Oh, Dear

      Сириуса разбудили раздававшиеся с нижнего этажа неразборчивые крики, и он сонно потянулся и провел рукой по холодной простыни.       Пусто.       Тяжело вздохнув, он поднялся, засунул ноги в тапочки и вышел из комнаты, чтобы выяснить, что произошло.       «Вот они, прелести родительства, о которых все говорят» — подумал он сонно.       Северуса он нашел на лестничной площадке второго этажа: тот крепко прижимал рукой Драко Малфоя к стене за горло.       Ну что ж… рано или поздно это должно было произойти.       — Та-а-а-к, — протянул Сириус, выставив перед собой ладони, — давайте-ка все успокоимся.       Поразительно, но Снейпу удавалось выглядеть весьма угрожающим, даже несмотря на домашний пушистый халат и тапочки.       — И чем это ты тут занимаешься с парнем, мелкий ты говнюк?       — Не. Могу. Дышать…       — Вот и славно.       — Ладно, Сев, остынь, пожалуйста…       — Какого хрена? — к ним присоединился ошарашенный Гарри. — Сириус, что за хуйню творит твой мужик?       — Северус, хватит душить проклятого пацана!       Следующие неловкие пару минут Гарри пытался оттащить в сторону Северуса, повиснув у него на руке, все одновременно выкрикивали что-то, а Сириус следил за тем, чтобы Драко Малфоя все-таки не прикончили ненароком.       — Я люблю его! — выкрикнул кто-то: это не был он сам и совершенно точно не был Северус.       — Что? — Гарри застыл, так и повиснув на Снейпе. — Да заткнитесь вы! Что ты сказал?       — Что? — повторил он снова, когда все затихли.       — Я… эта свадьба… не моя идея. Я люблю тебя, Поттер. Очевидно же?       — Понятно, — протянул Снейп и, как положено чуткому и воспитанному человеку, каким он являлся, соизволил выпустить горло Малфоя из захвата.       — Ты любишь меня?       Драко рассеяно потер кадык и моргнул.       — Ну, разумеется. Еще со школы. Ты что, тупой, Поттер?       — Ого, — Гарри замялся. — Ну… я тоже тебя люблю. Но ты наверняка это знаешь.       — Нет, вообще-то я не знал, — ответил Драко с мягкой улыбкой.       Они смотрели друг на друга теми мечтательными нежными взглядами, которые появляются у влюбленных, когда им кажется, что они одни во всем мире, и даже если Вселенная прямо сейчас схлопнется, их чувства вечны. Ох уж, эта юная любовь.       Блевать тянет.       — Прошу прощения, мы вам не мешаем? — нетерпеливо пробурчал Северус.       Сириус поддержал его:       — Да, ребят, идите уже в свою комнату, честное слово.       — Серьезно?       — Вполне.       — И никто не попытается прикончить меня во сне, или что-то вроде того?       — Не сегодня, Драко, — с непроницаемым выражением лица ответил Северус. — Иди, мне нужно сказать пару слов мистеру Поттеру.       Драко поежился.       — Северус. Не говори отцу.       — Ты не в том положении, чтобы торговаться, пацан. Пошел.       Парни обменялись еще одним взглядом прежде, чем Драко скрылся на лестнице выше. Сириус последние пару недель не слышал, как он пытался улизнуть из дома по утрам, и уже даже надеялся, что Гарри хватило ума расстаться с засранцем. Очевидно, нет.       Сириус вздохнул. Проклятые Малфои, как же он их ненавидел.       — Профессор…       — Поттер. Надеюсь, ты понимаешь, во что ввязался.       — Э-э-м… да, сэр.       — Разумеется, нет, как и всегда, впрочем. Тебе стоит подумать о его семье — поверь, они сделают все возможное, чтобы превратить твою жизнь в ад, — и о девушке. Она живой человек, и у нее есть чувства, так же, как и у тебя.       — Я даже и не думал, что из-за этого может быть столько проблем.       — Еще как может, — вздохнул Северус. — И еще, Поттер.       — Да?       — Ты знаешь, что он из себя представляет. Не позволяй этому чистокровному засранцу бегать вокруг и помыкать тобой. Ты — великий Поттер, наш спаситель и местная знаменитость. Веди себя соответственно.       — Да, сэр, — губы Гарри дрогнули в слабой улыбке.       — Если хочешь быть с ним — скажи, ради всего святого! Если нет — отправь восвояси, пусть женится на девице, — Северус заметил, что Гарри неловко переминается с ноги на ногу, и вздохнул. — Ну все, иди. Не смею больше задерживать. И передай Драко, чтобы не вздумал сбегать до завтрака — мне и ему есть, что сказать.       Сириус взглядом посоветовал крестнику сделать, как сказано, а после кивком головы поторопил его.       — А ты весьма сексуален в роли решающего проблемы папочки.       — Едва ли, — Северус устало потер переносицу, а потом усмехнулся. — Что, правда?       — О, да. И ты за пять минут разрулил то, с чем я не мог справиться пять недель!       — Я много практиковался… погоди, ты сказал «недель»? Блэк, только не говори мне, что ты знал об этом так давно?       — …нет. Я узнал только что, как и ты.       — Какой же ты отвратительный лжец, — закатил глаза Северус. — Иди ко мне.       Сириус тут же заключил его в объятия.       — Как же так вышло, — игриво начал он, — что ты позволяешь чистокровным засранцам бегать вокруг и помыкать собой, но не Гарри, а?       — Я идиот, Блэк, и принимаю ужасные, ужасные решения. Я думал, что это очевидно. И более того, я уже слишком стар, чтобы что-то менять.       Сириус усмехнулся. Иногда это мужчина был удивительно мил.       — Понятно. А я уж было подумал, это оттого, что я тебе нравлюсь.       Тот, кто не знал Снейпа достаточно хорошо, сказал бы, что взгляд, который он поднял на Сириуса, был полон любви.       — С чего ты только это взял? — вкрадчиво спросил он.       Сириус подозревал, что очень немногие были знакомы с этим почти нежным тоном в бархатистом голосе, от которого все внутри переворачивалось и становилось тепло и сладко.       — Уже поздно, — сказал его любовник, переплетая вместе их пальцы. — Идем обратно в постель.       На следующее утро Сириус и Гарри завтракали и усиленно делали вид, что не слышат, как Северус распекает Драко в гостиной наверху.       — Неужели вы правда думали, что он не заметит? — спросил Сириус.       Гарри вздохнул.       — Да знаю я. Но Малфой так и думал. А ведь я предупреждал, что Снейп может быть тем еще говнюком. Чертовы слизеринцы!       Сириус нахмурился.       — Ты уж не сердись на Снейпа. Веришь или нет, это его способ проявить заботу.       — Да, я в курсе, — пожал плечами Гарри. — Он все еще не потерял привычку присматривать за нами.       Сириус молчал, наверное, целую минуту. Мерлинова борода, он изо всех сил старался не влюбиться в засранца, но тот в этом совершенно не помогал.

