Часть 2
5 августа 2023 г., 15:43
Естественно, после этого невозможно долго избегать Дейенерис и ее людей в Винтерфелле.
Хотя она и старается.
Если это не дотракийские военачальники дерутся во внутреннем дворе на рассвете, то это Тирион молится в септе. Это Варис, слоняющийся по залам между военными совещаниями, на которые она не решается прийти, и Джорах Мормонт, улыбающийся ей у входа в Богорощу.
Она чувствует себя ребенком. Пряталась вот так, вдали от любого подобия человечности, кроме лордов-северян или ее братьев и сестры. Она знала, что Дейенерис скоро уйдет. Вскоре ей надоест разрабатывать стратегию, и она отправится на Юг и останется на том троне на всю свою жизнь. И ей больше не придется ее видеть.
Уступать подобным образом было ошибкой. Обжигающий. Тот, в который она должна была быть слишком умна, чтобы попасть. И все же она была.
Именно Джон практически втаскивает ее в холл.
— Санса. — Говорит он в качестве приветствия у ее двери, с этим, казалось бы, постоянным хмурым выражением на лице. — Что ты все еще здесь делаешь? Сейчас середина дня.
— Так ли это? — Она поджимает губы. Ссылается на стопку свитков, которые она уже дважды прочитала. — Я отвлеклась.
— Люди начинают замечать, что тебя нет. Ты знаешь, что мы должны выступить единым фронтом, если хотим остаться союзниками Дейенерис. Она нам нужна.
— Почему? Старки и раньше восставали против короны. Мы можем сделать это снова.
Он издает раздраженный смешок. — Ты себя слышишь? Она здесь, чтобы помочь сохранить наш дом. Мы собираемся помочь ей избавиться от монстра, который удерживал тебя. Я не понимаю.
— Она Таргариен. Ты идиот, если доверяешь ей.
— Она говорит, что хочет превратить эту страну во что-то лучшее, и я ей верю. Вот почему я согнул колено. Мне нужно, чтобы ты, Арья и Бран были со мной в этом. Ты хоть немного веришь в меня?
— Ты знаешь, что я верю. — Вздыхает она, снова зацикливаясь на свитке от Хоуленда Рида, в котором он заявляет о своей поддержке притязаниям Дейенерис. — Они почти все сдаются ей.
— Потому что я согнул колено. Они знают так же хорошо, как и я, что она — наш единственный шанс. С их стороны было бы глупо этого не сделать. — Он прищуривается, глядя на карту. — К тому же она не ее отец.
— Нет. — Фыркает Санса. — Она намного красивее.
Джон заливается смехом в ответ на это, неуверенная улыбка озаряет его лицо. Это делает его очень похожим на молодого человека, которым он является, а не на измученного войной.
— Из нее выйдет хорошая королева. — Она насмехается над этим, и он продолжает. — Она спрашивала, почему тебя не было рядом последние пару дней.
— Значит, подорвать меня под самой нашей крышей на глазах у союзников?
— Нет. — Он берет ее за руку, осторожно высвобождает ее из жесткой хватки стола. — Она сама пришла ко мне. Только мне. Ты знаешь, у нее здесь не так уж много друзей. Я думаю, может быть, она подумала, что ты была бы идеальным вариантом. Я думаю, вам было бы хорошо вместе, если бы ты не была такой чертовски упрямой.
Ее желудок сжимается, а глаза горят. Она отводит взгляд на булыжники за головой Джона, резко моргая.
— В последний раз, когда я кому-то доверяла, он продал меня и оставил умирать. Он знал, каким чудовищем был Рамси, и все равно отдал меня ему.
— Санса. — Его лицо вытягивается, и он обнимает ее за талию. Говорит приглушенно, уткнувшись в ее волосы. — Я понимаю, почему ты ей не доверяешь, я понимаю, но я бы не поручился за нее, если бы не верил в нее. Я сказал, что буду оберегать тебя, и я не шутил.
Она прерывисто выдыхает, берет себя в руки и крепко обнимает брата. — Что ты хочешь, чтобы я сделала?
