Знахарь

      — Месье Монэ, — сидевшая за партой в ожидании своего компаньона по «особому уроку» девушка вдруг вынырнула из пучины своих переживаний, — скажите, могу ли я… Ну…       Оторвав свой взгляд от бумаг перед собой, учитель философии взглянул на девушку. В последние дни она стала заметно нервничать в присутствии своего одноклассника и сейчас была на пределе своего невроза. Она буквально не знала, куда сейчас деть свои руки — то крутила в них телефон, то складывала ладошки в замок, начиная вилять большими пальцами.       — Я не кусаюсь, мисс Дюпен-Чен, — постарался он успокоить сгорбившийся над партой комок нервов с двумя хвостиками. — И приложу все усилия, чтобы с должной ответственностью предоставить вам ответ, если это не превышает моей компетенции.       Маринетт с небольшим облегчением вздохнула, но смущение все-таки вернулось в ее тон.       — Могу ли я, так скажем, научить этому приему… — она заволновалась, начав стучать большими пальцами друг об друга, — еще одного человека?       Учитель опустил скрепленную стопку бумаг на стол и со вздохом размял переносицу под очками.       — Мисс Дюпен-Чен, — ответил он, оперевшись локтем на стол, — я согласился научить вас этому трюку в обмен на сохранение в тайне того, что вы увидели несколько дней назад. Как я уже сказал, повальное распространение этого знания может сказаться негативным образом совершенно непредсказуемого масштаба на то, каким будет ответ Бражника. Кроме того, разве вам недостаточно того, что иметь защиту от этих Акум будете вы и ваш… парень?       Намек на Эдриана, что вот-вот должен был подойти, заставил вновь промелькнуть в памяти некоторые события последних дней, а то, что его уже приписали ей как парня, заставило лицо залиться краской.       — Чт-что, н-нет-нет, мы не… Он не… — засуетилась она, забавно размахивая руками, — Ну, то есть, я бы хотела… Но я не…       Совсем захлебнувшись нечленораздельной речью, она наконец замолчала и понуро опустила голову.       — Это… Неправильно, месье Монэ, — раздался ее тихий голосок, полный сожаления, а на глаза навернулись слезы, — Там, в подсобке, я наговорила ему такого, что… Не хотела, вернее, пока не могла сказать напрямую. И теперь он стал смотреть на меня с какой-то осторожностью.       «А что, если он просто не знает, как ему реагировать?» — всплыли в памяти слова Нуара на крыше вчерашним вечером.       — Мисс Дюпен-Чен… Нет, Маринетт, — мужчина постарался сделать свой голос как можно мягче, — Мы все порой совершаем ошибки. Но мы должны уметь находить в себе силы исправлять их или… жить с ними. Это и делает нас людьми, в конечном счете. И поверьте, в жизни бывают случаи, когда человеку даже не нужно попадать под магическое воздействие, чтобы наговорить такого, о чем он будет жалеть еще очень и очень долго. Иногда гораздо хуже совсем ничего не сказать.       — Х-хорошо, я поняла. — Чуть успокоившись, она опустила голову и продолжила перебирать пальцами.       Спустя пару мгновений раздался громкий звук рингтона учительского смартфона, отчего напряженная девушка подскочила на месте и инстинктивно прижала руки вдоль тела.       Пока учитель разговаривал с кем-то по телефону, Маринетт заметила, как за окнами, со стороны основного холла в сторону двери проплыла размытая искажением фигура.       Остановившись перед дверью, Эдриан немного помедлил, чуть приоткрыл дверь, окидывая взглядом кабинет. Заметив сидящую в напряжении девушку, он встретился с ней взглядом. Та чуть покраснела и тут же отвела взгляд. По-доброму улыбнувшись, он приметил за собой, что мучившая его в последнее время хандра наконец-то разбавилась цепочкой неожиданных и, пусть и странных, но в целом интересных событий.       Решительно распахнув дверь, он вошел в аудиторию.

