Топь

— Кр-р-р, кр-кр-кр-р-р, — трещал первый тролль. — Кр-кр! — Крык-р-р-р-р, — отвечали другие ему. — Кырк-кр-к-р!       Тролли окружили девочку, сохраняя дистанцию в три метра. Все они внимательно наблюдали за ее действиями. В свою очередь и девочка не спускала с чудовищ глаз, не осмеливаясь проявлять инициативу первой.       К ней подошел один из троллей. Его идеально прямая и оттого медленная походка была необходимостью, потому что в обратном бы случае его импровизированная корона, на самом деле являющаяся в человеческом мире всего лишь сломанным и ржавым капканом, тут же бы слетела с головы. Аккуратно поддерживая ее самыми кончиками длинных пальцев, он приближался.       Для подземного жителя фигурка тролля была слишком уж идеальной, словно тролль лишь пять минут назад родился. В темноте пещеры его алмазно белая кожа светилась с предельной интенсивностью — причем остальные тролли выглядели по сравнению с ним, по правде сказать, даже блеклыми, — и Асе больно было смотреть, но она заставляла себя контролировать ситуацию, готовая в ту же секунду сорваться с места, из последних сил перепрыгнуть толпу троллей и умчаться вглубь пещеры куда глаза глядят, главное — прочь! — Трыр! — прогремел главный тролль.       Он отпустил свою корону, протянув обе руки к Асе. — Трыр! — требовательно повторил он. — Трыр! — Убирайся прочь! — вскрикнула Ася. Не спуская с тролля глаз, она нащупала позади себя камень, схватила его и тут же, не задумываясь, кинула в тролля.       Камень ударил в корону и сбил ее с головы. Она звякнула о твердый каменный пол пещеры. Что-то щелкнуло в конструкции — капкан, издав последний предсмертный скрежет, несмотря на ржавые шестеренки, захлопнулся, словно акулья пасть. Тогда-то Ася и осознала: быть может, это разозлит тролля, и тогда не видать ей больше белого света…       Тролль сузил свои глазенки. Раздумывал? Злился? Или в растерянности осознавал, что произошло? По выражению его лица нельзя было четко дифференцировать эмоции — у троллей попросту отсутствовали мимические мышцы. Он просто стоял на месте, лишенный короны, и пристально смотрел, сощурившись, на Асю. Белые и пустые, лишенные зрачков глаза… Ася навсегда запомнит ужас, парализовавший ее с головы до ног в тот момент. — Тр! — вдруг коротко затрещал главный тролль головой. — Тр! Тр! Тр!       Асю схватили — к ней подбежал десяток самых сильных троллей. Все также треща головой, они вцепились за ее руки и ноги, повалились девочке на живот, придавливая общим весом, но не кусали, не били, не царапали — лишь пытались задержать на месте. Впрочем, Ася тут же предприняла несколько отчаянных попыток сбежать: сперва, когда только тролли приблизились к ней, потом, когда навалились на живот, и наконец, когда Ася увидала, как рисунки созвездий начали плавно перемещаться по стенам пещеры. Они перемещались по каменным сводам словно эфемерные фигуры, под свой собственный ритм, самостоятельно выбирающие, на каком камне им лучше остановиться: созвездие Дракона, например, несколько раз меняло траекторию, но в конце концов так и не остановилось, ведь не смогло найти подходящего места.       Сияющие звезды скользили меж друг другом, создавая волшебные пульсации и переплетаясь в сложные узоры. Созвездия размещались в новых конфигурациях, словно путешествовали по пещере.       Вырваться у Аси не получилось. К третьей попытке ее силы совершенно иссякли, а правая рука от резких движений заныла еще сильнее. Как раз в это время к ней подошли трое других троллей. Сплоченная команда несла увесистую чашу, наполненную неизвестным содержимым. Когда тролли подошли достаточно близко, Ася вытянула свою шею как можно выше, чтобы разглядеть, что это за секретная жидкость в чаше, но так и не поняла до конца: «Неужели это просто вода?» — спросила она себя.       