Он сжимает сильнее. — Сделай с ней усилие. Даже твоя сестра пыталась.
Санса насмехается над мыслью о том, что Арья делает что-то отдаленно учтивое, и это быстро перерастает в полноценный смех. Джон смеется вместе с ней, качая головой.
— Полагаю, я могла бы прийти в зал сегодня. Даже если это просто для того, чтобы посмотреть, как она притворяется милой.
Джон фыркает. — Если она может это сделать, то и ты сможешь, хорошо? Даже если это всего на час.
----------------------------------
Позже в тот же день, когда она направляется в Большой зал по просьбе Джона, она впервые за несколько дней видит Дейенерис. Приглушенные, негромкие голоса, которые она слышит в конце коридора, сначала по-детски манят ее, и она не может удержаться, чтобы не подойти ближе. Конечно, она чувствует себя виноватой из-за этого, но любопытство берет верх. Дверь в покои Дейенерис приоткрыта, подозрительно без охраны. Когда она слышит, как Джорах Мормонт говорит внутри, это вскоре обретает смысл. Меч является продолжением его самого, если пьяные рассказы Тириона были правдой, и рыцарь очень ясно дал понять всем в Вестеросе, что он умрет, защищая ее. Итак, она все понимает. Чего она не понимает, так это почему они спорят. Причем в едва прикрытой комнате. На столе между ними лежит свиток. Руки, которые, как она думает, принадлежат Дейенерис, крепко сжимают его. Похоже, она дрожит. — Сколько Безупречных мертво? — Спрашивает она тихим голосом, и все же что-то в этом настораживает. Лишенный чего-либо, кроме приглушенного гнева. Она слышит, как он угрожает взорваться. — Половина. — Это, должно быть, Мормонт. Обветренная рука тянется к ее руке, и она наблюдает, как та отталкивает ее, прежде чем рука сжимается в кулак. — И Яра? Мормонт вздыхает. — Считается, что она захвачена в плен, а ее флот уничтожен. Эурон хочет, чтобы мы считали ее практически мертвой, но я знаю Железнорожденных. Он сохранит ее, чтобы насмехаться над тобой и твоими союзниками. Санса не думает ни о чем, кроме этого момента. Она рассталась с ним так давно. Он так и не ответил. Был ли он схвачен вместе со своей сестрой? Добрался ли он вообще до неё? Боги, она надеялась, что он в безопасности. По крайней мере, живой. — А дорнийская армия, которая отплыла с Ярой? Молчание Джораха говорит само за себя. — Мы должны сообщить Тириону и Варису. — Голос Дейенерис становится более влажным и хриплым. Санса понимает, что она, должно быть, плачет, и чувствует, как что-то комкается у нее в горле. — Они знают, как с этим справиться. — Конечно. Она слышит шлепанье ботинок по каменному полу, и когда ей удается еще раз заглянуть внутрь, Джорах оказывается рядом с ней. Он притягивает ее к себе, и на этот раз она позволяет ему это, уткнувшись лицом ему в плечо. — Я разберусь с Серым Червем. Я уверен, что эта новость будет для него тяжелой. — Спасибо. — Дейенерис определенно плачет в этот момент, Санса слышит, как она всхлипывает в перерывах между речью. — Этот человек почти забрал у меня моего ребенка. Его люди уничтожили большую часть Безупречных за землю, которой я больше не владею. И теперь у него есть Яра. Что, если это первая из моих потерь? — Этого не будет. — Говорит он с такой убежденностью, что Санса сама склонна в это поверить. — Я видел, на что ты способна. Это будет нелегко, но ты победишь. Многие верят в тебя, Кхалиси, и еще больше присоединятся к ним, прежде чем дело будет сделано. — Я хочу, чтобы он умер. — Говорит Дейенерис резким голосом, несмотря на слезы и тишину, и Санса сравнивает ее слова с пламенем в своем сознании. — С ним не будет никаких переговоров, я отказываюсь от этого. Он будет страдать так же сильно, как Серсея, когда я доберусь до них. — Правосудие придет за ним. Дейенерис бормочет что-то непонятное, когда Санса слышит шум позади