***

      Очередной вечерний патруль закончился очередной победой над очередным злодеем, в который раз обещавшим исполнить его гипертрофированную цель, рожденную из переживаний и обиды простого человека. Последние несколько дней Кот Нуар и Ледибаг действовали удивительно слаженно. Девушка даже похвалила своего напарника за такую способность к кооперации, когда ей не приходилось каждые пять минут закатывать глаза на очередную попытку подката хвостатого.       — Просто я понял, что во всей этой супергеройской романтике не больше смысла, чем в попытках признаться в любви герою комикса, — почесал он затылок, — Для меня уже огромная честь сражаться бок-о-бок с такой великолепной героиней, как ты.       Под снисходительную улыбку девушки он сделал театральный поклон.       — Кстати говоря, — начал он, — как у тебя продвигаются дела… с твоим парнем?       По спине девушки пробежала волна мурашек. Как дела? Да никак. Эдриан начал заводить с ней разговор гораздо чаще, чем она привыкла и она даже могла наблюдать на его лице тень нерешительности и стеснения. Словно смотрела на себя со стороны. Казалось бы, возьми и поговори, но это ощущение неправильности ситуации не давало ей раскрыть рот. Словно маленького птенца выкинули из гнезда, а крылышки-то не выросли, да и как махать ими ты не знаешь. И вот ты летишь навстречу холодной твердой земле.       — Миледи? — прервал ее внутренние загоны знакомый голос.       — А? Что? А, ну… — дернулась она, — У нас… Все нормально! Продвигается, ха-ха, потихоньку…       Ее нервные ужимки напомнили ему Маринетт. Несмотря на его попытки завести с ней разговор, в котором как бы невзначай поднялась бы нужна тема, она моментально цепенела больше обычного, снова отвечала что-то невразумительное и старалась поскорее пропасть из поля зрения. Разве не этого она хотела все это время? Если бы он только знал, что делать… Это ведь не слащавый романтический фанфик, где два персонажа основного шиппинга мистическим образом понимают, что нужно сказать друг другу и как поступить, чтобы к концу произведения проснуться в одной постели довольными и счастливыми. Это реальная жизнь. И если у тебя нет опыта, начинаешь бояться за каждое слово, каждое движение, лишь бы не сломать тот драгоценный баланс, не разрушить все начинания и не потерять того, кто тебе нравится.       «Просто будь собой, чувак» — сказал ему Нино в месседжере.       «Ага, если бы все было так просто» — ответил Эдриан.       «Тебе просто не хватает уверенности» — парировал Лаиф.       «Мне не хватает понимания» — резюмировал Агрест-младший.       «Мозгов тебе не хватает)))» — и в ответ на подколку в ход пошли боевые мемы из памяти смартфона.       — Слушай, Ледибаг, — вдруг пришла ему в голову странная идея, — А что если… Мы потренируемся? Друг на друг-       Не успел он договорить, как в него прилетел тяжелый красный йо-йо, заставив невольно сделать сальто через спину.       — Даже не думай опять начинать свою телегу, Котяра! — гневно трясла она кулаком, — Никаких интрижек! Мой Эд…       Она судорожно перекрыла себе дыхание корнем языка.       — …вард не заслуживает такого читерства! Мне хватило и того, что мне пришлось вот так открыться ему!       — Эдвард? — удивленно поднял бровь Кот, сложив на груди руки и сощурил глаза в подозрении.       То, что у Ледибаг все-таки был все это время возлюбленный, пока сам Нуар продолжал свои подкаты, каждый из которых она отвергала без тени сомнения, так ни разу не проболтавшись, вызывало у него скорее очередную волну восхищения. С другой стороны он был и рад за нее и жутко завидовал этому Эдварду. Наверняка в ее глазах у него еще и кожа на солнце сверкала. Впрочем, кто он такой, чтобы рушить чужие пары. Как он и сказал чуть ранее — быть ее напарников уже было для него огромным счастьем.       — А… Ну… — заволновалась она, — Забудь, пожалуйста.       Она в смущении сложила перед собой ладошки, перебирая поочередно всеми пальцами.       — Кстати, а у тебя-то появилась какая-нибудь девушка? — хитро сощурилась Ледибаг, — Раз уж ты вдруг решил возвести меня в ранг звездных созвездий, а не простую смертную. Наверняка у тебя в жизни кто-то появился, что ты решил пересмотреть свои приоритеты, да?       Тело парня словно прошибло током. Попала в точку. Как и всегда, она чрезвычайно проницательна. Ну и верно, иначе бы она не смогла стать такой потрясающей героиней, заслуживающей всеобщего почитания.       — А… ха-ха… — вдруг заерзал он на месте, глупо улыбаясь, — Ну, оказывается, рядом со мной всегда была очень милая и добрая девушка. А я, как полный дурак, ее не замечал. Был ослеплен твоей исключительностью.       — Ха-ха, — рассмеялась она, — Уж на счет дурака ты точно прав. А потом, дай угадаю, случилась Кураж и она все тебе высказала?       Эдриан замер. По виску прокатилась холодная капля.       — Откуда… ты…       — Да в последние дни все социальные сети завалены историями, — с усмешкой ответила она, — как по городу любовным ураганом пронеслась злодейка, заставляющая всех признаваться в любви. Меня до сих пор удивляет, что мой случай настолько стоит особняком.       Парень облегченно выдохнул. На секунду ему показалось, что… Нет, ну правда, не мог же он быть единственным, кого угораздило попасть в такую ситуацию.       — Кстати, ты правда думаешь, что все эти признания настоящие? — девушка задумчиво покрутила вокруг пальца свой йо-йо.       Перед глазами мгновенно предстал образ Маринетт в темной подсобке, ее мягкий взгляд, нежная улыбка.       — К-конечно! — запнулся он, — Иначе с чего бы Мари… анне говорить мне все это? Да и ее прошлое поведение все объясняло.       Чуть не проболтался. Вот идиот. Эдриан мысленно отвесил себе пинка мощностью в несколько Катаклизмов.       — Мда-а, — протянула Ледибаг, — Бедная Марианна, тяжело ей с тобой будет.       — Эй! — возмутился он. Если бы у него была шерсть, он бы сейчас визуально увеличился в размерах. А так только кончики волос немного распушились. И лицо под маской залилось румянцем.       Раздавшийся сигнал низкого заряда их талисманов наконец прервал этот неловкий разговор.       — Ну что, Котик-жиголо, — вскинула она свой йо-йо, — До встречи завтра.       — Д-да, до встречи, Ледибаг. — Немного растерянно смотрел он вслед удаляющейся зигзагами героини. После чего достал шест и дал разбег в сторону края крыши.       На соседнем здании, за кирпичной пристройкой дымохода сидел человек. Перед ним были разложены маленькие белые прямоугольнички бумаги. Тонкой кистью он аккуратно покрывал их фиксирующими иероглифами и энерго-проводящими контурами. Из-за белой маски не было видно, как на его лице закрепилась ехидная усмешка. Резкий порыв ветра сорвал верхнюю бумажку из стопки, но она была моментально перехвачена со словами «А ну иди сюда, ублюдок, мать твою».       «Эдвард и Марианна. История любви.» — пошутил он про себя.

