Подростковая жизнь в больнице

      Просыпался Чонгук несколько раз за ночь. Смутно помнит свое первое пробуждение. Бледное лицо матери и ее цепкую руку, которая крепко держала Гука за ладонь и не отпускала. И отца рядом. Такого же бледного и молчаливого, но увидев приоткрытые глаза сына и его нахмуренный взгляд, лицо Мистера Чона вмиг растянулось в измученной улыбке. Второй раз проснулся уже в палате за полночь. На пуфике сидел его рыжеволосый сосед, играя в приставку и запивая энергетиком. Слева от Чонгука на стуле сидела мать и мирно посапывала в руку сына, не отпускала. В комнате царил мрак, не считая света, исходящего от экрана телевизора. Через несколько секунд послышалась возня и чиминовское: «Блять, опять проиграл. Да ну его». А затем яркий свет плазмы погас, послышалось кряхтение коляски, звонкий стук об дверь и шипящие матерки друга из которых, Чон услышал только «Падла деревянная». Третий раз проснулся уже окончательно в девять часов утра. Довольно долгое время лежал с закрытыми глазами, прислушываясь к шуму в плате. На удивление Чонгука, шум как раз-таки отсутствовал. Слышалось только тихое тиканье часов, небольшой гул исходящий из коридора и дыхание самого Чона. Открыв глаза, первое что увидел: пустой стул рядом с кроватью. Родители наверняка уехали в ближайший отель, чтобы как следует передохнуть. Чонгук не в обиде, а даже рад. Не очень-то хотелось с утра пораньше отвечать на обеспокоенные вопросы матери по поводу его здоровья. Еще раз выдохнув, Чонгук повернул голову в сторону койки Чимина, но увидел совсем другого человека. Это был точно не его рыжеволосый взбалмошный сосед.       — Проснулся? — спросил парень с теми самыми зелеными кроксами на ногах.       Голос его был низкий, немного хриплый и заспанный. Кажется, тоже недавно пробудился. Глаза его были на этот раз голубого цвета, скорее всего линзы, но улыбка все та же: лучезарно-квадратная. Слишком он уж счастлив для того, кто лежит в больнице летом в каникулы. В руках держал одну из чонгуковых манг «Магическая битва». А самому Чонгуку то было и не жалко. За такую улыбку и глаза, готов был отдать всю свою библиотеку. Да даже чиминовские игры отдаст, взамен лишь бы не переставал так дерзко ухмыляться и светит своими глазами.       — Ты кто? — хотел было спросить Чонгук, но вмиг осекся. Голос прохрипел так, будто Чон являлся настоящим заядлым курильщиком. — Что ты здесь делаешь?       — Сосед твой свалил, пошел вымогать у поваров пиццы, ну как пошел. Поехал. Ну ты его знаешь. Уверен, что своего он добьется, — хмыкнул голубоглазый и перевел свой взгляд на комикс, который все это время покоился в его руках. Во рту пересохло. Руки были красивыми. Длинные такие, аккуратные, ухоженные, аристократичные. А пальцы так вообще отдельный вид искусства. Он бы мог бы этими пальцами сделать очень хорошо. Чон уверен. — Никогда не читал эти ваши комиксы, забавная штука. Долго разбирался, как правильно прочесть хотя бы одну страницу. Оказалось, слишком увлекательно. Теперь я понимаю, почему молодежь так тащится по этим... книжкам. И вправду забавно. Не против, если я у тебя ее одолжу на неопределенное время? Тут немного скучновато. Хоть как-то скрашу свои серые будни. Честное слово, день сурка какой-то, — за весь монолог парня, Чонгук успел лишь несколько раз совсем невинно хлопнуть глазами и пару раз открыть рот, чтобы сказать хоть слово, но так и не проронил ни звука. — И ты тоже забавный. Надеюсь, что также красочно украсишь мои дни, как и твоя книжонка, — усмехнулся парень и поднялся с кровати. — Я, кстати, Ким Тэхен. Приятно познакомиться, Чонгук-а. Больше не плачь, твои слезы драгоценны, — кинул напоследок Ким Тэхен, подал стакан воды младшему и как ни в чем не бывало, пошел на выход.       