себя. — «Стук сапог». — Думает она и, что ей пора уходить. Она делает вид, что ничего не слышала. Миссандея и Джорах Мормонт наблюдают за ней с другого конца стола в большом зале на следующее утро. Здесь невероятно тихо, в лучшем случае заполнено наполовину, и лишь горстка обычных лордов замечена повсюду, а ее братья и сестра сидят за передними столиками. В конце зала вместе ужинает горстка Безупречных и северян, их тихий смех доносится издалека. Она подцепляет вилкой что-то похожее на оленину с гримасой, которую она слишком устала, чтобы скрывать. Джон кашляет рядом с ней с бокалом в руке. — Ты не голодна? — На рассвете у меня почти нет аппетита. — У меня тоже. — Миссандея улыбается ей. — Уверяю, вы здесь не единственная, кто пришел сюда из чувства долга, а не из-за настоящего голода. Она полагает, что это самая нежная оливковая ветвь, которую она могла бы получить. Она хватает её. — Я рада, что я не одна. — Она делает еще один глоток медовухи. Улыбка Миссандеи становится шире. — Простите меня, миледи, но мне было интересно, откуда у вас такие фрукты. Я думала, здесь зимой ничего нельзя вырастить? — Это так, но у нас есть стеклянные сады. Мы выращиваем их круглый год, будь то зима или лето. Это было первое, что я попросила перестроить, как только мы взяли замок. Затем внимание Джораха переключается на нее, и он наклоняет голову. — Прошу прощения за навязчивость, но, значит, в замке действительно есть горячие источники? Всю свою жизнь я считал, что это ложь. — Это действительно звучит невероятно, не так ли? — Она прочищает горло, и оно забивается медовым мясом. — Но, да. Весь замок полагается на них, чтобы в нем было тепло. Под замком есть пещеры, которые вы можете посетить, если захотите. Некоторые из них достаточно безопасны, чтобы в них могли купаться. — О, мне нравится, как это звучит. — Дейенерис проходит через огромные двери, каким-то образом выглядя совершенно царственно, несмотря на распущенные волосы и растрепанные меха. Она приветствует всех, кто смотрит, с улыбкой, ее взгляд останавливается на Сансе. — Приношу свои извинения за столь позднее появление. — Снова была с Дрогоном? — Спрашивает Миссандея, ее глаза сияют, и Джорах улыбается. От Сансы не ускользает тревожный взгляд, которым он окидывает ее, и от Дейенерис тоже. Она морщит нос от выходок Миссандеи, кивает в ответ и садится рядом с Джоном. — Небо было ясным, и ему нужно было размяться. Мне нужен был свежий воздух. Север настолько прекрасен с такой высоты, что я почти забываю, на что мы смотрим оттуда. — Еще только рассвело. Ты не подумала присоединиться к нам, чтобы поесть заранее? — Нет. — Губы Дейенерис подергиваются. — Как прошла твоя сегодняшняя прогулка с Серым Червем? Миссандея волнуется и опускает голову с тихим, скрытым смехом, а Санса ловит взгляд Дейенерис, когда та улыбается. Что-то милое и личное. Что-то, не предназначенное для внимания Сансы. Тем не менее, она не может удержаться от ответной улыбки при виде них, хотя и стала бы отрицать это, если бы ее спросили. Они такая же семья, как и братья и сестра Сансы, кровные они или нет. Она знает, что у Дейенерис тоже нет ни живых родственников, ни жениха. Конечно, ей, должно быть, одиноко. По крайней мере, с ними и ее драконами рядом она такой не кажется. Дейенерис продолжает наблюдать за Сансой даже после того, как их смех стих, и это внимание заставляет ее ерзать. Возвращает к свечам и скулению ей в рот. Она вздрагивает и отворачивается к Тириону. — Как долго ваши люди планируют оставаться здесь, прежде чем двинуться на юг, милорд? Джон свирепо смотрит на неё, пряча хмурый взгляд за рукой и полным ртом еды. Между этим взглядом и глазами Дейенерис, следящими за ней, она смягчается. Выпрямляется и пытается слегка улыбнуться, как бы невзначай. — Просто я