Когда прошлое стучится в дверь

      Дела. Их скопилось немало за эти дни. Решать их сейчас, вероятно, не имело примерно никакого смысла. Но Гарри упорно пытался. То ли сбегая, то ли спасаясь. Была ли разница… Мысли путались, сосредоточиться не то что на делах, хотя бы на чем-то не получалось категорически.       «Мистер Поттер, как вы прокомментируете слухи о вашем романе с бывшим Пожирателем Смерти?» — Прокомментирует, чтоб вы шли нахрен… Чрезвычайно прыткая молоденькая журналистка порождает в нем желание швырнуть в нее непростительным. Чтобы не выросла в очередную Скиттер.       «Гнусная, омерзительная ложь», — сдержанно отозвался он.       «Ложь, говоришь?..» — мурлычащий голос Драко и его горячее дыхание обжигали, пуская табун мурашек по коже.       «Уйди», — хрипло выдохнул Гарри, тщетно пытаясь отцепить от себя Малфоя. Не до него сейчас. Но отцепляться Драко не хотел, наоборот, губами терзал шею, прежде чем сползти к его ногам, такой соблазнительный в своей слизеринской мантии, хитрым взглядом.       С губ едва не сорвался стон.       «Ну ты еще вздрочни в кабинете».       Усмешка Лорда пронзила каленым железом, в миг разрывая ту паутину из воспоминаний, мыслеобразов и фантазий, что оплела разум.       — Нахрен иди, — хрипло выдохнул Гарри, чуть кашлянув и садясь в кресле равнее.       Глянул на документы перед собой и почувствовал как его настигла головная боль, надоедливая как писк комара.       Некоторые документы он перечитывал раз по пять… А потом захлопнул папку и зашвырнул в ящик письменного стола. Где-то внутри зазвенел потревоженный маховик. Мысль о нем кольнула, но аврор остервенело качнул головой.       Довольно. Не сейчас.       Напустив на себя важности и отдав необходимые распоряжения на время своего отсутствия, Гарри отправился «по делам в город». Выходя из лифта, столкнулся с Кларэнс. Подняв глаза от книги, та захлопала ресницами:       — Мистер Поттер, — выдохнула она растерянно. — Забыли что-нибудь?       — В каком смысле? — нахмурился Гарри, потеснив собеседницу в сторону, чтобы не мешать другим желающим покинуть кабинку.       — Ну… — девушка смутилась, заколебавшись, нервно стянула очки, чтобы протереть их шарфом, который, казалось, никогда не снимала. — Мы ведь столкнулись на выходе. Я выскочила купить кофе, а вы спешили куда-то по делам. Не помните? — Смущенно засмеялась. — Это нормально. Меня всегда не замечают.       Нет. Не нормально. Кларэнс вовсе не была невидимкой или призраком. За остальных не отвечал, но не для него…       — Да нет, просто… — начал было, но умолк на полуслове. Осознание происшедшего, точно обухом, ударило его голове. И перед глазами на миг поплыло.       Идиот!       «О, ты решил прислушаться к моему мнению о себе?» — усмехнулся Риддл, не удержавшись от того, чтобы вставить свои несколько кнатов.       — Заткнись, — процедил Гарри, бросаясь через холл к выходу, оставляя девушку растерянно смотреть себе вслед.       Сердце бешено колотилось, словно он словил тахикардию. Хотя, скорее, его состояние было ближе к панической атаке. Но на нее отчаянно не оставалось времени. Скорее. Покинуть министерство. Не бежать. Уверенный быстрый шаг. Не привлекая внимания. Стоически игнорировать все еще дежуривших у ворот журнашл…истов. Игнорировать и яростную боль в груди. И невозможность нормального вдоха. И только после трансгрессировать.       Главное не промахнуться, возможно, на счету каждая секунда, а потому Гарри представил не просто квартиру Гермионы, но Драко в ней. И переместился на кухню. На столе остывающий жасминовый чай. Драко стоял справа от окна, чтобы не попасть в чей-нибудь объектив. Окна, чье стекло разбилось вдребезги ровно в тот миг, когда он заключил Малфоя в объятья, закрывая собой. Но прежде с губ его сорвалось:       — Мэтро Хьягарэ!       