***

      Северус пристально разглядывал свое лицо в отражении, пока проходил по челюсти лезвием опасной бритвы, но, прервавшись на миг, зажмурился и вздохнул. Какого черта он творит?       Он не готов.       Когда Робин пригласила его провести вместе выходные, он согласился, не раздумывая. Это казалось хорошей идеей — верный способ доказать самому себе, что он способен на нормальные, здоровые, гетеросексуальные отношения. И только приехав сюда, он начал задумываться — так ли оно ему нужно? О чем им вообще разговаривать? С Блэком все было так просто. Никакого неловкого молчания, никаких нелепых беспокойных мыслей о том, что подумает другой.       Северус еще не спал с Робин, и, очевидно, именно для этого и были запланированы выходные.       Когда он думал об этом, что-то постоянно екало в сердце, но совсем не так, как при мысли о Блэке. Не… приятно.       — Отрасти уже себе пару яиц, — мрачно бросил Северус отражению в зеркале.       Он бывал в ситуациях и хуже. И справлялся с ними. Как и Робин — это то, что объединяет их двоих. А единственная причина, по которой происходящее так пугало его — то, что так для него будет лучше. А Северус Снейп был приучен желать совершенно противоположного.       Он вернулся к бритью, сосредоточившись только на выверенных движениях руки и скрежете лезвия, оголяющего бледные участки кожи.       Закончив, Северус ощутил себя почти готовым к бою.       Нет, не к бою, торопливо одернул он себя.       Просто готов.       Для отдыха они выбрали маленький коттедж на берегу океана, неподалеку от тихой магловской деревеньки — Северус высоко оценил такое уединенное место. И, как он и подозревал, в коттедже оказалась лишь одна кровать. Запаса сонных зелий в этот раз при нем не было: наверняка будет странным, если к ночи он впадет в спячку. Кроме того, на задворках вечно скреблась тревожность: вдруг что-то случится? Надо быть начеку.       Так что, вероятно, его ждали две ночи без сна.       Днем они с Робин гуляли вдоль кромки океана, и говорили о работе — точнее, она говорила о последнем задании, а Северус внимательно слушал. Робин рассказывала о детстве, о том, как росла в магловской семье в Лондоне, о брате, который торгует бытовой техникой, и двух малышках-племянницах, которых она любит как родных дочерей. Она не настаивала на ответной откровенности, и это Северус тоже оценил.       — Мой отец тоже был маглом, — вот и все, что он сказал.       Впрочем, Робин наверняка могла бы узнать о нем все сама, если бы захотела — в конце концов, он был самым знаменитым волшебником Англии после Гарри Поттера. Возможно, она уже все разузнала. Он бы на ее месте так и поступил. Вечером они поужинали в ресторанчике на берегу, где была весьма простая еда, а кроме них двоих и пожилой пары за дальним столиком никого не было. Северус уверен, что все это уединение и скрытность — специально для него. Он был польщен и благодарен Робин за такую внимательность, за желание устроить все как можно комфортнее для него. Северус ненавидел людные места. Ненавидел, когда кто-то узнавал его или пристально разглядывал. Блэк то и дело таскал его в переполненные шумные заведения в центре Лондона просто потому, что где-то услышал, что они «на пике», утверждал, что ему обязательно понравится и совал вилку с едой к самому лицу, требуя: «попробуй, Северус».       «Тебе нравилось видеть его таким», — напомнил внутренний голос.       Вовсе нет, оборвал Северус. Мне всегда было до жути неуютно.       Он попробовал представить Блэка в месте вроде этого. О, тот мгновенно занял бы собой все пространство, притянул бы взгляды к себе, как положено звезде. Был бы так же неуместен, как корнуэльский пикси в посудной лавке. И несомненно очаровывал бы всех вокруг одной-единственной нахальной улыбкой.       