знаю, что ваши люди проделали долгий путь и уже сражались в одной битве. Шанс отдохнуть — это разумно. — Мы договорились о нескольких неделях. — Встревает Дейенерис от его имени, ее взгляд становится тяжелым. От этого у Сансы сжимается грудь. — Достаточно времени, чтобы мои люди пришли в себя, а ваши собственные присоединились ко мне к тому времени, когда планы будут утверждены. — Это мудро. — Говорит Санса, не в силах поднять глаза и посмотреть в ее сторону. Ее сердце бьется с такой скоростью, что кажется болезненным, слова застывают у нее на языке, как патока. — Вы планируете идти маршем или плыть под парусом? Что доложили разведчики? Тирион говорит за нее. — Наши люди следят за морями между столицей и Драконьим камнем, миледи. Земли — это совсем другая сложность. — Не так уж и сложно. — Фыркает Санса себе под нос и с легкой улыбкой смотрит в сторону Дейенерис. — При всем уважении, леди Санса, у вас и близко нет такого опыта, как у многих из нас в этом зале, в создании альянсов или внутренней политике каждого королевства. Это будет сложно. Санса не может удержаться от насмешки над этим и даже замечает, что ее брат корчит рожу в ответ. — Да, может, она и моложе остальных, но за последний год она отвоевала Винтерфелл, сама заключая союзы, и возглавила Север, пока я был в отъезде, встречаясь с вами. Я не хочу никого обидеть, но моя сестра уже не та девушка, которую ты когда-то знал. Дейенерис выпрямляется, веселье исчезло с ее лица, когда она смотрит на Сансу. — Леди Старк. Вы будете присутствовать на сегодняшнем военном совете? Она краснеет от такого внимания. — Я не очень хороший боевой стратег. Я мало что знаю о войне. Я не уверена, что от меня было бы много пользы. Эта уязвимость Дейенерис, которую она не раз упускала, фактическое проявление истинной человечности, свидетелем которой она была, и то, как она наблюдает за Сансой, когда та размышляет, означали, что она не могла заставить себя сказать нет. Дейенерис должна победить в этой войне. Она это знает. И ей нужны на ухо люди, не самые известные своим обманом перед другими правителями. Возможно, это может быть она.----------------------------------
Разведчик срывает встречу. Они едва начали, рассевшись вокруг карты страны, когда снаружи раздались звуки рога. Джон уходит с Давосом на буксире, убеждая всех оставаться на своих местах. Она замечает, как Дейенерис ерзает, стоя у открытых окон библиотеки. Это исключительно теплый день, ни единого облачка в поле зрения, поэтому их можно смело оставлять открытыми. Санса находит леденящий ветерок утешением. — Моя королева. — Варис подходит к ней и полностью загораживает Сансе вид на внутренний двор. — Я полагаю возможным, что разведчик принес новости о войсках Ланнистеров, осуществляющих осаду Орлиного гнезда. — Как это возможно? — Я слышу шепот по всей стране, ваша светлость. Люди любят поговорить, а еще больше им нравится, когда их слышат мои пташки. Я только вчера услышал, что Ланнистеры выступили в поход на Долину. Арья хмурится. — Почему никому не сказал? Там живет наш двоюродный брат. — Я хотел получить подтверждение из другого источника, прежде чем сообщить об этом нашей королеве или нашему лорду. Похоже, этот разведчик вполне может быть этим подтверждением. — Нет смысла давать жизнь слухам. — Признает Санса, кивая. — Это было мудро с твоей стороны, лорд Варис. Дейенерис молча наблюдает за тем, как она говорит, прежде чем снова повернуться к Варису, поджав губы. — Я думала, горы непроходимы? Сир Бриенна упоминала, что ей было достаточно трудно передвигаться только со своим оруженосцем. Санса старается не выказать удивления по поводу этого заявления. Когда Бриенна разговаривала с Дейенерис? Тирион говорит с другого конца стола. — Ну, да, но это не невозможно. Люди Серсеи