Град осколков летел в них подобно тысячи мелких кратциусов, но был встречен мощным щитом из магии.       «Ты психанул?»       — Слегка, — мысленно рыкнул Гарри, в реальности лишь обеспокоенно осматривая потрясенного Драко. Не задело? — Первое, что пришло в голову.       И тут же отмахнулся. Не до тебя!       Сняв заклинание, кинулся к окну, чтобы увидеть… Себя. Шокировано отшатнувшегося прочь.       Не думая больше ни доли секунды, буквально поймав мгновение чужой растерянности за хвост, совершил трансгрессионный рывок. Туда, на улицу. Едва материализовавшись, немедленно наложил на самозванца антитрансгрессионный сглаз. Тот только и успел, что нервно дернуться. Не ожидал. Конечно, ведь по его прикидкам, Поттер должен до ночи разгребать дела и свалившиеся на голову проблемы. Которые он и устроил? Гнев накрыл с головой, и следующим с губ сорвались заклинание.       Завязался бой.       Гарри никогда не видел, как у магглов происходит дуэль на шпагах. Но что-то ему подсказывало, что примерно также: яростные выпады, хлесткие удары, тактические парирования. Только лязг металла вместо заклинаний. Умелый и даже наглый, противник был напорист и яростен, заставляя Гарри то и дело уходить в оборону. Вот же Моргана! А он хорош!       К счастью, улица давно опустела, и можно было не сдерживать себя, отвечая в полную силу. Впрочем, у них разные задачи. Гарри хотел взять противника живым. Чтобы узнать, кто он. Узнать мотив. Услышать признание. Чтобы предъявить преступника общественности.       И каким бы сильным ни было желание пропустить через самозванца кратциус во всей его ужасающей красе или пустить его на лоскуты с помощью сектумсемпры, заставляя пройти все то, через что прошел Драко, но… Он ограничился банальным ступетфаем, измотав противника и тем самым отправив в нокаут.       Хрипло выдохнул, едва справляясь с дрожью. Едва не падая следом. Руки тряслись. Конечности вообще, казалось, налились свинцом. Потому Гарри позволил себе краткий миг слабости: стянуть по-дурацки запотевшие очки, согнувшись перевести дыхание. Воздух казался разряженным после разорвавших его заклинаний, и совершенно не насыщал кислородом. Но усилием воли Поттер заставил себя собраться. И надев очки, шагнул к поверженному противнику, чтобы легким полупинком перевернуть того на спину.       Смотреть самому себе в лицо было до невозможности странным. Неприятным, почти до мурашей по спине.       «Я в цилиндре стою.       Никого со мной нет.       Я один…       И — разбитое зеркало…»       Насмешливо хмыкнул Томас в его голове.       — Ты знаком с русской маггловской поэзией двадцатого века? Удивлен. — Поттер чуть насмешливо приподнял бровь. Как-то многовато Темный лорд знал о культуре презренных магглов. Это вам не сказки братьев Гримм, которые читали все.       «Куда больше я удивлен тому, что с ней знаком ты», — фыркнул Томас, явно уловив язвительность Гарри. — «Изумлен даже».       — Вот прямо изумлен? — усмехнулся Гарри, присаживаясь на корточки.       «Изумлен твоему умению так талантливо притворяться безмозглым идиотом, я имею ввиду».       Аврор только обессиленно вздохнул. Чуть качнул головой и немедленно зажмурился, останавливая отчаянно закружившийся перед глазами мир. Неплохо так его измотали…       Коснулся пальцами шеи противника, нащупывая пульс.       Ну, вдруг он неудачно упал…       Пульс оказался на месте. К счастью для расследования и к глубокому разочарованию самого Гарри. Внутри по-прежнему кипел гнев. Торжество над противником нисколько не снизило накала.       