – Взгляд снова упал на кроваво-красные губы. – Почему вы так добры ко мне?       – Потому что вы моя ученица, мисс Е.       – И только поэтому?       – На что вы намекаете?       Шухуа понимала, что если продолжит говорить, то определённо разрушит всё, что сейчас их связывало, а этого она хотела в последнюю очередь, но, чёрт… Шу была более, чем уверена, что, если ещё не любит Суджин, то уже определённо очень сильно влюблена. Она засыпала и просыпалась с мыслями о ней, неумело рисовала её портреты на полях черновика, то и дело прокручивала в памяти каждую из их встреч. Е не успела заметить, как Суджин проникла в каждую часть её жизни, заняла мысли и сердце, наотрез отказываясь уходить.       – Ни на что. Простите.       Шухуа искренне хотела остаться, взять её за руку, прижаться поцелуем к бледной коже, но она должна была держать себя в руках хотя бы до выпускного. Всего несколько месяцев это ведь не так долго, верно?       «Нет», – подумала Шу, почти выбегая из женского туалета. – «Это чертовски долго!»