хорошо обучены, и они превосходят численностью силы Долины в два к одному. Конечно, они могут переждать это внутри. Говорят, зерна у них хватит на долгие годы. Дейенерис торжественно кивает и сжимает руки вместе. — А что, по-твоему, я должна делать? Он делает глоток эля, делает кислое лицо, прежде чем продолжить. — Я считаю, что в наших интересах просто подождать. Серсея пытается запугать армией, которую она не может себе позволить. Не стоит терять людей из-за осады, которая может продлиться годы. Санса смеется, и их взгляды устремляются на нее. — При всем уважении, твоя сестра недостаточно умна, чтобы провернуть это. — Встает Санса. — И ты не так умен, как думаешь, если не видишь возможности, которую это предоставляет. Она нажимает на льва, сидящего в горах на карте, проводит пальцем по соколу. — Долина поддерживает Север, но лорд Ройс не скрывает своего отвращения к вам. Ты сказал, милорд, что их люди будут в безопасности за этими стенами в течение многих лет. Зачем им ввязываться в войну между двумя королевами, которые им безразличны? Взгляд Дейенерис переводится с Тириона на Сансу, ее брови хмурятся. Когда она говорит, это звучит мягко. — Тогда что бы ты хотела, чтобы я сделала, леди Старк? Я не могу просто так оставить потенциальных союзников под угрозой. — Я бы никогда не предложила, я просто высказала наблюдение. — Тогда польсти мне. — Дейенерис подходит ближе, ее щеки порозовели. — Я прошу твоего совета. Я сама пригласила тебя на эту встречу не просто так. Мне нужна помощь. Как думаешь, что мне следует делать? Санса делает глубокий вдох. — У тебя уже есть союзники почти в каждом королевстве. Единственное преимущество, которое у нее есть, это флот Эурона и страх. Она потеряла двух твоих союзников… но одно истинное проявление силы против нее и её поддержка легко рухнет. — Что ты предлагаешь? — Думаю, тебе следует отправиться в Долину и ударить ее людей. Наемники покинут ее. Долина встанет на твою сторону. Мой дядя, Черная Рыба, пообещает поддержку, когда до него дойдет весть о нашем союзе. У нее не будет союзников, кроме Эурона Грейджоя, Золотой роты и предателей-знаменосцев. Плечи Дейенерис поникают. Она смотрит на Тириона. — Что ты думаешь? Он парирует. — Это риск. Как мы можем быть уверены, что Долина не заключит сделку с короной? Робин не совсем подходящий лидер. Он не знает, как вести осаду. Он может запаниковать и поддержать мою сестру. — Нет. — Санса обходит стол, проходя мимо Дейенерис, чтобы взять сокола и поставить его рядом с драконом и волком. — Робин предан мне. Он предоставит нам своих людей и припасы, если я попрошу об этом. Кроме того, люди Серсеи находятся там не по своей воле, а сейчас зима. Осада в любом случае долго не продлится. Колеблющийся взгляд Тириона не остается незамеченным ни ею, ни Дейенерис, последняя тяжело дышит через нос, прежде чем выпрямить спину. Санса замечает, что у нее дрожат руки. — Ваша светлость, ты уже однажды сражалась с ее силами, чтобы защитить Простор, не так ли? Доказала, что их мечи ничего не значат для тебя и твоих людей. Я думаю, что перед тобой стоит простой выбор. — Я благодарю всех за ваш совет. — Щеки Дейенерис порозовели, когда она довольно поспешно опустила взгляд на карту. Она наблюдает за тем, как мысли сменяют друг друга в танце выражений, украшающих ее лицо. — Я уйду с наступлением темноты. — Ваша светлость, ты не можешь довести это до конца. — Хмурится Тирион. — Ты здесь не для того, чтобы быть королевой Пепла, как однажды сказала мне. Люди не последуют за тобой, если прибегнешь к страху и сожжешь людей моей сестры заживо. Дейенерис со вздохом качает головой. — Мы на войне. Думаешь, я хочу кого-нибудь убить? Они стоили жизни тысячам моих людей, а также лишили меня Утеса, Железнорожденных и Дорна. Они чуть не