***

      Ловко запрыгнув во всегда открытое окно своей комнаты, Эдриан развоплотился и устало рухнул лицом на кровать. Пока Плагг направлялся в сторону своей заначки сыра в одном из ящиков шкафа, парень просто лежал, давая мышцам время расслабиться. Откуда-то из глубины шкафа доносились приглушенное чавканье и восхваления этого прекрасного сыра, самого удивительного и потрясающего на всем белом свете.       Перевернувшись на спину, парень достал телефон и решил пролистать пару местных пабликов в поисках тех самых историй. К его удивлению, их было не так уж много. И где она только увидела, что этих историй «завались»? Ох уж эти девчонки, вечно преувеличивают.       Бегло изучив попавшиеся короткие рассказы, Эдриан установил, что 70% из них заканчиваются банальщиной «Ну мы и стали встречаться», а еще 30% авторов явно были профессиональными фикрайтерами, в простонародье брехунами.       Раздосадованный, он открыл список своих контактов и начал свайпать их одного за другим, пытаясь найти того, кто еще мог бы подсказать ему, что же, собственно, делать.       Спустя несколько быстрых движений, палец его замер. С экрана телефона на него смотрели изумительные синие глаза. Спустя несколько секунд созерцания, большой палец палец медленно пролевитировал до зеленой кнопки вызова. Решение дать пальцу соприкоснуться с сенсорной сеткой встретило сопротивление, сравнимое с гравитацией черной дыры. В попытке преодолеть этот барьер он напрягся так сильно, что сердечный ритм, казалось, решил выйти на первую космическую скорость, пока улыбка прекрасных губ не отпускала его взгляд.       Наконец он не выдержал и отключил экран, откинув телефон от себя на другой конец кровати, продолжая тяжело дышать.       Прикрыв глаза тыльной стороной запястья, он начал искать другие варианты, к кому можно обратиться за советом.       Натали? Можно, конечно, она всегда была к нему благосклонна и не раз выбивала для него свободное время и возможность куда-нибудь улизнуть. Но нет. Искать совета у представителя вражеского (женского) племени почему-то не казалось разумной идеей.       Охранник Игорь? Если он даже и сможет дать ему стоящий совет, то к моменту, пока Эдриан его выслушает, Маринетт успеет выйти на пенсию, имея несколько внуков.       Отец?..       «Очень смешно, мозг. Обхохочешься просто»       Последние дни Габриэль только и делал, что в подробностях расспрашивал, чем его сын занимается на том дополнительном занятии у месье Монэ. Лавируя между общими ответами и частью материала с основного урока, парень умудрялся задобрить интерес чрезмерно пытливого родителя. С таким трудом ему удалось получить этот дополнительный час в свое распоряжение, что давать никаких поводов его отбирать он не мог, как и сообщить, чем на самом деле они там занимались. Учитель строго-настрого запретил сообщать кому-либо о той психологической методике, которая позволяет оградить себя от влияния чар Бражника, «даже если сам Господь спустится с небес и настойчиво будет требовать рассказать, угрожая сжечь твою коллекцию порно-журналов». На это высказывание Эдриан моментально встрепенулся «Откуда вы-», на что Монэ, прервав того жестом руки, ответил что практически невозможно найти такого подростка, у которого бы такой коллекции не было.       