Дьявол-хранитель: Здесь жестокость правит бал

За всё расплатимся стабильно С тобою мы, земная твердь. За радость нас унизят сильно, За ночь любви — пойдём на смерть.       Пока Леон и Эдель предавались своей пагубной страсти, жених русалки, Тэррон Хайт, сидел в той комнате, которую занимал Агатон ещё до своего ухода с места службы и внимательно разглядывал вернувшегося к нему иннэита.       — Это было твоё решение, Агатон, или Леон наигрался и выгнал тебя? – спрашивал он. – Я, кстати, знал, что ты вернёшься – и довольно скоро…       Он говорил с юношей абсолютно спокойно и без какой-либо властной или руководящей интонации, но при этом разглядывал своего младшего дом-управляющего с ног до головы, словно искал ответы на какие-то мучившие его вопросы.       - Это было моё решение, но Леонид не возражал и не удерживал меня, - ответил Агатон, глядя в пол и лишь изредка, кротко поднимая взгляд своих больших шоколадных глаз. Выглядел юноша изрядно пристыженным. - Но... мне было очень стыдно... И... я не хотел тебя подставлять под интерес инквизиции, не хотел, чтобы подумали, что ты покрываешь преступника. Но Леонид сказал, что тебе по силам сделать так, чтобы ничего не было ни мне, ни тебе. И его невеста тоже сказала, что…       - У Леона есть невеста? – Тэррон весьма скептически приподнял брови.       - Да, она альвийка. Её зовут Аврора. Они договорились пожениться, свадьба уже завтра, в главном храме Лэна.       - Поверить не могу… - покачал головой Тэррон. – Леон решил жениться!.. Он, что – влюбился? Такая циничная скотина способна кого-то любить?.. Почему я в это не верю… Наверное, просто был ослеплён какой-нибудь очередной манией, и в его больную голову пришло, якобы он способен любить и жениться.       - Не недооценивай Леонида! – горячо возразил Агатон. – Он в самом деле её любит…       Хайт покачал головой:       - Что ж, мы это проверим… Однако… Ты ведь знал, Агатон, что я мог все решить без лишней крови. А он - нет. Но, ладно, не об этом сейчас. Всё обошлось, и это понятно. Ты не заметил, какой человек Леон?       - Но ведь он – твой дед…       - Мой дед умер около 600 лет тому назад… К этому 24-летнему сильно повреждённому его клону я не испытываю никаких родственных чувств. В этом возрасте мой дед был очень жёстким и далеко не самым приятным человеком. До сих пор не могу понять, как Гаспара угораздило его найти… Должно быть, у него какие-то необычайные способности прорываться сквозь ткань пространства и времени без всяких альвийских кристаллов и прочих атрибутов, он так попал из Каринтии в Новую Америку. Это было нужно богине Сэль... А потом он попал на много лет назад в прошлое… Но, ладно бы, получив клон моего деда, созданный для Апокалипсиса, Гаспар бы мог оставить его там, пусть бы жил себе в Марокко и ждал своего часа, так нет же – зачем-то Гаспар попёр его в Каринтию, точно здесь и без него хлопот мало. Неуравновешенный человек с СДВГ и маниакальным синдромом, который не слушается меня, тотчас начал вторгаться в наши планы и делать всё по-своему, и всё, что он творит – отражается и на нём самом, и на нас, и на лице Каринтии и Морского Королевства его деятельность ещё на годы и десятки лет вперёд отразится или шрамом, или пятном позора. Он уже прославился как… мужчина, за один вечер перетрахавший всех шлюх в борделе, квартирант альвов, похититель принцессы Хуанны, которую он беспощадно унижал, убийца монахов, Дьявол, устроивший на балу фурор и заставивший «странных» мужа и жену выполнять супружеский долг. Ты... всё ещё испытываешь к нему какие-то чувства?       - ...