лишили меня Простора, а теперь угрожают Долине. Какая я королева, если не хочу сражаться за свой народ? — Мудрая. — Настаивает Тирион, и Дейенерис снова смотрит на Сансу умоляющими глазами. — Я была там, когда ты заживо сжёг тысячи людей в заливе Черноводной, лорд Тирион. — Вмешивается Санса, почти забавляясь. — Ты знаешь, что таков путь войны. Жестокость в борьбе с тиранией гарантирует, что высшие лорды и народ будут превозносить ее как законную наследницу. Разве это не то, чего ты хочешь? — Этого можно достичь, не прибегая к страху. Люди не поддержат ее, если она расправится со своими врагами, обратив их в пепел, миледи. Множество людей все еще боятся ее имени. Они встанут на сторону Серсеи, если она нападет. — И если она доведет это нападение до конца, они увидят, что ее ярость приберегается для Серсеи и тех, кто решит поддержать ее. Люди знают, что Серсея — чудовище. Они устремятся к Дейенерис в тот момент, когда она выиграет эту войну, и для этого иногда необходима жестокость. Ты действительно такого низкого мнения о своей королеве? Тирион бледнеет при этих словах. — Конечно, нет. Я всего лишь… — Так как, по-твоему, она выиграет эту войну? — Санса наклоняется вперед, положив руки на стол, и пристально смотрит на него. — Как ты думаешь, она должна любезно попросить твою сестру? — Я полагаю, что мы, возможно, сможем изучить альтернативные методы. — Хватит. — Выплевывает Дейенерис. — Я не оставлю своих союзников голодать, чтобы сохранить имидж, и я была бы дурой, если бы не сделала так, как говорит леди Санса. Я уйду в сумерках. Возможно, когда я вернусь, у тебя будет свой альтернативный метод и извинения.----------------------------------
Найти Дейенерис после этой встречи оказывается непросто. Она проходит мимо группы кхалов и Вольного народа, спаррингующих во дворе, пока Бриенна наблюдает за этим. Ее комментарии звучат громко и отчетливо даже с уровня, вымощенного булыжником, и в глубине души ей приятно наблюдать, как она проходит мимо. Бриенна протягивает руку помощи силам Дейенерис, точно так же, как она и ее братья и сестра протягивают руку королеве, хотя и с трудом. Приятно наблюдать за этим, даже мимоходом. Один из них бросается на нее, и она слышит лязг мечей, прежде чем Бриенна хмыкает, и в группе раздается смех. Она обнаруживает, что на ее лице появляется улыбка, стоя в одиночестве и наблюдая за происходящим. После этого она отправляется в Богорощу и находит там только Лилли и Давоса. Они рассказывают о драконах в Великом Замке и прощаются с ней. Она не уверена, почему вообще решила проводить Дейенерис. Она не может позволить ей уйти без извинений, это точно, и чувство вины усиливается с каждым шагом во двор, который она делает. Санса предполагала о ней самое худшее. Она была неправа, она знала это, и каким лидером она могла когда-нибудь стать, если позволила гордости управлять собой, как это было раньше? Когда она замечает серебристые волосы за спиной самого крупного из двух крылатых существ, она, без сомнения, знает, что пожалела бы, если бы не заговорила с ней. Она должна приблизиться. Дракон предупреждает Дейенерис о её прибытии и делает выбор за нее, его предупреждающее рычание вызывает озноб. Зеленый ждет у открытых ворот, уже оседланный и хлопающий крыльями. Как будто ему не терпится уйти. Он не обращает внимания на Сансу. Это почти заставляет ее рассмеяться, несмотря на бешеный пульс в венах. Дейенерис оглядывается с извиняющейся улыбкой и шикает на него. Он успокаивается, снова подставляет ей свою шею, чтобы она могла застегнуть уздечку, и продолжает пристально смотреть на Сансу. — Он просто капризный. — Все в порядке. — Санса сглатывает, наблюдая за ним с беспокойством. Даже свернувшись калачиком, он занимает большую часть двора. — Не принимай это близко к