Все ближе и ближе тролли с чашей приближались к девочке. «Что они задумали?» — на этот вопрос не было ответа, лишь просьба: «Как же было бы хорошо, если это действительно бы оказалась просто вода!»       Внезапно один из троллей, тихонечко стоявший позади, напрыгнул на Асю и с ловкостью обхватил ее шею. Его пальцы обвились вокруг тонкой детской шейке так сильно и крепко, словно это был тяжеловесный ленивец, уснувший на ветке где-то в Бразилии. Ася дернулась, глубоко вдохнула, испугавшись, что ее душат, снова попыталась вырваться, но все бестолку: теперь ее словно крепко-накрепко заковали в кандалы.       Жидкость в чаще ее заставили выпить.       Лишь когда Ася сделала последний глоток, до дна осушив священную чашу, созвездие Дракона замерло, дрогнуло и исчезло, рассыпавшись на восемьдесят звезд, его составляющих. На веки вновь навалилась тяжесть. Как только девочка сомкнула глаза и тело ее обмякло, тролли мягко уложили Асю на холодные камни, унесли чашу и покинули этот зал пещеры. Теперь она благоговейно посапывала в одиночестве. Тролли добились своего: звезды не только поменяли положение — созвездие Дракона и вовсе исчезло.       Лишь открыв глаза, девочка сразу пришла в готовность, ведь была уверена, что судьба заготовила для нее новые трудности. Впрочем, она глубоко заблуждалась. Тролли получили от нее все, что им было нужно. Удивительно было обнаружить, что боль, которая раньше пронизывала руку Аси, исчезла, что троллей нигде нет, что и прочих потенциальных угроз на фронте не наблюдается. Не болела у девочки ни голова, не ломило ни мышцы после длительного приключения, как прежде. «Что произошло? Это хорошо или плохо? Мне радоваться такому исходу или нет?» — совсем запуталась девочка.       Она повертела правой рукой, разминая. «Даже укус и покраснение исчезли», — отметила она.       Ручеек протекал по каменному полу пещеры. Его прозрачные воды блестели в свете настенных рисунков. «Проведи меня к выходу, пожалуйста», — взмолилась Ася и, крепко встав на ноги, отправилась в путь без колебаний.       В конце концов ручеек вывел её наружу. Свежий воздух! Свобода! Луна взобралась на ночное небо, словно ярчайшее солнце в знойный полдень. Маленький ручей вскоре превратился в полноводную реку, а затем и вовсе разлился в настоящее озеро на выходе из пещеры. Поверхность воды, словно зеркало, отражало лунный диск.       Когда Ася с облегчением выдохнула, из ее рта вырвался клубок пара. Странно: подобное же можно наблюдать только зимой в особенно морозные дни, а тогда лишь был на дворе август! Ладошками девочка прикоснулась к губам. Пальцы похолодели от продолжительного стресса и дрожали, но она не почувствовала кожей ни их низкой температуры, ни даже самого ощущения прикосновения.       Лунный свет падал на ее кожу словно на холст, обволакивая таинственным сиянием. Детский силуэт выделялся в темноте, освещаемый бледным сиянием ночного неба. Верхний слой кожи полностью отражал излучение луны, однако стоило только чуть присмотреться, как становилось видно, что внутри тело прозрачно. Призрак — вот, кто теперь Ася. Опустив головку, девочка вместо своих прежних человеческих рук и ног видела эфемерную сущность. Представь: полиэтиленовый пакет, наполненный воздухом, — вроде и видишь его, но все равно он прозрачный, — и как только Ася увидела «новую себя», она ужаснулась.