Он нестабильный... - Агатон сглотнул и наконец осмелился поднять взгляд и посмотреть на Тэррона прямо. - Его постоянно заносит, его мотает от депрессии к какому-то нездоровому ажиотажу и обратно. Он никогда не удовлетворяется тем, что у него уже есть, и постоянно пытается расширять границы своих владений. Но при этом заботливый и опекающий. И похож на тебя - и в то же время как будто твой антипод. Даже не знаю, что я чувствую. Теперь, когда я с тобой, мне сложно испытывать то, что я испытывал рядом с ним. Но всё же я ему благодарен и многим обязан. Хотя ведь это ты... дал мне свою кровь, даже когда я ушёл с виллы.       Тэррон долго посмотрел на собеседника и вздохнул:        — Ты любишь его? Или как?       - Я не знаю!!... - горячо воскликнул Агатон, отвернувшись. - Да... наверное, да. Или нет?.. Но его смерти я точно... видимо... не переживу... Даже не могу сейчас себе представить... Он... называл меня своим зайчиком... Конкретно меня он никогда не абьюзил. Был бережен, нежен, ласков.       — И как ты чувствовал себя с ним? — выдохнул брюнет, глядя на Агатона и не отводя взгляда.       - …Если честно... то очень нестабильно... – тихо отозвался кудрявый. - Меня не покидало ощущение потери земли под ногами, как будто постоянно не могу стоять на твёрдой опоре и падаю. Никогда не знаешь, чего от него ожидать в следующей момент.       — А в плане... природы? — уточнил Хайт. — Ты чувствовал себя мужчиной или женщиной рядом с ним?       - ...На этот вопрос обязательно отвечать?.. Я просто не знаю... - Агатон повёл плечом и опять уставил взгляд в пол. - Тритончиком... или этим, как он там выражается... нот-боем.       Глаза Тэррона чуть расширились, и он, собрав пальцы в замок, уперся локтями себе в колени и весьма долго смотрел на кудрявого, после чего помолчал какое-то время и, прочистив горло, уточнил:       — Ты бы стал ради него женщиной, Агатон?       - Женщиной?? - Тот остолбенело уставился на брюнета. - Нет, конечно, что за глупости... Это уже как-то слишком...       — А быть в подвешенном состоянии, тритончиком, лучше, по-твоему? — со вздохом спросил Хайт, подняв на него взгляд.       - Нет, - едва слышно пробормотал Агатон и закрыл лицо руками.       Тэррон медленно поднялся, подошел к юноше и убрал ладони от его лица, частично прижав к себе.        — Подумай над тем, чего хочешь. Хорошо? Как определишься, дай мне знать... но не тритончиком... пожалуйста... — ласково и грустно попросил он. — Я выбрал тебя как своего аманте не для того, чтобы с тобой спать, не для того, чтобы тебя развращать, не для того, чтобы ты видел во мне мужа, а я в тебе – жену. У тебя острый ум, чистая душа, высокая способность любить… Тебе нужна невеста, Агатон. Я никому ничего не навязываю, но я разрешил тебе пожить с Леоном для того, чтобы ты понял: то, что он делал с тобой – неправильно. И ты, кажется, это понял, если добровольно вернулся ко мне. Ведь ты – не тритончик. Ты – мужчина, Агатон… Мужчина создан брать, а не отдаваться.       Пока Тэррон разговаривал с Агатоном, Нэро Ахаро проходила по коридору на третьем этаже как раз мимо его спальни, которую заняли Эдель и Фантом. На девушке был тёмно-синий жакет, весьма сочетающийся с яркими синими глазами, и чёрные брюки под цвет её волосам. Шла Нэро в сторону библиотеки, как внезапно заметила стоявшего под дверью хозяйской спальни Хосе Гонсалвеса, подростка-сироту, который жил на вилле вместе со своей сестрой, после неприятного случая в богадельне.       Нэро нахмурилась, заметив, что подросток явно там что-то подслушивает.       - Хосе, тебе сестра никогда не говорила, что подслушивать нехорошо? И особенно нехорошо подслушивать Тэррона и Эдель, когда они вместе…       Русоволосый махнул рукой и обернулся, заговорщицки улыбнувшись:       - Говорила… Вот только там сейчас нет Тэррона…       Несколько секунд Нэро немного недоумённо смотрела на мальчика:       - Ты подслушиваешь женский разговор Эдель со служанкой?.. Хосе…       - Да нет же!.. Там сейчас, с донной Эдель, этот самый твой крёстный, который спас меня от монахов… И они там трахаются! Не веришь?..       - Что за выражения… Хосе… - Нэро как будто передёрнуло от отвращения. К тому же она не совсем поверила мальчику. Однако, пока она стояла и разговаривала с Хосе, из-за двери отчётливо послышались голоса Фантома и Эдель – смех, стоны и весьма не вовремя озвученное Леоном предложение сбежать с Эдель.       Нэро нахмурилась, взяла мальчика за руку и повела за собой со словами:       - Пойдём-ка лучше к Тэррону…       Спустя буквально минуты после этого всего Тэррон уже знал обо всём.       - Агатон… нам нужно бросить его в темницу?.. – задал он риторический вопрос, как-то странно и криво улыбаясь. Выражение его лица стало совершенно холодным, но эмоций он ничем и никак не выдавал, просто медленно повернулся к кузине и посмотрел на неё с теплотой. – Мне очень жаль, Нэро, что твой крёстный… так нехорошо себя проявил. Однако… я ведь могу на тебя положиться? На твоё врождённое чувство чести и справедливости?.. Займи позицию с восточного крыла и усыпи его…       Брюнетка молча и спокойно кивнула.       - А что с сеньоритой?..       - Пусть Марко… отведёт её в купальню, пусть она там помоется и явится в мой кабинет… А позже… - Зеленоглазый снова посмотрел на кузину. – Или вам с Арханом, или мне лично придётся приехать в Альвийский квартал, к невесте Фантома, и объяснить ей…       - У Леона есть невеста? – удивилась девушка.       Тэррон мельком бросил взгляд на бледного и словно онемевшего Агатона и кивнул:       - Альвийка по имени Аврора. Он ей навешал лапши на уши по поводу свадьбы, а сам предлагал побег моей невесте… накануне собственной свадьбы… За что я не люблю таких, как Фуруэр… они гениальные – но периодически думают членом, а не своим гениальном мозгом… Агатон, - вновь повернулся Хайт к кудрявому, - ты будешь пытать его…       Агатон вздрогнул и покачал головой:       - Может быть… Леонид не так уж виноват? У него случаются приступы мании, и…       - Не виноват? Даже в том, что ты себя с ним чувствовал тритончиком, а не мужчиной? – произнёс Хайт со странной интонацией, пристально взглянув на кудрявого. – Этому развратнику слишком долго всё сходило с рук…       — Тэррон... — Нэро подошла к нему, положив руку ему на плечо, — давай, лучше я займусь Леоном?       — Нет, - твёрдо ответил тот, и девушка вздрогнула. — Нас с тобой он не боится... и ему будет плевать, как его пытают... пусть лучше Агатон этим займётся, тем более, что Агатону надо начинать уже чувствовать себя мужчиной… не тритончиком Леона… В идеале, конечно, лучше всего было бы, если бы та альвийка его пытала, его невеста… Как её там? Аврора?..       - Я пойду, мне нужно приготовить снотворное, - вздохнула брюнетка и, проходя мимо Агатона, потрепала его по плечу. Это всё, что она могла для него сейчас сделать...       - Агатон… Прикажи кому-нибудь из слуг пока позвать в гостинную Гаспара… к моменту, когда приведут Эдель. Я сам поговорю с ним, - выдохнул Тэррон, кивком головы отпуская юношу. Он почему-то думал в этот момент о Нэро, о высоком уровне её адекватности, о её спокойном отношении к сексуальности, без пошлости, о том, как высоко она ставит и как ценит верность… о взгляде её синих глаз и запахе её волос, спокойном, строгом и целомудренном…       Тэррон Хайт сидел в кресле у камина в гостиной в ожидании Эдель. Его мысли были полны горечи и боли. Неприятные воспоминания заставляли сердце холодеть, а челюсти Ягуара непроизвольно сжимались.       И она тоже… Она предала его… Он так надеялся на неё, она была его светом в окошке, его невестой, матерью его сына… Он уже почти полюбил её! Он доверял ей, считал её надёжной и верной подругой, считал её одной из тех женщин, перед которыми он преклонялся – таких, как его мать, как Зира, как донна Мария дель Альба, мать Архана, Долорес и Диего. А она…       Рука непроизвольно сжалась в кулак, а дыхание на несколько секунд перехватило. Кровь отхлынула от лица Хайта, и он заставил себя сделать глубокий вдох и выдох, чтобы успокоиться. Кулак медленно разжался.       Как раз в это время Марко ввёл в гостиную русалку, одетую в шёлковый халат.       - Спасибо, Марко, ты можешь идти, - кивнул Тэррон тритончику, который поклонился и вышел.       Эдель неспешно приблизилась к жениху.       Как раз в это время дверь открылась ещё раз – и на пороге появился Гаспар, весело помахавший обоим рукой:       - Здорово, Тэрр, здорово, кузина!..       - Гаспар… - Тэррон медленно повернулся к рыжему и испытующе взглянул на него, не мешая блондинке обнимать себя. – У тебя давно был секс?..       - А-а-а… э-э-э… К чему такой вопрос?.. – остолбенел тот, приподняв брови и нервно облизнувшись.       - Да вот хочу тебе предложить переспать с Эдель… - Тэррон грустно хмыкнул и повернулся к русалке: - Тебе ведь всё равно, с кем, Эдель, правда?..       - Тэррон!.. Как ты можешь… - начала было она.       - Это типа проверка моей преданности?.. – прищурился тритон.       - Избавляйся уже от своих комплексов, - раздражённо махнул рукой Тэррон, посмотрев на Гаспара и никак не отреагировав на реплику невесты. – Эдель не устояла перед низменными чарами Дьявола и отдалась ему… а, сколько раз, кстати, Эдель?..       Герцогиня словно онемела, почувствовав, как слабеет, бледнеет, а её руки начинают дрожать. Она тяжело опёрлась об спинку кресла Тэррона, убрав руки с его плеч и отворачиваясь.       - Леон не мог такого сделать! – воскликнул Гаспар удивлённо. – Это очень честный человек! Он не трогает чужое! К тому же, ведь у него самого есть невеста!       - Да ты что, правда?.. – прищурился Тэррон в ответ, сузив зелёные глаза. – Уж поверь мне на слово, Гаспар, он не просто переспал с ней… Он предложил ей сбежать. От всех нас… от вас… От тебя, Гаспар, тоже, плевать ему стало, что ты его названный брат. От всех своих недо-родственничков… Он правда такое говорил… Хосе подслушивал…       Гаспар выпрямился, побледнел и прикусил губу, горестно прошептав:       - Что за… Что… он наделал… Ведь… я его… предупреждал… И Эдель я не раз говорил, что…       - О чём предупреждал? О том, что изменять мне или брать моё – плохая идея? Да, Гаспар?       Тэррон медленно встал с кресла, отцепившись от взвизгнувшей и хотевшей было его обнять русалки.       - Зачем надо было скрывать? – Глаза Ягуара блеснули, когда он вернул взгляд на неё. – Что в нём такого, чего тебе не доставало во мне? Сексуальная разнузданность?       - Страсть! – выпалила блондинка. – Это вышло спонтанно, милый… Но вот чего в тебе мне всегда не хватало – страсти! Секс – это не просто техничность, это – душа, сердце! И ведь он любит меня, так, как ты - никогда…       - Любит?.. После пяти часов секса?.. – Тэррон мандражно и нехорошо усмехнулся. – Это хочешь сказать мне?       - Да! И уж поверь мне, я способна это отличить! Он меня просто обожает!       - Вот как?.. Пожалуй, я убью его…       Тэррон неестественно и криво улыбнулся и бросил русалку в кресло, подходя к замершему около двери Гаспару:       - Идём, Гаспар. Я покажу тебе твоего брата на месте преступления… голого… Нэро уже должна была усыпить его…       Когда оба вышли за дверь, брюнет закрыл её на ключ и велел проходившему мимо слуге позвать старшего домоуправляющего Люциуса Хартхелла, мага земли, чтобы он охранял госпожу до его возвращения.       ….Леон приоткрыл глаза. Голова очень сильно болела, и слегка подташнивало, а ещё довольно сильно болело бедро – в том самом месте, куда угодил заряд со снотворным, которым выстрелила в него Нэро из окна. Леон медленно коснулся раны, откуда слабо сочилась кровь – она очень плохо у него сворачивалась, зато именно благодаря этому снотворный эффект подействовал слабо и недолго – препарат выходил из раны вместе с кровью.       Дьявол довольно плохо соображал и пытался врубиться и вспомнить, что вообще произошло. Интуитивно он коснулся своего пальца – того самого, на котором обычно всегда носил кольцо Авроры. Но кольца на месте не оказалось. Брюнет вздрогнул и приподнял голову, озираясь и смутно вспоминая, что рядом должна была находиться очень красивая и приятно пахнущая женщина… Где она сейчас? И где, чёрт возьми, кольцо Авроры?       - Ты не это ищешь? – прозвенел внезапно совсем рядом знакомый, но ледяной женский голос, принадлежавшей… Нэро Ахаро.       Брюнетка стояла перед крёстным, глядя на него с величайшим презрением. На её ладони лежало кольцо Авроры с помутневшим и расколотым кристаллом.       Леон дёрнулся – уж слишком сильно всё это напоминало сюжет одного из кошмарных снов, которые снились ему довольно часто. Он ущипнул себя, даже влепил себе пощёчину, чтобы проснуться – но это не помогло.       Значит… Та девушка, невеста Тэррона… Она не была видением и призраком, не была сном… Он в самом деле с ней переспал… на вилле у её жениха. И вроде даже предлагал ей сбежать… Какая глупость! Сбежать от Авроры?! Такое могло примерещиться только в бреду… Что же случилось с кольцом?! Неужели она узнала?!       Фантом болезненно застонал и протянул руку, но крестница отдёрнула руку и зажала кольцо в руке:       - Я верну его Авроре, потому что ты её недостоин.       Она гордо выпрямилась, развернулась и вышла.       Не успел Леон ничего сказать или сделать, потому что всё ещё был как будто закумаренный и соображал очень медленно, как в спальню вошли Гаспар и Агатон, а спустя пару секунд весь проём двери заслонила необычайно высокая и тёмная мужская фигура.       Гаспар был бледен; Агатон смотрел в пол, убрав одну руку за спину.       - Гаспар… - прохрипел Фантом, интуитивно поёжившись, - …ты именно это имел в виду, когда говорил о чёрной фигуре ягуаре на фоне проёма двери?       - Да, Паук… - последовал мрачный ответ. – Я же предупреждал тебя… Фира пытают в подземелье вот уже почти год… С чего ты взял, что умрёшь быстрее и легче?..       Леон глупо улыбнулся, выцепив взглядом Тэррона, и сел на постели, медленно и тяжело:       - Где Аврора?..       …По пути в спальню, занятую Леоном, Тэррон успел снять со стены небольшой кинжал, который именно в эту минуту метнул в клон своего деда так, что лезвие едва не задело его горло, воткнувшись в стену.       Леон только моргнул, продолжая смотреть на хозяина виллы, а его губы растянулись в жутковатой и грустной улыбке:       - Тебе духу не хватает… убить меня при Зайчике?.. – кивнул он на Агатона.       - Не льсти себе, - отозвался Тэррон максимально холодно и равнодушно. – Это уже не твой Зайчик… Давай, Агатон, приступай!..       Только сейчас Леон увидел, что в руке Агатона, которую тот прятал за спиной, находится лошадиный кнут. Кудрявый подошёл к бывшему любовнику, сжимая кнут в руках и несмело обернулся.       - Давай, Агатон, - повторил Хайт. - Это предатель, прелюбодей. Тебя бы он предал ещё быстрее, чем Аврору…       Агатон взмахнул рукой и ударил Леона кнутом по спине. А потом ещё и ещё раз…       Дьявол вытерпел пару ударов, лишь изогнувшись, затем зашипел от боли. Его глаза разного цвета неподвижно уставились в зелёные, словно бы заледеневшие, глаза Ягуара.       Пот градом катился по смуглому лицу Агатона, в глазах иннэита сверкали слёзы, но он продолжал наносить удары кнутом по всему телу бывшего возлюбленного, стиснув зубы так сильно, словно сам претерпевал в это время невыразимую боль.       - …Какая же ты… сволочь… - зашептал Дьявол, разглядывая Тэррона. – Так обращаться с Зайчиком… который любит меня…       - Учить своего аманте мужеству… сильно хуже, чем обращаться так, как ты, с девушкой, которая любит тебя? – парировал Хайт. – Или со мной, в чьём доме тебе оказали гостеприимство?       - Тэррон абсолютно прав! – воскликнул Гаспар, подходя ближе, к уже обессиленному от кровопотери Фантому. – А вот тебе и от меня, на закуску!..       Он размахнулся и, вложив всю силу, ударил названного брата по лицу. Тот рухнул на постель и потерял сознание. Постель была вся в крови – раны, нанесённые поркой, продолжали кровоточить.       Агатон выронил кнут и вцепился в руку Гаспара, кусая губы и стараясь подавить непроизвольно льющиеся из глаз слёзы.       Конечно же, Тэррон замечал состояние Агатона и даже сострадал ему, но... ему не стоило прямо сейчас демонстрировать сострадание или отменять свой приказ - это было бы отступлением от принципов, а такие отступления могли, на его взгляд, нанести большой вред Агатону. Всё, как тогда... когда он спровадил Гаспара в Лощину и оставил его там на попечение Зиры... Всё ради того, чтобы его аманте стал мужчиной, чтобы он "вырос" из тритончика. Только так можно спасти юношу, мужчину, тритона, народ, нацию... Только жёсткость и воля закаляет мужской характер. К каринтийской традиции патроната Тэррон относился амбивалентно, он считал, что брать в аманте следует не прекрасных юношей и не для того, чтобы с ними спать, а поломанных, не нашедших себе места, утративших уверенность в себе и чувство собственной мужественности мужчин, травмированных, возможно даже гомосексуальных - но излечимых. По мнению Хайта, патронат создан, чтобы исправлять, чинить и налаживать мужчин, а не чтобы их развращать и портить.       - Так, отлично… - пробормотал он, лишь искоса и мельком взглянув на кудрявого и подходя ближе к постели, резким движением выдрал простыню из-под Фантома. – Она вся в крови… Слушайте внимательно… Гаспар! Сейчас позови слуг – повесьте эту мразь на крестовине в винном погребе, пусть там и висит… Одевать не нужно. Я скоро вернусь… Для Эдель Леон – мёртв.       Спустя какое-то время Тэррон вернулся в гостиную, открыв её ключом, холодно встретил вопрошающий и испуганный взгляд Эдель и швырнул в неё окровавленную простыню:       - Я убил его.       За спиной Хайта ненадолго показалась голова Гаспара, шедшего мимо за слугами. Увидев, что Эдель заметила его, рыжеволосый кивнул и холодно произнёс:       - Да. Я сам видел. Тэррон его зарезал, как свинью…       Русалка громко и истошно завопила и, слабея, потеряла сознание, упав на руки жениха.