Чонгук был не просто в шоке, он был крайне удивлен. Так и не сказал ни слова, а теперь еще и водой чуть не подавился. Тэхен был красив. Словно вот только сошел с обложки какого-нибудь популярного журнала. И говорил тоже красиво. Уши от его слов, так и краснели не переставая, будто целый час провел на 40 градусном морозе. Голос его был завораживающим, невероятно глубокими и конкретно так цеплял за душу.        — О, Чонгук-а, очнулся?! Смотри, что я нам спиздил. Эта пицца конечно не из ресторана и не по мамкиному рецепту, но блять, получить такое в больнице? А вот хуй тебе. А я достал! — самодовольно пропел Чимин и вытащил из-за спины коробку пиццы. Радости его не было предела. Так был счастлив, что даже не заметил пропажу своего стакана, который теперь был в руках Чона. — Щас нажремся. Мать родная не узнает, — продолжал хвалиться рыжеволосый пересаживаясь с коляски на кровать возле взлохмаченного друга, открывая коробку пахнущей пиццы и протягивая один кусок соседу.       — Ты серьезно выпросил пиццу у поварих? Только ты мог быть на это способен. И вообще, чего здесь Ким Тэхен забыл? Как ты мог впустить его в нашу комнату? Я ж без сознания совсем был, — покачал головой Чон и сделал первый надкус, нахмурив брови от невыносимо вкусной еды в его желудке. Не ел он со вчерашнего дня. Последний прием пищи был в дороге к Сеулу. После того раза только несколько глотков воды. На Чимина за незваного гостя он и не злился, но сделать недовольный вид, чтобы не вызвать подозрения, все же надо было.       — Ой, да ладно тебе. Как будто он бы тебя изнасиловал. Да и кому нужна твоя тушка? Тэхен, конечно, отбитый на голову, но не насильник. А мне срочно нужна была хоть какая-то выпечка. Да хоть с песка. Но одного я тебя тоже оставить не мог. Вдруг бы грохнулся с кровати и голову себе разбил. Вот и выхватил по дороге на кухню Тэхена. А он видать совсем не против был. Сонный был пиздец какой, вот я и отправил его к тебе. Ах точно, это же было в пять часов утра. И что этот черв бешенный в пять утра на кухне делал? — деловито нахмурился Чимин и взял второй кусок пиццы.       — Ну да и вправду. Чего он это забыл в пять утра на кухне? А, Чимин-а? — с сарказмом указал Чонгук, а затем прыснул со смеху, когда увидел озадаченный взгляд друга.       — Да хер его знает, дурак может? — покривился Чимин, заставив Чонгука вновь покатиться со смеху.       Послушав еще несколько анекдотов от соседа по типу: «Моего друга сбила машина и теперь он мне не друг, ведь друзья на дороге не валяются» или «Село, где жили бабушки снесло торнадо. Бабки на ветер, так сказать», ребята решили провести время с приставкой в руке. Перепробовали все что можно. И в фифу «порубились» и в Мортал Комбат «поебались» по словам Чимина.       — Проснулся? — вновь тот же вопрос, но только теперь от лучшего медбрата в мире, Ким Сокджина и его фиолетовой макушки.       Чтобы хоть как-то отвлечь Чонгука от боли во время страшной процедуры, Ким рассказал Чону, как сам решился перекрасить волосы в розовый и сделать себе челку. Чимин оказывается, уговаривал его еще и брови покрасить, но в ординаторскую вовремя вошел Намджун и не дал этому горю случиться. Только Чимин потом несколько часов подряд ходил надутый, словно воздушный шар. Ни с кем не разговаривал и никого не пускал в палату. Поэтому, чтобы заслужить прощение Пака, пришлось перекрашивать его в рыжий цвет. Только после этого мальчик вышел с палаты и вновь начал докучать окружающим. Но другие были и не против, а наоборот. На этого мальчишку злиться или обижаться было просто невозможной вещью.       — Да, — кивнул Чонгук и отбросил джойстик. — Я как раз хотел спросить насчет биопсии. Когда будет готов результат? Может рака у меня и нет, а в нашей Пусанской больнице просто ошиблись, — с надеждой в голосе проговорил подросток. Ким вздохнул и подошел к кровати подростка, чтобы вытащить иголку с его руки и убрать капельницу подальше от кровати.       — Результаты будут готовы через несколько дней. И не думаю, что в твоей больнице могли что-то перепутать. Симптомы ведь на лицо Гук-а. Рак есть рак. Намджун придет к тебе в палату и огласит результат, а затем и план лечения. Биопсия по большей части требовалась только для того, чтобы понять насколько злокачественная опухоль. Требуется ли ампутация ноги или можно справиться и без нее, — при слове «ампутация» Чон вздрогнул, посмотрел на Чимина, который слушал их разговор с серьезным видом и покачал головой.       — Ампутация не потребуется, — уверенно ответил младший, чем заставил Чимина улыбнуться и покивать головой.       — Ну чтож, быстро в столовую на обед и затем лекарства. Чимин, в сто-ло-ву-ю, — зло зыркнул старший на рыжеволосого парня, а тот лишь невинно улыбнулся во все тридцать два зуба и поднял большой палец вверх.       — Сто-ло-ва-я, я понял, — кивнул младший, чем заставил Сокджина посмотреть с неверием. — Я правда понял, хен! — обиженно скуксился рыжеволосый. Цокнув языком старший быстро покинул помещение, напоследок еще раз окинув сумасшедшего ребенка сомнительным взглядом. — Пока! — и помохал рукой.       — Ну что, поехали в столовую? — кивнул Чон на коляску и начал было перебираться туда, как Пак выкрикнул:       — Какая столовая? Поехали в наше место. Уверен, Тэхен с Мином уже там! — пропел Чимин и пулей вылетел из комнаты.       — Чимин, нет! Чимин, Сокджин сказал: столовая!

***

      Конечно же слушать его никто не стал. Сосед его, не оборачиваясь, ехал только вперед, иногда похихикивал и подтрунивал над Чоном.       — Ой, ну чего ты там возишься, как дед на тракторе? Никогда на коляске не катался? Вот будут гонки в наших коридорах, специально возьму тебя в соперники и разведу тебя на бабло. Вот ты ахуеешь конечно, — хихикал Чимин, уже представляя, как реализует свой коварный план и разбогатеет. И похуй, что уже распиздел его. Семья Чонов же сказочно богата, вот и ему перепадет. И плевать, что он тоже из состоятельной семьи. Деньги Чимин любит больше еды. А это уже ого-го.       — Конечно я никогда не катался на инвалидной коляске, дурак, — прорычал Чонгук и постарался быстрее двигать задние колеса руками, чтобы догнать Пака и влепить ему хороший такой подзатыльник. Хоть как-то отыграется.       — Чего ты там ворчишь? Даже моя бабка так не ворчит, как ты. Хотя ей уже девяносто и в жизни она повидала больше дерьма, чем муха с твоего района!       Проезжая мимо кабинета Доктора Кима, Чонгук остановился и даже подумывал заехать и еще раз посмотреть на своего врача, так сказать снова увидеть его глаза говорящие: все хорошо, ты не болен. Но после недовольства Пака, все же поехал дальше по пути встречая тот самый кабинет процедурной. Сморщился так, будто съел самый кислый лимон в жизни. Чимин понимающе кивнул и даже порывался плюнуть в сторону кабинета, но Чонгук вовремя его остановил. Чимин и сам недолюбливал этот кабинет, слишком много боли он принес, поэтому после того, как Чон отъехал на безопасное расстояние, все-таки плюнул и поехал дальше с криками: «Сматываемся. Это не я!»       Заехали они в лифт, как услышали приближающийся голос Ким Сокджина. Чимин прошипел: «Блять!» и быстро начал нажимать на самый верхний этаж. Чонгук же слыша шаги все ближе и ближе, решил быстро сориентироваться, спешно открыл рюкзак и достал свой телефон. Набрав нужный номер, нажал на гудок. Буквально через секунду, нужный номер сразу же ответил:       — Да, Чонгук-а. Слушаю! — ответил Сокджин. Шаги прекратились.       — Джин-и, тебя Доктор Ким зовет в свой кабинет. Сказал, что это важно! — протараторил Чон в надежде, что выкрутится.       — Хорошо. Спасибо, Чонгук-и! — и отключился. Вскоре подростки услышали удаляющиеся шаги.       — Ну ты и крут чувак! Это же надо было догадаться, — присвистнул сосед и снова шкодливо улыбнулся. Чонгук лишь хмыкнул и пожал плечами.       — А ты меня пай-мальчиком называешь. Я конечно редко творю всякое, но и ангелом меня тоже назвать нельзя, — усмехнулся младший.       После того как открылись двери лифта, Чимин высунул свою рыжую макушку, чтобы проверить нет ли поблизости лающей преграды в виде медбрата Ким Сокджина. Спокойно выдохнув, парни проехали несколько метров вперед и заскочили в комнату с надписью: «Кладовая».       Ожидая увидеть повсюду мусор, Чонгук лишь ахнул, когда увидел вполне себе приличную и уютную комнату. Много кресел, один диван, пара пуфиков и полно плакатов с различными картинками голых девушек. Хмыкнув Чонгук проехал внутрь и увидел четверых парней, сидящих друг на против друга. Тэхен сидел в самом дальнем углу, а рядом с ним разлегся парень с мятным цветом волос. На этот раз на ногах у Кима, его знаменитых зеленых кроксов не было, а на ногах красовались обычные больничные тапки. На голове была белая кепка задом на перед, желтая кофта и синие шорты на ногах. В руках его была все та же манга Чонгука и яблоко во рту.       — Чего так долго? — недовольно спросил парень с мятной головой и потянулся за своей банкой пива.       — А что? Соскучился по мне? — хмыкнул Чимин и уселся рядом с одним из четырех парней. — Чонгук-и знакомься. Справа от меня - Чон Хосок, твой внебрачный сын. Я долго от тебя это скрывал, но решил, что сейчас самое время вас познакомить. Все-таки не чужие друг другу люди, — с грустью сказал Чимин и перевел взгляд на парня, который был мягко говоря в ахуе.       Сам же Чонгук лишь посмеялся, ведь уже привык к юмору соседа. Тэхен тоже не сдержался и прыснул в кулак.       — Слева от меня – Ким Лихо, это сын Намджуна, — шутка это или нет, на этот раз Чонгук не понял и потупил свой взгляд на Тэхена. Тот кивнул, мол, не шутит. — Возле Тэхена – Мин Юнги. Другими словами, долбаеб, — улыбнулся сосед, а Тэхен вновь кивнул, не шутит. Юнги на эти слова лишь фыркнул, но отвечать не стал. — С Тэхеном ты уже знаком, но могу напомнить. Твоя утренняя нянька.       — Приятно познакомиться, Чон Чонгук, — представился младший и подъехал к Тэхену, так как именно там находилось свободное место.       — О как официально и культурно. Тебе бы стоило поучиться у него, Пак, — хмыкнул Юнги. Чимин лишь облизал средний палец и показал его Мину.       — Скорее, Чимин научит Чонгука плохим словам, нежели Пак научится вежливости, — пожал плечами Лихо.       — Вот именно! — поддержал его Хосок.       Обед прошел в дружелюбной атмосфере с подколоми и подъебами друг от друга. Лишь Тэхен молчал, несколько раз вставлял свои пять копеек, а затем вновь возвращался к чтению комикса. Как оказалось, Хосок здесь тоже новенький, прибыл всего неделю назад. Слег он сюда с анорексией. Не думал, что все зайдет так далеко. Поэтому его не отпустят с больницы, пока не наберет нужного веса. А Ким Лихо приходит сюда каждый раз после школы, так как здесь вот друзья и родители. Да и выходные все тоже проводит здесь. Через несколько минут Пак пододвинулся к Чонгуку и прошептал: «На Хосока он запал, вот и шляется сюда». Но вот только не подрасчитал он силу своих слов и теперь об этом знал не только Чонгук, но и все сидящие в комнате. Тэхен натуральным образом начал смеяться во всю глотку, да и Юнги не сдержался. А вот сам Лихо покраснел до чертиков, кинулся к Паку и начал избивать его жестяной банкой по голове. В то время как сам Хосок сидел, кажется, довольнее чем кот, который напился молока.

