Часть 4
14 сентября 2023 г., 19:52
Тэхëн проснулся с ощущением жуткого, абсолютного страха. Ещё только выплывая из сна, не осознавая себя в мире, не открывая глаз, он почувствовал пустоту рядом с собой. Солнечный свет, щебетание птиц, расплывчатые очертания мебели сквозь пелену слёз — всё казалось чужим, враждебным и настолько бессмысленным, что пробуждало в нём желание раствориться, не чувствовать, не существовать. Он медленно приоткрыл глаза в слабой надежде увидеть рядом Чонгука, услышать его мирное дыхание, дотронуться до тепла тела, но лишь обводил взглядом пустую комнату и холодную постель. Опасная скачка сквозь бушующую стихию, признание, безумная ночь с Чонгуком — всё виделось теперь нереальным, призрачным, ненастоящим. Всё казалось лишь миражом. Тэхён уткнулся носом в чужую подушку, хранящую запах своего владельца, и тихо заскулил.
— Эй, что случилось, Ингане? — Тёплые руки приподняли юношу, прижав к своей груди. — Тебе плохо, у тебя что-то болит?
Тэхëн цеплялся руками в рубашку на спине Чонгука, уткнувшись носом куда-то в подмышку, тихо всхлипывая, пока нежные пальцы перебирали его волосы. Он слушал биение сильного сердца, и с каждым ударом всплывали слова Мсизи: «Чонгук живёт в ритме барабанов Бабонго».
— Я думал, ты ушёл. — юноша шмыгнул носом, не решаясь поднять взгляд.
— Глупый, я набирал ванну, тебе нужно вымыться. — Тэхён слышал, как мужчина улыбается.
Тэхëн осторожно опустился в воду, замерев от наслаждения и прикрыв глаза. Вода была тёплая, благоухающая, от неё неуловимо пахло чем-то сладким, дарящим покой и умиротворение.
— Мне нужно отдать распоряжения, а ты наслаждайся купанием. — Чонгук склонился над юношей и легко коснулся его макушки губами, собираясь уйти.
Тэхëн, сам не ожидая от себя такой смелости, схватил его за запястье и резко потянул мужчину на себя. Чонгук грохнулся к нему в ванну, шумно расплëскивая воду. На секунду оба замерли, вдруг юноша почувствовал прикосновение к своему колену и покраснел.
— Раз уж ты заманил меня в ванну, Ингане, помоги мне полностью раздеться.
В ванной было очень тесно, они сидели, вплотную прижавшись друг к другу, Тэхён проводил пальцами по шрамам, когда-то оставленным африканским львом, запоминая каждый, отпечатывая его в своём сердце. На секунду его дыхание замерло, когда воображение нарисовало картину, что Чонгука нет в этом мире. Он судорожно выдохнул, с силой зажмурив глаза, стараясь стереть это ужасное видение из своего сознания. Юноша поцеловал Чонгука в шею, затем начал опускаться все ниже и ниже, добравшись до тёмных сосков, которые под незатейливой лаской затвердели, превратившись в две бусинки. Чонгук откинул голову назад и тихо застонал. Тэхён почувствовал, как руки Чонгука гладят его спину, спускаясь всё ниже, по-хозяйски обхватили ягодицы, нетерпеливо сжав их. Внутри всё затрепетало в ожидании дальнейших ласк, он доверчиво потянулся за поцелуем и заглянул в черноту глаз Чонгука.
Тот, не произнося ни слова, перехватил за запястье руку юноши и потянул её к своему паху. Тэхён рукой накрыл возбуждëнный член мужчины и слегка сдавил его в ладони, смущение опалило щёки огнём, заставив отчаянно покраснеть. Он ощупывал чужое возбуждение, поглаживая, изучая пальцами, осторожно сжимая. Тэхён видел, как закрылись глаза Чонгука, его губы приоткрылись, и из груди вырвался нетерпеливый выдох. Юноша стал смелее, горячими губами он мазал по груди Чонгука, слегка прикусывая кожу, двигая рукой по члену, увеличивая темп. Дыхание с шумом вырывалось из его лёгких, собственное возбуждение болезненно ныло, он отчаянно желал, чтобы Чонгук, откинувшийся на край ванны, прикоснулся к нему, но боялся попросить и лишь тихо поскуливал от нетерпения в такт своим движениям. Тэхён почувствовал, как напрягся и без того твердый член Чонгука, став просто каменным, чтобы запульсировать в его руке, изливаясь в остывшую воду.
