Чёрный лотос (новелла)

«Привет, Яньшэн!» - раздался радостный голос на другом конце телефона. «Яньшэн, ты завтра пришлёшь фортепиано? Я так по тебе соскучился». Гу Яньшэн взглянул на шкатулку на полке и с нежностью в голосе сказал: «Хорошо, я приеду к тебе завтра, а также договорюсь с доставкой фортепиано». «Действительно? Это великолепно!» Услышав, что Гу Яньшэн собирается приехать к нему, Шэнь Луоань с облегчением вздохнул. Он улыбнулся и сказал: «Для подготовки к конкурсу я просмотрел много записей прошлых лет, кроме этого, не мог бы ты сходить завтра со мной и приобрести книги?» «Хорошо, как пожелаешь». «Здорово, тогда, когда ты придёшь, я приготовлю для тебя ужин». Гу Яньшэн смотрел на потемневший экран своего телефон, находясь в оцепенении. Выйдя из ступора, он взъерошил волосы и сел на диван, сканируя взглядом дверь. После ужина Вэнь Няньнань отдыхал в спальне и рассеянно переключал кнопки на пульте телевизора по каналам. По телевидению рассказывали о 39-м конкурсе пианистов страны M. Он остановился на этом канале. Большинство участников этого конкурса были отобраны. Органи-заторы приглашали только тех на конкурс, кто соответствовал их требованиям, и те, кто участвовал, были в основном одарёнными музыкантами, получившими множество призов и наград в юности. Мама Вэнь Няньнаня – Е Сянь, также была приглашена в один год, и в том же году она заняла первое место. Вместе с призом она также получила ожерелье с музыкальной нотой… Уведомление… Его телефон завибрировал. Вэнь Няньнань достал свой телефон и увидел, что это было сообщение с незнакомого номера. «Няньнань, завтра у тебя будет время? Я хочу, чтобы ты помог мне выбрать несколько книг на музыкальную тематику, порекомендуй, пожалуйста, что мне разместить в моей студии». Вэнь Няньнань удивился неожиданному приглашению. Он нервно сжал телефон, ощущая себя очень скованно. Уведомление… «У меня также есть сюрприз для тебя, мы можем встретиться завтра?» Тан Шо забеспокоился, не увидев ответа с другого конца, и снова набрал текст. «Всё в порядке, если у тебя завтра нет времени, я могу встретиться с тобой в другой раз». Его рука замерла в нерешительности, прямо перед тем, как нажать кнопку отправки, и, в конце концов, он решил удалить эту строку. Уведомление… «Хорошо». Тан Шо выдохнул с облегчением, его глаза наполнились оптимизмом и радостью. Это потрясающе… Вэнь Няньнань отключил телефон и рассеянно уткнулся в телевизор. Затем он посмотрел на тыльную сторону своей руки. *** В тот раз, пока публика высмеивала его, Тан Шо подошёл к нему с беспокойством на лице. «Няньнань, что случилось? Ты всегда так хорошо играл, так почему же сегодня… Что случилось с твоей рукой? Дай-ка посмотреть». Тан Шо увидел кровь, которая явно бросалась в глаза на фоне белых перчаток, и тут же почувствовал боль и злость от бессилия. Чувство глубокого сожаления неосознанно заставило его потянуться к перчатке. «Пожалуйста, Тан Шо, не будь таким. Уже твоя очередь. Осмотришь после того, как закончишь». «Но твоя рука уже…» Увидев, что Тан Шо смотрит на него с беспокойством, Вэнь Няньнань испугался, что это может испортить настрой Тан Шо во время игры, поэтому он сказал: «Я в порядке, мне не больно. Я буду наблюдать за тобой отсюда, так что не отвлекайся». После этого Тан Шо наконец вышел на сцену. Вэнь Няньнань сидел в зоне отдыха, глядя на испачканную белую перчатку, на его губах была горькая улыбка. Услышав чарующую музыку, а затем аплодисменты зала, он почувствовал еще большую боль в сердце, когда посмотрел на перчатки. «Няньнань», - как