***

— Именно на этом месте я поняла, что перестала жить, — закончила свой рассказ Ася в тот самый миг, когда из-за деревьев показалась зловещая пещера. Дети подошли к жилищу троллей. — Позволь уточнить: я сейчас говорю с призраком? — переспросил Саша. — Верно. Я умерла семь лет назад.       Лагерь вскоре после прошествия закрыли. Горько было видеть призраку, как в безуспешных попытках директорша Кукушка фальсифицирует документы и дает взятки, чтобы взамен получить последний шанс на существование лагеря. Но все усилия оказались приложены зря: наделали много шума областные СМИ, приехали наряды поисковых служб, полиция и сотрудники защиты детей, а родители, передавая друг другу жуткие слухи из уст в уста, закрепили в своем сознании вывод, что теперь никогда в жизни не отправят в этот лагерь детей, — любая инициатива директорши была бесполезной. В первые два года после происшествия с Асей лагерь «Зарница» оказался заброшенным, ведь Кукушка не хотела продавать землю. Прежняя любовь к детям превратилась в ненависть, ведь они загубили ее любимое дело всей жизни! Оказалось, что лагерь Раиса Петровна любит только как здание, как место, как материальный объект, собственность, а не как пространство для детей. Гибель Аси волновала её меньше, чем закрытие лагеря.       Затем территория передалась в руки одной некрупной строительной компании. Конечно, Раиса Петровна никогда бы не решилась на подобный поступок. Этому поспособствовал ее помощник, тот паренек, который стоял рядом с ней во время приветственной речи. Ася помнила его смешное прозвище — звали его Дятлом.       За пять лет строительная компания укоренилась на месте: бизнес шел помаленьку, но стабильно приносил доход, и рядом обосновалось поселение. — Ты же недавно сюда заехал, верно? — спросила Сашу подруга. — Я раньше ведь тебя не видела. — Да, — ответил он. — А папа уже как года четыре живет здесь, после того, как с мамой развелся. — Понятно. Когда от ребят услышала о тебе, мол, что ты истории всякие жуткие рассказываешь, пугаешь их якобы, сразу и о дедушке своем, и о стороже вспомнила. — Я вот всегда знал, что в каждой сказке есть доля правды! — И я знаю теперь, как видишь.       Саша посмотрел на пещеру. — Не хочу я становиться призраком, как ты, — честно ответил он. — Исправлять нужно дело. Что предлагаешь? — Я ранее пыталась следить за троллями одна, пыталась говорить с ними, но они все трещат о своем, если честно… Трудно разобрать. Однако за семь лет наблюдений мне все-таки удалось заметить, что выходят все чаще и чаще они к концу лета, готовясь к определенному ритуалу. — Именно этот ритуал мы и видели в ту ночь?       Ася кивнула. Действительно, если каждую весну жизнь пробуждалась после зимней спячки и, обновленная, привносила в мир новых существ, то осенью, во благо поддержания равновесия, жизнь утихала, угасала, засыпала. Необходимо было уравнять чаши весов: по одну сторону находились души умершие, по другую — живущие. Материальные сущности все время менялись местами. Сведующие в данном вопросе люди придумали концепцию колеса Сансары — скорее всего, им посчастливилось однажды самим повстречать троллей и, получив знания от этих скрытных существ, те передали тайну в общество.       Согласно учению колеса Сансары, все сущее находится в постоянном цикле рождения, смерти и возрождения. Этот цикл продолжается без конца, и существа переживают множество жизней, перемещаясь из одного состояния существования в другое. Это лишь одна из многих человеческих метафор, изображающая бесконечное колесо рождения и смерти. Лишь только троллям была доступна вся картина миропорядка — их пустые глаза без зрачков, казалось, видели этот мир совершенно иначе, нежели Саша и Ася, нежели остальные люди, верящие в возрождение, перерождение, колесо Сансары или другие концепции.       Каждую осень наступает листопад. Деревья готовятся к зиме: их листья меняют оттенок, затем опадают на землю. Вместе с тем уменьшается продолжительность дня и снижается температура воздуха. С другой стороны, каждую весну рождаются новые существа. Это время активного роста и размножения для большинства растений и животных. После зимнего сна, некого периода покоя, растения начинают прорастать, пускают новые побеги, цветы распускаются, а затем образуются плоды или семена. Животные также рождают потомство, и их молодняк начинает исследовать окружающий мир. — Циклом смерти и рождения управляют тролли, — объяснила Ася. — В конце лагерной смены я встретила троллей в тот момент, когда они вели учет смертей. — А если сейчас весна… — То это мой шанс вернуться в мир живых. — И когда звезды двигались по небосводу… — То это тролли считали души, будто по гигантским счетам. — Но зачем тебе понадобился я…       «Все просто: чтобы количество живых душ в мире оставалось неизменным, — мысленно ответила Ася; вслух она, конечно, ничего не произнесла. — Но ты свалился с дерева, привлек внимание тролля, а потом взял и удрал! Не пригодился ты мне. Эх, а у меня на тебя были грандиозные планы! По крайней мере, пока ты бегал по лесу, мне повезло заметить, что тролли только готовились… До их главного ритуала еще было время. Тогда мы пришли слишком рано. Количество созвездий в пещере осталось тем же. Значит, сегодня оно должно измениться. Сегодня, сейчас — самое подходящее время». — Нам нужно зайти в пещеру, — сказала Ася.