Глаза мужчины открылись, он сквозь пелену отпускающей страсти посмотрел на Тэхёна.
— Может, продолжим в спальне? Здесь слишком тесно, — через силу сказал он.
Чонгук вылез, бережно взял на руки Тэхёна и понёс в комнату. Юноша держался руками за его шею, шумно дыша в ухо, спрятав покрасневшее от смущения лицо.
Тэхён лежал на кровати, прижатый тяжестью тела Чонгука, язык мужчины проникал в рот, хаотично переплетаясь с языком юноши, его руки до боли сдавливали ягодицы, бедра двигались взад и вперед в имитации того, чего так желал Тэхён. Чонгук отстранился, нависая над ним, смотря своими обсидиановыми глазами, Тэхён видел в них глубину бездны и тонул, теряя себя.
— Продолжай, пожалуйста, продолжай. — простонал он, впившись ногтями в плечи Чонгука, пытаясь притянуть его к себе.
— Я могу продолжить получать удовольствие от твоего тела. — хрипло пророкотал Чонгук. — Но не стану этого делать, я хочу, чтобы ты познал себя и тоже научился получать наслаждение и осознанно дарить его в ответ.
Чонгук спустился с кровати, притянув Тэхёна к краю, встал на колени и руками широко развёл колени юноши в стороны. Его горячий язык медленно мазнул по возбуждëнной плоти, выдавив судорожный всхлип из груди Тэхёна. Всё внутри парня сжалось от непривычных ощущений, затрепетало и окатило волной сухого жара, заставив мгновенно вспотеть. Тэхёна била мелкая дрожь, он нервно кусал себе руку, чтобы не закричать в голос от наслаждения, пока его член все глубже и глубже вбирал в свой рот Чонгук, он то отстранялся, играя языком с головкой, то широким языком проводил по яичкам, вызывая судорожные всхлипы у Тэхёна, то снова глубоко вбирал в себя его орган. Тэхён метался по кровати, выгибаясь в пояснице, уже не сдерживая себя, стонал в голос, бессвязно шепча имя Чонгука. Волна наслаждения накрыла его с головой, оставив лежать на постели потного и обессиленного. Время словно замерло, качая его на руках удовольствия.
— Тэхён, тебе пора собираться. — голос Чонгука заставил его вынырнуть из неги.
Тэхëн приоткрыл глаза и с удивлением отметил, что господин Чон стоял одетый, застëгивая запонки на манжетах. Стыд и разочарование окрасили щёки, обжигая огнём. Он резко соскочил с кровати и начал поспешно натягивать на себя одежду, стараясь не встречаться взглядом с Чонгуком.
— Мне срочно нужно в город, Мсизи проводит тебя. — спокойно, словно не замечая неловкости Тэхёна, произнёс Чонгук.
— Я могу самостоятельно добраться до дома, мне провожатые не нужны. — Тэхён изо всех сил старался, чтобы его голос не задрожал от сдерживаемых слёз.
— Хорошо. — Чонгук вышел из спальни.
Тэхëн еще немного постоял в нерешительности, окинув взглядом смятую постель, на которой несколько минут назад он плавился под ласками Чонгука, и рывком выбежал из комнаты.
Юноша ехал домой, застывшим взглядом смотря на гриву лошади, совсем не управляя ею. Сердце словно заледенело, не желая качать кровь по жилам, в горле стоял ком, мешая вдохнуть, глаза жгло от непролитых слёз, в голове словно набат стучали слова Мсизи: «холодное сердце Чонгука», «холодное сердце Чонгука». Боль обиды и непонимания рвали душу на части. Тэхён пытался осознать, как Чонгук, такой открытый, дарящий наслаждение, ласкающий его, вдруг стал холодным и отстранëнным? Что Тэхён сделал неправильно, почему его выставили за дверь, не дав возможности всё понять и объясниться? Ему хотелось вернуться, посмотреть в глаза Чонгука, заставить его прямо сказать в лицо, что пошло не так, и попытаться исправить ошибку. В голове крутились мысли, что он слишком неопытен, неуклюж, он не смог доставить удовольствие мужчине и за это был изгнан.