Ночью Северус неловко заключил Робин в объятия и вновь почувствовал себя как прежде — убогим, неполноценным, слишком тощим и недостаточно мужественным. Робин была отзывчива и добра, а он, лаская ее мягкое податливое тело, невольно вспоминал крепкую грудь и широкие плечи Блэка, и испытывал от этого уколы вины.       «Ты не должна быть доброй ко мне, я этого не заслуживаю», думал он. «Я просто недоразумение. Если бы ты только знала…»       — Спасибо, — произнесла Робин после, — это было мило.       И даже его малого опыта хватило, чтобы понять, что это был отнюдь не восхищенный отзыв.       А когда он вернулся из этого «отпуска», они с Блэком ссорились неделю подряд.       Непонятно, связано ли это, или нет.       Северус продолжил видеться с Робин — они ходили вместе пить чай или заказывали доставку еды в ее квартиру, а потом по отдельности чистили зубы, складывали одежду в аккуратные стопки, убирали лишние подушки и, погасив свет, ложились спать в ее чопорной аккуратной спаленке.       Ничего восхитительного или хотя бы романтичного, да, но это было спокойно и надежно, как он и ожидал, без всяких сюрпризов и волнений. То, что надо. Блэк, кстати, по-прежнему не оставлял попыток перетрахать весь Лондон. Иногда Северус задавался вопросом — если сложить показатели IQ всех партнеров Блэка, дотянет ли полученный результат до показателя самого Сириуса?       Впрочем, ему было плевать. Теперь у него была Робин.       — Мерлинова борода, Нюнь, только не говори, что тебе на самом деле нравится трахать это? — выпалил Блэк.       «И вот этому человеку ты позволил засунуть в себя член, Северус», подумал он. «Он, кстати, все такой же кусок дерьма, каким был в школе, заметил?»       — Не представляю, как ты вообще заставляешь себя возбудиться, — продолжил Блэк тем временем, и кулак Северуса непроизвольно сжался. — Признайся: ты фантазируешь, как скачешь на моем члене, когда надо кончить в нее?       Северус грохнул кулаком по столу и поднялся, доставая из кармана палочку. Одно неуловимое движение — и острый кончик уже вжался в сонную артерию Блэка достаточно сильно, чтобы перекрыть доступ воздуха.       — Не забывай, с кем разговариваешь, Блэк, — прорычал Северус.       Он никогда… он не представлял такого больше трех или четырех раз.       Ублюдок.       Блэк выдавил хриплый смешок.       — Иначе что?       Что? Северус не знал. Но, если подумать… да. Самое время.       — Я ухожу от тебя, — ответил он, и улыбка пропала с лица Блэка.       Он отбросил палочку Снейпа ладонью в сторону.       — Не посмеешь.       — Не посмею? Да мне плевать на тебя. Плевать.       — Но не на то, чтобы быть как следует оттраханным. Не плевать на мой член во рту, о котором ты так умоляешь — честное слово, никогда раньше не видел того, кто так отчаянно молил бы о члене, как ты!       — Больше нет, — буркнул он, пряча палочку в карман, и решительно направился из кухни в коридор.       Блэк последовал за ним.       — Куда ты?       — Домой. Я же сказал, что ухожу. Не пиши мне больше.       — Только потому, что я посмеялся над твоей подружкой? Да ладно, Сев, не будь таким ребенком, я же не знал, что тебя это так заденет. Так и быть, больше я не стану об этом говорить. Блядь.       — Вот именно, у меня есть подружка, — Северус схватил с вешалки пальто и принялся яростно запихивать руки в рукава, — это правильно и нормально, и я доволен, а то, что мы с тобой творили, просто отвратительно, и, может, ты не заметил, но я это ненавидел! Я не гребаный квир, так что отъебись от меня!       — Как и я! Я люблю женщин, если ты не заметил. Ты же видел всех этих красоток, с которыми я спал, Северус? Думаешь, гей бы мог с ними переспать?       — Да, я видел, кусок ты дерьма, — я убью тебя за это.       Северус с силой распахнул дверь.       — Куда ты собрался?       — Ухожу! — крикнул Северус. — Пошел ты нахуй!       И изо всех сил захлопнул дверь прямо перед блядским лицом Блэка.       «Скатертью, блядь, дорожка», подумал он, стоя на пороге и сердито втягивая ноздрями холодный воздух.