только Тан Шо закончил свою композицию, он побежал прямо за кулисы, зовя его по имени. «Дай мне осмотреть твою руку. Тебе срочно нужно нанести лекарство». «Нет, спасибо, Тан Шо. Об этом позаботится школьная медсестра». «Я знаю, что тебе не нравится, что я такой заботливый, и не нравится, что я слежу за тобой, но могу я хотя бы увидеть, насколько серьезна твоя рана?» Вэнь Няньнань с осторожностью снял перчатки, и от боли на его глазах выступили слезы. Тан Шо тоже стало очень плохо, увидев сильно повреждённую и опухшую руку. «Кто это сделал с тобой? Кто-то издевается над тобой? Кто-то из твоего класса?» «Нет, я случайно обжёгся, нечаянно пролил горячую воду». «Ты обманываешь, это же очевидно…» «Тан Шо! Тан Шо, где ты? Иди сюда быстро!» - голос учителя раздался недалеко от них. «Няньнань, поверь мне, я защищу тебя!» Тан Шо посмотрел в глаза Вэнь Няньнаня глубоким и тёмным взглядом, полным сложных эмоций. Он ушёл, оставив сбитого с толку Вэнь Няньнаня стоять там. Не понимая, что имел в виду Тан Шо, он просто стоял. «Одноклассник, что ты здесь делаешь? Вы должны выйти на улицу. Директор собирается объявить результаты». Вэнь Няньнань подошёл к тому месту, где был его класс, и посмотрел на сцену, его глаза не могли не смотреть на Гу Яньшэна, который стоял перед ним. На сцене директор школы зачитывал речь благодарности ученикам, принявших участие в концерте, которая мало чем отличалась от прошлогоднего выступления. Люди в зале время от времени аплодировали. Внезапно из микрофона раздался громкий визг, и зрители увидели, как Тан Шо вышел в центр сцены с микрофоном в руке. Он оглядел зал и решительно сказал: «Я Тан Шо из 8-го класса, и я хочу признаться в любви однокласснику, который мне давно нравится. Я долго думал об этом, и мне кажется, что для меня будет лучше объявить об этом перед всей школой. Это также потому, что я хочу сказать всем, что с этого момента я буду защищать его. Любой, кто причинит ему вред, будет моим врагом!» Тан Шо осмотрел аудиторию и, увидев Вэнь Няньнаня, улыбнулся. «Вэнь Няньнань!» «Я люблю тебя!» «Могу ли я преследовать тебя?» Голос эхом разнесся по залу, и все были удивлены тем, что только что произнёс Тан Шо. Пока все стали обсуждать это, большинство учеников повернулись и уставились на Вэнь Няньнаня. Вэнь Няньнань был напуган этим внезапным признанием в любви и не знал, что делать. Он повернулся, когда почувствовал на себе чрезвычайно холодный взгляд. Это был… Гу Яньшэн… Их взгляды встретились, и Вэнь Няньнань увидел, что обычно насмешливый взгляд Гу Яньшэна стал таким, как будто он смотрел на что-то омерзительное. Лицо Вэнь Няньнаня побледнело. От страха от неизвестности, от разочарования в участии конкурса, от боли в сердце из-за взгляда Гу Яньшэна, Вэнь Няньнань соскочил со стула и покинул зал. Увидев, что он уходит, Тан Шо был очень разочарован. Из-за праздника уроки в школе закончились раньше обычного, и машины, которые приехали забрать учеников, выстроились перед школой. Вэнь Няньнань уже собирался идти к своей машине, как вдруг рядом с ним просигналила одна из машин. Он посмотрел на человека внутри и собирался уже уйти, как: «Подожди, Няньнань, у меня для тебя кое-что есть». Тан Шо поспешно вышел из машины с сумкой в ​​руке. Вэнь Няньнань остановился и спросил: «Что это?» Тан Шо передал коробку, как будто это было сокровище, и сказал: «Вот, это отличная мазь от ожогов. Это может гарантировать, что у вас не останется шрамов после заживления раны». «Мазь от ожогов?» - Вэнь Няньнань взял коробочку и посмотрел на неё. Он никогда не видел