***

      — Ты серьезно думаешь, что они не знают, что мы знаем, где они сейчас все находятся, прости за тавтологию, — покривился Сокджин и прошел в кабинет Намджуна. Джин не глупый, сразу понял, что этим звонком детишки хотели его надурить. Про их «тайное» место весь медперсонал в курсе, но по приказу самого Намджуна туда не суются.       — Пусть развлекаются, они сейчас нужны друг другу. Заодно может и Тэхену помогут, — кивнул Намджун и снова принял стаканчик с кофе из рук Сокджина.       — Они могут быть нужны друг другу и в простой столовой! — воскликнул Джин и уселся на диван. — Твой сын, кстати, тоже там ошивается.       — Сокджин, они подростки, которые лишаются своих самых лучших дней. Дай им просто побыть детьми. А про сына я знаю. Только дурак не увидит его влюбленных глаз, направленных на Чон Хосока, — покачал головой Ким, делая несколько глотков бодрящего кофе. На данное высказывание Сокджин лишь улыбнулся.       К вечеру в палату к Чонгуку вновь пришли родители. После долгого разговора с родными и уговорами, что с ним все в порядке и они могут ехать, семья Чон все же покинула помещение с щемящим сердцем в груди.       — Круто, что родители тебя так любят. Уверен, если поставить между ними выбор: ты или деньги, выберут они точно тебя, — усмехнулся Чимин и сел на свою кровать. — Мои родители срать хотели на меня.       —А сказать ты им не пробовал? — тихонько спрашивает Чон и протягивает соседу новую пачку чипсов, принесенных ему родителями.       — Да я даже кричал. Вот только они на луне, а я на земле. Не докричался, — хмыкнул Чимин. — Ладно, хватит обо мне. Не хочешь поговорить с Тэхеном? — вопросительно выгнул бровь рыжеволосый.       — В смысле? — неужели его заинтересованность так очевидна. Хотя он не проявлял себя за все время их общения, да и никаких знаков симпатии не показывал. — Слушай, Чимин. Ты только...       — Он хочет отказаться от лечения, — нахмурился Чимин. — Заебался он. Ходит ведь по больницам с самого детства, целых десять лет в списке стоял на пересадку легких, а как сделали, так долго и не проработали, всего год. Вот теперь опять этот дурацкий список и опять лечение. Хочет отказаться от него и отправиться во всемирное путешествие. Юнги пытался вбить в его черепушку обратное, но тот ни в какую не соглашается. Да чего греха таить, даже я пытался, но меня он тоже слушать не стал. Выписаться хочет через неделю. Я подумал, раз вы начали общаться, может тогда и ты попробуешь. Он конечно иногда та еще заноза в заднице, но наш друг. Месяц здесь со мной валялся, утешал, —  пожал плечами Чимин, пытаясь выглядеть отстраненно, но по глазам было видно, что очень сильно переживает за друга.       — Я и не знал об этом, если бы знал… — протараторил Чонгук.       — И не узнал бы, если бы я тебе не сказал. Тэхен такой информацией не распространяется. Молчит поганец, — хмыкнул сосед. — Но в общем, поговори с ним. На тебя вся надежда.

***

      С утра пораньше в палату к ним наведался сам Ким Намджун. Делал утренний обход и решил зайти к маленькому запуганному олененку. Тот как раз таки спал без задних ног. А рядом с ним храпел Чимин, при этом держа в руке банку пива. Гипс на его ноге был разукрашен разными надписями, но за одну надпись глаза ухватились сами: «Не нога, а второй хуй. #МинЮнгиГенийМужТвоейМамы». Хмыкнув Намджун громко постучал по двери.       — Мама, я же сказал иди домой, — недовольно просипел Чон и снова завалился спать.       — Это не твоя мать, это бабка твоя, — прохрипел Пак и тоже погрузился в сон.       — Как? — испугано спросил младший и резко открыл глаза. — Она же мертва! Чимин! — крикнул Чонгук и начал трясти друга. — Чимин, моя бабуля мертва!       — Долбаеб, я пошутил! — недовольно крикнул Чимин и все-таки сполз на пол.       — И вам доброе утро ребятки! — со смехом сказал Намджун и открыл дверь по шире, а затем и окно. — Вас не учили проветривать комнату?        — Нет, у меня на это были слуги, — прокряхтел рыжеволосый и сел на свою кровать. Чонгук хмыкнул и кивнул в ответ.       — Чонгук, результат биопсии готов, — сказал Ким и ближе подошел к кровати подростка. За два дня нахождения здесь, мальчик успел хорошо обустроить свою комнату, на полках сверху теперь красовались множество книг, который Чонгук планирует в ближайшее время прочесть. — Ампутация является неизбежной.