***

      Сириус, пылая от гнева, сверлил взглядом входную дверь.       Ублюдок, ублюдок, ублюдок!       Да как он посмел?       «Я убью его», подумал он. «Я выкраду его, притащу сюда и силой заставлю остаться со мной навсегда.»       — Сам пошел нахуй, уебок,— пробормотал он.       Входная дверь распахнулась так яростно, что со всей силы ударилась о стену и с грохотом отскочила. На пороге — Северус, свирепо сверкающий глазами, со стиснутыми кулаками.       — Ты что, собирался просто дать мне уйти?       — Нет, — Сириус схватил его, как хищник добычу, втянул в дом и грубо поцеловал.       С тихим рыком захлопывая дверь, он подумал коллопортус, подумал, гребаный двойной коллопортус. Если Гарри вернется, то подождет на улице.       — Выеби меня.       — Я… именно это и собираюсь сделать, — Сириус толкнул его к стене, сорвал с плеч пальто и завозился с молнией на ширинке.       — Быстрее.       — Я стараюсь! — он ощупал себя, понял, что не взял палочку, и с тихими ругательствами трясущимися пальцами вытащил палочку Северуса из заднего кармана его брюк.       Одно быстрое заклинание — и брюки Снейпа оказались на полу вместе с бельем. С его рубашкой Сириус управился сам: с яростным вздохом он буквально разорвал ее, так, что пуговицы посыпались в стороны, и обнажил гладкую бледную кожу груди с черными волосками и светло-розовые соски.       Сириус накрыл его собой. Сбивчиво прошептал заклинание для смазки. Покатал твердую горошинку соска между пальцами, и Северус издал рваный вздох, запрокинув голову и раскрыв оцарапанные щетиной губы, словно дешевая шлюшка из Лютного. Все мысли покинули его голову. Все, кроме настойчивого мой и необходим.       Сириус отбросил ставшую ненужной палочку, грубо стянул вниз свои джинсы и буквально прорычал:       — Сейчас я тебя как следует выебу, сученыш.       Северус не позволил себя развернуть, положив ладонь на плечо Сириуса.       — Нет. Вот так, — попросил он. — Я должен видеть тебя.       Сириус кивнул.       Так они еще не трахались, но оба как будто знали, что надо делать. Словно репетировали заранее. Северус обхватил его плечи, и Сириус приподнял его, одновременно выпутавшись из повисших на лодыжках джинс, чтобы обеспечить себе большую свободу, и подхватил под колени. Им потребовалось несколько неуклюжих попыток, прежде чем Северус сумел опуститься на его член, оперевшись спиной о стену, но сделал он это просто божественно: на всю длину разом, с одним тихим долгим вздохом. Сквозь туманную дымку похоти на миг промелькнуло удивление, что у них вообще получилось такое провернуть: Северус достаточно высокий, и, да — он худой, но отнюдь не легкий.       — Чувствуешь, ублюдок? — выпалил Сириус, начиная рваные толчки.       В ответ прозвучало нечто неразборчивое.       — Получай мой член, гребаный педик.       Глаза Северуса закатились от удовольствия:       — Да, да, да…       — Только взгляни, как ты заглатываешь мой член, пидор, посмотри, как я трахаю тебя. Ты любишь это, не так ли, пидор?       — Люблю… я люблю… о, Боже, да!       — Твоя дырка предназначена для моего члена.       В глубине глаз Северуса сверкнуло нечто темное.       — И это единственное место, где ему отныне положено быть, ты понял? Тебе лучше не совать его в кого-то другого. Потому что я, блядь, прикончу их.       Сириус отрешенно кивнул.       Северус обхватил пальцами его лицо, с силой вцепившись в челюсть.       — Посмотри на меня. Я сделаю это, Сириус.       — Я знаю, — ответил он.       Так и было, он знал.       — Я… я прикончу… ох, ебать, ты как будто меня сейчас напополам разорвешь.       — Блядь, одну секунду, — он сдвинул его чуть выше, чтобы изменить угол проникновения, вжался сильнее и застыл.       Северус — как это вообще возможно? — развел ноги шире, так, что Сириус скользнул еще глубже внутрь, и издал сломленный стон.       — Если хочешь мой член, то скажешь этой суке, что все кончено, Северус.       — Да. Плевать. Что угодно.       — Ты скажешь сегодня же, — прорычал Сириус.       — Как пожелаешь. Просто не останавливайся.       — Не вздумай меня провести, мелкое хитрое дерьмо.       — Еще. Скажи мне. Скажи, кто я.       — Ах… ебаный квир. Заглатываешь члены так, как будто, блядь, был рожден для этого. Лучший членосос в моей жизни. Ты был создан для членов, Северус, ты знаешь это? — как в бреду бормотал он. — Кто угодно догадается, что ты подставляешь мне зад. Они поймут это, стоит только на тебя взглянуть. Не забывай это. Они буквально могут почуять меня на тебе, — хрипло прошептал Сириус ему на ухо. О, как бы он хотел, чтобы это и впрямь было так.       Северус вцепился в его плечи и вскрикивал каждый раз, когда Сириус опускал его на член, издавал тонкие нечеловеческие звуки, которые выстреливали в голову зарядом чистой, неразбавленной похоти.       — Твой член создан, чтобы трахать меня.       — Да… да, так и есть. Он твой, Северус. Тебе это нравится? Этот член принадлежит тебе, пользуйся им, как пожелаешь.       — Мой, — не дрогнув согласился Северус, — весь мой. О… я ща кончу, ща кончу, ах… ща… ах!       В его голосе прорезался давно забытый акцент — тот, с которым Снейп впервые прибыл в Хогвартс, и Сириус довольно ухмыльнулся: он совершенно его довел. В этом, собственно, и была цель.       — Хороший мальчик, — ласково ответил он. — Давай, кончи для меня. Ты такой молодец. Просто совершенство.       Сириус вжал его в стену, сделал всего один толчок — глубокий, грубый и прицельный, прямо в простату — и замер. Этого оказалось достаточно: Северус кончил с глубоким надрывным стоном, сперма брызнула пульсирующими толчками, словно фонтан, и тогда Сириус позволил себе сделать еще одно, последнее движение, и оргазм накрыл его так, что в глазах потемнело.       — Черт, — выдохнул он, опустив ноги Северуса и выскользнув из него еще до того, как закончил содрогаться от удовольствия.       Северус бессильно сполз по стене, а он рухнул следом и накрыл его собой. Оба они теперь были перепачканы и совершенно истощены.       — Охуеть, — произнес Сириус сквозь тяжелое дыхание. — У меня чуть сердце не остановилось. Это был перепихон высшего класса, малыш.       Он приподнялся, накинул на плечи Северуса свой пиджак и свел разорванные края его рубашки, а потом наклонился, чтобы поцеловать в уголок губ. Но тот лишь отвернул голову и пустым взглядом уставился в стену.       Все послеоргазменное хорошее настроение смыло ледяной волной.       — Сев.       Снейп проигнорировал его. Он потянулся за своими брюками и поднялся на дрожащих ногах — ему даже пришлось ухватиться за стену, когда его повело вбок. Затем, рассеянно моргнув, с трудом всунул ноги в ботинки, накинул пальто на плечи и направился к двери. Подергал ручку без особого результата. Выругался сквозь зубы и вытащил палочку, чтобы снять наложенное Сириусом запирающее заклинание.       — Сев, нам надо это обсудить.       На самом деле он хотел сказать: прошу, не загоняйся, не переживай обо всем этом, тебе совершенно не нужно прятаться и убегать, малыш, мы ничего плохого не сделали…       Но в итоге из его рта вырвалось только:       — Сев.. не… Северус. Просто…       — Мне надо идти, — промямлил Снейп.       — Сев. Пожа… ох, да ладно!       Очередной хлопок дверью прямо ему в лицо. Пора бы уже привыкнуть.       Сириус открытой ладонью ударил по стене и исторгнул длинную очередь проклятий.       Этот змееныш. Этот проклятый змееныш.       Северус прав. Им действительно лучше ни с кем другим не встречаться. В конце концов, как иначе они вообще смогут заставить эти отношения работать? Они оба. Два самых проебанных представителя своего поколения. Может, все это уже чересчур? Может, будет к лучшему закончить все сейчас, пока не стало слишком поздно? Сириус подумал, что стоит все это обсудить, когда они увидятся в следующий раз.       Вместо этого в следующий раз он сказал:       — Ну что, ты уже расстался с той сучкой, Северус?       Ему нужна серьезная помощь.       Желательно, целый штат профессионалов, которые будут следовать за ним по пятам круглые сутки.       Мерлинова блядская борода.