***
— Негодный мальчишка! Ты мне все нервы вымотал своими выходками! — тётушка Мари лупила Тэхëна полотенцем, как только он пересёк порог дома. Тэхëн стоял, покорно опустив руки, принимая мягкие удары на себя. Он глубоко вдохнул ароматы выпечки, доносящиеся с кухни, до его слуха донеслась привычная перебранка и суета служанок, в груди неожиданно отчаянно защемило, и тоска по тишине дома Чонгука, по его тёплым рукам и непривычным запахам Чёрного континента потекла обжигающими каплями по щекам. — Ох, сынок, я не хотела. — Мари обняла вздрагивающие плечи Тэхёна, прижимая его к себе, она беспорядочно целовала щёки, нос, подбородок, делая его лицо ещё мокрее от собственных слёз. — Прости меня, я совсем не сержусь на тебя. — Тэхён! — Сокджин налетел сзади, обнимая со спины. — Что за потоп? Не замечал раньше за тобой такой сентиментальности, соскучился что ли? — Ладно, мальчики, идите мойте руки и проходите в столовую, будем обедать. — Мари поцеловала каждого в щёку, вытерла слёзы полотенцем и поспешила на кухню с последними приготовлениями. Расспросы о жизни в доме господина Чона быстро сошли на нет, Тэхён отвечал односложно и вяло, не вдаваясь в подробности. Мари быстро переключилась на городские сплетни, оживлëнно обсуждая пикантный скандал в доме судьи. — … на рауте у нашего соседа. Сама себе напридумывала, теперь страдает, бедная девочка. — Мари вздохнула. — Ну как можно быть такой наивной? Хотя господин Чон тоже хорош, тот ещё ловелас оказался, но красив до невозможности. Ах, сколько сердец он ещё разобьёт. В сознание Тэхёна ядом просочились слова тëтушки о сердцееде Чоне, он резко встал, извинившись, и выскочил из столовой. Тэхён вышел на улицу, прошел по дорожке и прислонился к дубу, грудь словно стянул тугой обруч, не давая вздохнуть, ему казалось, что его сердце разорвётся от боли, он даже желал этого, только бы прекратить эту жгучую терзающую его муку. Вечер раскинул кровавые полотнища по небу, деревья тянули длинные ветки пальцев, стараясь поймать в свои сети редкие одинокие облака. Тэхён стоял, рассматривая сумеречное небо, думая, чем сейчас занимается Чонгук? Читает ли книгу, говорит с Мсизи или, так же как он, смотрит на облака. Тэхён настолько погрузился в свои мысли, что не заметил, как сзади подошёл Сокджин. — Ты какой-то странный, Тэхён. — Сокджин хлопнул по плечу брата. — Притихший, бледный, слова не вытянешь, прям ходячий мертвец. Я подумываю, а не выпил ли твою кровь ужасный колдун Чон? Он шутливо начал приставать к Тэхёну, стараясь осмотреть его шею на предмет укусов. Тэхён вяло отбивался, совсем не желая участвовать в игре. — Да что с тобой, Тэхён? — уже всерьёз забеспокоился Сокджин. — Я просто устал. — бесцветно пробормотал парень. — Пойду спать. Он поднялся в свою комнату, разделся и залез под одеяло. Глаза осматривали привычную обстановку, любимые мелочи, которые раньше дарили тепло и чувство безопасности, а теперь словно смеялись над его потерей. Тэхён до последнего момента ждал и надеялся, что Чонгук даст о себе знать, приедет или пришлёт хоть весточку, но все надежды рухнули с последними лучами заходящего солнца. Тэхëну снились горячие руки Чонгука, как они гладили, осторожно касаясь его тела, как мягкие жадные губы собирали каждый выдох, наполняя его лёгкие своим. Тэхён тянулся к Чонгуку, старался удержать, но он словно растворялся туманом, стекая по пальцам и исчезая в ночи.***