эту марку раньше. «Да, однажды в детстве я облился горячей водой, поэтому мама достала для меня эту специальную мазь из-за границы. Она великолепна». «Спасибо, Тан Шо». «Ничего страшного у меня всё равно есть ещё». «Молодой господин, нам пора домой. Уже темнеет», - раздался голос водителя из машины. «Иду, иду». Тан Шо быстро подошёл к машине и, открыв дверь, сказал Вэнь Няньнаню, улыбаясь: «Даже если я тебе всё ещё не нравлюсь, я не сдамся. Я буду продолжать, и я верю, что у меня всё получится. Я знаю, я буду!» Вэнь Няньнань осторожно потёр часть, которая была сожжена в том году. Если бы не та мазь, которую дал ему Тан Шо, на ней остался бы уродливый шрам. Также, благодаря Тан Шо, в школе теперь над ним не так сильно издевались. Хотя он знал, что не сможет дать то, что хочет Тан Шо, он всё же не мог отказать этой паре умоляющих глаз. «Няньнань, ты дома? Где А Шэн?» - он услышал позади себя шаги и увидел, как в дом заходит Чжоу Юаньфэн, по пути растирая виски. Вэнь Няньнань очнулся от воспоминаний, повернулся и сказал: «Он в своей комнате». «Как концерт? Вы встречались с Филом за кулисами после выступления?» «Да, я также играл на его фортепиано, и Фил сказал, что я играл хорошо», - на лице Вэнь Няньнаня появилась лёгкая улыбка. Юаньфэн прошёл в гостиную и сел на диван: «Что сказал А Шэн? Ему понравилось то, что вы сыграли?» Улыбка Вэнь Няньнаня мгновенно заледенела, и он сказал: «Ничего, он ничего не сказал». «Он всегда такой, думает, что он выше всех остальных. Если Фил сказал, что ты хорошо играл, значит, ты определённо талантлив. Яньшэн, вероятно, просто не хотел этого говорить». «Я помню, когда ему было семь или восемь, тётя забыла о его дне рождения и купила ему торт только на второй день. Этот парень заперся в своей комнате на весь день, а в полночь улизнул, чтобы съесть торт. Поскольку он был расположен слишком высоко, он залез на стул, чтобы до него дотянуться». Чжоу Юаньфэн сказал: «Няньнань, ты знаешь, что произошло после этого?» «Нет. Что случилось?» «Он упал со стула, а торт свалился на него. Всё его лицо и одежда были в торте. Он так разозлился, что ударил по шкафу, из-за чего оттуда вывалилась вся посуда. От шума, созданного Гу Яньшэном, конечно, все проснулись». Услышав эту историю, Вэнь Няньнань рассмеялся, представив перед собой эту картину, и милого мальчика, которого он так любил, в креме от торта. Увидев улыбку на его лице, Чжоу Юаньфэн сказал: «Сердце этого человека всегда отличалось от того, что он показывает. Однажды он…» «Что вы двое делаете?» - раздался разъярённый голос с верхнего этажа. Оба молодых мужчины, сидящих на диване, посмотрели в направлении, откуда исходил звук. Гу Яньшэн был шокирован, когда увидел чистую улыбку на лице Вэнь Няньнаня, и парировал: «У тебя слишком много свободного времени, Чжоу Юаньфэн?» «Хорошо, я пойду и помогу тёте», - Чжоу Юаньфэн покачал головой и стал подниматься наверх. Когда, проходя мимо Гу Яньшэна, он приостановился, слегка хмурясь, он с издёвкой поинтересовался: «Ты почувствовал это? Сильный запах уксуса…». «Какой запах уксуса? Я не понимаю, о чём ты говоришь». «Тц, я просто общался с Няньнанем, и ничего больше. Я не вспоминал и не говорил, что когда ты учился в старшей школе, ты мечтал о…» «Чжоу Юаньфэн!» - его голос был настолько полон гнева, что казалось, что в следующую секунду он вот-вот взорвётся. *сильный запах уксуса – чувствовать ревность, ревновать. ———- Примечания автора: Что будет происходить внутри библиотеки? Узнают ли фанаты W.E., что Шэнь Луоань использовал музыку W.E. на конкурсе?