***

      — И что ты сделаешь, если нет?       Конечно, он сделал это. Выяснилось, что Сириусу Блэку достаточно просто приказать, и он тут же бросится выполнять все, что тот скажет.       Блэк заколдовал высокую стопку грязной посуды. Северус наблюдал, как тарелки грациозно взмывали в воздух и по плавной дуге перемещались в раковину одна за другой. Глаза слипались. Может, если бы он хотя бы немного поспал ночью, сейчас у него не путались мысли.       — А что бы ты хотел, чтобы я сделал? — парировал Блэк.       Северус вздохнул. Он слишком устал для всей этой блэковской доминантной хуйни. Слишком устал для притворства. Слишком устал, чтобы играть в их обычные игры с подколками.       — Расстался. На прошлой неделе.       — Правда? — лицо Блэка засияло детским восторгом. Что ж, это почти стоило того, чтобы быть с ним милым.       — Да.       Это было… никак. Затянуто и скучно. Как будто ему нужно было еще одно напоминание о том, что на самом деле он злобный чокнутый извращенец. Ему было совершенно плевать. Да, здорово было на мгновение притвориться, что ему не все равно, но это было именно что притворство. Забавная фантазия. Он когда-то был влюблен, но, очевидно, больше такого не произойдет. Он был одержим Блэком — его членом, его потрясающим телом и идеальным лицом — но он совершенно точно не мог быть в него влюблен. Любовь вообще не для таких, как он. Теперь, спустя столько лет, он знал это наверняка.       Северус сел на большой кухонный стол и поставил ноги на сиденье стула рядом. Достал сигарету, встряхнул и прикурил с помощью пальцев.       — А это значит, что отныне ты прекращаешь совать свой член под чьи-то юбки.       — Я знаю, — ответил Блэк.       Северус выпустил облачко дыма уголком рта.       — Вот и славно.       Сириус пересек комнату, выхватил сигарету из его пальцев и затушил ее в раковине:       — Сколько можно повторять, Северус: не кури это дерьмо в доме!       В ответ он лишь пожал плечами и ухмыльнулся — соблазнительно, хотелось бы верить.       — И что прикажешь мне с тобой делать, а? Мелкий ты слизеринский говнюк.       — Уверен, у тебя уже есть на этот счет мысли.       — О да, из-за этого-то я и переживаю.       — К чему это ты?       — К чему я? Ну ладно. Я к тому, что если ты хочешь этого славного члена, принцесса, — если хочешь, чтобы я трахал тебя так, как, знаю, ты хочешь быть оттраханным, — тогда тебе пора научиться подпускать меня к себе после. Я не хочу чувствовать себя засранцем каждый раз после секса. Для меня это не весело. Я на такое не передергиваю. Понятно?       Кажется, тут назревала самая настоящая гриффиндорская пропаганда. Что ж, стоило ожидать.       Северус открыл было рот, чтобы сказать: ты же на самом деле не веришь во все это, верно, Блэк?       Он-то мог притворяться сколько угодно, но что касалось Блэка — тот все еще был истинным гриффиндорцем.       Но Северус подумал дважды и закрыл рот. Они достаточно поругались в прошлый раз.       — Да, понятно, — просто ответил он.       — И никаких больше побегов после, как будто ты совершил преступление и тебе блядский взвод авроров наступает на пятки. Это не обсуждается. Сделаешь так еще хоть раз — и с меня хватит. Даже если за тобой на самом деле будут гнаться авроры — мне плевать. Ясно?       — Более чем.       — Если тебе после секса нужно время, чтобы прийти в себя — просто скажи, и я не буду к тебе лезть. Но больше никаких дыр в форме Снейпа в моих входных дверях, хорошо?       Северус просунул палец в щель между досками стола и провел по неровному краю. Он не поднимал взгляда на Сириуса, но кивнул в знак согласия.       — Отлично. А теперь можешь повторить ту сексуальную ухмылочку, что ты делал недавно? Она меня заводит.       — Вот эту?       — О да, ее самую.       Сердце Северуса сладко забилось, и он приказал ему перестать.       Хорошо было, подумал он, когда вместо сердца была бездонная черная дыра. Она-то точно не сжималась от восторга как идиотка из-за проклятого Сириуса Блэка.