Утро, будто в насмешку над мрачным настроением Тэхёна, выдалось ясным и безветренным. Солнечные лучи скользили по чистой неброскости красок, звонкие переклички птиц, наполняющие необыкновенную прозрачность воздуха, лишь подчеркивали тоскливую молчаливость юноши. Тэхён лениво ковырял в тарелке, не прислушиваясь к суетливому говору за столом. — Тэхён, Тэхён! — в его сознание медленно вплыл голос тётушки Мари. — Ты совсем меня не слышишь. Ты не болен? — А? Нет. — Он старался сосредоточиться и понять, что от него хотят. — Просто задумался. — Я начинаю думать, что все слухи про господина Чона правда, и он действительно колдун. — Мари поджала губы. — Был здоровый крепкий мальчик, а как погостил у него, вернулся сам не свой, словно из тебя душу вынули. — Мари, не говори глупости и не повторяй городские сплетни. — дядя Намджун закатил глаза. — Я после полудня отправляюсь в контору решить кое-какие дела с поставщиками, так что напиши мне список, что необходимо приобрести. — Дядя Намджун, я с Вами прокачусь. — Тэхён встрепенулся, хватаясь за любую возможность сменить обстановку, чтобы не сорваться и не поехать к усадьбе Чонгука. — Конечно, Тэхён, я буду только рад. — Намджун с укором посмотрел на Сокджина, всем своим видом укоряя сына за безделье. Брат пнул ногой под столом Тэхёна в знак протеста, но Тэхён даже не заметил возмущения, снова уставившись в свою тарелку. Суета конторы ненадолго отвлекла юношу, выведя его из круга мрачных мыслей. Ему было неинтересно вникать в бумаги, отслеживать маршруты поставок, разбирать отчёты о прибылях и расходах, но все эти цифры, расчёты, деловые записки забивали глухую тоску, и Тэхён корпел над бумагами, заставляя себя прилежно вчитываться в документы. — Ну что, славно поработали, можно и честь знать. — Намджун потянулся до хруста в костях. — А то твоя тётка меня со свету сживет, что заставляю её мальчика мучиться над бумагами до ночи, — дядя легко похлопал по плечу племянника. Они стояли на крыльце, ожидая, пока подгонят их коляску. — Тэхён, вот так встреча! — к ним, протянув руку в приветствии, стремительно приближался Райан. — Я тебя не видел с самого раута у господина Чона. Тэхëн смотрел на полное румяное лицо приятеля и мечтал, чтобы он провалился под землю, только бы не произносил имя, которое, словно острый клинок, полосовало разум и сердце. — Здравствуй, Райан, я решил немного помочь дяде. — Тэхён попытался изобразить радость от встречи. — Теперь понятно, почему у тебя такой кислый вид. — расхохотался приятель, приложив руку к сердцу и поклонившись в сторону Намджуна. — Господин Ким, ничего личного. — Хоть в это сейчас трудно поверить, но я тоже был молодым и всё понимаю. — Намджун усмехнулся. — Тогда Вы уж точно не будете возражать, если я украду Тэхёна на сегодняшний вечер? — Райан хитро подмигнул Тэхёну. Тэхëн не хотел никуда идти, не хотел никого видеть, боль, слегка притупившаяся, снова подняла голову и вгрызлась зубами в сердце от неосторожного упоминания имени Чонгука. Но ему не дали даже открыть рта, всё решив за него. — Конечно идите, проветритесь. — Намджун согласно закивал головой. — Тэхён, я пришлю за тобой повозку. — Не нужно, господин Ким, я сам отвезу Тэхёна. — Райан подхватил юношу под локоть и потащил за собой. — Не волнуйтесь. — Куда ты меня тащишь, Райан? — Тэхён вяло сопротивлялся. Приятель был горазд на разные авантюры, и они с Сокджином частенько с удовольствием поддерживали его затеи, но сегодня Тэхëну казалось, что он просто не выдержит жизнерадостной энергии парня. — Мы идём в салун мадам Жоли. — тихо прошипел на ухо Райан, широко улыбнувшись. — Туда приехала экзотика. — Куда? — Тэхён встал как вкопанный, замотав головой из стороны в сторону. — Ни за что! Я порога не переступлю, даже не уговаривай. — Тссс, чего кричишь? — Райан развернулся к Тэхëну. — Мы просто посидим, выпьем, посмотрим и всё. Мадам Жоли обещала нечто необычное. «Жемчужину Востока», мужчину, который может дарить любовь вместо женщины. Тэхëн стоял, пораженный мыслью, что мужчина, дарящий любовь, может научить его, как доставлять удовольствие Чонгуку. Юноша стремительно зашагал в сторону здания, утягивая за собой ошеломлëнного Райана. В салуне был полумрак, скрадывающий лица посетителей, сквозь сизый дым табака медленно проплывали полуодетые девицы, присаживаясь за столики, предлагая себя и напитки. Тэхён осматривал помещение, здесь он был впервые. Всё смущало. Обилие огромных зеркал, стены, обитые красным бархатом, тихий смех девушек, откровенные