Медленно переведя дыхание, пытаясь сдержаться от того, чтобы отпинать этого… человека.       «Что злит тебя сильнее: то, что он натворил, то, что он сделал, притворяясь тобой? Или то, что ты видишь в нем себя?»       Гарри даже замер, задумавшись на мгновение. Потом лишь качнул головой.       — Намекаешь, что никого человек не ненавидит так сильно, как себя?       «Ну не только. Еще он ненавидит за то, что не может позволить себе, но видит в других».       — И что это я хочу, но не могу себе позволить? — коротко хохотнул Гарри, вытаскивая из кармана обычные магловские пластиковые стяжки, которые таскал с собой на всякий случай. Его карманы порой напоминали ту самую бездонную сумку Гермионы. — Устроить массовое убийство и людей пытать?       «Кто знает», — задумчиво отозвался Лорд, так, словно из-за плеча наблюдал за тем, как Гарри затягивает стяжку на руках. От этого ощущения Поттера передернуло. — «Ты знаешь, что эта… хрень может его без рук оставить, если ты перетянешь?»       Гарри почти зарычал. Улегшаяся было ярость вскипела вновь, и он остервенело дернул хлястик, затягивая еще сильнее.       — Если понадобится, я ему и язык отрежу.       — Не горячись так… — Гарри даже не знал, что заставило его подпрыгнуть сильнее: голос Драко за спиной или мягкое прикосновение к плечу. Он резко обернулся, чтобы упереться взглядом в пустоту. И только через мгновение Малфой стянул с себя мантию-невидимку. — Язык ему еще понадобится.       Гарри подавил судорожный вздох.       — Ты с ума сошел, — выдохнул он, озираясь по сторонам. — Тебя могут увидеть!       Оставив в покое преступника, лично накинул мантию на плечи Малфоя, скрывая от глаз посторонних и своих собственных, отсекая желание снова заключить в объятья.       — Вернемся в министерство. Вместе, — добавил Гарри, понимая, что больше не рискнет оставить Драко одного.       Светить лицом, что арестованный носил сейчас благодаря оборотному зелью, было не лучшей идеей. И так много сплетен ходит о нем после выхода статьи. А потому Гарри нашел руку Малфоя, чтобы задать направление прежде чем переместиться к министерству. Вновь отвлекся на самозванца, думая, как бы левитировать этого идиота внутрь и не собрать его головой все косяки и ступени.       «Ты хочешь собрать его головой все косяки и ступени, не обманывай себя», — промурлыкал Лорд в его голове.       А Гарри и не обманывал. Хотел. Но желание — не повод.       Он хотел было ответить, но… каким-то чудом уловив не иначе как движение воздуха, с тихим охом поймал падающего блондина.       — Драко?! — воскликнул он тихо.       — Нормально. Я в порядке… — с трудом выдавил Малфой. Мантия затрепыхалась, в ее складках мелькнули руки Драко, но снимать ее он не рискнул: — Голова закружилась.       На миг Поттера захлестнуло чувство вины. Драко сейчас совсем ни к чему нагрузки… Однако на долгие угрызения совести не оставалось времени: на его счастье, из здания выскочили несколько подчиненных, не иначе увидев явление начальства в окно.       Кивком проводив удаляющегося в сторону морга Драко, Гарри несколькими словами обрисовал аврорам ситуацию и пошел следом за ними, подхватившими преступника под руки. Лично проследил как того заперли в камере. Забрал ключ, наложив на решетчатую дверь заклинание, на случае, если внутри министерства у того существовали подельники.       А они существовали. Какая-то тварь его ведь травила.       «Секретарша? Домовик?»       — А домовик тут при чем? Они министерские. Вряд ли выступят против работников… — поморщился Гарри, направляясь в лаборатории Отдела Тайн. Как бы ему не хотелось вести допрос с использованием кратциуса, куда более эффективной окажется все же сыворотка правды.       «Во имя мира на земле или другой великой цели», — насмешливо фыркнул Лорд. — «Напомнить, как один твой горячий ушастый поклонник чуть было не прикончил тебя раз этак пять за год, пытаясь спасти?»       Упоминание Добби сильно корябнуло, но вместо того, чтобы рявкнуть, Гарри только процедил сквозь зубы:       — Захлопнись. Напомнить из-за кого все это произошло?       «О, ты поддался этому новомодному течению: «Во всем в моей жизни виноваты родители»?” — хмыкнул Лорд.       Гарри едва не задохнулся от возмущения.       — Ты не мой родитель! — выдавил он.       «Значимый взрослый. Велика ли разница?» — по ощущениям, Томас пожал плечами.       Ага. Значимее некуда. Гарри предпочел не отвечать.       Да и не до того ему было.       Спуститься в лаборатории.       Лично забрать у Драко необходимую ампулу.       Выслушать инструктаж.       Вернуться обратно тем же путем.       Откровенно задолбаться уже по дороге.       Но на пороге медленно выдохнуть, возвращая на лицо холодную бесстрастность.       Пройдя в камеру с одним из авроров, тем, что покрепче, Гарри велел усадить преступника на стул. Вскрыл ампулу. И как бы не хотелось влить мерзавцу содержимое целиком, все же не стал. Ему нужны ответы, а не очередной труп. Кто знает, как у преступника обстоят дела с сердцем?.. Вдруг не выдержит.       Преступник задергался, в отчаянной попытке избежать контакта с жидкостью, что развяжет ему язык, но аврор держал крепко. И пострадал в отчаянной попытке разжать челюсти ублюдка.       Вскрикнув, отпрыгнул, зажимая поврежденный палец. По руке его текла кровь. Хрипло засмеявшись, преступник сплюнул кусочек откушенной плоти.       — Простите, мистер Поттер, но боюсь, вам придется обойтись без моей компании, — хищно, как-то психопатично улыбнулся человек с его лицом, продемонстрировав кровавый оскал, прежде чем… вспыхнуть словно спичка.       — Нет! — выкрикнул в сердцах Гарри.       Вот же Моргана!       Бросился к нему, хотя от крика едва не заложило уши. От запаха горелой плоти выворачивало желудок. На ходу достал палочку.       — Агуаменти!       Сорвавшаясь с конца палочки струя воды сбила пламя, спасая обгоревшую плоть от полного обугливания. И крики перешли в хрипы.       — Врача! Быстро! — бросил Гарри аврору, надеясь не иначе как на чудо.       Чуда не случилось.       Так что, не более чем через четверть часа, на столе у Драко оказался очередной труп.       Гарри едва не рычал, испытав не только досаду, но и гнев на негодяя, которому все же удалось сбежать. Пусть и путем уничтожения собственной оболочки. Маячил туда-обратно по моргу. И от неконтролируемой магии едва не трещали колбы с образцами и зельями.       «Успокойся и послушай Рапунцель», — фыркнул внезапно Лорд в его голове.       — Что? — Гарри даже замер от недоумения.       — Я говорю, что тоже не совсем так представлял себе сочельник, Гарри, — сдержанно мягко заметил Малфой, очевидно поняв, что тот опять выпал из реальности. — Но это не повод портить министерское имущество.       Поттер даже недоуменно поморгал пару раз. Сочельник? Серьезно? Судя по лицу Драко — более чем. Вот только не говорите, что он все это время в упор не видел огромной ели, что обычно устанавливали в холле.       «Если я скажу, что это белый шум, тебя это утешит?» — почти ласково мурлыкнул Томас в его голове.       Только Гарри едва слышал его.       — Я сейчас, — сказал он, не то Драко, не то голосу в голове, направляясь к выходу. — Принесу кофе. Дверь запечатаю.       Не хватало, чтобы Малфоя снова обнаружили. А из морга деваться, кроме как выйти в единственную дверь или трансгрессировать, чего пока еще никто не мог, было некуда. Поспешил в холл, чтобы застыть перед роскошной густой елью, увешанной красными и золотыми шарами и искрящуюся, точно падающая звезда.       — Мистер Поттер? — послышался рядом встревоженный женский голос. Он обернулся, снова заставая рядом Кларэнс. Улыбнулся, стремясь скрыть растерянность и смущение. И напряжение в голосе девушки растаяло, она кивнула на ель. — Я тоже никак не налюбуюсь. Жаль, что нынешний сочельник оказался омрачен этими ужасные убийствами и закулисной возней перед выборами… Верно?       Гарри только и смог, что улыбнуться. Немного виновато, чуть сконфуженно. Ощущение, что виноват во всем он, налипло на него пережженной карамелью, что взорвалась ему в лицо. И теперь отдирать ее приходилось вместе с плотью.       «Да просто это Кларэнс слишком сахарно-карамельная. И ель эта…» — фыркнул Риддл, подобно ершистому подростку в пик пубертата.       Гарри только прикрыл глаза, поборов желание их закатить. На ходу вытащив портсигар, зашагал к выходу. Кофе подождет.       — Ты вообще чему-то радоваться умеешь?       «Власти, богатству, могуществу трона», — насмешливо хмыкнул Лорд, а спустя мгновение настроение его качнулось в другую сторону, и он раздраженно фыркнул: — «Напомнить, что я не мог вызвать патронуса?»       — Что говорит о глубокой травматизации или полном отсутствии счастливых воспоминаний, что встречается крайне редко, — вместе с сигаретным дымом выдохнул Гарри цитату из очередной монографии по ЗОТИ, которых в свое время обчитался до позеленения. Дернул уголком губ: — Мне тебя даже жаль.       И не слукавил. Не сфальшивил ни в единой ноте.       «Вот уж спасибо», — съязвил Том. — «В ножки поклониться?»       Гарри только передернул плечами. Помолчав, осторожно спросил:       — Жизнь — это череда душевных страданий?       Лорд же вдруг расхохотался в его голове:       «Пытаешься начать психотерапию мертвеца в твоей голове? А ты амбициозен».       — Я достаточно амбициозен, чтобы баллотироваться в министры магии при полном отсутствии политической чуйки, о чем ты? — отозвался Поттер, упорно игнорируя рухнувшее на голову осознание, что заставило его вздрогнуть. Глубоко затянувшись, насмешливо сощурился. — И вновь великий Темный Лорд обращался к презренной маггловской науке?       «Я пытался решить проблему с патронусом”, — почти легкомысленно отозвался Том.       Гарри предпочел не отзываться, докуривая до фильтра. Он даже представить не мог уровня отчаяния, раз уж Риддл решился на это. Свой уровень он помнил хорошо. Горло до сих пор отзывалось порой поврежденными от ночных криков связками.       А может просто стоило меньше курить…       Определенно. Вот только Драко говорит, что пока это продляет ему жизнь… И хоть воду в кабинете он больше пил, та крыса, что травила его, могла придумать иной способ. Или она лежит сейчас на столе морга? Увы, пока Малфой не дал определенного ответа, они не могли быть уверены, что больше в министерстве нет подельников убийцы.       Докурив, Гарри затушил окурок и поспешил вдоль улицы, сегодня покрывшейся легким налетом пушистого снега. Однако отправился он не за кофе, а совсем в другую сторону, вернувшись в помещения морга с бутылкой шампанского и сладостями. Поймав на себе несколько чересчур понимающих взглядов, сделал вид, что ничего не заметил.       Предупредил на всякий случай о своем возвращении, прежде чем войти в лабораторию, не желая ненароком словить какое-нибудь заклинание.       Но Драко лишь поднял голову, на мгновение оторвавшись от работы. Бровь вопросительно поползла вверх.       — Поттер, ты хоть в курсе, что сухое шампанское не сочетается с шоколадом? Никакое не сочетается, — губы аристократически скривились, высказывая толком не озвученное «фи».       — Я бы с удовольствием накрыл для тебя достойный стол: с сырами, орехами и медами, но мы встречаем Рождество в морге, — Гарри с усмешкой поспешил спустить блондина в простую смертную жизнь. Чуть улыбнулся: — Не капризничай.       Игнорируя наличие мертвеца, от которого по-прежнему тянуло паленой плотью, Гарри прошел внутрь и, прикрыв тело простыней, потянул криминалиста за собой. В кабинет. Все равно мертвецу со вскрытой грудной клеткой далеко не уйти. Усадив в кресло, сдвинул на дальний край стола документы и письменные принадлежности, чтобы сервировать скромный освободившийся участок.       — Еще у нас есть фрукты, — возразил он.       Кроме того, праздник не планировал продлиться долго. Ситуация… Ситуация настолько критическая, что даже министерство — апологет пиров во время чумы, не рискнуло устраивать корпоротивы. Все тихо расползлись по домам.       Качнув головой, трансфигурировал чистые свободные колбы в два изящных бокала для шампанского. Взмахом палочки разрезал апельсины.       Малфой вновь скривился:       — Цитрусы с игристым тоже не сочетаются, — но напоровшись на насмешливый взгляд Гарри только устало вздохнул: — Не так, конечно, я себе Рождество по возвращению в Лондон представлял…       Гарри помолчал немного, но все же уточнил, разливая шампанское по бокалам:       — Поделишься?       — Я надеялся на нежный вечер у камина в Малфой-меноре, возле большой нарядной елки… Не срывать, конечно, сладости и подарки с ветвей, но все же, — смущенно улыбнулся эксперт, чуть передернув плечами, хотел было сказать что-то еще, но Гарри не сдержался:       — Дай угадаю, все, естественно, украшено в слизеринских цветах? — усмехнулся он, протянув собеседнику бокал, едва ощутимо коснувшись кончиков пальцев.       — Естественно, Поттер, ты угадал, — язвительно отозвался Малфой. Чуть сощурился: — Перебьешь поток сокровенных желаний еще раз — кину в тебя силенцио, и будешь играть моноспектакль золотой рыбки. — Гарри только примирительно поднял ладони, и тот, пригубив шампанского, продолжил: — Так вот, возле украшенной елки, нежась под теплым пледом… — Гарри с улыбкой подумал, что тот по-прежнему жуткий мерзляк. — Прижимаясь к… — Драко замялся на мгновение, — … близком человеку. Вот так я себе это представлял.       И заполировал свой рассказ щедрым глотком игристого.       На пару мгновений повисла тишина. А после, не менее щедро отглотнув из своего бокала, Гарри робко коснулся руки блондина. Осторожно заметил:       — Следующее Рождество мы именно так и отпразднуем. Я обещаю. Именно так, как хочешь ты.       Он и не знал толком, на что рассчитывал. Но отведя взгляд, Драко тут же спрятался в очередном глотке, давая себе несколько спасительных мгновений.       А после все же проговорил, не разрывая прикосновения:       — Прости, Гарри. Но… Мне не хотелось бы спешить. Это, конечно, убого звучит, в силу… — не выпуская бокала, он сделал жест, обрисовывая ситуацию. Обессиленно вздохнул: — Но все же.       Поттер едва не отдернулся, но сдержал порыв. Драко можно было понять: не каждый день узнаешь подобные вещи… Не удивительно, что ему требовалось время. Так что, напротив, прикосновение стало более уверенным, но скорее дружеским.       — Я понимаю, — заверил Гарри, лишь после этого избавляя от телесного контакта, чтобы поднять бокал в безмолвном тосте. Слова не шли. Казались кощунственными. Но они были. Благодарности за то хорошее, что принес им год уходящий, и выражение надежды, что будущий принесет осуществление желаний.       «Желание не застрять во френдзоне на веки вечные, ты имеешь ввиду?»       Да заткнись ты, наконец.