Кристоф Монэ? Временный учитель философии. Возможно, из-за того, что он раньше преподавал в университете, а студенты народ еще тот в плане своевольности, а может и еще по какой-то причине, но ученики скромного коллежа начинали каменеть, стоило ему пройти мимо них по коридору, словно мимо стайки диких хомячков по своим делам прополз огромный питон. Но в то же время он был человеком крайне отзывчивым и если ты не пытался как-то поднять свой статус в его глазах или, упаси боже, как-то начать сомневаться в нем самом, то с ним даже можно было общаться. Казалось, он знает все. А с момента, как ему поведали о существовании магических талисманов, супергероев и суперзлодея, способного создавать сверхсильных чудовищ, так вообще все. Но Эдриан уже пытался окольными путями выведать у него интересующий его совет. К несчастью, он получил ответ в духе «Ты должен понять это сам. Маленькая черепашка, что только вылупилась на песчаном берегу, будучи доставленной прямиком в воду, никогда не проживет долго».       Эдриан находил взаимосвязь его общей ситуации с отцом и такого рода наставлениями. Ему казалось, что он, словно та маленькая черепашка, точно так же будет перенесен до воды его заботливым отцом. А что ему потом делать в этой воде, никто не объяснит. На все попытки поговорить с отцом он получал либо отказ, либо начинал нервничать так сильно, что приходил в себя уже в своей комнате, получив очередной отказ.       Как же ему хотелось, чтобы тогда, в первый день, с разбитым носом из школы вышел именно его отец. Может хоть что-то до него бы дошло.       Устав от тяжелых мыслей, он дотянулся до своего телефона и разблокировал его. Глазам вновь предстало чудесное личико с манящими сапфировыми глазами, такими глубокими, что в них хотелось утонуть и никогда не всплывать. Кажется, он и правда сумел перевлюбиться. И в отличие от бесконечно неприступной Ледибаг, которой он все так же восхищается, его чувства сейчас были направлены на то сокровище, что всегда было буквально под боком, в полутора метрах за его спиной. Осталось лишь протянуть руку и схватить этот сладкий плод. Но почему-то, стоило его пальцам дотянуться до такой спелой и дурманящей красоты, как ему словно не хватало длины рук и сочное яблочко выскальзывало, дразня своим блеском в лучах солнца.       Эдриан почувствовал, что лицо его начало гореть и, казалось, вот-вот вспыхнет, если он продолжит смотреть на ее фотографию из профиля контакта хоть на секунду дольше.       Решив, что пора бы уже сходить в душ, может даже холодный, он с неохотой поднялся с кровати и отправился в душевую, мурлыкая под нос какую-то мелодию, сопровождаемый прищуром хитрых зеленых глаз.

***

      Теплота… Нет, жар. Неистовый жар. Он ничего не видел, но его тело, руки, пальцы чувствовали под собой что-то очень мягкое, нежное и податливое. Выгибающееся с каждым его прикосновением, с каждым касанием его губ бархатной кожи, под которой он ощущал пульсирующую жилку. Тяжелые вздохи и горячее дыхание чувствовал он на своей шее. Знакомый запах волос, но он не мог сказать, чей он, лишь понимал, что дышал бы им вечно. Чьи-то руки вцепились в его спину, царапая ногтями кожу. После каждого резкого вдоха, на выдохе появлялось все больше голоса, слышать звон которого было слаще любого нектара. Действие понемногу ускорялось, а приятное чувство внизу живота грозилось взорваться при любом следующем движении. Вздохи становились все громче, пока невероятная волна блаженства полностью не затмила разум.       С протяжным, практически звериным рыком, Эдриан подскочил в своей кровати.       Сердце лихорадочно колотилось. Тяжело дыша, он пытался понять, что происходит. Он был в своей комнате, один. Рядом с ним в воздухе висела пара зеленых глаз.       — Капитан, — заговорили зеленые глаза, — Кажется, вы приплыли.       — Ч-что? — недоуменно посмотрел парень на своего квами, — Какой капитан?       — Капитан корабля, следующего из пункта «Ледибагвилль», — продолжал подкалывать его маленький черный комочек, — в пункт «Маринеттск».       — Да о чем ты гово… — хотел было возмутиться Эдриан затянувшейся шутке, откинув одеяло, как вдруг ощутил довольно большое количество чего-то мокрого и теплого в своих трусах, — Ой…       — ДА БЛ…