похотливые взгляды мужчин. То и дело парочки поднимались наверх, скрываясь за тяжёлой портьерой, прикрывающей вход с лестницы. Тэхён чувствовал себя неловко и, чтобы побороть смущение, одним глотком влил в себя полстакана виски. Жидкость обожгла пищевод, разлившись в желудке огнём. Тэхён налил ещё и снова выпил. В голове поплыло, отгоняя стеснение и растворяя обруч, стянувший сердце. — Где твоя Жемчужина Востока? — Тэхён повёл осоловевшим взглядом по сторонам. — Желаю видеть её. — Тэхён, вот тебя развезло-то. — Райан коротко хохотнул, шлëпнув по заду проходящую мимо девицу. Та притворно взвизгнула и заулыбалась. — Сейчас подойдёт, готовится. К Тэхëну плыла луна, покачиваясь в призрачном мареве, она неспешно приближалась, растягивая кровавые губы в улыбке. Парень в ужасе смотрел, как небесное светило притормозило рядом с ним и присело на стул напротив. Он даже не заметил, как Райан, подхватив полуголую девицу под локоток, удалился по лестнице вверх, бросив незадачливого приятеля один на один с «Жемчужиной Востока». Тэхëн сидел, тараща глаза на размалëванное чудо, и пытался представить, понравился бы Чонгуку такой боевой раскрас на нём, Тэхëне. «Жемчужина Востока» что-то проворковал, прячась за веером, и положил свою ладонь на бедро юноши, недвусмысленно двинувшись вверх к паху. Тэхёна замутило, он попытался проглотить ком в горле, на секунду прикрыв глаза, очень хотелось скинуть с себя чужую руку и сбежать, останавливало лишь желание научиться премудростям любви мужчин, чтобы завоевать сердце Чонгука. Мужчина манил его наверх, стоя у лестницы, призывно гримасничая. Тэхён готов был пойти на эту жертву, решительно поднявшись со стула, его повело в сторону, юноша оперся на столик, удерживая равновесие, и кинул взгляд в сторону выхода, в отчаянии замерев. Изогнув бровь в немом вопросе, на него смотрел господин Чон. Тэхён моргнул, и его согнуло пополам, выворачивая содержимое желудка на роскошный ковер. Слабый ветерок холодил потное лицо, даря приятную свежесть, сзади грело тепло сильного тела, щёки горели от стыда, а в груди шевелилась ревность. Тэхён старался не дышать, всеми силами изображая каменное изваяние. — И часто Вы посещаете салон мадам Жоли? — Не выдержал молчания Тэхён. — Время от времени. — Спокойно ответил Чонгук. — И что, нравится? — Тэхён старался чётко выговаривать слова и не сорваться на истерику. — Раз на раз не приходится, бывают удачные дни, бывают не очень. — Чонгук цокнул, понукая коня. — Сегодня не очень? Я испортил посещение? — Отнюдь, я получил то, за чем приходил, — возразил мужчина. Тэхëн дëрнулся от боли, пронзившей сердце. Ему отчаянно захотелось спрыгнуть с коня, убежать подальше от спокойного тона Чонгука и дать волю своему горю. Господин Чон словно почувствовав отчаяние парня, лишь крепче перехватил поводья, замыкая его в кольцо своих рук. — Я прихожу туда по делу, не более. — решил объясниться он, после недолгого молчания. — Я понимаю. — Тэхён сопел, сдерживая слёзы. — Мне интересно, что делал там ты, Тэхён? — выдохнул свой вопрос Чонгук в ухо парня. — «Жемчужина Востока», — пробормотал юноша, словно это всё объясняло. — Он мужчина. Тэхëн чувствовал исходящие волны непонимания от сидящего сзади Чонгука. Юноша набрал в лёгкие воздуха и словно нырнул, объясняя. — Я хотел, чтобы он меня научил любить Вас, научил доставлять удовольствие. — Зачем? — Чонгук пальцами прикоснулся к подбородку Тэхёна, поворачивая его голову к себе. — Вы выгнали меня сегодня утром, потому что я ничего не умею, не могу доставить Вам удовольствие. — Тэхёну тяжело давались слова. Он ждал, что Чонгук хоть что-нибудь ответит, возразит или подтвердит, но тот молчал, не произнося ни слова. Они подъехали к дому, мужчина помог слезть с коня Тэхëну. — Запомни, Ингане, есть вещи, которые происходят помимо нашей воли, и нужно научиться противостоять им, не ломаясь. — Чонгук ловко вскочил на коня и понëсся галопом, растворяясь в ночи.