сердцу. — Дейенерис дергает за кожу, проверяя, правильно ли она наложена, и Дрогон качает головой. Она смеется, гладит жесткую чешую, как погладили бы кошку. — В последнее время он и его братья почти ничего не ели. Я не думаю, что им нравится Север. Фырканье Сансы удивляет и ее саму, и Дейенерис, улыбка королевы становится теплее. Она жестикулирует так вежливо, как только может, в ответ на болтовню Дейенерис, ее щеки и нос сильно покраснели. — Может быть, это из-за холода. — Твой брат действительно предупреждал меня, что зимой не до шуток. Хотя, признаюсь, я предполагала, что он преувеличивает. — Это не так. — Санса со смехом качает головой. — Нас всегда предупреждали об этом. Я никогда раньше по-настоящему не переживала зиму. Я не уверена, насколько все может стать ещё хуже. — Все всегда может стать хуже, чем ты можешь себе представить. — Тихо говорит Дейенерис, смахивая с седла Дрогона едва заметный слой снега, который успел скопиться. Она запинается, оглядываясь на Сансу. — Я не ожидала увидеть тебя до своего возвращения, но я хотела поблагодарить тебя. — Это у тебя есть цифры и драконы. Я просто указала на то, что было правильно, на то, чего окружающие тебя мужчины слишком упрямы, чтобы увидеть. — Я уверена, Тирион знает, что ты была права. Он был причиной, по которой я не полетела в город, когда у Серсеи было вдвое меньше сил, чем сейчас. Мне хотелось бы думать, что он тоже сожалеет об этом. Я бы подумала, что он понял, что пассивная игра ни к чему меня не приведет. — Раньше я думала, что он самый умный человек, которого я когда-либо встречала. Теперь я уже не так уверена. Улыбка Дейенерис нежная. Настоящая. — Я думаю, что это первый раз, когда мы о чем-то договорились. — Да, я полагаю, не так ли? Дейенерис выдыхает смех, похожий на туман в вечернем воздухе. — Тогда я к этому не привыкаю. Санса улыбается, глядя себе под ноги, и чувствует себя совсем как та девушка, которая когда-то благоговела перед принцами. Рыцари в сияющих доспехах раздают розы. Вместо этого королева Таргариен готовится к битве. — Я хочу извиниться за ту ночь, ваша светлость. За то, что я сказала и так выбежала. Это было… — Вполне простительно. — Хмурится Дейенерис. — С моей стороны было неправильно втягивать тебя в эту ситуацию. — О. — Санса не уверена, что сказать, ее лицо пылает. — Все в порядке. — Это не так, но я все равно благодарю за твоё прощение, леди Старк. — Просто Санса. — Поправляет она, глядя Дейенерис в глаза. — Если мы хотим быть друзьями, я бы предпочла обойтись без формальностей. — Друзья? Это то, чем мы должны стать? — Глаза Дейенерис танцуют, на ее щеках нарисованы красивые полумесяцы. — Тогда, Санса. Пожалуйста, прости меня. Санса переваривает то, как звучит имя у нее на языке. Она произносит с осторожностью, как будто это было что-то нежное, что-то важное. — Нечего прощать. — Хорошо. — Щеки Дейенерис краснеют, когда она отводит взгляд к темнеющему небу. — Возможно, когда я вернусь, мы сможем продолжить этот разговор. Санса склоняет голову. Наблюдает, как она похлопывает Дрогона по крылу, и видит, как он опускает его, чтобы она могла забраться в седло. — Я с нетерпением жду этого. — Как и я. — Дейенерис говорит властно, выглядя очень похожей на своих предков, о которых рассказывала ей Арья. Она увидела в ней многое от Висении и Рейнис. Она вообще не видела её отца. — Я прощаюсь с тобой. — С тобой тоже. — Говорит Санса, но это бесполезно, и смех Дейенерис звучит как звон колокольчиков, когда дракон взлетает. Когда она наблюдает за её полетом, она замечает фигуры на куполе, явно наблюдающие за ними. Давос и Варис. Что-то в этом заставляет ее чувствовать себя маленькой. Она отворачивается и направляется в свои покои. Неудивительно, что сны полны ею.----------------------------------
